Глава 11

Варя

Остап дёргает головой и каким-то затравленным взглядом смотрит на дверь. Вскакивает. Нервно проводит по волосам.

– Слушай, Варь… давай в другой раз закончим…

Наклонившись, берётся за мышку, кликает, сохраняя проект, и тут же вырубает компьютер. Хватает мой пиджак, протягивает мне…

Я ошарашенно смотрю на парня.

Что происходит?

– Но… нам же чуть-чуть осталось, – киваю на погасший экран компьютера.

– Одевайся! Ты не поняла? На сегодня мы закончили! – отрезает Остап, растеряв всё дружелюбие, которое было ещё пять минут назад.

Нетерпеливо всучивает мне пиджак.

– Да, мне всё понятно… – я тоже поднимаюсь со стула.

Войнов явно не замечает ни моего обиженного лица, ни того, что ведёт себя как хам. Шагает к двери. Приоткрыв немного, выглядывает в коридор.

– Я сейчас вернусь, – бросает он и тут же выскакивает за дверь.

Судя по всему, пришла его мама. Но что здесь такого? Мы же просто занимаемся!

Он за один миг снова превратился в хамоватого парня. Ещё и нервного.

Я пришла к нему, чтобы побыстрее разделаться с нашим совместным заданием. Возможно, это и ему поможет повысить успеваемость. Ведь где-то Лев Борисович прав – кто-то должен повлиять на Войнова. И так понятно, что он неглупый и совсем не ленивый. Он просто смирился, что его всё равно отчислят. Из-за этой дурацкой анкеты в компьютере директора!

Но ведь вовсе не обязательно, что это произойдёт! И всё ещё можно исправить.

А о нашем поцелуе я стараюсь не думать. Ни о мотивах Остапа, ни о том, что я испытывала в тот момент.

Это больше не повторится!

Никогда!

Надев пиджак, убираю блокнот и ручку в рюкзак. Проверяю телефон. Там висит новое сообщение от отчима. Оно пришло давно, но я не хотела его читать.

Нехотя открываю.

«Сообщи, когда закончишь. После четырёх не смогу тебя встретить».

Что ж… Уже и отвечать не имеет смысла, потому что время – начало пятого. Убираю телефон в карман пиджака, надеваю рюкзак. В этот момент в комнату врывается Остап.

– Пошли, Варь, – суетливо подталкивает меня к двери, приобняв за плечи.

Может, его мама не любит, когда её сын пускает кого-то в квартиру? Не знаю… Например, стесняется своего скромного жилья и старой мебели.

Мы с матерью жили почти в такой же. И я очень редко приглашала одноклассников по схожим причинам.

Пока обуваюсь, вижу, что Остап натягивает бомбер.

– Ты тоже уходишь?

– Да, провожу тебя. Давай быстрее!

Он нетерпеливо вздыхает, когда я опускаюсь на корточки и завязываю шнурки на кедах. Возможно, я специально тяну время, потому что мне хочется посмотреть на его маму. Чтобы как-то объяснить себе странное поведение парня.

В тот момент, когда со шнурками покончено, за дверью санузла кто-то нажимает на слив в унитазе. А потом дверь распахивается.

Остап уже открыл входную дверь и тянет меня за руку к выходу. Но увидев появившуюся в коридоре женщину, я буквально врастаю в пол, ошеломлённая.

Бледное осунувшееся лицо. Немного растрёпанные волосы цвета вороного крыла. И огромный живот…

Она беременна!

Мать Остапа – беременна!

Но у неё же нет мужа…

Так, стоп! Это не моё дело!

Быстро взяв себя в руки, улыбаюсь женщине и учтиво здороваюсь. Но она не здоровается в ответ. Её взгляд незаинтересованно скользит по моему лицу и по лицу сына.

– Мам, это Варя, моя одноклассница, – нехотя выдавливает Остап.

– Вы простите, что я вот так к вам заявилась. Просто нам нужно делать проект…

И с недоумением вижу, что говорю всё это в спину матери Остапа.

