Глава 13. Ваниль, корица и серые глаза

Лада Наутро я просыпаюсь раньше будильника. Настроение шикарное, даже несмотря на отсутствие любимых штор и развалившиеся отношения. Ведь судьба привела ко мне Платона и Ника! На губы лезет улыбка. Я подхожу к зеркалу, рассматриваю себя. Раньше я всегда старалась прошмыгнуть мимо, лишь бы не видеть в отражении эти полные бедра, тяжёлую грудь, складки и бока. А теперь внутри словно что-то перещелкнуло. Я вижу не скованную пышку, а вполне привлекательную девушку. На шее пара засосов (ну, Платон!), в глазах необычный блеск. Я всегда считала себя спокойной и уравновешенной, а сейчас в животе порхают бабочки, требуя совершить какое-нибудь безумство! Так что я иду к шкафу, распахиваю его. И тут вся моя бравада мгновенно улетучивается. Ведь на вешалках висят… мешки для картошки. Преобладают темные оттенки, оверсайз. Один красный свитер — как сигнал светофора. — Я хочу что-то поярче, — хмыкаю про себя и бегу к компьютеру. Открываю маркетплейс. Ввожу свой размер и заказываю тучу вещей самых разных цветов и фасонов. Красное платье с открытой спиной, джинсы с вышивкой и пару ярких блузок… Раньше я бы корила себя за расточительность, но сейчас хочу, чтобы Платон и Ник видели меня в красном. В итоге набираю одежды на свой месячный доход. В конце концов, я это заслужила! Сколько я пахала, чтобы открыть свои «Булочки»! Ночей не спала, составляла бизнес-план. Обивала пороги банков. — Да! Пора, наконец, сделать что-то для себя, — выключаю компьютер и бегу в душ. Помнится, Зефиркина говорила мне, что с утра нужно какой-нибудь ритуал придумать. Только для меня. Так что долго стою в душе и пою. Надеюсь, я разбужу Ленку. Пусть знает, как воровать чужих мужчин, просыпаясь под мой оперный вокал в пять утра! Несмотря на то, что Славик оказался с гнильцой, она тоже хороша… Когда я переехала, Лена была единственной, кто мне помогал таскать коробки и обустраиваться. А потом — БАЦ! — и уже лежит под моим мужчиной. Так не делается! Взять ту же Зефиркину. Да, она сказала вчера, что если я откажусь, она приударит за Платоном. Но это лишь для того, чтобы меня подстегнуть. Она бы никогда не стала отбивать у меня мужчину. Как и я у неё — никогда и ни за что! Напевая себе под нос, делаю завтрак. Затем надеваю свой постиранный красный свитер, джинсы в обтяжечку. Достаю стильные угги на овчине, которые купила в том году под давлением Зефиркиной. — Пришло ваше время! — бормочу, надевая удобную обувь. Затем куртку. Дольше обычного кручусь перед зеркалом. И с улыбкой покидаю квартиру. Но стоит мне выйти на лестничную клетку, как всё настроение мгновенно улетучивается. Из соседней квартиры выплывают «они». Слава привычно тискает Ленку, а та притворно хихикает, косясь на мою дверь. Старательно игнорирую парочку, но ключи по закону подлости завалились на самое дно сумки. — Привет, Лада! — раздается ядовитый голос соседки. — Ого, какие ботинки! Косплеишь йети или просто решила добавить объема там, где его и так с избытком? Стискиваю зубы, продолжая раскопки в сумке. — Ты, кстати, моему мужчине должна, — не унимается Ленка. — И мне тоже. Мой гардероб стоил приличных денег, а ты его просто сожгла. Уголовщиной пахнет, не находишь? Наконец нащупываю ключи, и на душе вдруг становится удивительно спокойно. Разворачиваюсь и смотрю прямо на Лену. Слава при виде меня вжимает голову в плечи. Видимо, вчерашние уроки Ника по физике в грязном снегу усвоены на «отлично». — Знаешь, Лен, я долго думала, как отблагодарить тебя за то, что ты вынесла из моей квартиры этот мусор, — киваю на Славика, который в этот момент подозрительно напоминает вчерашний блин, забытый на сковородке. — А насчет вещей… считай это платой за утилизацию. Обычно за вывоз хлама платят больше, так что мы в расчете. — Ты мне угрожаешь, пышка?! — Ленка задыхается от возмущения, делая шаг вперед. — Зачем? Ты и так наказана. Он теперь твой, — одариваю её самой лучезарной улыбкой и поправляю воротник. — Кстати, Слав, когда будешь в следующий раз обещать ей «вечную любовь» смени пластинку. А то даже у Ленки может возникнуть чувство дежавю. Наслаждаюсь тем, как лицо бывшей подруги вытягивается, а Слава начинает усиленно изучать трещины на потолке. — Вы идеальная пара, — добавляю, уже вставляя ключ в замок. — Один не знает, что такое верность, вторая ничего не слышала про чистоплотность. Прямо экологический проект по переработке отходов. Спасибо, что освободили место для настоящих мужчин! Закидываю сумочку на плечо, вздергиваю подбородок и прохожу мимо обалдевшей горе-парочки. Ленка пытается что-то вякнуть, но Слава одергивает ее. До меня доносится его шепот: — Лен, хватит! Оставь ее… — Ты что, обурел?! — шипит она в ответ. — Или ты правда ее боишься? Дальше уже не слушаю. Спускаюсь вниз. Светит солнышко, белый снег искрится в его лучах. Настроение снова на высшей планке. В «Сладких булочках» уже вовсю хлопочет тетя Надя. Я стягиваю куртку. — Доброе утро! — здороваюсь. Моя помощница выныривает из-под прилавка, в ее руках тряпка. — Ладушка! Ты прямо светишься! Доброе-доброе, — она прищуривается, — вечер прошел продуктивно? — Очень, — смущенно улыбаюсь, — теть Надь, как там наши круассаны? На расстойке не передержали? Я ещё с порога почувствовала, что ваниль чуть перебивает аромат корицы — проверьте настройки температуры. — Да, сейчас все сделаю! — она семенит к служебной двери, затем останавливается. — Такие красавцы за тебя вчера заступились. А кто они, рассказывай! Только открываю рот, как звенит дверной колокольчик, оповещая меня о первом клиенте. Разворачиваюсь и замираю. — Доброе утро, — знакомый хриплый бас роняет мое сердечко в пяточки. Ник… Бабочки начинают порхать с неистовой силой, к горлу подступает ком. По телу проходит неконтролируемая дрожь. От одного его голоса внутри все сладко сжимается. Ник сейчас не в форме пожарного. Он в обычной темно-синей парке и джинсах. Невероятно красивый мужчина! Но он не один. Ник держит за руку розовое облачко в сапожках. Девочку лет трех-четырех с копной каштановых волос. Ее огромные серые глаза устремлены на меня. В голове буквально возникает «синий экран смерти». Боже, это его дочь! И теста ДНК не нужно! Они так похожи. Шок сменяется щемящей нежностью к растерянной малышке. — Доброе, — произношу с робкой улыбкой. — Поздоровайся, Милана, — нежно произносит Ник, обращаясь к девочке, — это Лада, владелица этого чудесного места! Тут много булочек и сладостей! Малышка тут же ныряет за массивную фигуру отца. Испуганно смотрит на меня. Поджимает пухлые губки. Смущенная любовница во мне тут же сменяется на хозяйку пекарни. Яблочкина, что стоишь?! Ребенок стесняется! Я иду к прилавку и достаю пирожок с яблоком, только что с пылу с жару.