Глава 32

Не верю.

Просто не верю в то, что происходит с нами сейчас.

Схватившись за голову, я наворачиваю круги по комнате, прихрамывая. Слезы стынут в глазах, словно льдинки на холоде, а сердце в груди на куски от отчаяния рвётся. Но в душе что-то нашёптывает, что Руслан не виноват и это всё — происки ублюдка Арсения. Его месть за избиение. Ведь деньги решают всё. Он быстро решил, поквитавшись. Позвонил кому надо и вот Руслан утром уже заключенный. Его ждет суд, а потом тюрьма. Я не могу так просто сидеть, сложа руки, ведь Руслан пострадал из-за меня. Он меня спасал! Зря я Любу не послушала, зря… Была зла на всех, горда. Вот чего добилась!

Я вспомнила Любу, как вдруг услышала мелодию входящего вызова. Вытащив телефон из сумочки, ответила.

— Рита, почему не отвечаешь, господи! Я тебе пять раз звонила!

— Не слышала, — всхлипываю я.

— Ты что там плачешь? Капец! Всё-таки Руслан не успел? Ублюдок тебе навредил, да?

— Нет, не успел. Руслан спас…

— Фух, — Люба выдыхает. — Тогда почему ты такая кислая?

— Дело в том, что здесь была полиция. Они… забрали Руслана и выдвинули ему обвинения. Рус избил его, понимаешь? Избил. Очень сильно. Из-за меня. Почти убил… Вовремя успела оттащить.

Выдав на одном дыхании, я одним глотком опустошаю чашку с валерианкой.

— Кош-мар. Этого я и боялась. У Арсения связи, он ни раз ловко уходил от ответственности, заставляя «своих жертв» захлопывать рты. Навсегда.

Замираю.

Кажется, начинаю что-то понимать.

— Подожди! Ты откуда знаешь? Да и вообще, откуда ты знаешь про наклонности Арсения? Его вторую темную сторону.

Тишина.

В трубке раздаётся хриплое дыхание.

— Люб?

В ответ шмыганье носом.

— Он больно тебе сделал? Этот больной ублюдок! Да, я права?!

— Послушай… надо встретится. Ты где находишься?

Называю адрес.

— Я буду через пятнадцать минут. Только возьму такси.

***

Желтая машина с шашечками подъезжает к моему дому, паркуясь. Я встречаю Любу на крыльце. Обнимаю её, прижимая к себе, шепчу на ухо:

— Прости.

После веду на кухню, где угощаю чаем с шоколадом.

— Садись и рассказывай.

Я, конечно, догадалась, о чем пойдет речь, но хочу услышать исповедь из её уст.

— Рит, я это… откуда я это знаю? Просто… Арсений… он сделал это со мной, — наконец признается мне она, опустив голову вниз.

— Господи, дорогая.

— Он… — глаза Любы наполняются слезами. — Он голову мне вскружил, опоил и лишил девственности. Он просто больной на голову ублюдок! У него болезнь… насиловать женщин и снимать на видео. От этого он получает удовольствие.

— Мразь! — бью кулаком по столу, задыхаясь. — Значит, я не одна такая? Почему ты не сказала никому?

Становится страшно по-настоящему.

Если бы не она и Руслан, я бы тоже поплатилась. Неизвестно чем бы мог вообще закончится вчерашний вечер. Лучший вариант — я бы просто осталась в живых, но с большой душевной травмой.

— Мне никто бы не поверил. Мне было стыдно о таком говорить, к тому же Арсений мне угрожал. Угрожал, что дурь подкинет в сумочку, или квартиру сожжет с моими родителями.

— Гнида какая! — эмоции меня переполняют.

Теперь в венах зашипел не страх, а ненависть.

Мне захотелось самой придушить ублюдка и глаза ему выцарапать.

Теперь я точно уверена, что Руслан не имеет никакого отношения к наркотикам. Он всегда за спорт, за здоровый образ жизни. Я никогда замечала за ним ничего странного в этом плане. Более того, он презирал всех тех, кто хотя бы раз пробовал дурь.