Она проходит мимо меня, устало шаркая ногами. Не уверена, что она вообще видела или слышала кого-то из нас.

Мне становится не по себе…

– Мы можем, наконец, идти? – сухо спрашивает Войнов.

А мне даже взглядом с ним встречаться не хочется. Остап же явно хотел скрыть от меня беременность матери. И её болезненный вид. А я увидела!

Молча выхожу за дверь, жду, когда Остап закроет на ключ квартиру, а потом мы спускаемся на первый этаж и выходим из подъезда.

– Знаешь, ты можешь не провожать меня, – пытаюсь нарушить затянувшееся молчание.

Остап не отвечает. Лишь ведёт плечом и устремляется вперёд, в сторону коттеджного посёлка. Идёт быстрым шагом. Явно раздражённый и совсем не дружелюбный. В общем, ведёт себя абсолютно так же, как и вчера. Когда провожал из кафе сразу после драки.

Боже… Неужели это было только вчера?

Всего два дня я знакома с Войновым, а такое ощущение, что не меньше года.

Я догоняю его и пытаюсь подстроиться под широкий шаг парня.

– Твоя мама… Она себя плохо чувствует? – решаюсь всё же задать вопрос. – Может, ей помощь нужна?

– С чего ты взяла? – выплёвывает Остап. Его взгляд направлен вперёд, и он не смотрит на меня.

С чего я взяла?!

Да она выглядела как ходячий труп! Бледная, с мешками под глазами! И со взглядом, который совсем ничего не выражает! Вообще ничего! И она же беременная!

Но вслух я говорю совсем другое:

– Мне просто показалось, что ей было нехорошо.

– Тебе показалось, – отрезает Остап.

Переходим дорогу, сворачиваем к посёлку. Я едва поспеваю за ним, мне даже приходится время от времени переходить на бег. Бросаю неловкие взгляды на его лицо, но вижу лишь напряжённую скулу и сжатые губы.

Мы немного не доходим до шлагбаума, когда Остап взрывается:

– Какого хрена ты на меня так смотришь?

Он резко тормозит и застывает, как вкопанный. Хватает меня за ворот пиджака, притягивает к себе и, склонившись, рычит прямо в лицо:

– Думаешь, увидела кусок моей жизни и всё поняла? Нет! Ни хрена ты не поняла!

Мой голос дрожит, когда я начинаю лепетать:

– Я… просто… я… хочу… помочь…

– А я просил тебя о помощи?! – рявкает он. Его серые глаза буквально просверливают дыру в моём лице. И губы растягиваются в презрительной и надменной улыбке, когда он произносит: – Лучше себе помоги, снежинка. Потому что я всё ещё могу превратить твою жизнь в ад! И ты не сможешь меня остановить!

Теперь дрожат и мои губы. Я стискиваю их, заставляя себя посмотреть на Остапа так же уничтожающе, и выплёвываю в ответ:

– Попробую!

Обхватив его пальцы, сдёргиваю с ворота своего пиджака и отстраняюсь.

– Забудь о том, что видела, поняла? – угрожающе шипит Остап. – Иначе пожалеешь!

Резко развернувшись, он уходит прочь. А я обессиленно выкрикиваю вслед:

– Я жалею только о том, что пришла в эту чёртову школу и встретила тебя!

Сволочь…

Придурок!!

Да за что мне это?!

Едва захожу во двор, сталкиваюсь с отчимом. Он достаёт пакеты с продуктами из своей машины. Видимо, только что приехал.

– Варь, почему не позвонила? – сразу начинает с претензий.

– Да не знаю… Ты же написал, что после четырёх уже не сможешь меня забрать.

Стараюсь говорить спокойно. А ещё пытаюсь обойти Дениса, чтобы войти в дом и запереться в своей комнате. Сил спорить у меня просто нет.

– А позже я написал, что у меня изменились планы, – говорит он укоризненно.

Что? Он так написал?

Снимаю рюкзак с плеч, чтобы достать телефон, но вовремя вспоминаю, что сейчас хожу со своим старым смартфоном. И отчим не знает про разбитый подарок.

