Глава 7

Слизываю жемчужную каплю, слыша, как Артем шумно втягивает воздух. Смелее обхватываю губами головку. И терпкий, чуть солоноватый вкус заполняет рот.

Я облизываю член. Артем резко вдыхает, и пальцы в моих волосах сжимаются сильнее.

— Да… вот так… — хрипит он, когда я беру ствол глубже в рот.

Я не любила делать это Игорю. Потому что он предпочитал получать минет в качестве услуги, даже не разогрев меня предварително. Просто ложился на кровать, дожидаясь, пока я доведу его до пика, а в ответ не отдавал ничего.

Но сейчас мое тело горит. И подняв глаза вверх, я вижу, как раздуваются ноздри парня, его отяжелевшие веки и приоткрытые губы. Глядя на него, понимаю, что дарю ему настоящее удовольствие. И осознание того, что вот этому невероятному самцу доставляет удовольствие то, что я делаю, возбуждает меня.

Я скольжу губами до тех пор, пока толстый ствол, что едва получается обхватить губами, не упирается мне в горло, а затем снова отодвигаюсь, делая вдох и посасывая, вылизывая венки.

— Блять… — Артем запрокидывает голову, его живот напрягается. — Ты… Блядь, как хорошо…

Его бедра начинают двигаться, и он входит глубже, заполняя мой рот до упора. Я задыхаюсь, слезы выступают на глазах, но мне нравится. Нравится чувствовать его, нравится его потерянный взгляд, его стоны. Впервые я хочу довести это до конца и ощутить его сперму у себя во рту.

— Хватит, детка, а то кончу… — он резко выходит у меня изо рта, но не отпускает.

Артем тянет меня наверх, жадно целуя, несмотря на то что только что я сосала его член, а затем резко поворачивает меня к себе спиной.

Его пальцы впиваются мне в бедра, и он заставляет меня опереться руками о край стола.

— Прости, малыш, но я взорвусь, если не трахну тебя, — произносит с хрипотцой. И от его голоса меня бросает в жар.

Я киваю, не в силах вымолвить ни слова, чувствуя себя на грани.

Он отодвигает последнюю преграду, и я ощущаю, как горячий, твердый член прижимается к моим мокрым складкам.

— Артем… — шепчу, но он уже входит.

Медленно. Невыносимо медленно. Заполняет меня миллиметр за миллиметром, растягивает, заставляет содрогаться.

— Боже… ты такая тесная… — он замирает, давая мне привыкнуть, но я уже не могу ждать.

— Двигайся… — прошу я, и он подчиняется.

Первый толчок заставляет меня вскрикнуть, но Артем тут же прикрывает мне рот ладонью.

— Тише… нам же не нужны зрители… — шепчет на ухо, но не останавливается.

Его бедра толкаются в меня с такой силой, что стол скрипит под нашим весом. Я цепляюсь за край, но он притягивает меня назад, к себе. Одной рукой обхватывает грудь, а другой, опускаясь между моих ног, накрывает клитор.

Шлепки и влажные звуки заполняют воздух, смешиваясь со звуками музыки, что доносится с другого берега озера, и смеха. Но я не слышу ничего, кроме его утробного рыка и своих стонов.

— Кончай! — приказывает он, ударяя по клитору подушечкой пальца так, что у меня не остается и шанса.

Волна удовольствия накрывает меня мгновенно. Я сжимаю член внутри, будто не желая отпускать. Артем рычит, впиваясь зубами в мое плечо.

— Я… не могу… — его тело напрягается, и он входит в меня до конца, заполняя горячим потоком.

Мы оба дрожим, тяжело дыша, пока последние судороги удовольствия не отпускают нас.

Артем медленно выходит, и я чувствую, как его семя стекает по внутренней стороне моих бедер.

— Блять, это даже лучше, чем я думал… — он поворачивает меня к себе, целуя так страстно, будто мы только что не кончили одновременно.

Но внезапно раздается шум. Где-то рядом смеются, и шаги приближаются к беседке.

— Пиздец, — Артем резко хватает мое платье и набрасывает на меня, сам быстро натягивая джинсы.

Мы едва успеваем принять более-менее приличный вид, когда в беседку заходит компания его друзей.

— О, Темыч! А мы тебя ищем! — один из парней хлопает его по плечу, но его взгляд тут же переключается на меня. — А это кто?

— Подруга моей матери, — Артем отвечает слишком быстро, но в его глазах все еще горит тот самый огонь.

— Подруга… ага… — парень ухмыляется, а я чувствую себя как подросток, пойманный на краже, и краснею до корней волос.

Но самое страшное, что я понимаю… Меня задело это его “подруга матери”. Будто наша близость для него ничто.

— Идите, я вас сейчас догоню. Мне нужно кое-что сказать Веронике.

Артем берет меня за руку и уводит из беседки, оставив друзей переглядываться.

Мы идем в сторону домика, но перед самой дверью он останавливается.

— Ника, не закрывайся. Я приду чуть позже, и мы продолжим.

— Не стоит, Артем. Ты закрыл гештальт. Трахнул подругу матери. На этом нам нужно заканчивать.

— Не согласен. Нам ведь хорошо, малыш. Нам горячо друг с другом.

Мне сложно с ним спорить. Но я понимаю, что нельзя допустить повторения. Потому что… потому что я не хочу потерять подругу. А для него это всего лишь легкое развлечение на время отпуска.

— Иди. Тебя ждут, — киваю ему на друзей. — Не компрометируй меня еще сильнее.

Поворачиваюсь к нему спиной и захожу в домик, все еще чувствуя на своих ногах следы его страсти.