Глава 14

 К концу первого месяца работы меня таки озадачили подопечными. Причем я, в силу все того же невежества, не поняла по какому принципу. По идее, мне должны были бы отдать группу, которую курировала ранее моя предшественница. Или же первокурсников, они новенькие, у них еще не было и нет куратора. Но нет... По неведомым причинам мне вручили артефакторов-третьекурсников.

 — Месье Гресс, но почему?! — в недоумении спросила я. — Это же не имеет абсолютно никакой логики! Они же ремесленники, их должен вести маг, который разбирается во всех этих... штуках. Заготовках. Плетениях. Шедеврах магической и механической мысли.

 — Именно поэтому, — невозмутимо ответил он.

 — Месье ректор, при всем уважении, я тоже не понимаю, — поддержал меня Лукас Чолин. — Я с большой симпатией отношусь к Мари, но тоже считаю, что тут какая-то неувязка.

 — Согласен с уважаемым магистром, странное решение. — Декан факультета артефакторики Максимилья́н Сверг поддержал своего преподавателя.

 — Магистры, маэстрина Монкар, позвольте с вами не согласиться, — невозмутимо отозвался наш странный новый босс. — Вы немного путаетесь в понятиях. Я не прошу, чтобы маэстрина вдруг начала их обучать артефакторике. Вовсе нет, это исключительно ваша профильная задача, магистр Сверг. Что же поделать, если у нас до сих пор такой бардак в учебной организации и не все студенты за месяц оказались на попечении кураторов. Преподавателей мало, групп много. Маэстрину Монкар я попрошу курировать ребят во всех житейских вопросах. Организационные и личные проблемы, если вдруг таковые возникнут. То есть не как преподаватель-предметник, а как...

 — ...Мамочка, — ехидно фыркнула Франсуаза и томно потянулась, демонстрируя отличную фигуру и красивую высокую грудь. Мымра!

 — Благодарю за подсказку, магистр Зандро, — скользнул по ней равнодушным взглядом Артур Гресс, чем поднял мне настроение. А нечего потому что бюстом своим тут трясти. — Звучит нелепо, но что-то вроде того. И к слову, это их желание, а не мое самодурство.

 — Простите? — не поняла я. — Чье желание?

 — Этой группы студентов. Сейчас передам их характеристику вам, не обижайтесь, маэстрина Монкар. Но они считают вас странной, необычной, гениальной и в восторге от ваших методов объяснения материала. Я пока не до конца разобрался, что именно они имели в виду под понятиями «мозговой штурм», «диаграмма связей», «фокус-группа», «интерфейс и гаджеты», «флуд», «спам» и «баннерная слепота». Объясняют они путано, кажется, сами не до конца понимают точное значение, хотя улавливают смысл и к чему это все было сказано. Но при этом уверяют, что вы подарили им массу новых идей, а все те эликсиры и зелья, которые вы им даете, отчего-то легко запоминаются и находят применение в повседневной жизни. Это, к слову, говорит не только третий курс, скорее, общее о вас мнение, сложившееся за месяц.

 — Да-а-а? — задумчиво протянула я, гадая, когда же я успела все это им наболтать.

 Надо следить за языком, что ли. Что же я им такое объясняла, что вдруг припомнила баннерную слепоту? Вот вообще теряюсь в догадках. Спам и флуд — это понятно, мешали болтовней. Интерфейс — тут тоже ясно, мы артефакты обсуждали, а для волшебных гаджетов это важно.

 — Да, — продолжил ректор. — И еще студенты говорят, что ваши зелья для памяти и бодрости в совокупности с мнемотехникой помогают им запоминать колоссальные объемы информации.

 — Что еще за «мнемотехника»? — заинтересовался магистр Кьюсек. — Я бы воспользовался. А то эти оболтусы никак не в состоянии запомнить все необходимые вехи и этапы истории магии.

 — Маэстрина? — подтолкнул меня к ответу Гресс, а я мысленно обругала себя.

 — Сложно коротко сформулировать, коллеги, — промямлила я. Не входило в мои планы так выделяться. — Это совокупность различных хитростей и приемов, которые помогают запоминать большие пласты информации. В ней важно умение визуального мышления, придания образов, деление на смысловые части и создание логических связей с уже имеющимися знаниями. Ну, как-то так. Это навык, который нужно развивать, овладеть им и привыкнуть оперировать.

 Сидевшие в зале магистры начали переглядываться, а я лихорадочно размышляла, нормально ли объяснила или опять что-то не то ляпнула. И что ответить на вопрос: откуда я это знаю и кто меня научил?

 — И кто же вас научил, маэстрина Монкар? — прозвучал этот самый вопрос.

 — Я училась сама, коллеги. По книге, — абсолютно честно призналась я.