Вздыхаю.

– Я не видела твою смску. А где мама?

Только сейчас замечаю, что её машины во дворе нет.

– Надя по делам уехала, – как-то нехотя отвечает Денис и идёт в дом.

А я за ним следом.

Мужчина сразу проходит на кухню и начинает разбирать пакеты.

– Останься, Варь, нужно поговорить, – настигает меня его голос уже возле лестницы.

Незаметно сбежать не получилось… Бросив рюкзак возле дивана в гостиной, иду на кухню.

Глубоко в душе мечтаю, чтобы этот день поскорее закончился… Мысли об Остапе и его беременной маме не хотят покидать голову. Я просто не понимаю, что в этом такого и почему он сорвался на меня!

– Варя, где ты была после школы? – взгляд карих глаз Дениса буквально сканирует моё лицо.

Отвернувшись, принимаюсь выкладывать продукты из второго пакета. Пожимаю плечами.

– Вместе с одноклассником делали совместный проект.

– Где? – сухо и нетерпеливо продолжает выпытывать отчим.

И я тут же решаю соврать.

– Мы были в кафе. А почему ты спрашиваешь?

Развернувшись, смотрю на Дениса. С трудом выдерживаю его тяжёлый взгляд, пока он, наконец, не отвечает:

– Потому что я теперь несу ответственность за тебя и твою маму. И хочу обезопасить вас обоих.

– От кого? От моих одноклассников? – усмехаюсь.

Только вот лицо Дениса становится ещё недовольнее.

– С кем именно у тебя проект?

– С Войновым! – я почти выплёвываю фамилию Остапа.

Потому что злюсь на него! А теперь ещё и на отчима! За то, что лезет не в своё дело!

– Откажись! – тут же отрубает Денис. – Какой предмет? Я сам схожу в школу.

Да Господи Боже мой!

– Я не буду отказываться от проекта, – упрямо вскидываю подбородок. – Это же просто совместное задание! Какая разница, кто мой напарник?!

– Разница есть. Рядом с этим отморозком тебе делать нечего.

Денис резко отшвыривает пакет. Сжимает кулаки, стискивает челюсти. Желваки на его лице ходят ходуном. Таким отчима я ещё никогда не видела.

Громко сглотнув, произношу как можно спокойнее:

– Ты можешь объяснить, почему тебе так не нравится Войнов?

Прислонившись к столу, он скрещивает руки на груди. Вроде немного успокаивается, и его голос звучит уже ровнее.

– Да. Могу. Дурная компания. Неуспеваемость. Приводы в полицию. Этого мало?

– У Остапа проблемы с законом?

Отчим вздыхает.

– Полгода назад он разбил стёкла чужой машины. Проколол колёса, расцарапал бочину ржавым гвоздём. Поймали на месте преступления. Отделался штрафом лишь потому, что был несовершеннолетним.

Был. Теперь Остапу восемнадцать…

– Он, кстати, довольно быстро возместил ущерб, – продолжает Денис. – Не знаю, откуда взял деньги, но наверняка добыл незаконным путём. А ещё он попадал в отделение за драку возле школы. Примерно три месяца назад. Были задержаны оба драчуна, но второй сказал, что Войнов был инициатором драки. И тот, кстати, этого не отрицал.

Слушая отчима, пытаюсь раскладывать купленные Денисом продукты по полкам, но мои руки дрожат.

– Откуда ты так много про него знаешь?

Мужчина пожимает плечами.

– У меня много друзей в отделении. И это маленький район. Здесь все друг друга знают, – говорит практически словами Остапа. – В общем, откажись от проекта с ним. Или я это сделаю за тебя.

Его слова звучат как приказ. И мне хочется возразить, возмутиться. Он не имеет права вмешиваться в мою учёбу! Но я тушу в себе порыв начать спор и отвечаю с фальшивым смирением:

– Хорошо, я попрошу другого напарника. И я всё поняла про Остапа. Спасибо, что предупредил меня о нём.

