28. Как с цепи сорвался

Алекс Гилл: Девушки-красавицы! Вас становится всё меньше и меньше. Чувствуете, как сердечки ваши забились? Я отсюда слышу. Тук-тык-тук [Смеётся]. Сегодня я припас для вас тонкий вопрос, на который вы вряд ли готовы ответить, но придётся. Давайте сначала вспомним вчерашнюю церемонию. Последними оказались Тамара и Алёна. Аркадий задал простой вопрос: способны ли они на обман. Алёна с лёгкостью ответила, что не любит ложь. Что тебе ответил Аркадий? Он сказал: проверим. Тамара честно призналась, что может быть иногда нечестной. «А по отношению ко мне?» — спросил наш жених. А ведь Тамара была честна. Почему же она ушла?

Алёна: Потому что проверять уже нечего.

Алекс Гилл: Остроумно. И тем не менее, лишь Аркадию известна настоящая причина. Лично меня удивил его вопрос. Никакого сценария, девушки. Аркадия мучает этот вопрос. Не думали, почему? Может, он знает то, чего не знаем мы? Кто-то пытался его обмануть? Гм? [Молчание] Ладно. Время покажет. А сейчас мой вопрос: что вы испытываете к Аркадию на данном этапе?

Злата: Сложно сказать. Мы с ним мало общались. Мне Аркадий нравится, хочется найти искру между нами, однако, пока к себе я никаких флюидов от него не ощущаю.

Дарина: Э… тёплые чувства. С ним приятно общаться.

Алекс Гилл: И всё?

Дарина: А что вы хотите от девушки, которая не была с ним ни на одном свидании? Нет, я с ним завтракала, была на групповом свидании, но тесно не общалась. Посмотрим, как дальше будет.

Кира: Он — классный! Да! Я хотела бы быть его женой.

Алекс Гилл: Значит ли это, что ты уже влюблена?

Кира: Влюблена? Не знаю… может быть…

Сандра: Да как в него не влюбиться? Он красивый, благородный… Помните, я сравнивала его с котиком? Он такой и есть. Аж мурлыкать хочется при виде Аркаши.

Анжела: Испытываю симпатию. Может даже сексуальное влечение.

Алекс Гилл: Вышла бы замуж за него?

Анжела: Наверное, да. Но прежде отдала бы годик, чтобы получше узнать друг друга.

Кристина: Как выразилась Злата, я тоже пока не чувствую никаких флюидов от Аркадия. Пытаюсь найти лазейку, но пока не выходит. Боюсь, во мне что-то не так.

Алекс Гилл: А ты сама, Кристина, что к нему испытываешь?

Кристина: Симпатию.

Раиса: Нежность. Испытываю к нему нежность, но немного боюсь.

Алекс Гилл: Почему?

Раиса: Аркадий тут ни при чём. Дело в моих внутренних ощущениях. Можно я не буду объяснять, каких?

Алёна: Вчера я сказала, что не люблю ложь. И вот мой честный ответ: Аркадий мне безумно нравится. И чем дальше, тем безумнее мне кажется эта мысль. Когда он рядом, хочу поцеловать его. Хочу гладить его колючие щечки, видеть его белозубую улыбку. А ещё всегда пытаюсь угадать, что у него в голове. Знаете, когда вокруг такая конкуренция, нередко ловишь себя на мысли, что рядом с тобой он думает о другой.

Ксюша: У меня тоже часто возникает такая мысль. Аркадий часто летает в облаках. Но он всё равно милый. Хочу за него замуж. И если дойду до финала, скажу стопроцентное «да».

Альбина: В самом начале шоу для меня всё это было игрой. Я намеревалась биться всеми правдами и неправдами, чтобы завоевать его. Но с тех пор всё изменилось. Я ближе узнала его, мы не раз оставались наедине, и я поняла, как мне с ним хорошо. Просто когда он рядом, я чувствую себя живой, настоящей.

Нонна: Мы недавно разговаривали с Аркадием на эту тему. Он знает о моих чувствах.

Алекс Гилл: А как же зрители? Им тоже интересно.

Нонна: А для зрителей это останется секретом.

