Глава 32

Варя

Сегодня я с таким волнением и таким предвкушением собираюсь в школу, что не передать словами.

Одеваюсь снова не в дурацкую школьную форму, а в синее платье в горох, с v-образным вырезом длиной выше колена и рукавом три четверти. Май выдался действительно тёплым, и можно не надевать пиджак. Но я всё-таки беру его с собой, так, на всякий случай.

Волосы оставляю распущенными, наношу минимальный макияж и несколько секунд смотрю на своё отражение в зеркале. Оставшись вполне довольной, хватаю рюкзак и выхожу из комнаты.

Аверин совсем недавно пришёл с ночной смены, кстати, уже со второй ночной подряд, и сейчас, наверное, спит. А значит, либо я иду пешком, либо мама сама меня отвезёт.

Лучше бы пешком…

Спускаюсь вниз и выхожу во двор. Мама уже ждёт меня в машине, и я быстро забираюсь на пассажирское сиденье. Пристегнувшись ремнём, ставлю рюкзак на колени и демонстративно отворачиваюсь к окну.

Мама выезжает со двора на улицу. Пультом закрывает ворота и начинает двигаться к выезду из посёлка. Время от времени я чувствую её взгляд на своей щеке, но и не думаю поворачиваться. Я не разговариваю с ней. Не хочу. Да, обижена. И она вполне может считать меня бунтующим подростком. Мне всё равно.

– Варь, сколько это будет продолжаться? – она наконец нарушает тишину, когда мы встаём на светофоре перед выездом на шоссе.

Я молчу. Что я должна ей ответить? Пропасть между нами впервые в жизни таких размеров, что её просто так не перешагнуть.

– Варя, – мама дотрагивается до моего плеча. – Я между двух огней, понимаешь? Ты – моя дочь. А он – мой будущий муж. Скажи, что мне делать?

Дёргаю плечом так, чтобы скинуть её руку. Практически вжимаюсь в дверь. Смотрю на мать, не скрывая обиды.

– Я не прошу тебя выбирать. Я прошу не обвинять Остапа во всех грехах и не запрещать мне с ним общаться. По-моему, это будет справедливо.

Мама тяжело вздыхает. Включив поворотник, наконец выползает на шоссе и берёт курс на школу.

– Знаешь, когда у тебя будет дочь, я посмотрю, как ты «не будешь» лезть в её жизнь. Остап, может, и неплохой. И да, я вполне могу допустить, что он может измениться к лучшему. Но у тебя ещё будет куча поклонников. Зачем сходить с ума по первому встречному? Ты ведь делаешь это, просто чтобы насолить Денису!

Господи, да это смешно!!

– Да не крутится весь мир вокруг твоего Дениса! – выплёвываю я со злостью. – Мне плевать на него!

– Боже, Варя! Что с тобой случилось? – мама кривится, словно от боли. – Откуда столько злости? А потом ты будешь говорить, что Остап тебя не науськивает?

– Остап меня не науськивает, – отрезаю я. – Просто у меня глаза есть. И уши. А у тебя они есть?

Чёрт! Зачем я это сказала?

Вижу, как мама с обидой поджимает губы и теперь смотрит только вперёд. Похоже, разговор закончен…

Ну и ладно. Значит, пусть так и будет. Значит, вот такие у нас теперь отношения!

Отворачиваюсь. В уголках глаз начинает щипать от непрошеных слёз.

– Я всё понимаю, Варь, – мама вновь начинает разговор. – У тебя сейчас сложный период. Переезд, юношеский максимализм, много уроков, наша свадьба…

– Так, стоп! – перебиваю её. – Не надо перекладывать всё на меня. Дело не во мне, мам. Дело в вас!

– Варя! Перестань! Почему ты такая агрессивная? Ты же никогда не была такой!

– А ты никогда не была такой глухой и слепой! – я резко отстёгиваюсь. Едва она тормозит возле школьных ворот, распахиваю дверь. – Твой Денис – изменник! – выплёвываю напоследок, уже не в состоянии сдерживаться.

Выскакиваю из машины. Даже не смотрю на мать и на реакцию, которую произвели на неё мои слова. Если останусь, уже не смогу остановиться.

– Варя! – раздаётся голос матери за спиной, но я не оборачиваюсь.

