Глава 11

– … вот расписанное лечение для вашей невесты, – вещала гинеколог, подобострастно улыбаясь Рустаму. – А вот это, – положила на стол коробочку: – рекомендованный лубрикант. Так же порекомендую вам использовать вот это средство, – рядом появилась ещё одна упаковка.

– И что это? – спросил мужчина, смотря на врача мрачным взглядом, от которого той, хотелось поёжиться.

Заставив себя удерживать улыбку, пояснила:

– Это женский возбудитель, созданный на основе натуральных компонентов. Препарат повышает либидо, борется с волнением и стеснением, увеличивает сексуальное влечение и способствует проявлению сильного оргазма. Состоит…

– Вы считаете, что я не способен довести женщину до оргазма без применения какой-то дряни? – выгнул бровь Рустам и гинеколог, сглотнув, замотала головой:

– Нет-нет! Что вы! Просто ваша невеста внутренне зажата и боится этого естественного процесса из-за испытанной боли. Препарат лишь раскрепостит её и использовать его можно только первые пару раз, причём в уменьшенной дозе, чтобы девушка внутренне расслабилась – поняла, что половой контакт может быть не только приятен, но и желаем.

– И что это за дрянь? – указал на коробочку.

– О, этот препарат от известного производителя. Только натуральные компоненты, совершенно безвкусен, препарат последнего поколения и могу заверить – у вашей невесты на него нет противопоказаний. Так же…

Рустам отвернулся к окну. Через несколько минут ему надоело слушать разглагольствования врача и он, поднявшись, бросил на женщину мрачный взгляд:

– Я надеюсь, вы понимаете, что вы должны сделать так, чтобы все страхи моей невесты относительно половой жизни показались ей беспочвенными, убедить её в этом.

– Но я же не психолог, – растерянно произнесла гинеколог, но после того, как Рустам бросил на неё ещё один леденящий душу взгляд, закивала головой:

– Но я приложу максимум усилий для этого.

– Вы выложитесь и убедите мою невесту. Думаю, весомая денежная прибавка лучше, чем работа в государственной клинике на отшибе нашего региона, если у вас это не получится, – Рустам, захватив со стола коробочки, направился на выход.

В вестибюле, положив обе упаковки в карман, в который раз задумался:

«Вот на хрен она мне сдалась? Можно было бы спокойно жить, трахать баб, а её использовать только для игры на людях, пока не заключу контракт с Изотовым», – но понимал, что не хочет он никого кроме этой закомплексованной, зажатой девчонки с глазами цвета неба. Зацепила она Рустама, сильно… и он не мог понять чем, а теперь не мог думать о других женщинах, потому что попробовал Милолику. Только вот сам процесс он плохо помнил: «Сорвало с катушек как зелёного пацана», – усмехался Рустам, потому что в памяти осталась только эйфория затмившая разум.

Милолику продержали в клинике до обеда. Когда девушка проснулась, улыбчивая врач гинеколог ещё раз осмотрела её и, проведя необходимые процедуры, рассказала, в чём была причина резкой боли и кровянистых выделений после полового акта с Рустамом.

Слушая врача, девушка заливалась краской смущения и стыда одновременно, от обсуждаемой темы.

– Просто в следующий раз тебе нужно будет расслабиться, не напрягать мышцы, – советовала ей врач. – Тебе необходимо довериться в этом отношении жениху. Я с ним поговорю, так что в следующий раз он будет более внимательным и осторожным.

Подумав о следующем разе, Милолику передёрнуло и пришлось пару раз глубоко вдохнуть, чтобы успокоиться, а гинеколог ей ободряюще улыбнулась:

– Об этом мы с тобой поговорим на следующем приёме, сейчас твоему организму необходимо восстановиться. Необходимо правильно питаться и не забывать принимать прописанные витамины. Послезавтра я тебя жду – посмотрим, как пойдёт процесс восстановления.

Когда услужливая медсестра принесла Лике одежду, известив, что за ней приехали, торопливо оделась, села на кровать в нервном ожидании и вскочила, когда в палату вошёл Рустам.

Милолика до последнего надеялась, что за ней просто пришлют кого-нибудь, но нет – ошиблась.

