Глава 2

Первые минуты Лера просто сидела на полу и ревела в три ручья, прижимая к груди несчастное растение, а потом её пронзила настолько сильная боль, что девушка выгнулась дугой. Крик застрял в мгновенно пересохшем горле, перед глазами мелькали огненные всполохи. Боль накатывала волнами, дёргала, будто заживо сдирала кожу, потом чуть отступала, и Лера успевала сделать вдох, а следом возвращалась снова, и девушка почти теряла сознание.

Сколько продолжались мучения, и что это было, девушка не поняла — боль исчезла так же внезапно, как и началась, оставив в теле странную лёгкость и чувство, будто она потеряла что-то очень важное и нужное. Самой ей показалось, она билась в агонии несколько часов — ослепшая и оглохшая, потерявшая голос и возможность дышать. Какое счастье, что всё закончилось!

Валерия осторожно выдохнула, потом вдохнула уже смелее и глубже. Не больно. Покрутила головой, поднялась с пола — боль не возвращалась. Зато вернулся голос — хриплый, словно она его сорвала, когда пыталась кричать. И появился слух.

Первое, что она услышала, это как громко, будто в жестяную кастрюлю, капает в ванной вода.

Надо же, она так и не вызвала сантехника, не успела, а кран, получается, протекал всё это время! Потеки, наверное, теперь невозможно оттереть, въелись намертво!

Боже, какие глупости приходят ей в голову? У неё, можно сказать, жизнь началась заново — побывала в преисподней, в аду, на том свете и сумела живой и относительно здоровой вернуться домой. Надо радоваться, приходить в себя и налаживать жизнь, перестав беспокоиться о пустяках. В конце концов, раковину можно заменить.

Следом внимание девушки привлёкло бормотание телевизора. Кое-как выпрямившись, Лера подняла взгляд на экран и замерла: 14 сентября 13.47

Десять минут?! Прошло всего десять минут??

Впрочем, если бы мучения продлились дольше, она бы их, точно, не выдержала.

И слёзы снова потекли из глаз, тревожа прокушенную губу, щекочущими дорожками сбегая по щекам, собираясь в каплю на подбородке, чтобы сорваться и мягко плюхнуться на пыльный пол.

Одна.

Две.

У-у-у!!! Уже озеро.

Надо же, сколько в ней лишней жидкости!

Наконец, запас слёз в организме иссяк. Лера всхлипнула несколько раз — на посошок — и поняла, что хватит себя жалеть. Руки-ноги целы, голова на месте — чего ещё надо? Могла угодить не домой, а куда-нибудь дальше, в третий мир. И не факт, что он был бы более гостеприимен, чем Альрами.

Настало время для решения насущных проблем — прибраться в квартире, приготовить еду, позвонить родителям, что-то придумать с работой. Отпуск у неё закончился три недели назад, тут не сошлёшься на задержку рейса или болезнь. Тем более что существует такая вещь, как телефон — могла позвонить и предупредить.

Господи, как она им всем объяснит, почему пропадала? Ведь в дурку упекут, только начни она рассказывать про другой мир, магию…

Взгляд упал на розу. Раскинув листики-ручки, цветок ярким пятном лежал возле двери.

Надо же, без воды, из мира в мир перетащили, помяли, а она цветёт себе! Присмотревшись, Валерия ахнула — внизу крепкого стебля появились белые наросты. Неужели корни? Никогда не слышала, чтобы срезанные розы пускали корни. Впрочем, она не особенно сильна в ботанике и цветоводстве, кто их знает, может быть, они именно так и размножаются? Значит, надо срочно найти горшок и землю — почему-то ей казалось важным сохранить цветок. Память о невозможном, гадком, властном и нежном Мире? Тьфу, нашла кого вспоминать… Манипулятор, как все мужчины. Воспользовался ею, получил нужную ему силу. Или резерв? Она запуталась… Не суть важно. Главное, что, получив желаемое, император тут же вернулся к делам, оставив её сидеть в одиночестве и ждать, когда его чертейшество вспомнит о жене и бросит ей с барского плеча какую-нибудь подачку.

Цветочные горшки в количестве двух экземпляров стояли у неё на кухне. Когда-то в них росли алоэ и цикламен, но несколько недель без полива сделали своё дело — растения погибли.

Валерия подошла к окну, протянула руки к первому горшку, да так и замерла — на улице шёл снег.

В сентябре.

«А теперь — прогноз погоды, с вами Игорь Артемьев, ведущий специалист центра «Фобос». Здравствуйте! Центральную Россию накрыл арктический циклон, принесший обильные снегопады, что совершенно нехарактерно для этого времени года, — вещал приятный мужской голос.

