Глава 8

 — Что ж, начнем, — когда смех стих, продолжила я. — Сегодня у нас занятие, по сути, вводное. Так что не будем открывать новую тему, а давайте просто поболтаем о предмете. Я уже в курсе, как вы воспринимаете зельеварение. «На отмахнись», лишь бы сдать и пройти по баллам. Это не моя проблема, а ваша. Я предупредила, что буду занудствовать и надоедать. Но давайте мы с вами сегодня займемся вот чем... Для начала разделитесь на две группы. Вот прямо по воображаемой линии в центре аудитории. Слева номер один, справа номер два.

 Народ зашевелился, начал сдвигаться вправо и влево. Кто-то даже пересел на желаемую половину. Похоже, им просто было любопытно, что еще я сейчас выкину.

 — Чудненько. Теперь устроим мозговой штурм.

 — Что такое «мозговой штурм»? — снова голос с галерки. И вроде тот же самый, что и в прошлых уточнениях.

 — Вы и этого не знаете? — удивилась я. — Это метод группового решения задач, когда участники генерируют максимальное количество идей. В том числе совершенно фантастических, глупых, странных и которые, казалось бы, невозможно использовать на практике. Идея озвучивается, крутится и вертится, рассматривается со всех сторон, обсуждается. Мозговой штурм проходит в три этапа. Сначала постановка проблемы. Потом генерация идей. И напоследок — экспертный этап, группировка идей, отбор и оценка. Принцип понятен?

 — Да. Но зельеварение... Алхимия... Что там генерировать? — озадаченно спросила симпатичная девушка с третьего ряда.

 — А что такое «генерировать»? — Снова тот же голос. Хм, кто-то еще больший зануда, чем я. Радует.

 — Порождать, производить, создавать и возбуждать колебания. Это как передатчик, который начинает генерировать волны. Вот вы будете генерировать идеи.

 — Что такое «передатчик»? — проявил настойчивость некто, но тут на него зашикали и дали подзатыльник, судя по звуку.

 — Группа у окна, — не стала я обращать на это внимание. — Ваша задача: придумывать короткие жизненные ситуации и проблемы. Любые. Вообще разные. Прыщи выскочили, а на носу светское мероприятие. Лысина вдруг образовалась, а ты еще молод душой и чуточку телом. Перепачкался в масле и боишься, что влетит от родителей за дорогую испорченную вещь. Живот болит. Похмелье. Попал на необитаемый остров и обгорел на солнце. Экипаж скрипит. Едешь на поезде, и дым в купе ворвался, голова заболела. Понятен принцип? Просто любая проблема, которая пришла в голову. Что угодно.

 — Да, поняли.

 — Отлично. Группа у двери. Ваша задача — генерировать максимально возможное количество зелий и эликсиров, которые вы, теоретически, могли бы приготовить, и эти зелья как-то могли бы помочь.

 — Так ведь зелья строго для чего-то одного... — почесал затылок симпатичный лохматый блондин с первого ряда.

 — Ну, оно придумано для этого. Но кто сказал, что его нельзя использовать для чего-то другого? Вот, к примеру, нашатырь. Вонючая дрянь, которой приводят в чувство обморочных дам. Но им можно отбеливать, отпугивать насекомых, чистить металлы, использовать как удобрение. А иногда те свойства зелья, которые заявлены как побочные, могли бы нам помочь в чем-то прямо. Давайте, прямо коротенький штурм. Пятнадцать минут. А потом другая задача, и вы поменяетесь ролями. Начали! — Я дала отмашку группе у окна.

 — Отравление! — как-то неуверенно произнесла девушка со второго ряда.

 — Стандартный антидот, — прозвучал немедленный ответ.

 И все замолчали, переглядываясь.

 — И все? Ну же! — поторопила я их. — Слабительное, например. Прочистить изнутри.

 — Рвотное! — крикнул кто-то с задних рядов.

 — Омолаживающее. А что? Оно запускает регенерацию.

 — Общеукрепляющее.

 — Разжижающее кровь.

 Я кивнула, подбадривая, и махнула группе генерации проблем:

 — Следующая проблема.

 — Прыщи выскочили! — хохотнул парень. — А грядет бал.

 — Зелье от прыщей, само собой, — тут же отзеркалил его ухмылку студент из второй группы.

 — Очищающее мыло.

 — Зелье от воспалений.

 — Антидот!