Мужчина подошёл к тревожно смотрящей на него девушке и приподнял пальцами за подбородок. Лика, заставляя себя не отводить взгляда, не трястись испуганным зайцем, едва не отшатнулась от прикосновения Рустама, который увидев её реакцию, только прищурился недовольно:

– Как себя чувствуешь? – спросил спокойно. Сглотнув, Лика сипло ответила:

– Уже лучше.

Кивнув, Рустам отпустил девушку, заметив, что она облегчённо выдохнула, и обронив: «Пойдём», – направился на выход. Уже в вестибюле клиники, остановился, приняв у подбежавшего паренька верхнюю одежду, накинул куртку и помог Милолике надеть пальто.

На улице девушке в лицо ударил холодный ветер, заставляя поёжиться и, подняв воротник, она быстрым шагом поспешила за Рустамом. Удивилась, когда увидела, что сегодня нет водителя, и он распахнул ей переднюю дверь большого внедорожника.

Всю дорогу до дома они молчали, а Милолика так вообще сидела, отвернувшись к окну и максимально отодвинувшись, чтобы Рустам даже ненароком не задел её. Как бы ни старалась девушка отогнать воспоминания минувшей ночи, у неё это не получалось.

Когда машина заехала за ворота и, прошуршав по аллее, остановилась у крыльца дома, Лика нервно дёрнула за ручку двери, но та не открылась. Рустам, заглушив двигатель, повернул к ней голову и требовательным тоном спросил:

– Как часто ты занималась сексом с женихом?

От этого вопроса у Лики оборвалось дыхание. Она, запрокинув голову, выдохнула. после посмотрев прямо перед собой, старательно спокойным голосом ответила:

– Один раз.

Теперь уже шумно выдохнул Рустам:

– Лика! Не беси меня! Один раз что? В неделю, в месяц, в год? – в его голосе уже слышалось нескрываемое раздражение.

– Всего один раз, – уточнила, заливаясь краской смущения. – Первый раз было больно, и потом мы решили не торопиться, отложили это до свадьбы.

В машине воцарилось молчание. Милолика, вспоминая слова врача о своей конституции, понимая, что Рустам уже всё знает, решившись, спросила:

– Ты теперь разорвёшь договор?

– С чего бы? – хмыкнул Рустам.

– Я же, у меня… – растерянно запнулась Милолика, что позабавило мужчину.

– Я просто приучу тебя к сексу, – проговорил, снимая блокировку с дверей.

Едва щёлкнули замки, стоило Рустаму обронить: «Иди», – Лика выскочила из машины как пробка из бутылки с шампанским и взбежала по ступенькам крыльца. Захлопнув за собой дверь, прижалась к ней спиной, прикладывая ладони к горящим щекам, отдышалась. Только потом побежала искать сестрёнку, которую обнаружила в отведённой ей комнате.

– Лика! – Людмилка подбежала к присевшей сестре, с радостной улыбкой кидаясь в её в объятия.

– Как ты тут? – спросила, целуя её розовые щёчки и одновременно здороваясь с экономкой, смотрящей на них с улыбкой.

– Хорошо, мне тетя Зейнаб сказки читала, а потом мы с ней рисовали. А ещё мы испекли блины и не обычные, а шоколадные. А ты где была? В больнице да? Ты заболела? А…

Лика обняв сестрёнку, с облегчением улыбнулась:

– Немножко, но сейчас всё в порядке.

Уже поздно вечером, уложив малышку спать, Милолика, узнав, что Рустама в доме нет, спокойно спустилась вниз в поисках экономки, крутящейся на кухне.

– Давайте я помогу, – предложила Лика.

– Ну, помоги, – улыбнулась пожилая женщина, протянув девушке чистое полотенце.

Перетерев помытую посуду, они уселись пить чай. Отпив пару глотков ароматного напитка, Лика решилась спросить:

– Тётя Зейнаб.

– М-м-м? – экономка вопросительно приподняла брови.

– Вы так… спасибо ещё раз, что позаботились о Миле. Я честно – очень вам благодарна и даже удивлена, – Лика усмехнулась: – утёнок так спокойно восприняла моё отсутствие.

– Она постоянно спрашивала о тебе, беспокоилась.

– Почему вы так нас приняли? – выпалила Лика, с ожиданием смотря на женщину. – Ни разу не посмотрели косо, хотя я догадываюсь – вы знаете о договоре. И о Миле так заботитесь, и… – Лика замолчала, уставившись в кружку.