Полюбовавшись на снегопад, Валерия покачала головой — в природе тоже нет гармонии — и вернулась к цветам. Вытряхнув землю из обоих горшков на найденный тут же, на кухне, полиэтиленовый пакет, выбрала из почвы остатки алоэ и цикламена. Сравнила земляную кучку и посудины. Горшки, конечно, маловаты, но за неимением лучшего… Хотя у неё где-то было ведро! Кажется, в ванной, в шкафчике.

Небольшое, литров на пять, ведро обнаружилось там, где она и искала. Машинально пересыпая землю, потом сажая туда розу, Лера прокручивала в голове произошедшие события, начиная от встречи с прыткой бабулькой.

«Что б её понос прошиб, чтоб сутки с унитаза не слезала — за обман!» — в сердцах пожелала девушка и огляделась.

Роза посажена и полита, надо навести порядок в квартире, но сначала проверить, что в холодильнике. За это время там вполне могла зародиться новая жизнь. Какая-нибудь эволюция микробов и холодолюбивых бактерий.

Дверцу открывала с опаской, но, к изумлению Валерии, ничего не пропало. Она взяла в руки йогурт, повертела в руках — когда это она покупала такой? — и замерла, прочитав дату изготовления.

Значит, эти продукты положил в холодильник кто-то другой?

КТО???

Стремительно развернувшись, девушка прошла по комнатам. Глаза, перебегая с одного предмета на другой, отмечали нюансы и детали, подтверждающие, что в квартире кто-то живёт. Продукты в холодильнике явно не четырёхмесячной давности, йогурт просрочен, но не намного, в мойке тоскует засохшая тарелка, её вещи лежат иначе. И… появились чужие вещи. Женские! Валяются по всей квартире.

Неужели родители пустили сюда кого-то пожить?

От возмущения Валерия забыла, что боялась разговора с мамой и отцом, не зная, как им преподнести своё исчезновение. Девушка бросилась в свою комнату, перевернув ящик стола, выхватила старый телефон, повертела — естественно, разряжен. Но тут где-то должна быть и зарядка от него! Ага, вот она.

Кипя от злости, Лера подождала минут пять, и попробовала включить сотовый.

Уф, получилось! Ну, родители, сейчас я вам всё выскажу! Пускать в дом не пойми кого, еще и без разрешения дочери! Да вы видели, во что эта неряха превратила квартиру??

Торопливо пробежавшись по контактам, Валерия нашла нужный и нажала вызов.

— Алло, мама, это я, — и замолчала, снесённая потоком слов.

— Лерочка! Я так и знала, что ты не успокоишься и найдёшь-таки место, где будет ловить связь! А почему со старого номера? Впрочем, это неважно. Саша! Саша, это наша Лерочка, иди скорее!

Девушка хлопала глазами, осознав, что позвонила родителям, не придумав внятного объяснения, куда пропадала. И что совершенно не поддаётся объяснению — мама ведёт себя так, будто знала, где была её дочь и совершенно по этому поводу не переживала!

— Доча, здравствуй, — в трубке раздался голос отца, и послышались звуки борьбы.

— Верни телефон, — пыхтела мама. — Или поставь на громкую. Лерочка, мама здесь! Как ты, милая?

— А… э… всё хорошо, — осторожно ответила Валерия, пытаясь сообразить, что, вообще, происходит?

— Доченька, конечно, мы с папой очень тобой гордимся, ведь не каждый способен так радикально изменить жизнь ради помощи другим, но мы надеемся, что ты ограничишься одним годом и дальше контракт продлевать не станешь! — продолжила мама.

— Я посмотрел, что это за Бисау — это же ужас! Слаборазвитое аграрное государство, где читать и писать умеет мизерная часть населения! Даже нормальной связи нет, что уж говорить про электричество, водопровод! — вторил ей отец.

Лера нахмурилась, начиная догадываться, почему родители не паникуют. Осталось выяснить, кто же такой умный, неужели Кевин? Но зачем ему было вешать лапшу на уши её родителей?

— Да, там очень трудная жизнь, но вы понимаете, я не могла отказаться! — поддержала разговор дочь.

Надо как-то выяснить у родителей, на какой континент она уехала и, главное, кто им об этом сообщил.

— И как тебе живётся? Местные не обижают? — папа.

— Что ты ешь? Помни — некипяченую воду в Африке пить нельзя! Даже бутилированную! И фрукты надо мыть кипячёной водой, потом чистить, а потому уже есть, — это мама. — Там ещё муха цеце и малярия. И местные едят мясо обезьян и змей, будешь у кого в гостях, лучше скажи, что сыта! Или что у тебя на всё аллергия, готовь себе сама.