 — Слабительное! — И снова общий смех.

 — Зря смеетесь, — с улыбкой прокомментировала я. — Раз прыщи внезапные, значит, наверняка съели какую-то вредную гадость.

 — Общий очистительный эликсир...

 В общем, так мы развлекались десять минут, потом сменили роли. Группа у окна должна была назвать уже не проблему, а эликсир или зелье. А вторая группа придумать не менее трех способов его использования в жизни, кроме основного заявленного.

 Мне и самой было интересно послушать. Для меня-то все эти названия препаратов, назовем их так, лишь просто некая абстрактная информация, которую мне передали в общей базе данных.

 Незаметно пролетело время. Мы, конечно, не уложились в заявленные полчаса, и все удивились, когда прозвенел колокол, сообщая, что пара закончилась. Студенты как-то растерянно уставились на меня и хором загомонили. А я со смехом подняла руки:

 — Стоп! На сегодня все. Так как мы с вами благополучно проговорили все отведенное нам время, то в качестве задания к следующему занятия вам — прочитать первую главу учебника. Именно прочитать и понять, о чем она и что мы будем учить дальше. И вспомнить основы техники безопасности и базовые понятия, которые вы проходили ранее. Я понимаю, что после каникул у вас мозги стерильные, но я буду спрашивать.

 Уходил народ со смехом. Не роптали и не пытались меня подначивать или испытывать на прочность. Не успели просто, так я их ошеломила сразу же. Они еще не отошли от горячки мозгового штурма и на ходу продолжали обмениваться идеями, которые не успели высказать вслух.

 Наконец аудитория опустела, и я шумно выдохнула. Вроде удалось их заинтересовать и переключить фокус внимания с того, что новый препод — сопливая девчонка их же возраста, к тому же с ребенком и без мужа. С этим вообще занятно вышло. Вот что значит правильно построенная фраза. Все уверились, что я молодая вдова. При том что прямо я этого не говорила. Но и не разубеждала. Пусть так и остается. Мне-то безразлично, но опыт общения с той служанкой в пансионе говорит, что ребенок вне брака — это пятно на репутации. А тут великовозрастные лбы, последний курс, уже взрослые, наглые, самоуверенные. И любители волочиться за женским полом. Видела я изучающие взгляды парней, когда они устраивались за столами.

 Хорошо, что я с утра сделала строгую прическу и нанесла макияж, с которыми казалась немного старше. И надела костюм с юбкой и рубашкой, которая с запонками. В нем у меня вид бизнес-леди. Вот этого образа по возможности и надо придерживаться. Дамочки, уверенной в себе, упорной, немножечко стервозной, абсолютно не стесняющейся того, что мать-одиночка.

 В общем, держим хвост пистолетом, а еще запасаемся иронией и сарказмом. Без них мне точно не выплыть.

 Примерно в таком же ключе прошло знакомство с другими студентами. Ошеломить, заинтересовать, заболтать, не дать возможности потерять концентрацию на поставленной задаче. Но с учетом пройденного материала. Ведь понятно, что первокурсники не знают столько, сколько те, кто уже отучился пять лет.

 Видела на одной из лекций Аленту. С улыбкой поздоровалась, а ее просто распирало от любопытства, как же пройдет лекция. Но надо отдать должное, девушка не пыталась как-то демонстрировать наше с ней знакомство или еще что такое. Сидела и слушала как все.

 Между парами я успела дважды накормить Софи и поменять подгузники. Замечательный ребенок! Тьфу-тьфу, чтобы не сглазить. Даже когда она не спала, то не мешала мне общаться со студентами. Выглядывала из слинга, когда я ее вытащила из корзинки. Или пыталась схватить кота за хвост и уши, когда лежала. Надо ей купить пару погремушек, что ли. Или студентов попросить самих сделать. О! А это мысль, тут ведь есть и артефакторы, работать руками умеют. И кот умница. Вот бы мне своего такого понятливого пушистика.

 Об этом я ему и сказала:

 — Хороший ты кот, умный, воспитанный. Нам бы с Софи такого помощника. Если не захочешь возвращаться к своему хозяину, оставайся с нами. — Я погладила его по голове и почесала шею.

 Кот вздохнул, совсем как человек, и глянул на меня грустно.

 — Вечером сходим в лазарет, узнаем, что там и как. Пока мне некогда, а одного я тебя отпустить не могу, сам понимаешь.