Ненадолго в кухне повисла тишина, а когда девушка подняла глаза, увидела, что женщина грустно смотрит в окно, за которым шёл мокрый снег.

– Дочь у меня была и внучка. В аварию они попали. Все погибли и дочь с мужем и Фатимочка – внучка. Возраст у неё был – как и у сестренки твоей. Маленькая хохотушка, – женщина, смахнув слёзы, горько улыбнулась.

– Простите, – прошептала Лика.

– Да за что? – устало посмотрела на неё Зейнаб. – Смотрю на Милу и Фатимочку вспоминаю. Три года прошло, я из этого дома и не выходила – в заботах, делах своё горе перенесла. А вот тут, – женщина положила руку на пышную грудь: – кусок льда был. Когда забочусь о вас – лёд тает, легче дышать становится.

Зейнаб тяжело поднялась, начав прибирать со стола, и Лика подскочила, чтобы помочь.

– Кстати, забыла сказать – завтра Мила в детсад пойдёт.

– Как в детсад? – Лика поражённо замерла.

– Антон сегодня сообщил. Да ты не бойся – тот детсад детки важных людей посещают, охрана там получше, чем в Кремле, – улыбнулась женщина. – Завтра на полдня, а потом на полный день можно будет оставлять. Не дело малышке в одиночестве играть, пусть и под присмотром. Утром водитель тебя и Милу отвезёт – посмотришь, познакомишься с воспитателем.

На следующее утро, после тягостного для Милолики завтрака с молчаливо бросающим на неё взгляды Рустамом, её и Людмилку в детсад сопроводил Антон. На выделенном им шикарном автомобиле довезли в сад, и по дороге помощник Рустама заверил девушку, что документы сестрёнки не нужны и всё уже улажено. Кем и как – Лика спрашивать не стала. Уж если её представили невестой Амирханова, то понимала – для таких как он, везде двери открыты.

Охрана, как и территория, здание и яркие комнаты с дорогим ремонтом, мебелью – поразили девушку. Всё выглядело как на обложке модного журнала. Воспитательница, не обратив на Милолику внимания, общалась с Антоном, которому вовсю улыбалась, но к облегчению девушки, сестрёнку забрала её помощница – чуть полноватая, улыбчивая женщина и Мила, с любопытством осматриваясь, легко и без упорства, без слёз, прошла в группу.

По дороге обратно Лика хмуро спросила:

– Вы передавали Рустаму Дамировичу мою просьбу по поводу звонка сестре?

– Естественно, – кивнул мужчина, не отвлекаясь от экрана своего телефона: – но пока без изменений.

Отвернувшись к окну, Лика больше не сказала ни слова и удивилась, когда по приезде в дом Амирханова, Антон попросил уделить ему время.

– Итак, Милолика Ярославна, – начал мужчина, когда они расположились в гостиной, – давайте уточним ваше расписание на ближайшие дни. Первая хорошая новость – вам открыт доступ к интернету. Но, – сделал паузу, доставая из своего делового портфеля стопку журналов: – запрещено любое общение в социальных сетях, какая-либо переписка. Это ненадолго. Просто проверим – кто с вами захочет связаться в ближайшие дни, отследим настроение масс.

Лика не понимая мужчину нахмурилась, но переспрашивать не стала. Она и так ни с кем особо не общалась, только несколько сокурсниц по ВУЗу и то, обменивались полезными ссылками по учёбе, файлами, а дружбы между ними не было. Лика привыкла к прохладному к ней отношению ещё со школьной скамьи, потому как по кафе, барам и киношкам она не ходила – отец запрещал. Вот и не было у неё подруг, да не нужны они ей были – сестра и мама, были самыми лучшими подругами девушки.

– Позже просмотрите, ознакомитесь, – Антон, открывая журналы, складывал их на столике. – Далее – сегодня у меня времени нет, так что у вас оно свободное. Завтра у вас плановый визит к врачу и после мы обсудим ваш следующий выход в свет с Рустамом Дамировичем. В этот раз вы посетите аукцион. Состоится он через два дня в семнадцать ноль-ноль, вы прибудете в семнадцать пятнадцать. Я вам завтра скину файлы с фотографиями, именами, фамилиями тех, кто там будет присутствовать – вы обязаны будете всё изучить. Да, – вскинул палец Антон и с улыбкой продолжил: – чуть не забыл – стилист уже подобрал вам платье и аксессуары, а визажист и парикмахер прибудут за три часа до выхода. На этом пока всё, – поднялся, с улыбкой попрощался и торопливо покинул комнату.