Ага, она в Африке. Уже легче…

— Нет, не обижают. Воду кипячу, от цеце и малярии мне прививки сделали, — ответила она разом обоим родителям.

— Тебя перевели в столицу, поэтому ты звонишь?

— Я… Нет, — и вот что она им скажет — я в Москве? Так сразу же примчатся, а у неё из заморских сувениров только роза да татуировка. Нужно время, чтобы приготовить доказательства, и разобраться в происходящем.

Валерия бросила взгляд на запястье — вязь побледнела, но не исчезла. А чертейшество уверял, что брак аннулируется, если она уйдёт в свой мир. Врал, значит. Интересно, он ей хоть одно слово правды за всё время сказал? Гад!

— Мам, у меня всё хорошо. Вот выбралась, смогла позвонить. Вы лучше расскажите, как у вас дела.

— Тебе не дорого говорить, может быть, мы перенаберём? — встревожилась мама.

— Нет, нет, у меня тут… по абонементу!

— По чему?

— По карте… гм… работника, — ещё бы узнать, кем она тут — а где это — тут? Африка большая — работает.

- Как ты живёшь? Где берёшь продукты, у тебя отдельная комната или одна на несколько девушек?

— Живу в доме, — Лера вспомнила дворец императора. — Очень хорошем и благоустроенном, в отдельной комнате. Продуктами меня обеспечивает работодатель, даже готовить не надо. В общем, как в отеле «всё включено», только связь местная, и чтобы позвонить в другую страну, приходится далеко ехать.

— Надо же, бедное-бедное государство, а как учителей поддерживает! — восхитился отец. — И жильё бесплатное, и питание, и зарплата идёт. К слову, там к тебе никто не пристаёт? Мы любому внуку будем рады, хоть белому, хоть шоколадному, но не хотелось бы, чтобы ты обожглась.

Валерия подавилась — какие внуки? Папа всерьёз уверен, что она уехала к чёрту на кулички (кстати, именно туда она и попала!), чтобы шуры-муры крутить?

Но уже легче — удалось выяснить, кем она трудится — учителем. Интересно, кому в Африке понадобился учитель начальной школы, который ни одним языком, кроме русского, не владеет? Ладно, будем решать задачи по мере их поступления.

— Папа, о чём ты? Конечно, никто не пристаёт, меня тут, образно говоря, на руках носят и от всего охраняют. Лучшие из возможных условия создали, — сочиняла она дальше.

— Ну да, ты рассказывала, — вздохнул папа, — когда сообщила, что уезжаешь. Но мы всё равно волнуемся, и так рады, что ты позвонила!

Она сообщила??

- Мам, а я когда вам звонила, что уезжаю в Африку — перед самым отъездом? В голове всё перемешалось, — закинула она удочку.

— Ты не звонила, ты приезжала. Ещё Аллу Степановну нам представила, которой сдала квартиру, — растерянным голосом ответила мама. — Написала заявление на отпуск с последующим увольнением, а потом с нами поделилась новостями и планами. Перед фактом, можно сказать, поставила. Да мы не в обиде, главное, чтобы ты сама не жалела, а мы тебя всегда поддержим! Ещё чай пили, я последнюю баночку крыжовенного варенья открыла, твоего любимого! Неужели не помнишь?

— Да, точно! — Валерия чувствовала, как огнём полыхают щёки. Она даже приезжала? И бабульку привозила? Ну, Кевин… Стопроцентно — его проделки! — Прости, тут такая жара, что мозги плавятся.

Мозг просигнализировал — ври, да не завирайся! Африка большая, там и тропики есть, и пустыни, климат разный. Чёрт его знает, где та страна, куда её унесло преподавать? Надо будет на карте посмотреть, как там отец сказал — Бисану? Бисау? Впервые слышит. Одна надежда на интернет.

— Жара, как раз, не сильная, я смотрел — плюс 24–26, но сейчас там сезон дождей, а повышенная влажность всегда переносится тяжелее, — вступил папа.

— Конечно, дожди! Как я от них устала, — господи, что она знает о сезоне дождей? — Льют и льют, не переставая, дорог нет, грязь по щиколотку.

— Поэтому мы и не ждали звонка, ты доступно объяснила, что до окончания сезона тебе в столицу не выбраться, а нормальная связь есть только там. Думали, раньше ноября ты не сможешь позвонить.

— Не удержалась, соскучилась. Тут ехали… наши, и я напросилась. В выходные, — на автомате соврала Лера. — У вас-то всё в порядке, вы так и не ответили?

