Глава 7

 До вечера я просидела в кабинете. Софи уложила в креслах, составив их сидушками друг к другу. Кота спустила с поводка. Он походил по помещению, все обнюхал, после чего запрыгнул к малышке, прижался к ней, обняв лапой, и задремал. Так они вдвоем и проспали до самого ужина.

 А я тем временем работала. Листала учебники каждого курса. Знакомилась с содержанием. Надо ведь понимать, что придется рассказывать первокурсникам, о чем говорить с пятым курсом. Я ведь не учитель. Вообще не представляю, как это происходит и как читают лекции. Не говоря уж о том, что я не маг. А все, что я умею и знаю, это не мои знания и умения. Меня ими просто... как бы так выразиться... накачали. Вставили флешку в мозг, грубо говоря, и перелили всю базу данных. Пользуйся, дорогая попаданка, не надорвись.

 Изучила свое расписание на первый семестр. Количество часов и общих требований. Господи, если бы я еще помнила, что такое колло́квиум[4]. А я должна провести их несколько. И ведь спросить не у кого. Как же не хватает смартфона с выходом в интернет и ноутбука. И ведь слово-то знакомое, а что оно означает, хоть убейте не помню.

 А как проводить практикумы? А семинары? Ужасно хотелось побиться головой о стол. Сама я получила диплом давно, годы учебы выветрились из памяти. Остались лишь веселые воспоминания о студенческой жизни и друзьях. Но даже если бы я и помнила, тут ведь магический вуз, другой принцип обучения и иные знания.

 Придется мощно импровизировать, решать проблемы по ходу возникновения и, может даже, напроситься на лекции к старшим коллегам. Мол, мне надо понять, как заведено именно в этом университете.

 На ужин в столовой народа собралось больше. Завтра начинаются занятия, прибыли уже все студенты, преподаватели вернулись с прогулок. Оказывается, сегодня выходной день, типа местное воскресенье. И многие гуляли и занимались личными делами. Вот тоже, балда я, не удосужилась покопаться в памяти Мариэллы или в местном календаре и разобраться, что там и как. И нужно отметить день, когда я сюда угодила, пока не забыла. Сопоставить его с земными датами. А то ведь и не отслежу ни свой день рождения, ни земной Новый год. Завтра у нас вроде как местное первое сентября, типа День знаний. Но на Земле вообще-то еще начало августа. Так что некий временной сдвиг есть, вот и нужно точно все высчитать. И завести нормальный ежедневник. А то я с этой своей тетрадкой и списками дел...

 Познакомилась я с остальными преподавателями, почтенными дамами и господами, и приуныла. Люди все степенные, серьезные, магистры магических наук опять же. С колоссальным преподавательским стажем и умением одним взглядом останавливать быка на корриде, безбашенного студента в шалости. И тут я, молодая профурсетка, с нулевым багажом за спиной.

 Допустим, конечно, что мои реальные жизненные опыт и багаж знаний не нулевые, ведь настоящей мне на десяток лет больше, чем Мариэлле Монкар. Но все же под чуть снисходительными взглядами взрослых, мудрых магистров я тушевалась. Да что там... Перед их компетенцией и искушенностью хотелось присесть в книксене. И если уж не произвести впечатление, то хотя бы не ударить в грязь лицом и не опозориться.

 А потом я вспомнила все, что советуют просветленные гуру об ораторских выступлениях, об уверенности в себе, о том, что страх внутри нас и нельзя его показывать...

 Ну и все.

 Тут, блин, каждый час трясусь, чтобы меня не разоблачили и не объявили самозванкой. Какой уж тут трепет перед другими преподами.

 Уподобляемся пингвинам из мультфильма, улыбаемся и машем, а там видно будет. Поэтому я улыбнулась и помахала ладошкой. В буквальном смысле. Тем, кто за столом сидел от меня далеко. А потом сосредоточилась на еде и на своих делах.

 — Что вы все там пишете, Мариэлла? — спросила меня сидевшая через стол дама лет шестидесяти. Преподаватель бытовой магии, магистр Но́ра Хавье́р. Строгая, чопорная, с аккуратным пучком волос на затылке.

 — А? — отвлеклась я. — Что? А! Список дел. Чтобы ничего не забыть.

 — У вас так много дел?

 — Да, магистр. Очень! Не так-то просто покорять мир, не имея четкого плана.