Лика вздохнула – обязанности, расписание и так надо продержаться полгода.

«Было бы хорошо, если бы врач мне запретила близость с Рустамом на более долгий срок. Ведь можно ей говорить, что у меня болит, тянет низ. Она же будет учитывать мои жалобы?» – размышляла Лика, проходя к столику и усаживаясь в кресло.

Взяла первый, лежащий сверху журнал, и на отрывшемся развороте увидела фотографию. Пару минут ошалело смотрела на неё не узнавая себя. На ней были Рустам и она на выставке, которую недавно посетили.

Девушка на фото разительно отличалась от неё самой – красивая, улыбчивая, смотрела, запрокинув голову, на высокого, статного мужчину, который ей что-то с улыбкой говорил.

«Неужели это я? Неужели это мы?» – не верила глазам Милолика. Отложив журнал, торопливо взяла второй и на нём их фото – Рустам приобнял её за талию, разговаривая с мужчиной. Лика на этом снимке доверчиво прижалась к жениху боком.

«Так вот зачем он меня обнимал постоянно! Вот почему наклонялся иногда, чтобы что-то сказать на ухо! Я-то дура, думала – он меня морально поддерживает, а он знал про фотографов!» – горькая усмешка коснулась губ девушки, добавляя ещё одно разочарование в копилку своей наивности.

Прочитала статью в одном журнале, уже не рассматривая фотографии, пробежала взглядом по тексту во втором издании, третьем – нигде не было сказано о Владе. Будто и не было у неё жениха до Амирханова. Только её краткая биография и упоминание, что есть ещё две сестры.

Обед Милолика к своей радости пропустила – поехала с водителем Амирханова за сестрёнкой в детсад, и было немного грустно от того, что малышка не рвалась к ней, не скучала, а наоборот захотела остаться.

– Сегодня я заберу тебя пораньше, а завтра опять придёшь сюда, договорились? – присела перед Людмилкой, помогая ей обуться.

Пообедали на кухне, и пока экономка окружила заботой сестру, Лика, включив ноутбук и подсоединив графический планшет, присела у окна рисовать. Девушка настолько углубилась в работу, что прерывалась только на ужин и чтобы уложить сестрёнку спать. В итоге просидела за работой полночи.

За завтраком Рустам, прищурившись, в своей коротко-рубленной манере спросил:

– Почему не выспалась?

Лика, вздрогнув от того, что в кои-то веки за приёмом пищи была нарушена тишина, в замешательстве ответила:

– Я должна была в ВУЗе представить курсовой проект, но сильно задержалась со сроками. Теперь необходимо выполнить работу. Я ведь могу надеяться что, несмотря на договор, буду продолжать обучение?

Задала вопрос и замолкла в ожидании. А когда Рустам, чуть наклонив голову, посмотрел на неё и молча покинул столовую – помрачнела.

Лика посмотрела в свою пустую тарелку и только сейчас поняла, что сейчас, за завтраком, поела совершенно спокойно. Напряжение, которое давило гранитной плитой в присутствии Рустама пропало.

Подошла к окну, за которым шёл пушистый снег, вспоминая – как первый раз увидела Рустама и какой страх испытала. Даже после переезда в этот дом, страх не проходил, она даже переживала, что начнёт заикаться, как умалишённая, когда отвечала на его редкие вопросы. И не могла понять – почему так реагирует на него?

«Не из-за внешности – это уж точно, – усмехнулась Лика, – он меня не ударил, ни кричал, даже этот треклятый договор тоже не причина. Он обозначил цену безопасности, защиты моей и сестёр и я приняла её. Было бы вообще прекрасно, если бы больше не прикасался ко мне», – на этой мысли, девушку передёрнуло от воспоминаний.

Старательно отогнав их, подула на окно и нарисовала пальцем смешную рожицу. Пару мгновений смотрела на неё и осознала причину своего страха – дело было в его лице. Безэмоциональное, абсолютно неподвижное, как маска, как будто вырубленное из гранита.