Лада: Пока только нравится. Может, ещё что-то изменится.

Настя: Очень нравится. Очень хочу настоящих отношений с ним. Что ещё сказать? Я не привыкла так во всеуслышание говорить о своих чувствах к мужчине. Я расскажу ему больше наедине.

Алеста: Любовь…

Алекс Гилл: Любовь? Ты любишь его?

Алеста: Да.

***

Ева с самого утра была взвинчена. Если Надежда сделает ей хотя бы одно замечание, она разрыдается. Что на это влияло, она не знала. Может, в преддверие менструации. Мирон достал, липнет как банный лист. Или это просто понедельник, который принято считать тяжёлым днём.

Крепко прижимая к груди планшет, она пересекла патио и остановилась. Раньше, когда они находились в Москве, Аркадий днём был на работе. Теперь же он попадался везде. А тут ещё поручение Надежды. Сашка не могла ее заменить, так как ушла с девушками на интервью. А больше некому.

Мысленно перекрестившись, Ева три раза постучалась в дверь и замерла в ожидании. «Хоть бы не было, хоть бы не было, хоть бы не было», — приговаривала она, будто произносила колдовские слова.

Дверь открылась.

«Ведьма из меня никакая», — тонко подметила, улыбнувшись сонному парню.

— Мираж? Я ещё сплю?

— Доброе утро, Аркадий… кхм… Эммануилович! — она старательно отводила взгляд в сторону, чтобы не пялиться на его крепкую, заросшую чёрными колечками волос, грудь. И заметила же! — Я распоряжусь, чтобы нам накрыли завтрак в патио, пока вы одеваетесь.

— Как официально. А что, сегодня исключение, и я завтракаю с тобой?

— Девушки на интервью с Гиллом. Их рано подняли. На самом деле я тоже завтракала, но составлю компанию и выпью кофе.

— Какое приятное исключение!

Спустя полчаса Аркадий сидел перед Евой свежий, начисто выбритый, вкусно пахнувший и жующий яичницу с беконом.

— Ну и? Как поживает Мирон?

Кофе попало не в то горло, и Ева закашлялась. Аркадий не шевельнулся, чтобы похлопать девушке по спине. А у неё аж слёзы из глаз выступили.

— Осторожно. Торопиться некуда. Так как?

— Как-как. Хорошо поживает.

— Что ты в нем нашла? Он же невзрачный.

— Ты так говоришь, потому что сам мужчина, — защищалась Ева. — Мирон не обязан нравиться всем. Главное, что он нравится мне.

— Угу. — Аркадий криво улыбнулся, затем потянулся за помидоркой. — Хочешь сказать, что и тебе не нравится ни одна участница, потому что ты женщина. И не сможешь отличить красивую от некрасивой?

— Они все красивые, — недовольно буркнула Ева, автоматически начав рыться в папках на планшете, лишь бы пальцы и глаза занять.

— Вот видишь. Я тоже могу отличить красивого мужчину от… некрасивого, — выдавил Аркадий, потому что хотел сказать «уродливого». А Мирон рожей точно не вышел. — Сейчас ты скажешь, что любишь его душу.

— Чего ты добиваешься?

— Правды.

— Какой правды?

— Не знаю. Какой-нибудь. — Он снова начал жевать. Потом неожиданно спросил: — Ты хорошо изучила участниц?

— В смысле?

— Что ты думаешь о Дарине?

Ева закатила глаза.

— А что я должна о ней думать? Обычная девушка, математик и…

— И водит нас всех за нос. Вижу, что успешно. Либо… у меня дезинформация.

— Я не понимаю, к чему ты клонишь. Лично я не замечала за Дариной ничего такого, что могло бы ее как-то опорочить. И вообще, я пришла к тебе говорить не об этом. В среду запланировано свидание на яхте. Надо, чтобы ты назвал трёх девушек.

Аркадий запил еду водой и посмотрел на Еву. Его локти покоились на коленях. Столик был низкий, пришлось сгибаться в три погибели.

— Тройное свидание, значит. Хорошо. Пусть это будет Алеста…

— Алеста слишком часто бывает на свиданиях.