Я вспомнила, как он жёстко отметелил тех недоносков — мажористых нариков, которые пытались затащить меня втачку. Рассердившись, тогда Медведь прострелил их главному зачинщику ногу.

Поведение стражей порядка, а также адвоката Арсения было каким-то неправдоподобным, будто они заранее знали, что именно достанут из-под дна автомобиля. Неправдоподобная, унылая игра. Нас пытаются обмануть и подставить.

Да потому что Арсений сам наркоман!

Когда я очнулась после обморока связанная в его доме, ужаснулась, увидев глаза Арсения. Зрачки были размером со сливу… Значит, он имеет прямое отношение к наркотикам, поэтому и использует эту фишку, чтобы кого-то запугать или подставить. Как Любу и Руслана. Один прием.

Сапожник с сапогами…

— А ещё по больнице бы слухи пошли, а мне нужна эта работа. Забыла? У меня отец инвалид и нам нужны деньги на лекарства. У Арсения куча денег, чтобы заткнуть глотки любому и окупиться в случае, если его поймают на горячем. Он болен, Рит. Болен… Но в реальной жизни умело включает актера. Да он вообще дно по жизни! Это ведь его отец ему дал — Леонид Павлович. Все заслуги, все дипломы… это достижения отца. Арсений себе славу приписал, папаша не против! Слишком любит своего единственного сыночка. Если бы он только знал, что за говно этот его сынок… — Люба отхлебнула чаю. — Может и знает, сам покрывает.

Всё, что я могу — подпереть лоб рукой и выдохнуть.

— Надо что-то делать, так не может продолжаться дальше. Зло должно быть наказано!

Надо действовать.

Немедленно.

Успеть до начала суда, чтобы это дело не успело набрать обороты и просочиться в прессу. У Арсения много защитничков, а также поклонников, которые поверят больше образованному, интеллигентному врачу, нежели неотёсанному быдло-бойцу и сироте, которого воспитала улица.

Это дно нашей реальности… У кого есть деньги и власть, может творить все, что угодно. И не важно кто ты. Олигарх, депутат, врач с больным внутренним миром и садистическими наклонностями, если у тебя есть деньги, ты заткнешь рты всем. Снова и снова будешь выходить сухим из воды, чтобы продолжать творить гадости.

— Согласна! Я сама хотела с тобой насчет этого поговорить. Ты ведь хочешь отомстить козлу? Хочешь вытащить Руслана из тюрьмы?

— Еще и как хочу.

— У меня есть план! Я сейчас тебе всё по порядку расскажу и мне нужна будет твоя помощь.

Склонившись ближе, Люба нашёптывает мне свой гениально продуманные план. Мои щеки вспыхивают румянцем, а пульс учащается. Мне нравится её идея! Она рискованная, даже безумная! Эпизод из какого-то экшн фильма, серьёзно! Но я сейчас зла не меньше и не могу сидеть сложа руки.

Нам надо отомстить не только за Любу и Руса, но и за других девочек, которые подверглись издевательствам со стороны Лебедева. А также нам просто необходимо защитить тех, кто в будущем может стать жертвой омерзительного отродья…

***

— Ну что, готова? — серьёзно спрашивает Люба, протягивая мне телефон.

Киваю.

Делаю глубокий вдох, набираю номер Арсения. Приложив телефон к уху считаю гудки.

На звонок отвечают.

— Арсений привет…

— Сука гнилая! — на меня моментально выплескивается поток грязных ругательств.

— Подожди! Не кричи, я это…

— Что? Унижаться звонишь! За уёбка этого бешеного просить? Что ж давай! Унижайся пизда тупая.

Спокойно Рита. Спокойно.

Держи себя в руках.

Придерживайся плана, что вас не рассекретили.

Запомни, у тебя один шанс!

Всего лишь один…

Завтра уже, скорей всего, будет поздно.

— Послушай, я сожалею, что так вышло. Но я не поддерживаю этого быка бешеного, как ты выразился.