 Никто тут не знает, что книга была электронная, что-то типа «Руководство по запоминанию для чайников шаг за шагом». Ну или как-то похоже. И не одна, потому что еще были статьи с разных сайтов и несколько вебинаров.

 — В самом деле? Я бы не отказался с ней ознакомиться.

 Я зыркнула на этого любознательного ректора и ответила:

 — Сожалею, но я не вспомню название и автора. Она утрачена. — Опять правда. Для меня она совершенно и безнадежно утрачена, если только Мариэлла не поменяет нас местами обратно и я не вернусь на Землю. — Я пользуюсь только тем, что успела узнать и освоить когда-то сама. Но именно пользуюсь, причем неосознанно, преподавать эту науку я не смогу. Если только объяснить принцип. Но это надо хорошо посидеть, подумать и как-то внятно сформулировать.

 — Буду признателен, маэстрина Монкар, — кивнул он. И продолжил: — Вернемся к группе, у которой вы будете куратором. Вот утвержденный список. Можете приступать с завтрашнего дня.

 Я с кислым лицом забрала лист. Вот спасибо, удружили. Артефакторы-третьекурсники. Здоровенные лбы. Нет бы мелких начинающих первогодок дать, по сравнению с ними и мое нынешнее тело почти взрослое. А эти...

 Вот так и я обзавелась «деточками».

 — Ну, и чья это была гениальная идея? — спросила я на следующий же день на занятиях, с укоризной глядя на этих самых третьекурсников. — Кому пришла в голову мысль, что из меня выйдет для вас хороший куратор?

 Ребята начали переглядываться, пожимать плечами и делать вид, что не знают.

 — Вы по пьянке, что ли, пришли к этому решению — попросить меня? — фыркнула я. — Фалько́р, вам так понравился ваш лисий хвост?

 Рыжий заржал, зажал рот кулаком под моим укоризненным взглядом и пожал плечами.

 — Маэстрина, просто мы вас хотим, — заявил Макс Анке́р.

 Аудитория взорвалась от гогота, а парень сообразил, что ляпнул, и смутился. Я дождалась, пока все отсмеются, и с улыбкой прокомментировала:

 — Вкусы у вас, господа студенты, конечно, извращенные. Выбрать меня куратором было опрометчиво. Сами же говорите, я странная. Но теперь все, сами виноваты. Ректор меня уже осчастливил вашим списком. Буду причинять вам добро оставшиеся три года. Кто не спрятался, я не виновата.

 Все снова рассмеялись.

 — Староста у вас кто?

 — Я, маэстрина, — подняла руку, привлекая внимание, моя самая первая знакомая тут, Алента Дюфо.

 — Ладно, вернемся к нашим зельям. С вами мне придется познакомиться плотнее, узнать, кто есть кто и так далее. Но давайте мы сделаем это не на парах. Скажем, вечером. Сможете прийти часов в семь? До ужина? Проведем собрание и пообщаемся немного. Алента, организуйте всех, пожалуйста.

 Возражений не нашлось, и мы приступили к занятиям.

 Артур Гресс разгребал хаос, доставшийся ему от прадеда, и ужасался. Сначала думал, что сдохнет от скуки здесь, в месте, где старейший член их рода провел несколько столетий на должности ректора. Артур упирался всеми силами и страшно негодовал, когда его отправили на спокойную работу, восстанавливать здоровье и магию.

 Наверное, так бы и отбился от назначения, если бы не личная просьба прадедушки. Он все реже оставался вменяемым, все чаще витал в своих фантазиях, не всегда узнавал домочадцев. Совсем сдал старенький мэтр. А тут вдруг позвал Артура, одного из своих многочисленных правнуков, и попросил взять его любимое дело в свои руки. Позаботиться. Исправить все, что можно, восстановить то, что он запустил.

 — Артур, я старался до последнего, — устало произнес древний маг. — Но я не вечен, сам видишь. Поэтому выбрал тебя. Возвращаться в боевую магию тебе нельзя, ты это понимаешь. До конца ты восстановишься нескоро, чтобы магические каналы набрали полную силу и потоки потекли, как прежде, потребуется не один год. Мне неприятно тебе это говорить, но...

 — Да я понимаю, — невесело усмехнулся он.

 Прадед резал по живому, говорил то, что все знали, но не озвучивали, щадя самолюбие и нервы одного из сильнейших магов рода, второго по силе после Кастора Гресса. Таким бы он и оставался на службе короне, если бы не угодил под взрыв и не пролежал в магической воронке время, достаточное для атрофии силовых каналов. Аура пострадала сильно. Плюс контузия, нестабильная магия, страшные головные боли, переломы и прочие прелести. Его собрали, восстановили все, что было можно. На полную реабилитацию требуется время, и от службы его отстранили по понятным причинам.