— Не потому ли, что она мне очень нравится? — парировал Аркадий, ехидно улыбаясь, потому что видел, как злится Ева. — Я ведь ищу женщину, с которой проживу всю жизнь.

— С условием, если она скажет тебе «да» в финале.

— Вот чтобы не ошибиться, я и зову ее часто на свидания. Итак, Алеста, Нонна и… пусть будет Сандра.

— Я бы на твоём месте пригласила Дарину, раз она для тебя такая уж загадочная личность.

— Хорошо, — согласился Аркадий. — Тогда Алеста, Нонна и Дарина.

— Лучше заменить Алесту.

Аркадий наклонился вперёд, посмотрел Еве в глаза и чётко произнёс каждое имя:

— Алеста. Нонна. Дарина. — Затем встал. — Это всё?

— Надежда не одобрит, — предприняла она последнюю попытку. Это было ложью. Надежда наоборот поддерживала отношения Аркадия с Алестой, а вот ей, Еве, всё больше это не нравилось.

— Запиши имена. Или я подумаю, что ты ревнуешь.

Дерзкая улыбка красноречиво свидетельствовала, что отступать он не собирается. Еве осталось подчиниться. Плохой день. Ужасный понедельник. Всё не так. И Мирон на самом деле урод.

***

Яхта мирно покачивалась на волнах, а ветер насвистывал красивую мелодию океана. Все тревоги ушли, и Аркадий замер от приятного ощущения спокойствия рядом с тремя красивыми девушками. Под мерное поскрипывание мачтовых стропил, они плыли навстречу горизонту, в далёкое никуда, ловили крошечные брызги прохладной воды, загорали под жарким солнцем и пили экзотические коктейли.

— Никогда ни о чём подобном не мечтала, — воодушевленно сказала Дарина за ужином.

Поедая вкусные блюда, они наслаждались потрясающим закатом. Золотой диск уже почти спрятался за горизонтом, оставляя за собой озолочённый яркий свет, который, казалось, создавал ореол вокруг руки, если поднять ее вверх.

Пока Нонна и Дарина глазели на заходящее солнце, Алеста не сводила глаз с Аркадия. Но он как будто не замечал ничего. Поглощал омаров, запивал вином, поддерживал разговор, но не особо смотрел по сторонам. В какой-то момент она подумала, что поймала его взгляд, но ошиблась. Он смотрел не на неё, а на подошедшего официанта, которого потом попросил подать десерт.

— Сегодня целую ночь со мной проведёт одна из вас. Кто это будет, определю не я. В одном из трёх десертов спрятано колечко. Само собой, эта драгоценность станет подарком, а заодно оно подскажет, кто же та счастливица.

Перед девушками поставили креманки с освежающим десертом панна-котта — личное пожелание Надежды, что бы можно было легко спрятать кольцо. Даже сам кок не догадывался, куда попала драгоценность. После добавления желатина это уже никак не проверить, поэтому для девушек десерт готовили отдельно.

— Аркадий, а каким ты видишь идеальное свидание? — спросила Нонна, не спеша поедая десерт. Ей он казался сладковатым, и есть уже совсем не хотелось, девушка ждала, пока Алеста или Дарина не съедят свои порции.

Нонна выделялась из всех, и не из-за своего голубого платья, и не большие глаза отличали ее от соперниц. Нонна была своеобразной диковинкой — раковиной, жемчужина в которой не белая, а чёрная, такая же прекрасная, но необычная, экзотическая. Волосы лежали красиво и аккуратно, не пряча ее длинную шею. Однако Аркадий ощущал невидимую стену между ними, и ее вопрос застал его врасплох.

— Сейчас я сыт по горло всякими разными свиданиями, — весело сказал он и рассмеялся. — Думаю, что я побывал ужена всех самых идеальных.

Алеста проглотила ванильное желе, облизала губы и без улыбки сказала:

— Наверное, Нонна имеет в виду идеальное свидание с любимой девушкой. Не с любой.

— Если так, то… неважно, где мы с ней будем, хоть на луне, хоть в болоте. Каждый день с ней будет свидание. Всё остальное — пафос.