Когда общаешься с человеком, на подсознательном уровне считываешь информацию о его настроении по мимике, которая отсутствовала у Рустама – он не улыбался, не кривился, не хмурил брови, и это приводило в замешательство. Не знаешь – о чём он думает, какие эмоции обуревают его и чего ждать?

«А его жуткие глаза», – Лика поежившись, обняла себя за плечи. Она пока могла различить нейтральное расположение духа, когда он что-то читал в своём телефоне или смотрел в сторону. Цвет глаз у Рустама был тёмно-карий, а вот когда смотрел на неё – глаза темнели до черноты и это пугало тем, что она не понимала причины – то ли это была злость, раздражение или что-то ещё.

Но вот вчера что-то изменилось – Лика впервые услышала в его тоне, голосе сначала удивление, спрашивая, с чего он должен разорвать с ней договор, а потом и усмешку, когда он сказал ей, что будет приучать к сексу.

Вспомнив, Милолика опять стыдливо вспыхнула и поняла – она больше его не боится!

Встряхнув головой, пошла на кухню, где Зейнаб уже закончила кормить Людмилку завтраком, а потому пора было отвозить её в детсад.

Посещение гинеколога клиники, не принесло Лике облегчения. Несмотря на то, что она жаловалась на периодические боли, женщина врач только покачала головой:

– Это всего лишь страх. Восстановление идёт намного быстрее, чем я предполагала, так что ещё один визит ко мне через два дня, а потом уже через неделю. Думаю, приступить к половой жизни вы сможете уже недели через полторы, – завершила врач с улыбкой, а Милолика, поняв, что её уловку раскусили, сглотнув, поникла головой.

От мысли, что Рустам вновь к ней прикоснётся, будет терзать её тело как оголодавший зверь, становилось плохо, накатывала паника, заставляя судорожно дышать.

Врач, заметив реакцию девушки, подсела к ней поближе и, взяв за руку, мягко улыбнулась:

– Ваш жених не специально, я даже хочу сказать – неосознанно причинил вам боль. Такое бывает и довольно часто, так что ваша конституция здесь не при чём. Мужчины с пылким, страстным темпераментом совершают подобные ошибки сплошь и рядом. Поверьте – ваш жених очень сожалеет о случившемся.

Лика, слушая женщину, мысленно горько усмехнулась, а она, чуть сжав её ладонь, продолжала:

– Позвольте мне как врачу и опытной женщине дать вам добрый совет, – добившись, чтобы девушка посмотрела на неё, гинеколог, проникновенно заглядывая в глаза Милолике, продолжила: – Вам просто необходимо перебороть свой страх. Поверьте мне – если не сейчас, то вы потеряете своего мужчину. Ведь для всех мужчин – секс играет очень важную роль в жизни. Да и потом, вам повезло – ваш жених намного старше вас, а значит опытнее. Я уверена, что в следующий раз он не совершит такой ошибки. Если вы сами не переборете свой страх, не доверитесь ему, то рано или поздно – расстанетесь, а что потом? Ваши мнимые опасения перерастут в закостенелый ужас, который проберётся в каждую клеточку вашего сознания и в итоге – одиночество. Ни мужа, ни детей. Пока вы молоды, пока у вас есть такая возможность – боритесь с собой, открывайтесь своему мужчине и полностью положитесь на него.

Покидала клинику Милолика в смешанных чувствах. Слова врача вызвали у девушки внутренние противоречия. С одной стороны, Лика понимала, что гинеколог абсолютно права, в её словах много того, к чему точно стоит прислушаться.

«Да и если честно – он же мне приятен. Его внешность… – Лика вздохнув, нажала на кнопку вызова лифта: – и на внешность он… симпатичен. Да ещё и заботится о сёстрах, Людмилку вон в шикарный детский сад определили! Я же не рассказала ему – как у нас с Владом было, он же не знал, что я боюсь и почему», – размышляла Милолика, пока шла на выход из клиники.

Только вот самовнушение сразу давало сбой, стоило девушке представить, как Рустам подходит к ней, касается её тела. Лику начинало сразу потряхивать, она была уверена, что просто не сможет без паники, без ужаса вновь его принять.

– Вы очень быстро, – заметил водитель, которого ей выделили.

