3.9

— Я пью противозачаточные, — объяснила я.

— Но я же мог тебя заразить? — Поинтересовался Ник, начиная снова толкаться во мне чуть своим органом. Сильные руки обняли меня, и пальцы оказались на сосках. Они сильно сжались:

— Кажется, я спросил, ты не боялась, что я тебя заражу или ты меня?

— Я не шлюха, не кидаюсь на член каждому. Просто в тот день так вышло. Я решила отпустить тормоза. Мне нужен был переключатель для мозгов.

Нежные пальцы сжали соски ещё сильнее, а восстановивший свои объёмы пенис больно ударил в стенку, войдя до предела:

— Правда?

— Да! — Почти закричала я. Теперь толчки снова выровнялись и Ник медленно меня заполнял, скользя вперёд-назад, вперёд-назад. Только пальцы его обняли мои бока и вцепились в них как якоря в дно. Было очень больно, искры сыпались из глаз. Я одновременно ловила кайф и боль. От этого два в одном ощущения нестерпимого удовольствия нарастали. А Ник не унимался:

— Ты делала мне классный массаж спины. А массаж пениса губами и языком влюбил меня в твой ротик! Перевернул мой мир. Остановил мгновение, разделив время на до и после.

— Да, я люблю этот вид массажа, — пропела я, наслаждаясь.

— Через неделю я был влюблен в тебя по уши! Уже через месяц избегал близости с невестой. А через два месяца понял, что ты удовлетворишь все мои самые смелые желания и фантазии. А это значит, что ты должна стать моей женой, чтобы я мог распоряжаться твоим телом. — Никлас двигался всё быстрее, тараня меня.

Я молчала, даже стонать перестала, понимала, что Никлас привык брать все, что хотел без спроса. Этому его явно научил отец. Вспомнила наглые синие глаза и ствол у лица. «Бери первым, пока другие не взяли!» Никлас заберёт меня себе, даже если я сейчас отвечу «Нет».

Любовник видел — я явно устала, даже финишировать не могла. Может, боль не давала расслабиться. Как только кончил, и горячая сперма разлилась во мне, обжигая стеночки, полилась из меня струёй, стекая по бедру, заполнила воздух в комнате своим незабываемым ароматом, Ник отстегнул меня и отнёс на кровать в свою комнату. Он понимал, что я пока не готова просыпаться в красной комнате. Мне нужно время. Никлас уложил меня дремлющую в постель. С любовью укрыл, снял с глаз алый шарф. Поцеловал в сухие потрескавшиеся губы: — Люблю. Буду под утро. Не скучай, детка, — он чуть сдвинул одеяло, плотоядно облизнул сосок, простонал, вспомнив, каким напряженным тот был после льда.

— Да, детка ты меня хотела! Именно меня. И будешь хотеть всегда! Я тебя заставлю: хотеть! И подарю тебе всего себя без остатка. — Ник прикусил мне мочку уха, засунул язык вовнутрь и облизал со смаком каждый миллиметр ушной раковины.

Я не слышала всей этой тирады. Я даже не знала, что ждёт меня завтра и послезавтра. Моё подсознание теперь мне не принадлежало — его использовал кто-то другой. Я видела странный сон — я в алом белье в красных чулках стою посреди красной комнате. Такую комнату я видела в фильмах для взрослых. Уж я-то её запомнила! Из-за внешней необычной манящей притягательной красоты и внутренней уродливостью — ведь это была пыточная! Я запомнила свои ощущения: — Не дай Бог попасть на место героини. Жить-жить и вдруг узнать, что ты не любимая женщина, а сабмисив. О-о! Я никогда не грезила о господине, мечтала о взаимной любви с адекватным парнем. Отношения по принципу: Ты — мне, я — тебе.

И вот теперь я рабыня красной комнаты. А мужчина демон с лицом наполовину ангела с синим глазом и наполовину демоном с красным глазом и рогом на голове, чем-то меня опаивает. После связывает, руки, завязывает алый шарф на глаза и усаживает на качели. А я абсолютно голая и напуганная до чёртиков.

Полудемон-получеловек играет на моём теле как на скрипке. Водит смычком — пальцами по грудям, шее, бёдрам, животу. А после мужчина-демон смахивает с глаз длинную тёмную чёлку, криво улыбается и качает меня. Вперёд-назад, назад-вперёд. Мне больно! У меня болит всё внутри — у него такой большой орган. Я вижу, как чёрт жарит на сковородке блин, переворачивая его снова и снова. И жарит, и жарит. Мне больно не только в области таза, но и в области груди. Там — где сердце, где душа.

Я переворачиваюсь и слышу громкий стон и болезненный крик. Мне больно. Простынь подо мной мокрая. Я вся переполнена спермой и соками демона как бензобак — топливом. Сперма демона нечеловеческая, она обжигает меня изнутри. Она обжигает мне Душу! Мне страшно. Я кричу.

И как вырваться из этого плена я не знаю! И смогу ли выбраться — тоже не знаю! Я в капкане. Я в тюрьме! И моё подсознание знает об этом. И какой срок мне отмерен для заключения? Разве могла я поверить в то, что милый синеглазый мальчик станет моим надзирателем. Демоном, заковавшим меня в цепи страстей. Он стал моим раем и адом! Эта комната стала моим персональным раем и адом! Я сама втянулась в игру, обжигающую душу. Не думала, что проиграю.