Брань по ту сторона динамика затихает.

— В смысле?

— В прямом. Я просто хотела сказать тебе спасибо, что ты его за решетку засадил. Он ведь мне жизни не даёт, за мной постоянно ухлёстывает, всех, кто на шаг подходит, избивает жесткого, у него в общем с головой проблемы…

— Ты что мне сейчас заливаешь?

— Я не заливаю, я правду говорю. Я тебе благодарна очень. А то, что ты хотел со мной переспать, так я сама не против была. Ты мне нравишься, Арсений! Правда, очень нравишься. И я не против продолжить нашу встречу, и… грязно пофантазировать.

Я почти блеванула от того, что только что сказала. Еле сдержалась, но позеленела на лицо так точно.

Лучше слизняка поцелую, чем этого мудака омерзительного. Но я стараюсь играть убедительно, чтобы он мне поверил. Очень стараюсь держать интонацию и не заикаться.

— Ха! Ты серьезно? Что-то я не ожидал такого, — мудак призадумался. — Почему же ты плакала?

Блин.

Сейчас меня раскроют!

Я не должна молчать, выпаливаю то, что в голову первое приходит:

— Я просто играла. Это ведь была ролевая игра? Так я решила тебе подыграть.

— Хм… не думал, что ты с перчинкой, Рита. Хотя скромницы такие… да! — голос урода изменился, заискрил как бенгальский огонь от возбуждения.

Кажется Арсений пьян. Это даже плюс! Мне повезло, быстрей встретится согласиться. В угаре не распознает ложь.

— Он мой отчим, — делаю контрольный выстрел, — какие у нас с ним могут быть отношения?

— Похоже ты не врешь, мне доложили, что он на матери твоей женится собирается. Его опрашивали.

— Вот именно. Он за мной шатается везде и считает себя моим собственником, но у нас ничего не было, — свято вру я. — Хочу загладить вину и продолжить наше свидание. Что скажешь?

Тишина в трубке.

Думает, кретин.

— Я сегодня новое белье купила… хотела его выгулять как раз.

Урод быстро просыпается.

— Ладно, приезжай. Адрес знаешь. Сам тебя забрать не могу — выпил.

Да уж слышу, мурло ты проклятое, по голосу.

— Хорошо, я через час буду.

Арсений бросил трубку.

— Ну что?! — Люба взвизгивает, за локоть меня трясет.

— Ну вроде получилось. Ох, что-то страшно мне…

— Не переживай, я тебе шокер дам если что. Сама слышала, он в стельку, да и по голосу видно. Хорошо ему Медведь мозги размял — кулачищами по башке.

— Да уж, я сама испугалась, когда он на него набросился. Я виновата, я в этом виновата… не послушала тебя. Гордость сыграла и ревность.

— Ладно, не переживай, исправим все, попытаемся. Нам надо поторопится. И гляди какой у меня есть сюрприз, — Любка вытаскивает из пакета два развратных бельишка, вертит перед моими округлившимися глазами.

— Нифинты! Где взяла? — краснею, рассматривая два жутко вульгарных и откровенных комплекта. Полупрозрачных. Один черный, с красными вставками, второй — черный с зелеными.

— А наши лица?

— Не проблема.

Подруга вытаскивает из пакета две маски.

— Круто! Ничего себе ты подготовилась.

— Да, я давно этот план вынашивала, но не решалась ни у кого помощи просить, а сами бы не справилась, уверенности бы не хватило. Но с тобой всё получится! Ты более смелая.

— Ну что, поехали, не будем время терять.

— Снотворное не забудь!

— Есть, — похлопываю по карману сумки. — Все уже проверила. Снотворное есть, шмотки есть, телефон полностью зажарен, — коварно улыбаюсь.

— Тогда я звоню в такси, машину заказываю, — Люба вбивает на своем телефоне номер такси.

— Да, десять минут. Сейчас только макияж поправлю.

Хорошо, что мамы дома нет, она еще не пришла. Просто повезло!