 Я отвечала абсолютно серьезно, но почему-то коллеги, с которыми мы только что познакомились, сочли это шуткой и развеселились. Только физрук глянул на меня строго, без тени улыбки, а потом снова уткнулся в мясное рагу.

 — Ох уж эта современная молодежь, — добродушно заметил магистр артефакторики Лукас Чоли́н.

 Выглядел он как классический такой маг из фэнтези-стимпанка: седой, с бородкой, а из кармана мантии торчали го́гглы[5] с кожаным ремешком.

 Я улыбнулась и пожала плечами. По сравнению с ним даже я настоящая — совсем-совсем молодежь. А уж Мариэлла и подавно. По факту она, то есть я, вчерашняя студентка. Ну максимум аспирантка, но нет, ныне я молодой специалист и самый юный преподаватель университета.

 — А не подскажете, мэтры, где можно приобрести хороший планер? — На меня посмотрели непонимающе. — Еженедельник, а лучше ежедневник. — Меня опять не поняли. — Ну как бы календарь, каждому дню отдельная разлинованная страничка, куда можно записывать планы на этот день.

 — А чем вас не устраивает простая тетрадь или блокнот? — полюбопытствовал магистр Чолин.

 — Я думала, вдруг есть в ближайших лавках уже готовые, датированные. Чтобы не сидеть самой и не проставлять числа на весь год.

 — Да мы как-то и сами справляемся, если уж есть такая необходимость зачем-то. Тем более что у каждого имеется университетское расписание, точно ничего не забудете.

 Я кивнула и вписала в свой план: «Запатентовать типографский вариант ежедневников и еженедельников. Придумать несколько вариантов: для дам, для бизнеса, для обывателей».

 Коллеги переглянулись, я это заметила боковым зрением, но спрашивать, что я там пишу, не стали.

 А вот с ребенком мне помогли. Агукающую Софи донес до преподавательского общежития мастер Ханк, физрук, как я его упорно мысленно называла. На редкость неразговорчивый тип. Смотрит, молчит, в беседах не участвует, ни о чем не спрашивает. Но когда мы закончили ужинать и выяснилось, что все идем отдыхать в общежитие, он молча забрал из моих рук малышку. Я-то хотела пристроить ее в слинг, но мужчина решил иначе. Просто поднял и дождался, пока я встану и отвяжу от перекладины стула поводок кота. Тот все время сидел у наших ног и ел из миски свой ужин, который для него выдали раздатчицы.

 И вот так мы всей преподавательской группой и направились в общежитие. Мастер Ханк с младенцем, который просто терялся в его ручищах. Там такие бицепсы, что руками не обхватишь. Неторопливо идущие магистры в мантиях. Как и следовало ожидать, все они маги, все профессора со степенями и научными работами. Ну и я с котом на поводке и без мантии, потому что пока не решила, буду ее носить или нет.

 Младенца мне вернули возле двери в мою комнату. Мы попрощались с коллегами, мне пожелали сил и крепких нервов. Напутствовали не бояться студентов и не поддаваться на провокации. Ну и разрешили обращаться за советом к старшим товарищам.

 Столовая с утра была полна еще сильнее, чем накануне, хотя я думала, что это уже полный состав. Первый учебный день. Вернулись абсолютно все старшекурсники, прибыли опоздавшие, в том числе и преподаватели. Выяснилось, что некоторые прибыли ночью, а еще кое-кто на рассвете. Со мной знакомились, таращились на младенца и кота...

 Да, они оба снова были со мной. Не могу же я их оставить в комнате. У кота нет лотка для туалета и сухого корма на день. Давала возможность сделать дела на улице, как собаке. И оставляла на ночь приоткрытым окно, рассудив, что приспичит — выберется наружу, благо первый этаж.

 Софи со мной все время — ну тут понятно. Так что мы шли втроем, а также с нами была корзинка для дневного сна и все необходимые мелочи в сумке.

 Боги этого мира, храните мастера Ханка. Мы столкнулись с ним у выхода из общежития. Этот могучий лысый дядька снова, не говоря ни слова, лишь уныло кивнув на утреннее приветствие, забрал из моих рук корзинку с младенцем и сумку. Слинг пока лежал в ней же, к слову. Я вела кота на поводке.