– Должна была задержаться? Могу вернуться в клинику и подождать, – не смогла смолчать Лика, прибывая в смятении, раздражении, а потому ещё и злилась на весь белый свет. – Сейчас домой? – спросила девушка, уныло смотря за окно авто, пока машина выруливала со стоянки.

– Нет, – покачал головой водитель, на что Лика удивлённо вскинула брови:

– А куда?

– Рустам Дамирович распорядился вас после клиники доставить к нему.

– Зачем?

– Я думаю, для совместного обеда, потому как Антон заказывал столик в ресторане, но как я уже ранее заметил – вы освободились очень быстро.

Кивнув, Милолика теперь поняла, для чего Антон утром ей прислал сообщение, чтобы в клинику она оделась в строгом стиле.

Огромное, многоэтажное здание, куда Лика когда-то пришла упрашивать Амирханова старшего проявить снисхождение к Надюше. Машина въехала в подземную парковку, водитель открыл дверь перед Милоликой и сопроводил её на этаж, где располагался кабинет Рустама.

– Спасибо, дальше я помню, – кивнула Лика мужчине направляясь по коридору. В приёмной к её удивлению никого не оказалось и девушка, подойдя к двери, тихонько в неё постучала. Прислушалась, но из-за двери доносились неясные звуки, постучала ещё раз, в раздражении дёрнула за ручку – заперто.

Вздохнув, уселась на кожаный диван в ожидании и ошарашено распахнула глаза, когда минут через семь дверь отворилась, но оттуда вышел не Рустам, а незнакомая молодая женщина.

Высокая, смуглая брюнетка с роскошной фигурой и гривой волос, на ходу застёгивала верхние пуговички пиджака, под которым виднелся красный бюстгальтер. Женщина, бросив на Лику взгляд, остановилась, нахально осмотрела девушку, при этом платком, вытирая с губ размазанную ярко-красную помаду. Усмехнулась и, развернувшись так, что волосы, взлетев, опали мягкой волной, цокая высокими каблуками, скрылась за дверью.

Несколько мгновений Милолика ошарашено хлопала глазами, пока до неё не дошёл смысл происходящего. Такие сцены частенько показывают в фильмах – любовница ублажает босса в кабинете. Вспыхнув, Милолика сжала кулаки, и сделала пару глубоких вдохов: «Мог бы и не выставлять напоказ свои похождения! Имея невесту он…. – Лика выдохнула, прикусив губу: – Зачем ему тогда спать со мной? Для разнообразия?» – и вроде наличие любовницы у Рустама не должно бы затронуть Лику, но глупая женская обида, с примесью странной боли всё равно кольнула в сердце.

«Я не ревную! – в раздражении сжала кулаки. – Да пусть хоть десяток любовниц себе заведёт! Только зачем так открыто это демонстрировать? Сам же говорил, что я должна идеально сыграть его невесту! А если бы кто другой сюда зашёл и к чему тогда весь этот фарс со мной?» – мысленно бунтовала Милолика и вздрогнула, когда на столе секретаря зазвонил телефон.

Когда из-за неплотно закрытой двери послышалось ругательство, а потом и шаги, опустила глаза, чтобы скрыть бурлящие эмоции. Дверь открылась, и шаги замерли на мгновение, потом послышались вновь, пока в поле зрения не появились блестящие мужские туфли.

– И давно ты здесь?

– Давно, – не стала юлить Милолика, показывая, что она видела – кто и в каком виде выходил из его кабинета.

Рустам ушёл, но через пару минут вернулся:

– Пойдём.

Лика встала и, упорно отводя взгляд от мужчины, направилась за ним. Опять парковка, авто и в полном молчании они доехали до ресторана, в котором Милолика никак не могла заставить себя нормально поесть.

Рустам, наблюдая за склонившей голову Ликой, внутренне крыл матом так не вовремя заявившуюся к нему Диану. Нет, он не испытывал каких-либо угрызений совести, но был недоволен фактом, что Милолика столкнулась с ней.

Он не собирался отказываться от связей на стороне, заключая договор с Милоликой, но не хотел, чтобы девушка знала об этом. Ещё утром, за завтраком, пару раз заметил, как она скользит взглядом по его рукам, как рассматривает украдкой, думая, что он не замечает. Сейчас же опять всё вернулось к тому, с чего начиналось – голова понуро опущена, вяло ковыряется в тарелке.