 Но ректор? Какой из него ректор, это даже смешно. Тихое болото, даже не столица. Студенты, преподаватели, деканы...

 Кто же знал, что скучать тут невозможно и минуты, а дел столько, что продохнуть некогда. Да и преподаватели весьма интересные. Жрец на пути воина, мастер Ханк. Опытный и талантливый артефактор, магистр Лукас Чолин. Да и Охарн Эрно весьма непрост, его монография о пространственных изменениях популярна среди коллег данного направления магии. Артур не обладал этим даром, менять и искажать пространство не мог, но когда-то давно ознакомился с работой магистра Эрно. Еще во времена своей учебы на боевого мага.

 И все же, чем руководствовался прадед, нанимая еще год назад Мариэллу Монкар? Тогда еще студентку пятого курса академии магии. Да, наверняка талантливую, умную и целеустремленную, раз уж она отучилась с отличием. Но все же...

 Артур наблюдал за ней все это время, когда они неожиданно для него оказались коллегами. Не гнушаясь подглядывать, по возможности, и глазами Барона. Разумеется, не в спальне или ванной, а в рабочие часы. Что такого знал древний архимаг, что выбрал ее, невзирая ни на что, и нанял по нерасторжимому контракту на три года? Что разглядел?

 Неоднозначная личность. Артур пока не мог ее понять. Сначала просто восхитился, что она не сломалась и такая энергичная, с ребенком работает, живет, подает пример другим. Но спустя месяц стал теряться в догадках.

 Она была... странной. Студенты правильно охарактеризовали маэстрину. Непонятные реакции. Абсолютное игнорирование тонких оскорблений, которые иногда прорывались у Франсуазы Зандро. Вот, кстати, противная дамочка. Найти бы повод и уволить ее вслед за подружкой, про которую прадед рассказывал. Как же ее там, Эстрѐлла Нервуд? Прошлая преподавательница алхимии и зельеварения. Но Мариэлла с поразительным хладнокровием и иронией на эти шпильки отвечала, каждый раз умудряясь ненавязчиво поставить наглую красотку на место.

 Сама же словно не замечала заинтересованных взглядов парней в свою сторону. Причем ей удавалось весьма гармонично притушить это внимание к своей персоне. Старшекурсники не решались домогаться в открытую, поскольку она как-то умудрялась перевести тему и отвлечь их. Он услышал как-то, как она назвала это, и подцепил фразу. С улыбкой в ответ на комплимент маэстрина непринужденно заявила:

 — Спасибо. А сейчас, студенты, давайте сместим фокус внимания на вот что... — И начала задавать вопросы, что бы они сделали, если бы вдруг оказались в ситуации, когда есть только лес, свежерастущие травы и бесчувственный товарищ, которого надо привести в себя.

 — Скрутили бы самокрутку и пыхнули, — пробормотал кто-то с задних рядов.

 Он наблюдал тогда глазами своего магического питомца, и Барону пришлось приподнять голову и посмотреть, кто этот деловой четверокурсник.

 — Диппель, вы уже один раз приняли неведомое средство. Вашей прическе до сих пор завидуют девушки и лысеющие сотрудники университета. Пыхнув незнакомой травки, вы рискуете стать козленочком и обзавестись не только косой, но копытцами и рожками. Оно вам надо?

 Аудитория взорвалась хохотом, даже он сам улыбнулся тогда, слушая беседу маэстрины Мари со студентами. А она продолжила, сместив этот самый «фокус внимания».

 Множество незнакомых терминов. Странные методики. Очень интересные, должен признать. Жаль, что он сам их не знал во времена учебы. И не всегда понятный выбор дополнительных материалов, которые она давала своим студентам.

 Он сам, если бы был преподавателем, делал упор на рецепты, важные для будущей работы. Чем больше их знаешь, тем полезнее. А Мари разбавляла положенные по программе самыми простыми, но невероятно полезными в обычной жизни. И ведь действительно радостно запоминали это ребята. Кто же в своем уме откажется научиться варить эликсир для улучшения памяти или для бодрости. Или от похмелья. Да, она и это им дала. И ведь парни поржали, девушки губки поджали, а все до единого рецепт освоили. Потому что похмелье не щадит никого.

 Но все же, столько странных слов... Где она их все выучила? И употребляет легко, они сами срываются с ее губ. Маэстрина Мари, похоже, даже не всегда осознает, что ее не понимают и переглядываются, мол, а что это?