 Он же — физрук, не кот — после завтрака помог мне дойти до аудитории, где у меня по расписанию должны были пройти первые пары у всех курсов. Занятный мужик. По ощущениям, я его не интересовала как женщина совсем. Кота он тоже игнорировал, как предмет мебели. А вот младенец вызывал у него симпатию.

 Ладно. Мне надо сосредоточиться и, как соберутся студенты, представиться и начать быть преподавателем.

 Ох... Страшновато. Спала я, правда, как убитая. Никаких ночных переживаний. Я так устала за три дня безумной гонки, что максимум, на что меня хватило, — это приготовить постель, воспользовавшись чистым, хоть и казенным постельным бельем и принадлежностями. А потом еще один раз ночью сунуть Софи бутылку с молоком. Ночные кормежки — это трудно, надо потихонечку начинать отучать ее от них. Водичка там, все дела. Иначе я загнусь с такой нагрузкой. Лучше днем выстроим четкий почасовой график питания и станем увеличивать порции. Она ведь растет. Когда их, детей, начинают прикармливать? И чем? У кого-нибудь спросить бы нужно. У кухонных тетечек? Вон они все какие, наверняка своих уже вырастили...

 И очередной пункт в список дел. Посмеиваясь, я так и написала на обложке печатными буквами: «План покорения мира». Ага. И завела вторую толстую тетрадь, которую нашла в кабинете, для работы. Соорудила себе ежедневник — даты проставила вручную на те дни, что я тут обитаю, и на неделю вперед. Пока так, больше не успела до первой пары. И оставила место для заметок и общего списка всего, что нужно не забыть. Смартфон, миленький мой, как же мне тебя не хватает. С приложениями, диктофоном и микрофоном, выходом в сеть, календарем и множеством функций, облегчающих жизнь.

 Впрочем, мне вообще многого не хватает, только нет возможности сесть и погоревать. Я даже обдумать свое попаданство и офигеть как следует не успеваю. Гребу как заводная, чтобы просто не пойти ко дну.

 И все же нужно точно высчитать и сопоставить даты с земными. Уже узнала, что общая продолжительность года фактически такая же, количество часов в сутках тоже. А вот длина месяцев привязана к спутнику планеты, то есть к луне, и составляет двадцать восемь дней. Поэтому месяцев тринадцать. Новый год тут отмечают не в середине зимы, а в первый день весны. Зимой же празднуют День поклонения богам, который выпадает на день зимнего солнцестояния. Это один из самых главных и торжественных праздников.

 Первыми у меня сегодня был пятый курс. Причем, учитывая, что в данном университете не было своего факультета алхимии и зельеварения, а предмет является общим и обязательным, но не профильным, то на лекции собирался весь поток. А вот практические занятия уже группами с факультетов.

 Вроде как все должны уметь варить зелья и эликсиры, понимать принципы, знать основы и базу. И так далее. Примерно как биологию или химию в средней школе. Никого не интересует, пригодится тебе это в жизни или ты всю жизнь счастливо проработаешь продавцом или водителем. Но основы предметов в тебя будут вдалбливать все шесть-семь лет средней и старшей школы. Вот я сейчас буду типа учителем биологии. Примерно. Только не об инфузориях-туфельках рассказывать стану, а о зельях, эликсирах, их необходимости и как их готовить.

 Ага. Очень им это надо, вот тем здоровенным, скалящимся в предвкушении парням, которые выше меня на полторы-две головы. Мое нынешнее тело с ними одного возраста. Да и девушки предвкушают.

 Предстоит веселье...

 — Ну что ж... Приветствую вас, — начала я, когда все уселись, заняв аудиторию. Мой голос разнесся до самой галерки, и я цокнула: — Ух ты! Классная акустика!