— Конечно, всё у нас в порядке. В Москву за всё лето так и не выбрались, да и что нам там делать? За квартирой Алла Степановна присматривает, а продуктов и развлечений у нас и в Подлипках в достатке, — успокоил папа.

— Да, она аккуратная и порядочная женщина, контроль не требуется, — произнесла Валерия и поняла, что ей надо переварить полученную информацию, иначе сейчас её мозг просто взорвётся. — Всё, мамочка, папа, люблю вас! Время выходит, меня зовут.

— Береги себя, доченька! И скинь хоть пару фоток, посмотреть, как ты устроилась.

— Связи же нет!

— Да прямо сейчас, пока связь есть — щелкни, что вокруг и скинь. Обнимаем тебя!

Валерия выдохнула, посмотрела на телефон и еле удержалась, чтобы не запустить им в стену. Значит, она отправилась в Африку? Уволилась из школы, и уехала аборигенов русскому языку учить? Или что она там преподаёт? А в её квартире, надо полагать, та самая кормилица проживает? Сетта Апполинария? Алла Степановна… Ну пусть только явится, Лера ей устроит разбор полётов!

Через несколько минут Валерия смогла достаточно успокоиться, чтобы проанализировать полученную информацию.

Итак, эгоистичный до мозга костей граф Кевин зачем-то потратил время и драгоценную энергию, чтобы разыграть перед родителями целый спектакль. Граф ничего не делает просто так, а его поступки говорят сами за себя — альтруизмом энергетический вампирёныш не страдает. Значит, ему было важно, чтобы Валерию никто не искал? Почему?

Дальше, он, под видом самой Валерии, привёл к её родителям свою подельницу или бывшую кормилицу, в общем, ту, кто помог украсть девушку. И представил, как квартирантку. В чём смысл?

Лера снова подошла к окну и полюбовалась на совершенно зимний пейзаж. Надо же, всего полчаса назад, когда она выскакивала на улицу, и намёка на снег не было — типичная ранняя осень, золото деревьев, ещё зелёная листва, а сейчас берёза сгибается под тяжестью налипшего снега.

Громкий треск, и макушка дерева рухнула на землю.

Ах ты, жалость какая! — расстроилась Валерия. Это дерево росло вместе с ней, стало почти родным.

Вот и её жизнь — шла себе по накатанной колее, потом резкие перемены, и она чудом не сломалась, погребённая под весом навалившихся проблем!

Отойдя от окна, чтобы не видеть покалеченную берёзу, Валерия вернулась к размышлениям.

Зачем её квартира Апполинарии? Негде жить, пока она сможет вернутьс… Стоп! Если граф недавно ходил в её мир, значит, его рассказ про портал, который можно открыть только раз в двенадцать месяцев — это сказки! И кормилица вольна уйти на Альрами в любой момент. Но тогда зачем он подстроил так, будто дочь сдала квартиру на время своего отъезда?

Девушка зацепила прядь волос, бездумно пропустила её между пальцами.

Белая.

Зацепила следующий локон — медовый.

Ни дать ни взять — трёхцветная кошка! Надо будет завтра же позвонить Наташе и привести волосы в порядок!

Мысли снова вернулись к теру Гортанс.

Может быть, граф «сдал» её квартиру, чтобы родители не приезжали? Логично — пока там живёт посторонний, который, допустим, оплатил проживание за год вперёд, то никто ломиться с проверками не станет. Тем более, квартиросъёмщик не молодой парень или девушка, не семья с пятью детьми и шестью кошками, а приличная пожилая женщина, от которой априори никто не ждёт неприятностей.

Логично? Вполне. Осталось понять, почему маме с папой не нужно появляться в квартире…

Лера налила в чайник воды, включила его, взгляд снова упал на окно — во дворе резвились дети, визжали, кидали снежки, двое катили огромный, с них ростом, ком — видимо, собрались лепить снеговика. Хоть кому-то перемена погоды доставила радость!

Ожидая, когда вода закипит, Лера вернулась в свою комнату, выдвинула верхний ящик, где у неё лежали документы, и замерла, глядя на свой паспорт.

Ну, конечно же! Вот и отгадка ребуса: дочь рассказала родителям, что уезжает то ли волонтёром, то ли на заработки. Уезжает на год, и на работу, а не в эвакуацию, поэтому логично ожидать, что она спокойно соберётся и увезёт с собой один или два чемодана с личными вещами. Но стоит маме заглянуть в шкаф, и она поймёт, что Валерия с собой ничего не вязла — ни вещей, ни документов! Если же предположить, что Лера захотела ехать налегке, рассчитывая купить трусы с платьями на месте, то без паспорта ей никак не обойтись. Вон он, лежит себе в ящике, между дипломом и свидетельством о рождении. Тут любой догадается, что девушка исчезла не по своей воле. И поднимет панику.