— Ты так говоришь, потому что уже устал от нашего внимания? — лукаво спросила Дарина. — Если бы у тебя был выбор, ну, если бы от тебя что-то зависело, ты бы остановил шоу?

Аркадий знал чёткий ответ на этот вопрос, и это «да». Однако вокруг крутились камеры, и любое неверное слово выльется в долгую и неприятную речь матери. Он сделал вид, что думает. И именно в этот момент Дарина застыла, широко раскрыв глаза. Она быстро поднесла ложку ко рту, и туда выпало колечко. Та радость, которую она продемонстрировала, никак не относилась к Аркадию. Девушка обрадовалась колечку. Но и на это Аркадий решил закрыть глаза.

— Вау, — выдохнула Дарина, разглядывая бриллиант на своём пальчике. — И размерчик подошёл.

— Прямо как в сказке «Золушка», — буркнула Нонна, отодвигая свой недоеденный десерт.

— Поздравляю, — без всякого воодушевления сказал Аркадий. Сегодня твоё свидание продлится дольше.

— Только осторожнее с ним, Дарин. Не забывай печальный опыт Оли.

Слова слетели с языка Алесты быстрее, чем она успела подумать. Во всём виновато вино… и ревность.

Внезапная прямая атака привела Аркадия в замешательство. Минуту он смотрел на неё потрясённо. Губы сжались в тонкую линию. Он пытался успокоиться, вдыхая соленый воздух через нос и тут же выдыхая. Не помогало. Самообладание покидало Аркадия. Ему осточертело терпеть издёвки в свой адрес.

— Тоже, как и все, считаешь, что я пользуюсь женщинами?

— Я не…

— Я догадываюсь, какие разговоры ведутся у меня за спиной. Аркадий Кожевников строит из себя благородного принца, но на самом деле обычный мудак, который не считается с чувствами слабых женщин. Только ни тебе, Алеста, ни кому бы то ни было на этом шоу, ни зрителям по ту сторону экрана не понять, что чувствую я, встречаясь с вами. Вы соблазняете, убеждаете в своих намерениях, а потом в меня летят огненные стрелы. — Он вышел из-за стола, и теперь нервно расхаживал по узкому коридору. — Что уставились на меня? Кому пришло в голову спросить — что ты чувствуешь, Аркадий; какие твои мысли? Кому? Если бы спросили, я бы честно ответил, что не верю ни одной из вас. Ни одной! Вы не убедили меня в искренности своих намерений. Для вас, как и для меня, это шоу — игра. А в игре каждый имеет право строить свою стратегию. Признаюсь честно, до финала дойдут те из вас, кто сможет одурачить меня. Ну, или полюбить. — Он склонился над столом, приблизив лицо к Алесте и, не щадя ее чувств, сказал: — Следи за языком.

На этом его речь была закончена. Аркадий покинул ресторан. Девушки сидели тихо, Алеста всхлипывала. Василий никак не мог закрыть рот, настолько его потряс этот взрыв Аркадия. Камеры продолжали снимать…

Аркадий думал, что после его вспышки гнева Дарина не придёт на свидание. Но спустя два часа ему сообщили, что девушка готова.

Они сидели на кожаных диванах в тишине и пили вино, ощущая плавное покачивание яхты на воде. Дарина ни о чём не спрашивала, ждала, пока он сам заговорит. А Аркадий был в своих мыслях. Наступил момент, когда эмоции осели, и он начал жалеть о своих словах. Он обидел прекрасную девушку, которая относилась к нему лучше всех. Гилл подлил масла в огонь, когда отправил кадры с интервью участниц, где они говорят о чувствах к нему. Когда Дарина появилась в его шикарной каюте, он уже знал мнение каждой.

Алеста — единственная, кто произнёс слово «любовь». Единственная.

— Если ты не возражаешь, я хотела бы поговорить о том, что сегодня произошло. Наверное, у меня даже найдётся объяснение твоим неверным доводам, — сказала Дарина, тем самым выведя Аркадия из раздумья.

— Интересно послушать.

— Во-первых, никто ничего плохого о тебе не говорит. Оля сама призналась нам, что то было её инициативой. Твоей вины здесь нет.

