6

Я смотрю на этот ходячий позитив с белокурыми волосами и в джинсовой курточке, который неумолимо приближается ко мне.

— Ты как здесь? — спрашиваю я, хотя, наверное, это не слишком вежливо начинать разговор с этого, а не с «привет».

— Ой это долгая история, потом расскажу, — отмахивается она и неотрывно смотрит на парней. — Я про вас читала, Виктор и Максим. Очень рада знакомству.

— А вас как зовут? — скучающе произносит Макс.

— Я — Маша. А это Кристина, — показывает она на меня и громко смеется своей же шутке. Я натягиваю улыбку, и лихорадочно пытаюсь сообразить — как она сюда попала. И зачем?

Показывая какое никакое гостеприимство, братья приглашают её за стол. Маша быстро начинает общение и много говорит сама, позволяя братьям лишь задавать вежливые вопросы. Мол, откуда вы? Как познакомились с Кристиной? На кого учитесь?

Когда Маше дают тарелку, она с удовольствием уплетает всю предложенную ей еду, так и оставив небольшой красный чемоданчик, прямо в середине зала.

Макс, щелкнув пальцами, вызывает уже знакомого мне, лысого носильщика и кивает ему на чемодан. Тот забирает его и уносит на второй этаж. Мне становится легче на душе, когда я понимаю, что он относит чемодан в соседнюю от моей комнату.

— Боже, я хочу у вас жить, это просто потрясающе. Не хотите еще сестренку принять? — говорит Маша с набитым ртом.

— И что вас к нам привело? — спрашивает Виктор. Я вдруг, понимаю, что он впервые вклинился в беседу.

— Каникулы и желание посмотреть, как теперь живет моя подруга. А то она всё ныкается, по телефону стала такой зажатой. Потомкает меня да завтраками кормит, на все вопросы. Потом в инете объявление видела, у вас девушка пропала. Карина какая-то там, не помню фамилии.

— Оля, блин, — рычит Виктор.

Я сижу рядом с ним, и незаметно, под столом хватаю его руку и сжимаю. Почему-то, я чувствую, что он сейчас вскипает и ему нужно успокоится. Он сжимает мне руку в ответ, и чуть гладит большим пальцем.

— А как вы адрес-то узнали, как поняли, что наш дом? — продолжает Макс беседу.

— Так мама Вики и сказала, она ж тут жила.

А, мама. Понятно. «Спасибо» ей большое.

— А мама не хотела навестить меня и узнать, как я живу? — вдруг вырывается у меня.

— Прости, зай, — только и может сказать Маша.

— Понятно, спасибо за честность.

Теперь очередь Виктора сжать мою руку, показав этим жестом «я с тобой». Я смотрю на него и посылаю легкую, благодарную улыбку.

После завтрака мрачные братья, со мной не особо разговаривают оставив на меня Машу. По взглядам обоих вижу, как там написано «выгони ее». Но я не могу. Все-таки подруга да и вообще, невежливо это как-то.

— Маш, блин, нельзя так врываться кому-то в гости. Это просто показатель невоспитанности.

— А вдруг тебя тут покромсали уже? А, любимые новоявленные братики? — поднимает она на меня возмущенный взгляд.

— И поэтому ты приехала с чемоданом? — замечаю я. — Не надо делать вид, что ты заботишься обо мне. Ты бы тогда ментов вызвала а не приехала гостить.

— Ой не бузи. — отмахивается она. — У меня каникулы, я хочу отдохнуть. Плохо что-ли? А у тебя дохрена комнат, чего мне на гостишку тратится, ты мне скажи?

Маша сидит на корточках, разбирая чемодан. Я же, оказавшись впервые в новой для себя комнате с интересом её разглядываю. Вроде бы обычная комната с пастельным цветом стен, деревянным полом. Ну и есть в ней то, что меня удивляет — снова картины с Хатхор. Кстати, в моей, гостевой комнате картины нет и статуи тоже. Кажется, в единственном в этом доме помещении. Надо спросить об этом у братьев.

— Ну, не знаю, как тебе подружка, а мне нравятся твои братики, — вдруг начинает Маша.