Пускаюсь бегом через школьный двор и сразу залетаю в школу. Низко опустив голову, глотаю слёзы. Бегу вверх по лестнице на третий этаж, а оттуда прямиком к заветной двери подсобки. Врываюсь в неё, закрываю дверь и запрыгиваю на парту. Позволяю себе немного поплакать, ведь до прихода Остапа есть ещё около семи минут.

Потом достаю из рюкзака зеркало и тщательно прячу следы того, что только что распускала нюни. Не хочу, чтобы Остап вновь увидел мои слёзы. Он может подумать, что я сомневаюсь в своём выборе. Он уже и так предположил, что когда-нибудь я встану на сторону матери. Но этого не будет, я в себе уверена!

Что бы он ни сделал. Что бы ни сказал. Я всегда буду выбирать его! У меня, вообще-то, есть глаза, чтобы понимать, кто тут действительно плохой. Это Аверин! Он – зло!!

Остап пробирается в подсобку незаметно. Беззвучно подходит ко мне, и я вздрагиваю от неожиданности, когда он касается моего плеча.

– Привет, – я расплываюсь в улыбке и, спрыгнув с парты, льну к его груди. Уткнувшись носом в ворот рубашки, начинаю сбивчиво шептать: – Как ты? Я так соскучилась по тебе… Опять целый день будем порознь… А вечером сможем увидеться? Или после школы погулять?

Остап крепко меня обнимает. Прижавшись носом к моей макушке, делает глубокий вдох… потом выдох.

– Я тоже скучал, – говорит он тихо. – И сегодня, если у тебя есть такая возможность, я планирую забрать тебя на целый день. После уроков, конечно.

Я мягко отстраняюсь. Смотрю в его лицо, потом на его одежду. До меня вдруг доходит, что сегодня Остап выглядит кардинально иначе. Очень прилежно, как-то даже слишком правильно.

Волосы не торчат, как обычно, в разные стороны, а причёсаны вперёд и немного набок. Вместо привычных футболки и толстовки – рубашка и пиджак. Хотя вместо брюк Остап надел джинсы, но они тёмного цвета и без единой дырки. Его обычный бунтарский вид полностью исчез! Однако Остап всё равно выглядит бунтарём, потому что это нельзя стереть из его дерзкого взгляда. И его лукавая улыбка говорит о том, что он готов бунтовать всю жизнь. Именно этим он и цепляет в первую очередь. И лишь немногие могут разглядеть в нём ум, доброту, стремление к справедливости…

– Тебе не нравится, да? – Остап хмыкает и щёлкает меня по носу.

– Мне?… – да я просто ошеломлена, вот и всё. – Очень нравится!

– Обманываешь? – парень лукаво прищуривается.

Я отчаянно качаю головой, а он вновь прижимает меня к себе и целует с нежностью в губы.

Стояла бы здесь вечно, если честно. Только вот звонок уже через минуту, и нам пора идти…

– Нам пора, да? – Остап будто читает мои мысли. – Ладно… – ладонями проводит по моим плечам сверху вниз. – Ты иди, а я сразу за тобой.

Внутри снова становится больно. Потому что мы не можем жить так, как нам хочется. Нехотя беру свой рюкзак, ещё раз целую Остапа на прощанье и иду к двери. Потом, опомнившись, разворачиваюсь.

– Ты, и правда, отлично выглядишь, – киваю на его костюм. – Тебе идёт быть прилежным.

Выдавливаю улыбку, чтобы он тоже улыбнулся. Потому что Остап кажется то ли подавленным, то ли уставшим – не могу понять. Вчера он сказал мне, что после больницы пойдёт домой и хорошенько выспится, но сейчас выглядит так, словно у него не получилось это сделать.

Он улыбается от моего комплимента и, лукаво прищурившись, с вызовом бросает мне:

– А ты доведёшь меня до тюрьмы!

Пробегает взглядом по моему платью и ногам.

– Представляю, сколько идиотов сегодня могут остаться без глаз.

Я смущённо прячу взгляд под ресницами. Таких дичайших комплиментов ещё в жизни не получала и даже не знаю, как надо реагировать. «Спасибо» – явно не к месту.