— Это не объясняет того, что сказала Алеста.

— Алеста ревнует. Она скрытная, шепчется только с Нонной, но у неё на лице написано, что она любит тебя.

Аркадий внимательно посмотрел на девушку. Он хорошо помнил обвинения Альбины, и в словах Дарины звучало холодное равнодушие. Правда ли то, в чем ее обвиняют?

— А ты какую цель преследуешь? Дойдёшь до финала, и что дальше?

— Я не дойду до финала, Аркадий. И мы оба это знаем. — Дарина говорила уверенно и спокойно. И в присутствии Аркадия, да и камер, не смущалась. — Кстати, нам обязательно спать в одной кровати?

Аркадий встал и направился к двери.

— Нет. Я лягу на диване. Ты располагайся, а я скоро вернусь.

Алеста не заслуживала подобного обращения. Надо извиниться. Прямо сейчас. И пусть весь мир подождёт.

***

Алеста горько плакала, стоя у левого борта. Она была уверена, что на палубу никто не выйдет, ибо давно стемнело, а ей нужен был воздух. Просидев в каюте больше двух часов, ей стало дурно. Слёзы на глазах не высыхали. Девушка искренне не понимала, почему он решил сорваться именно на ней. И если так очевидно то, что произошло с Олей, в чём он её, Алесту, пытался обвинить?

Все эти мысли не укладывались в голове. Ей было стыдно, больно и обидно.

Алеста никогда и никому не позволяла так с собой разговаривать. Сегодня она не посчитала нужным защищаться, и от этого только хуже стало. Чем она это заслужила?

Новый поток слёз пробился сквозь чёрные ресницы.

— Думаешь, он стоит твоих слёз?

От неожиданности Алеста схватилась за металлический поручень, голова резко закружилась. Нонна остановилась рядом.

— Почему ты не захотела выпустить меня?

— Когда мне плохо, предпочитаю оставаться одной. Прости… — почти шёпотом произнесла Алеста.

— Совсем неправильная позиция. В одиночестве мы изводим себя, и успокоиться сложнее. Когда рядом друг, боль проходит значительно легче. В твоём случае совсем нет повода лить слёзы. Аркадий на взводе, и его можно понять. Ну а ты… сама рассказывала, для чего сюда пришла. В чем дело? Или признание в любви на камеру — правда?

Неподвижный взгляд Алесты был направлен в чёрную гладь воды с расползавшимися, словно змеи, белыми разводами. Яхта увозила их всё дальше от берега, а утром они поплывут обратно. Или они уже плывут обратно?

— Посмотри на меня, Алеста, — попросила Нонна, развернув ее за плечи к себе. Холодные ладони Нонны легли ей на лицо, но Алеста не шевельнулась. — Ты очень красивая девушка. Таких я ещё никогда не встречала. Здесь, на шоу, тебе нет равных, поверь. Не могу читать мысли Аркадия, не знаю, о чем он думает и какие тараканы у него в голове. Одно могу сказать наверняка: он просто осёл, если не видит настоящей красоты и… — Нонна запнулась. Они смотрели друг другу в глаза. Алеста не понимала, что происходит. Ей казалось, что Нонна подбирает правильные слова, чтобы окончательно её успокоить, но вдруг прозвучало то, чего она совсем не ожидала услышать. Нонна подступила на шаг ближе, и теперь ее руки придерживали шею и затылок Алесты, пальцы зарылись в копне золотых волос. — Мне невыносимо молчать об этом, Алеста. Я люблю тебя.

В следующую секунду Алеста почувствовала горячие женские губы на своих губах и оторопела. Она хотела оттолкнуть Нонну, накричать на неё. Ярость уже поднималась от кончиков пальцев по венам вверх.

Не успела.

Их увидел Аркадий. Он и прервал поцелуй.

Алеста не смогла посмотреть ему в лицо. Быстро вытерев губы тыльной стороной руки, она убежала прочь, понимая, что это конец.

Нонна вздёрнула подбородок и улыбнулась Аркадию. Она ничего не стыдилась и ни о чём не жалела.

— Ты хотел узнать мою тайну? Самое время признаться.