 Не будь он абсолютно уверен, кто она такая, не знай ее биографии и того, что она родилась, выросла, училась и жила здесь же, в этом же королевстве, решил бы, что Мариэлла иностранка. И что это вообще не она. В голове Артура не укладывалось, как ей удалось без последствий для психики оправиться после всего того, что пришлось пережить. Ни одна из известных ему дам так не смогла бы.

 Разумеется, не все было так благостно и радостно. Как только студиозы очухались, втянулись, присмотрелись ко мне, пятый и первый курсы попытались меня прощупать. С первокурсниками было проще. Там просто подростковая дурь еще не выветрилась, они хорохорились и порой творили дичь. Но в целом признавали мой авторитет и статус преподавателя.

 А вот пятый курс... Начало проявляться то, чего я ждала с самого начала. Богатенькие девочки и мальчики оценили мой гардероб, точнее его практически полное отсутствие. И то, что я не ношу украшений. А где бы я их взяла? Сама на них еще не заработала, а прежняя владелица тела их не оставила. Плюс, похоже, кое-кто не поленился навести справки и узнать, кто ж такая эта Мариэлла Монкар и откуда она, такая необычная, взялась. Ну и к тому же парни решили, что я не настолько старше их, чтобы за молоденькой училкой нельзя было поволочиться.

 Такое и на Земле запросто случается. А уж тут-то и подавно. По нынешнему возрасту я ведь вроде как аспирантка.

 — Студенты, мне грустно наблюдать за вашими знаниями, — заметила я. — Я могу понять, что вы не помните зелья, изучаемые на первом курсе. Но забыть то, что мы с вами учили в первую неделю этого года... У вас память как у рыбок, что ли? Кто из вас готовит и хотя бы иногда принимает эликсир для улучшения памяти? Кни́ппер, вы это делали?

 — Маэстрина, я была занята, — рассматривая ногти, лениво протянула первая красавица и первая же стерва потока Генрие́тта Кни́ппер.

 — Чем?

 — Мне нужно было обновить гардероб. Не все могут позволить себе иметь всего два наряда, носить их по очереди и при этом еще и веселиться, — окинула она меня выразительным взглядом. — Некоторым правила приличия этого не позволяют.

 — Ах вот оно что! — хмыкнула я, облокачиваясь бедром о преподавательский стол. — И как? Обновили?

 — Да, маэстрина Монкар. Обновила, как видите, — пошевелила она пальчиками, привлекая внимание к красивому платью. Правда, красивому, тут не поспоришь. Мантия у нее была расстегнута, и новый наряд хорошо виден.

 — Прекрасно, — нехорошо улыбнулась я. — Значит, вам не нравится, что я слишком веселая. Хорошо, студенты. Сегодня я буду серьезна, как три похоронных бюро сразу. Книппер, к доске. Мы желаем услышать от вас — модной, красивой, серьезной, изысканно одетой девушки — все, что вы знаете о кровоостанавливающем зелье.

 — Это было вне программы, маэстрина. Я не обязана отвечать на эту тему. У вас не получится меня завалить.

 — Ну что вы, Книппер. Это как раз в рамках программы, вы запамятовали или не вели конспекты Прошу вас. Остальные, открываем учебник, слушаем однокурсницу и сверяемся строго по параграфу. Книппер, не задерживайте нас. И для начала прошу вас написать на доске полный список ингредиентов и пропорции. Потом расскажите нам порядок действий и формулу закрепления этого алхимического состава.

 Увы, учиться девушка не хотела. Сочла мой предмет неинтересным, решила, что можно ничего не менять, продолжать не напрягать мозг. Допускаю, с прошлым преподавателем они как-то договаривались. Не знаю. В общем, рассказать она не смогла ничего.

 — Книппер, вы можете вернуться на место. Спасибо за ответ. Думаю, вы и сами понимаете, что это «неуд».

 — Отчего же? На «удовлетворительно» я ответила, — огрызнулась она, возвращаясь за стол.

 — Люсье́н Ве́бер, сможете по памяти исправить на доске ошибки в ингредиентах и пропорциях?

 — Н-ну-у... — замялся он, бросив быстрый взгляд на Генриетту.

 — Жаль. Книппер, откройте учебник. Найдите нужную страницу, сравните то, что там указано, с тем, что на доске написали вы. А я пока сама внесу исправления.

 Я подошла к доске, принялась зачеркивать и писать сверху правильные данные. И травы другие, и пропорции иные. Потом снизу дописала то, что студентка вообще забыла внести.

 Закончив, я отложила мел и повернулась к студентам.

 — Ну а сейчас, раз уж у нас не задалась сегодняшняя тема, проверим, как вы усвоили предыдущие. Считайте, что у нас сегодня срез знаний. Хе́льга Нордва́йн, прошу вас, — повернулась я к соседке Генриетты. — Только давайте с места. Расскажите мне состав...