— В каком смысле?

— В самом, что ни на есть, прямом. — фыркает она. — Точнее, мне нравится блондинчик.

— Да он… хорош, — киваю я. Оба хороши, честно говоря.

— Ну вот я и планирую с ним провести время очень даже хорошо. Не знаешь, у него есть девушка, там невеста, жена?

Пожимаю плечами, и сама не знаю, что ответить на этот вопрос. С одной стороны, вроде бы как есть я, но говорить об этом Маше как-то не хочется. С другой стороны, являюсь ли я ему девушкой?

Мы так и не договорили, и я уже сказала «я ваша». Но насколько наши отношения, если это можно так назвать, подразумевают еще и верность? Я не знаю.

— Ну понятно, если ты постоянно не видела, значит у него полно девочек. Я бы его попробовала. Думаю, у него офигенный член! — громко шепчет она.

Моргаю. Она-то права, но сказать этого я не могу.

— Извини, конечно, они ж тебе типа родственники, официально. Ну и вообще ты у нас девочка скромная, так что больше от меня никаких пошлостей.

Снисходительно махнув на меня рукой, Маша заканчивает разбор своих вещей. Выгребает из огромной дамской сумочки несколько склянок с духами, выбирает подходящие и интенсивно пшикается. По комнате разносится запах клубники и отдушек.

— Ну что, зайка. Пошла я соблазнять твоих миллионеров.

— Удачи, — только и могу сказать я.

В обед Маша потребовала себе экскурсию. Устраивать её вызвался Макс, что ей не сильно понравилось. Она явно рассчитывала на Виктора. Виктор, же вел себя как кот, которого разбудили и стали тискать непрошенные гости. Но Макс, зачем-то, упросил его ходить вместе с ними по дому.

Я же, помня свою ассоциацию про кота, понимаю, что надо быть рядом, чтобы Виктор не оцарапал гостью. Так и идем мы громоздкой глупой группой по дому. Макс, за ним Маша, за ней я, ощущая запах её клубничных духов, рядом со мной Виктор.

— Выгони её, — просит он, когда Маша отходит достаточно далеко.

— Я не могу просто взять и выгнать человека. Она приехала в гости. Она моя подруга.

— Ты её звала?

— Нет.

— Я тоже. Макс тоже. Выгони её. Или я это сделаю, и ей не понравится.

— Слушай, ну это уже смешно! Ну будь ты немного более компанейским. Да, такое бывает. Все нормально, отдохнет тут пару дней, потом уедет.

— Я весьма компанейский, но не тогда, когда кто-то просто так заходит в мой дом. Тем более, ты знаешь, что дом не простой. Здесь есть много того, о чем ей знать не положено.

— Ей здесь что-то угрожает? — спрашиваю я. — Из… ну, вашего, мистического?

— Не думаю. Быстрее, я ее убью, — быстро говорит он. — Прогони её, если не хочешь, чтоб она пострадала.

С этими недобрыми словами он отходит от меня и идёт ближе к Максу и Маше, которые уже стоят на кухне.

Пока Макс что-то рассказывает про свою любимую комнату (и я молюсь всем богам, чтобы он не начал ей рассказывать про тот самый стол) Маша залезает в холодильник без спросу, вытаскивает оттуда огурец и откусывает.

Я не знаю почему, но мне кажется, что эхо того, как она его откусывает отражается от всей мебели на этой кухне. Виктор поднимает на меня тяжелый взгляд. Я слегка пожимаю плечами и улыбаюсь, пытаясь показать этим «все нормально».

Между ними происходит какая-то светская беседа, в которую я не вклиниваюсь. Маша отходит от Макса, подходит к Виктору, и явно невнимательно слушая снова откусывает огурец. Она стоит ко мне полубоком, и я могу увидеть только его спину и её глаза, которые она не отрывает от его лица.

Да уж, соблазнение миллионера движется резво.

Макс отвлекает её чем-то, и Виктор опять оборачивается на меня. Взгляд печальный.

Вечером Маша собирается погулять.

— Ты чё, еще не одета? — спрашивает она, заваливаясь в мою комнату когда я лежу на кровати.