 Кто-то из парней хохотнул, и его тоже было отлично слышно. Я чуть улыбнулась, встала из-за стола на кафедре и обошла его. Присела на него, стоя лицом к студентам, и продолжила:

 — Думаю, только ленивый или похмельный, тот, кто утром проспал, еще не в курсе, кто я. Но давайте все же представлюсь, как положено. Меня зовут Мариэлла Монкар. Я еще не магистр, соответствующую степень не получила, поэтому обращаться ко мне следует «мастер Монкар» или «мастер Мари». Я предпочитаю короткую форму имени, так проще и удобнее. Можете, конечно, и профессор Монкар. Но мне лично кажется, что я не вписываюсь в образ сутулого дядечки с седыми усами. Зря смеетесь, — улыбнулась я, пережидая волну смешков. — У меня четкие ассоциации, между прочим. Поэтому давайте остановимся на обращении «мастер». Собственно, я и буду вам весь этот год давать предмет зельеварения и алхимию. И говорю сразу. Я редкостная зануда и выем вам весь мозг. Мужайтесь.Парни снова заржали, девушки переглядывались и шушукались

 — Продолжим знакомство. У меня есть ребенок. Вот эта девчушка в корзине, ее зовут Софи. Я сама в шоке, но так бывает. Однажды утром открываешь глаза, а рядом младенец, и тебе говорят — теперь он твой. Так что видеться с ней вам придется ежедневно. Она будет присутствовать на всех наших занятиях. И нет, я не боюсь везде таскать с собой младенца. Она ест козье молоко из бутылочки и имеет на редкость спокойный характер. Если возникнет острая нужда, активируем заклинание шумоподавляющего щита. Но специально стараться вести себя тихо, чтобы ее не побеспокоить, не нужно. Она привыкнет к вам и к белому шуму и не будет его замечать.

 — Что такое «белый шум»? — спросил голос с задних рядов.

 — Постоянный монотонный шум, сливающийся в нечто неразборчивое. Тот самый, который спустя некоторое время перестаешь воспринимать как источник раздражения. Вопросы?

 — У вас есть муж?

 — Ее отца уже нет с нами. А мы с Софи неунывающие, свободные и независимые девушки, — усмехнулась я. — Что-нибудь еще?

 — А кот? Тоже ваш? И тоже будет присутствовать на всех парах?

 — Кот не мой. Он временный гость, пока его не заберет хозяин. Но пока — да, будет тусить с нами.

 — Что такое «тусить»?

 — Что такое «тусить»... И как я это вам объясню? — пробормотала я. — Это сленг, дамы и господа. Он будет с нами проводить время и... находиться в нашем обществе. Как-то так. А, кстати! К вам как обращаться-то? По фамилиям? По именам? Говорю сразу, что я ужасно непочтительная особа. И если вдруг вы ждете  что-то вроде «глубокоуважаемый студент, месье Помидор Красненький» или «достопочтенная студентка, маузель Редиска Пупырчатая», то это не ко мне. Решайте, когда будете представляться. Будете Красненький и Пупырчатая или просто Помидор и Редиска.

 Аудитория взорвалась от хохота. Веселились все, и парни, и девушки. Я помолчала, давая им возможность отсмеяться. Наверное, я веду себя ужасно непедагогично, но я и не педагог. Что уж там, никогда и не претендовала.

 — Итак, быстро пробежимся по списку. Заодно и посещаемость отметим в журнале. Мне в деканате сказали непременно считать вас по головам, чтобы не отбились от стада и не прогуливали. — Я села за стол и взяла ручку — Назвать свое полное имя и озвучить, как к вам обращаться. Только в темпе. Начали.

 — Я месье Красненький. Анри́ Лефле́кс, — поднялся со шкодливой ухмылкой парень у окна.

 — Лефлекс, приятно познакомиться, — кивнула я и поставила точку напротив его фамилии.

 — Я Редиска. Анна Дифре́, — хихикнула его соседка.

 — Анна! Так! Вношу поправки. Не обещаю, что сразу всех запомню, но постараюсь. Давайте-ка, сначала я познакомлюсь со всеми Помидорами и Редисками. А потом представятся Красненькие и Пупырчатые.

 Аудитория снова взорвалась от смеха. Но дальше дело пошло-поехало быстро. Студенты назывались по очереди. Естественно, я не питала надежды запомнить такую толпу. Но общее представление сложится, кого-то и в лицо узнаю потом. Надо ведь с чего-то начинать.

 — А как быть, если я лорд и не желаю быть просто Помидором или просто Красненьким? — манерно уточнил один парень. Титулованный аристократ, судя по всему, не просто дворянин.

 — Вас придется запомнить отдельно и особенно. Вы можете быть месье Породистым Баклажаном. Так подойдет?

 Его сосед загоготал в голос и упал лицом в ладони, сотрясаясь всем телом. Остальные тоже веселились до слез. Мне представились оставшиеся, а я всех отметила в журнале.