 Он будто и правда меня понял, опять вздохнул и полез в корзину, улегся рядом с малышкой и придавил ее лапой. Мол, все, погуляла, спи давай.

 На обед в столовую нас сопроводили студенты второго курса. Они как раз были у меня последними, они же и помогли дотащить до преподавательских столов корзину со спящей в тот момент Софи.

 Мои слова, что не стоит пытаться вести себя тихо, все поняли и приняли. И судя по тому, как вела себя девочка, я была права. Она слишком крошечная еще, так что как заведем с самого начала, так и будет.

 Но мне все же потребуются кроватка в комнату и совсем скоро детский манеж в аудиторию. И шезлонг-качалка. Да. Ну и так, что-то, пока не знаю что. Для детей наверняка полно всяких необходимых штук, о которых я просто не в курсе.

 — Ну и как вам первый рабочий день? — спросила меня за обедом магистр Хавьер.

 — Да нормально. Пообщались, познакомились.

 — И все? — подняла она брови.

 — А что еще? — не поняла я.

 — Ну... вы такая юная И с ребенком. Как справились? И как студенты к этому отнеслись?

 — Да, Мариэлла. Мы все до сих пор в огромном недоумении, как же так случилось, что вас приняли на работу, — немного манерно протянула магистр Франсуа́за Зандро́, преподаватель методологии водных плетений. Вот даже близко не представляю, что это.

 — А что именно вас смущает? — невинно поинтересовалась я. Похоже, эта Франсуаза та еще штучка. Красивая, холеная, на вид лет тридцати пяти, явно аристократка, эдакая местная звезда.

 — Вы такая молоденькая, никакого опыта преподавания, да еще и с ребенком...

 — Ах вы об этом! Постареть я обязательно успею. Сами знаете, коллеги, моргнуть не успеешь, а уже первые морщинки откуда-то появляться начинают. Опыт преподавания — тут вы правы, да. Его нет, но тоже дело наживное. Никто ведь не рождается с этим навыком. А ребенок... Мне дико повезло, что я успела им так удачно обзавестись по молодости. Сил много, здоровье пока позволяет справляться с нагрузкой. Вырастет мне подружка, выйдет замуж, а я буду все еще молода и хороша собой. Прекрасно же.

 Магистр Чолин захихикал, зажав бородку в кулак, а магистр Хавьер хитро улыбнулась и промолчала. Похоже, я чем-то уела Франсуазу. Понять бы еще чем.

 Я перевела тему и спросила, в какой магазин или лавку в городе можно зайти в ближайший выходной, чтобы докупить немного мебели в комнату. А именно — кроватку для малышки и прочее необходимое для нормального существования.

 — Организую, — подал голос мастер Ханк, и все вытаращились на него так, словно вдруг заговорил стул. — В город собирался.

 — Спасибо, вы меня очень выручите, — не стала я отказываться от помощи. — Прежде всего — кроватку, Софи уже тесно в корзинке. Только, пожалуйста, что-то простое и, если есть такая функция, с возможностью снимать переднюю стенку. Чтобы она нам года три-четыре послужила.

 — Сделаю, — буркнул мужчина, бросив взгляд на малышку, и продолжил обедать.

 Странноватый дядька, непонятный пока. Остальные преподаватели переглянулись, но комментировать не стали.

 До вечера я в итоге опять просидела в учебном корпусе. Набросала план на последующие занятия. Очень примерный, но надо же с чего-то начинать. И говорю сразу, я отошла от предложенных мне методичек. По-моему, нужно действовать немного иначе. Им же, студентам, никому не интересно зельеварение. И я их могу понять. Если бы я сама, не Мариэлла, а землянка Мария Ка́менева, вынуждена была учиться вот по этой мутоте, то тоже не горела бы энтузиазмом.

 А еще пришлось сварить приличный запас одного полезного зелья. Завтра буду им поить старшекурсников. Благо все необходимые ингредиенты в лаборатории имелись в большом количестве. Не понравилось мне то, что я увидела сегодня на студентах. Это какое-то умение, доставшееся мне с новым телом, наверное. Черт его знает, но я просто смотрела, видела и понимала, что это.

 И проблему решу, и задание дам, начнем нормально заниматься и учиться. С завтрашнего дня в расписании стоят и практические занятия и лекции, но уже по две пары. Какой идиот составил это расписание? Или они тут при совсем престарелом и немножечко склеротичном ректоре вообще не заморачиваются на эту тему?