— Ну, я не иду, — мягко отвечаю я.

— Ты находишься в Питере и не ходишь по питерским вечеринкам?

— А они какие-то особенные? — не понимаю я.

— Вот и проверим. Давай-давай, вставай отсюда.

— А ты не хочешь продолжать Виктора соблазнять?

Я почему-то надеюсь, что она займется Виктором пока я посплю. Правда, это может быть опасно для неё.

— Не, он импотент.

— С чего ты взяла?

— Ты видела что на кухне было? После такого моего перфоманса, мужики меня сразу зажимают, а он посмотрел как на больную. Так что, член может и большой у него, но точно не стоит, поверь, я шарю.

— Это не так, — вырывается у меня когда Маша уже разворачивается от меня к двери.

— Ты то откуда знаешь?

Я молчу пью воду из бутылочки, что всегда стоит у моей кровати.

— Короче, давай, вставай. Пойдем мне искать нормального мужика. И тебе тоже.

— Маша, я не думаю… Ну… Я не могу.

— Что у вас происходит? — спрашивает она чуть опускает голову набок.

— Ты знаешь, наследство. Ждем пока пройдет полгода от смерти моего отчима.

— Нет, тут. В доме. Ты спишь с кем-то из них? — она кивает назад, там никого нет, но я понимаю о чем она. О братьях.

Две секунды и я делаю глупость. Полную.

Которую еще не раз буду вспоминать.

— Нет конечно. С чего ты взяла? — качаю быстро головой.

— Тогда какого чёрта? Ты рассталась со своим идиотом, так что отговорки не принимаются. Идем тусить.

— Ну… может быть, — мямлю я.

Объяснив себе и братьям, что она гость, и поэтому мы должны ее развлекать, я, сопровождаемая очень тяжелым и злым взглядом Виктора, ухожу.

Тусовкой оказывается ночной клуб в центре города куда мы едем на такси. Маша отнекивается от моих вопросов о том, откуда она знает про клуб.

Место издали оказывается готическим домом в три этажа с острыми шпилями, будто вдохновлялись не то Нотр-Дамом не то замком Дракулы. Сначала, я надеюсь, что нас не пустят. Но Маша что-то говорит охраннику, и он нас пропускает. Я даже удивляюсь, откуда у неё оказывается пригласительный, причём пригласительный в вип-ложу.

Но спросить сложно, потому что музыка играет очень громко. Маша буквально за руку приводит меня на второй этаж и сажает на красный диванчик.

— Я скоро подойду, — кричит она сквозь музыку.

Сверху видно весь дизайн помещения: квадратный танцпол и по углам на высоте расставлены клетки, в которых танцуют девушки и парни в очень откровенной одежде. Вообще клетки, или паутины это стилистика клуба. Я понимаю, что на каждом столе вырезаны формы пауков а на полу тонкая серая ниточка в виде паутины.

Мне становится неуютно в этом месте. Но не успеваю я разобрать свои чувства, как Маша возвращается под ручку с мужчиной. Высокий, крупный, с черной легкой бородой, пухлыми губами и колким взглядом.

— Это Олег, — говорит она. — Мы познакомились в инете.

— Он тебя и пригласил в Питер, — поняла я. — Никакая Карина не привлекла твое внимание, это ты уже потом гуглила.

— Ну извини, — шутливо тянет она. — Я очень хотела встретить Олега в реальности.

Я машу рукой, да все равно. Однако спутник Маши мне не нравится. Если бы мне сказали его описать каким-то образом, я бы сказала, что это нож, завернутый в вату. Его внешность кажется такой мягкой, но что-то подсказывает мне, что это не так.

Странно, я раньше не чувствовала людей, а сейчас, будто бы вижу его насквозь. Не понимаю, как это объяснить, но будто бы я ощущаю от него, каким-то шестым чувством, что он недобрый человек, темный. И еще… грязный. Да, грязь, он живет в грязи, не физической а внутренней.

И мне не нравится его взгляд на меня.

— Угостить чем-нибудь? — спрашивает он. Голос низкий, глубокий, мягкий.

— Нет, спасибо.