– Всё, иди, – подгоняет меня Остап. – Иначе мы оба здесь останемся и до вечера не выйдем, – запустив палец за ворот рубашки, оттягивает и с шумом сглатывает. Его взгляд темнеет. – Ты же понимаешь, о чём я, да?

Да. Теперь точно понимаю.

В таком случае мне действительно пора идти.

Бросив выразительный взгляд на парня, открываю дверь и выскакиваю в коридор. Бегу в сторону нужного класса и, пока Остап не видит, позволяю себе расплыться во влюблённой, счастливейшей улыбке. Не понимаю, как раньше я могла с презрением относиться к девчонкам, которые без памяти влюблялись в столь раннем возрасте! То, что я чувствую сейчас, не передать словами. Я словно парю в воздухе! Правда, к моим ногам привязан груз, не позволяющий мне наслаждаться этим полётом, но когда-нибудь мы же сможем от него избавиться. Ведь сможем, верно?

Наверняка сегодня же вечером мама будет меня пытать. Я же назвала Аверина изменником. Теперь придётся объяснять, почему я так сказала. Хотелось бы донести до неё правду. Но сначала я должна обсудить это с Остапом. Мы всё решаем вместе.

Я старательно блокирую все мысли о маме и бегу на урок, возвращаясь в окрылённое настроение. Которое тут же замечает Вася. Правда, у нас не получается поболтать. Звенит звонок, приходит учитель, а потом и Остап. Весь класс встречает его дружным улюлюканьем, вызванным его новым имиджем. Учитель пресекает балаган, немного прикрикнув. В общей суете, пока все рассаживаются на свои места, у нас с Остапом получается пару раз обменяться взглядами. А потом он уходит за третью парту, даже не пытаясь сесть со мной.

Из этого состоит весь наш день… И наверняка такими же станут ещё много дней в будущем. Взгляды украдкой. Едва заметные улыбки, подаренные друг другу. Тихий шёпот, если нам удалось оказаться рядом в школьной столовой. Лёгкое касание его руки на моей спине. Прикосновение наших пальцев в коридоре, когда проходим мимо друг друга.

Мне кажется, что притворяемся мы очень хорошо. И вроде как о нас почти перестали сплетничать. Возможно, мама с Авериным ни о чём не узнают. А значит, Нестерова перестанет заваливать Остапа на уроках и подговаривать других учителей. И он не вылетит из школы.

Да, иногда мне хочется быть немного наивной и подольше пребывать в своём счастливом мирке…

– Знаешь, Варь, – задумчиво начинает Василиса, когда мы неторопливо выходим из школы, – возможно, я скажу не в тему, но всё же выслушай.

Я немного напрягаюсь от такого начала разговора.

– Только не перебивай, ладно? – просит она.

– Давай, – опасливо соглашаюсь.

Мы останавливаемся возле футбольной коробки, и Васька прислоняется спиной к борту.

– Вот смотри! Мать Нестерова – сестра бывшей жены твоего отчима. Есть слухи, что якобы мать Остапа лезла к твоему отчиму когда-то там давно. Предположим, историчка топила за свою сестру, но ведь её уже нет в живых. Прости, может, я говорю немного резко… Но я не понимаю, что сейчас-то ей надо. Почему она Войнова так гнобит? Раньше думала, что из-за того, что он избил Игната. Но потом вспомнила, что она и раньше его постоянно поддевала. Если допустить, что из-за его матери – наша историчка в таком случае исключительная идиотка. А что, если дело не только в её сестре, а? Что, если дело в ней самой?

Трясу головой, пытаясь разложить по полочкам всё, что она сказала. Не выходит.

– Я не поняла, Вась. Ты о чём? При чём здесь Нестерова?

– Ты не думаешь, что она могла быть когда-то влюблена в Аверина?.. Или до сих пор?.. Ну вот, тебе смешно, но я ведь говорю совершенно серьёзно!

А я смеюсь. Буквально хохочу от души. Потому что уже хватит с меня этих влюблённых в одного мужика женщин! Что, больше никого нет?

– Варь, перестань, – Василиса надувает губы.

Взяв себя в руки и смахнув слезинки со щёк, придаю лицу строгость.

– Твоя теория рассыплется вот прямо сейчас, – обещаю подруге. – Моя мама выходит замуж за предмет обожания исторички. Кого та сейчас должна топить и ненавидеть?