Скомкав салфетку, бросил её на стол и откинулся на спинку стула:

– Как прошёл визит к врачу? – Рустаму захотелось нарушить тишину, всё равно он узнает всё от гинеколога, она ему дотошно отчитывалась, скидывая информацию на электронную почту, но захотелось вытянуть Милолику из молчаливого кокона.

– Хорошо, – проговорила, не отрывая взгляда от тарелки.

– Точнее, – потребовал Рустам.

– Восстановление продвигается в пределах нормы, – слукавила Лика, а Рустам довольно блеснул глазами.

Мужчина уловил в её голосе нотки злости, и ему понравилось то, что не было в её эмоциях той обречённости, которую она сейчас ему демонстрировала.

– Ты хочешь продолжить обучение?

Лика вскинула на Рустама глаза, в которых плескалось удивление, надежда:

– Конечно? Можно?

– С одним условием, – побарабанил пальцами по столу, сдерживая усмешку, заметив, как Лика заелозила от нетерпения. Выдержав длинную паузу, продолжил: – В ВУЗе тебя будет сопровождать охранник, и ты будешь носить, не снимая отслеживающий маячок.

Милолика как представила, что за ней по коридорам и аудиториям будет таскаться какой-то детина, чуть не поперхнулась сделанным глотком воды, а уж реакцию однокурсников даже боялась предугадать. Сжала кулаки на коленях и, опустив глаза, кивнула: «По крайней мере, не буду сидеть взаперти! Смогу хоть с кем-то пообщаться кроме его Антона и прислуги!»

Рустам сдержал довольную улыбку. В жизни мужчины были разные отношения с женщинами, но вот таких – когда женщина молча принимает все его решения, покорно опуская взгляд, сдерживает все свои протесты – таких отношений ещё не было.

Жгучее довольство растекалось в грудине от осознания, что девчонка мало того, что целиком и полностью зависит от него, послушно выполняет всё им сказанное, так ещё он избавлен от истерик, ненужных ему разговоров о всякой женской и никчёмной ерунде.

– Завтра тебя отвезут в ВУЗ, и если ты будешь справляться с остальными условиями договора – препятствовать твоему обучения я не буду.

Всю дорогу до дома, Милолика взволнованно обдумывала – что нужно подготовить для завтрашнего дня, связаться с помощником Рустама, чтобы узнать – что говорить в ВУЗе, почему за ней ходит охранник, размышляла девушка, совершенно забыв о неприятном инциденте у кабинета Рустама.

Только на этом сюрпризы не закончились – приехавший Антон, первым делом протянул ей свой телефон:

– Вот по этому номеру вы можете связаться с сестрой. Время для разговора – десять минут.

– Но почему так мало?

Лика выхватила телефон из рук мужчины, уже торопливо нажимая на кнопку вызова.

– Потому что время разговора ограничено не для вас, а для вашей сестры.

Едва пошли гудки, Милолика отвернулась и начала нетерпеливо мерить шагами гостиную. Она не заметила, как Антон вышел, тихо притворив за собой дверь.

– Надя! – выдохнула, едва услышала родной голос, всхлипнула: – Надюша!

– Лика! Боже!

– Надюша! Наконец-то! Как ты там?

– Вы где? Вас не…

– Всё хорошо! – перебила сестрёнку: – Ты сама как? Где?

Посыпали сёстры вопросами.

– Сначала ты мне ответь, потом уже я расскажу! – потребовала Милолика.

– У меня всё хорошо! Я в пансионате, ну это мне так говорят. Вокруг лес, тихо, спокойно. Мне представляешь – даже учебники привезли, и я после обеда сама занимаюсь. Но вы? Лика-а-а, – заревела Надя: – прости меня! Как утёнок? Вы….

– У нас всё хорошо, не волнуйся – мы в безопасности и сейчас проживаем в доме…

Время за разговором пролетело для сестёр молниеносно, и когда женский голос потребовал у Нади прервать звонок, Лика готова была накинуться на невидимого ей узурпатора. Неожиданно Надя, быстро протараторив как их любит, не возражая, отключила связь.

Милолика, сжав телефон, села в кресло и расплакалась от облегчения.