 Около восьми вечера по местному времени в дверь нашей с Софи комнаты гулко постучали. Я открыла и обнаружила в коридоре мастера Ханка с детской кроваткой. Классической такой, с бортиками-решетками, на крепких квадратных ножках.

 — Ой. А когда вы успели ее собрать?

 Мужчина молча указал подбородком куда-то в коридор. Наверное, это означало, что в своей комнате.

 Я посторонилась, он легко поднял деревянную кроватку, словно та ничего не весит, и внес в комнату. Посмотрел на меня вопросительно, а я заметалась. Как-то не ожидала, что так все быстро случится, и не подготовила местечко.

 Мастер Ханк понаблюдал за моим бестолковым мельтешением, поставил кроватку у выхода. Прошел и просто отодвинул меня в сторону, указав пальцем на дверь ванной комнаты. Так же, не говоря ни слова, вручил мне корзинку с Софи и котом. Эти двое там мурчали и агукали.

 А потом добровольный помощник сам принялся переставлять мебель, не интересуясь моим мнением. Немыслимым образом умудрился передвинуть практически пустой пока, но все же тяжеленный платяной шкаф к стене с входной дверью, и тот встал четко в это пространство. Обалдеть, сколько сил у мужика. Книжный стеллаж вместе с книгами, которые я уже успела частично расставить, занял место рядом с дверью в санузел. Письменный стол уехал влево и освободил подход к окну. На место платяного шкафа, в изножии моей кровати встал новый, детский предмет меблировки. А разложенная ширма визуально изолировала мою кровать от взглядов со стороны входной двери и как бы разделила два спальных места.

 Я не вмешивалась, решив, что, если окажется неудобно, тогда и буду думать. А пока для меня это совершенно новое незнакомое помещение, к которому я не привыкла.

 Последним штрихом мастер Ханк переместил ковер, стоящую на нем мягкую мебель и столик левее и ближе к кухонному уголку. Диванчик у стены, кресло спинкой к окну. Получилась эдакая типичная в моем мире кухня-столовая, как в студиях. Только стол не обеденный, а низенький журнальный.

 Кивнув своим мыслям и не обращая на меня внимания, физрук вышел из комнаты, но дверь не прикрыл. Я только взглядом его проводила в недоумении. Вернулся он буквально через минуту. Притащил матрас и постельные принадлежности для детского ложа. Молча все там постелил, заправил. Снова ушел.

 Я уже вообще не пыталась понять его логику. Стояла и ждала, чем все закончится.

 А мужчина снова вернулся, но с разноцветным толстым одеялом в стиле пэчворк. Придирчиво изучив чистый пустой пол рядом с детской кроваткой, он расстелил там свою ношу и повернулся ко мне.

 — Ползать, — указал пальцем на подготовленное место. Повернулся к малышковой кроватке и ткнул в нее. — Спать.

 — Поняла, — серьезно ответила я. Открыла рот, спросить сумму, которую я должна компенсировать, но он опередил меня.

 — Подарок.

 — Но я так не могу, мастер Ханк. Позвольте, я...

 — Не вам. Ей! — приблизился к нам, кивнул на улыбающуюся и пускающую пузыри Софи и спросил: — Можно?

 — Можно. Любите детей?

 — Да.

 Мужчина бережно вытащил своими огромными ручищами кроху, отнес на одеяло для ползанья. Положил ее, сам присел рядом прямо на пол и с умилением принялся тетешкаться.

 Сказать, что я была озадачена, это вообще ничего не сказать. То есть вот этого здоровенного мужика я, молодая привлекательная девушка, не интересую от слова совсем. Он даже не говорит нормально, слова не вытянешь. Но зато тает и расплывается в мягкой улыбке при взгляде на беззубую малявку. Надо бы навести справки о нем, чудно же.

 Посмотрела я на них, да и пошла читать. Мне они оба не мешают. Точнее, трое. Кошак тоже с ними рядом пристроился и принялся громко мурлыкать.

 Дверь в мою комнату осталась открытой нараспашку. Несколько раз по коридору проходили преподаватели, живущие на этом этаже. Я еще не со всеми познакомилась нормально. Кто-то притормаживал, озадаченно заглядывал и изучал открывшуюся картину. Я сидела за столом над книгой по редким зельям и делала себе рабочие пометки. Гость играл с малышкой на полу, не обращая ни на кого другого внимания.