– Кого? – Вася делает вид, что не понимает, но в её глазах уже промелькнула досада.

– Меня, – отвечаю я с улыбкой. – Так что, давай не будем приплетать ещё и Нестерову к любовным страстям.

– Жаль, – фыркает Васька. – А было бы куда интереснее, если бы Остапу доставалось не из-за драки с Игнатом, а из-за любви его чокнутой мамаши.

На секунду я задумываюсь над словами подруги. Но мой мозг неспособен даже гипотетически представить такую дичь.

Нет…

Точно нет. Этого точно не может быть!

– Ладно, пошли, – Вася манит меня рукой, начиная двигаться к школьным воротам. Я остаюсь на месте, и она тут же прищуривается. – А-а, ты не идёшь домой! Ясно. Вы, конечно, конспираторы от Бога, но всё же я вижу, что ваши отношения продолжаются.

Едва заметно киваю, подтверждая её слова. Именно Василисе я могу признаться. Именно ей я доверяю.

– Куда пойдёте? – она с интересом вглядывается в моё лицо, а я пожимаю плечами. – Ммм… ты права, какая разница, куда, главное – вместе. Эх… как же я тебе завидую, Варька!

Вася обнимает меня за плечи и переводит взгляд на толпу ребят, покидающих школьный двор. Я уверена, что среди них есть Эрик.

– А вы, значит, всё ещё в ссоре, – констатирую видимый факт.

– Угу… И он даже не пытается, кстати, помириться. Даже ходят слухи, что, вроде как, переписывается с девчонкой из параллели. Не помню, как её зовут.

– Дай угадаю: эти слухи к тебе пришли от какого-нибудь Гуреева.

– К сожалению, нет, – губы девушки начинают дрожать. – Я тоже думала, что это сам Эрик болтает об этом, чтобы заставить меня ревновать. Но нет. Информация – почти стопроцентная правда.

Вася кусает губы, но уже в следующую секунду умудряется беззаботно улыбнуться.

– Ладно, мне всё равно, – врёт она. – Я тоже себе кого-нибудь найду. Вот, например, брат Гуреева – Руслан. По-моему, крутой парень. И уже не школьник, с ним будет интереснее. Нужно просто попасть на одну из вечеринок, которую устраивают Гуреевы примерно раз в месяц во время отсутствия родителей. Ну или сказать Демьяну, пусть нас познакомит.

Вот это да… Я помню Руслана Гуреева. Наглый, надменный, истинный сын мэра, каким никогда не казался мне Демьян. От его старшего брата меня мороз по коже продирал, если честно. О чём Васька думает?

– Ну ладно, я пошла, – она смотрит куда-то мимо меня. – Хорошо вам провести время.

– До завтра, – прощаюсь с ней, не в состоянии спрятать глупую влюблённую улыбку.

Ведь я знаю, кого она увидела.

Помявшись на месте, смотрю украдкой в том же направлении. Остап проходит мимо меня, едва заметно кивнув. Он не идёт к школьным воротам, наоборот, двигается в противоположную сторону. Я пока остаюсь на месте, просто не выпускаю его из виду. Остап подходит к забору и быстро просачивается наружу, видимо там есть какой-то лаз или проход.

Подождав несколько минут, иду вслед за ним. Чувствую, как в венах бурлит адреналин оттого, что иду наперекор желанию матери. И словно против почти всего общества. Сердце бухает, как сумасшедшее, когда я без проблем так же покидаю школьный двор, воспользовавшись скрытым проходом. Шагаю мимо девятиэтажки, и когда огибаю её, сразу попадаю Остапу в руки.

Он прижимает меня к стене и целует. А я в ответ с пылом целую его.

– Ты готова? – отстранившись, он заглядывает мне в глаза.

– К чему? – говорю немного испуганно.

Остап всё чаще намекает мне на те взрослые вещи, к которым я пока не готова.

Парень с нежностью проводит пальцем по моей щеке. Целует в уголок губ, потом в другой. Лукаво улыбается.

– Просто погуляем, Варь. Сходим в парк или в кафе. Или куда скажешь. А ты о чём подумала?

В общем, снова вгоняет меня в краску, потому что подумать я успела об очень многом…