Денис вновь сканирует моё лицо.

Ну честное слово… Ему нужно работать не гаишником, а дознавателем!

– И если он будет лезть к тебе, приходи сразу ко мне. Только маму не вмешивай, ладно?

– Да, хорошо.

Я уже готова со всем соглашаться. Лишь бы побыстрее закончить этот разговор.

Разложив наконец продукты, направляюсь к двери.

– Ладно, пойду посмотрю, что там с уроками…

– Может, перекусишь?

– Да я в кафе поела, – снова вру, отводя взгляд.

Беру яблоко из вазы с фруктами и поспешно покидаю кухню. На ходу хватаю свой рюкзак и уже почти добегаю до конца лестницы, когда Денис выходит из кухни и окликает меня.

– Варь, когда ты собиралась рассказать мне о том, что случилось с телефоном, который я тебе подарил?

Я замираю как вкопанная. Втягиваю голову в плечи.

Чёрт…

Медленно разворачиваюсь, чувствуя, как кровь отливает от лица.

– Откуда ты знаешь?

Мой голос непроизвольно дрожит. Мне чертовски стыдно.

– Заметил утром, что ты положила в карман свой старый телефон. Не был точно уверен, что с новым что-то случилось. Но теперь уже уверен. Так что случилось?

– Я его разбила… Случайно уронила, – говорю упавшим голосом.

Денис с недовольством поджимает губы, над чем-то раздумывая.

– Но ведь у тебя его не украли? И не отняли?

– Нет. Я его разбила. И уже отдала одной девочке. Её брат может заменить экран.

Снова ложь. И я опять отвожу глаза.

– Скажешь мне потом, сколько нужно заплатить за ремонт. И маме ничего не говори, сами как-нибудь разберёмся.

– Спасибо, – выдавливаю виновато.

– Ладно, иди, – отвечает Денис с улыбкой. Правда, эта улыбка не касается его глаз. – Мне нужно отлучиться по делам. Если что, звони.

Часто киваю и смотрю, как мужчина подхватывает со столика ключи от машины и выходит за дверь. Потом возвращаюсь на кухню и кладу яблоко обратно.

Есть мне не хочется. В горле стоит ком величиной с футбольный мяч.

Моё враньё отчиму. Конфликт с Остапом. Его беременная мама… От всего этого мне как-то не по себе.

Поднявшись наконец в свою комнату, переодеваюсь в домашние шорты и майку. Убираю волосы в высокий пучок на макушке. Просмотрев уроки на завтра, складываю тетради с учебниками в рюкзак. В конце года практически ничего не задают, потому что нужно готовиться к экзаменам. И я к ним совершенно не готова.

Сегодня я одолжила у Васи конспекты по истории. Сажусь на кровать в позе йога и начинаю их просматривать.

Мой телефон тихо вибрирует. Оторвав взгляд от записей, смотрю на экран. Пришло сообщение в Вотсапе. Наверняка от Дины. Она же ждёт от меня полный отчёт о том, как прошла встреча со Звёздной.

Открыв список чатов, вижу незнакомый аватар. Там не фото, а просто чёрный кружок. Имя контакта – War.

Мне требуется несколько секунд, чтобы понять, кому принадлежит этот ник.

War.

Война.

Войнов!

Рука почему-то дрожит, когда я открываю чат и читаю сообщение:

«Милый пучок, снежинка».

Я вскакиваю, отбросив телефон. Дёргаюсь к окну. Ведь он сейчас больше никак не может меня увидеть?

Раздвинув шторы, оглядываю двор и территорию за забором. На улице буквально ни души. Прохожусь взглядом по окнам всех ближайших домов. Нигде нет никакого движения. Кругом так пусто, что по позвоночнику ползут мурашки.

Задёргиваю и тонкие шторы, и плотные ночные портьеры. Хватаю телефон с кровати и набираю сообщение:

«Где ты?»

Сердце почти выпрыгивает из груди, пока жду ответа. Он приходит спустя минуты три.

«Может… За твоей спиной».