Итак, Кевину было важно, что бы до ноября — папа же про ноябрь говорил, что дочь раньше этого месяца не сможет им позвонить? — её никто не искал.

Интересно, почему?

На этот вопрос может ответить только сам граф.

Чайник свистнул и отключился, девушка вернулась на кухню и полезла в шкафчик за чашкой.

Эта Апполинария живёт тут, трогает её вещи, берёт посуду…

Передёрнувшись, Лера тщательно сполоснула чашку, налила кипяток и бросила в него чайный пакетик.

Сахар!

Не глядя, она машинально протянула руку к сахарнице и вздрогнула, когда та сама прыгнула ей в руку.

Галлюцинации?

Видимо, да. Слишком много на неё навалилось, у кого хочешь крыша поедет. Надо бы поесть, да нечего. Трогать чужие продукты она не хотела, тем более, просроченные, а из своих запасов остались только чай и сахар. Мелькнула мысль — надо переодеться и спуститься в булочную, купить плюшку и нарезной батон. Кстати, а деньги-то у неё есть? Накануне исчезновения она получила отпускные, которые не успела потратить. Ещё небольшая сумма была отложена на чёрный день. Отставив чашку, Валерия полезла в ящик с нижним бельём. Деньги оказались на месте.

Уф, живём!

Порадовавшись, девушка решила, что плюшка подождёт, а ей надо прямо сейчас провести ревизию — вдруг, незваная гостья похозяйничала сильнее, чем это видно с первого взгляда? Не то чтобы у Леры были тут какие-то немыслимые богатства, но проверить, всё ли на месте, не помешает.

В бельевом отделении всё в порядке, на вешалках и в ящике с носками тоже. Но когда она перешла к комоду и выдвинула средний ящик, где у неё лежали полотенца, то резко выдохнула и замерла — пространство было заполнено купюрами. Не в пачках, а россыпью. Пятитысячные, тысячные, сотни и пятисотенные.

Боже мой, эта Апполинария — воровка? Откуда у иномирной кормилицы столько денег?

А, Кевин же говорил, что путешественница была всем обеспечена. Видимо — это «командировочные».

Лера вытащила одну бумажку, повертела в пальцах. Вторую… На первый взгляд — совершенно нормальные деньги. Настоящие. Сколько их тут?

Поддавшись порыву, она выгребла наличность, рассортировала по номиналу и пересчитала. Неплохая заначка — сто двадцать три тысячи. И что ей со всем этим делать? Отнести в полицию? Как она объяснит: «Простите, к кому обратиться? Вот, нашла в своём шкафу, не знаю, кто положил, найдите хозяина»?

Явно, не вариант!

Лера продолжила инспекцию и быстро выяснила, что комод больше никаких сюрпризов не хранил.

Выдохнув, девушка проверила шкафчики и стол на кухне, потом зал — пыльно, некоторые вещи лежат иначе, чем ставила или складывала она, но ничего не пропало. Уже со спокойной душой Валерия открыла шкаф в прихожей и застонала — опять деньги! Россыпью, как и в её комнате. Да что же это такое?

Собрала, рассортировала, пересчитала — ещё триста сорок пять тысяч. Однако неплохая прибавка к пенсии…

Жизненный опыт гласил, что убивают и за гораздо меньшую сумму. А ещё — деньги никто просто так не оставит. Значит, Апполинария вот-вот явится, а Лера совершенно беззащитна. Кто её знает, эту иномирную кормилицу? Может быть, она опаснее мастера кунг фу? Что она сможет ей противопоставить, если Апполинария решит уничтожить лишнего свидетеля?

В ванной нашёлся вантуз, на кухне — молоток для отбивки мяса. Не густо.

В панике, Валерия закрыла рукой глаза, пытаясь успокоиться, и замерла — она видит «кокон» или ей мерещится? «Кокон» своего резерва, в который она завернула силу?

Осторожно, боясь сделать резкое движение, девушка потянула за одну нить и брякнула первое, что пришло в голову: «Аритано!», почему-то представив булочную в соседнем доме.

И очутилась на улице. В снегу по щиколотку, в одном иномирном платье и тапочках из «Пятёрочки».

— А-а-а!!! Сгинь!!!

Обернувшись на знакомый голос, Лера с изумлением увидела, как отмахиваясь руками, будто отгоняя комаров, от неё пятится Его величество.

Альрес Третий смотрел на девушку дикими глазами и отступал, а потом развернулся и, оскальзываясь, бросился прочь.