— Крис, ну не будь занудой. — говорит мне Маша и улыбается ему. — Да, пожалуйста, мне космополитен. А тебе, Крис, — дайкири?

— Мохито, безалкогольный, пожалуйста.

— Блин, ну ты скучная, — откидывается Маша на кресле и смотрит на Олега, будто бы виновато. Да, я порчу ей вечер.

— Да, я всегда скучная, — киваю я, и чувствую, как уже начинаю беситься. Олег смотрит на меня, и от взгляда становится мерзко. Когда также на меня смотрел Виктор или Макс, хотелось зайти за все грани, но, когда смотрит этот тип, я чувствую себя будто грязной.

В конце концов, какого хрена⁈

— Маш, я пойду домой. У меня голова болит, — говорю я ей, когда Олег уходит за напитками. Что-то мне подсказывает, что он меня не выпустит. — Ты со мной?

— В смысле, ты куда? Мы ж только присели. Ты оставайся.

— Я ухожу, Маша. Вопрос тут только один — ты со мной? — говорю и сама удивляюсь тому, каким жестким и твердым у меня может быть голос. Маша обиженно надувает губы.

— Ну и иди отсюда.

— Ты идешь?

— Я не фригидная трусиха, как некоторые, — отвечает она мне.

Не знаю, почему сейчас она подбирает именно это оскорбление, но сейчас мне плевать Я лишь сжимаю губы.

— Хорошего вечера.

Ухожу быстро, чуть расталкивая людей. Нет времени быть вежливой, я четко понимаю, что, если Олег поймет, что я ухожу он точно меня не выпустит. У него есть здесь власть. Вспоминаю, как нас легко впустили. Да, он либо владелец клуба, либо хорошо с ними знаком. Это его место.

Хотя, если призадуматься, откуда я могу такое знать? А его взгляд… мне могло и показаться.

Чуть задерживаюсь у двери и думаю, что нехорошо так оставлять подругу, портить ей вечер… Вдруг, мои мысли перекрывает мой же голос изнутри. Спокойный и властный. Будто четко знающий что делать.

Нет, надо уйти. Срочно. Времени мало. Надо бежать.

Будто подгоняемая внутренним голосом я выбегаю из клуба и даже там не могу постоять и отдышаться. Надо бежать.

Левее.

Застываю на месте и смотрю налево. Глухой двор, темный без освещения. Туда точно не надо идти.

Левее, — повторяет голос.

Смотрю на мрачную арку.

Быстрее!

Дверь клуба приоткрывается за мой спиной, и почему-то появляется страх. Животный ужас, я стремительно убегаю в тот самый двор. Темно и невысокие каблуки громко стучат. Но я замечаю машину.

Черную, большую. Её двери пассажирского сидения открыты, а в салоне горит свет, и водитель будто дремлет. Лысая голова, низкий рост…

Я с удивлением узнаю за рулем знакомого. Это же носильщик у братьев. У Малышевых. Стремглав мчусь в машину. Закрываюсь там и громким стуком двери бужу водителя.

— О, вы уже тут? — говорит он. Не «о, не ожидал вас встретить» а «вы уже тут». Он знал, что я приду. Это как?

— Это вы почему тут⁈ — кричу я. Выглядит так, будто я возмущаюсь, но я рада ему, как никогда в жизни.

— Виктор сказал, за вами следить и встать где-то максимально близко от выхода в клуб. Сказал, что вы будете выбегать и вам надо будет быстро скрыться.

Откуда он знал, я буду выбегать из клуба? Откуда я знала, что надо бежать сюда?

— А вы… поверили?

— Такое нередко бывает у братьев. Я уже привык, — пожимает он плечами.

Отвлекают звуки сбоку, и я выключаю, на всякий случай, свет в салоне. Вижу высокого мужчину, что быстрым шагом обходит людей вокруг клуба и что-то у них спрашивает. Олег.

И рядом с ним, эту же задачу выполняют еще несколько.

— Нам лучше ехать, — шепчу я.

— Как скажете, — отвечает водитель.

Машина плавно трогается со двора и ищущие меня мужчины остаются где-то далеко.