8

Сева вновь покосился на меня, будто хотел стукнуть за то, что я ляпнула, не подумав. Ну а что не так?

— Милая, — обратился ко мне Герман, а мне захотелось блевануть. Какой же он мерзкий. — Если ты хочешь написать на меня заявление, то приходи в мое казино в пятницу вечером. В это время там как раз отдыхает местный прокурор. Думаю, что он с интересом послушает тебя.

От его слов мне стало плохо. Точнее от осознания того, каким могущественным был этот человек. И его все же стоило бояться.

— При чем здесь мы? Как в одном предложении уместить завещание и казино? — Сева вновь перетянул все внимание на себя.

— Ваш отец был любителем делать ставки, играть. Но если он любил азартные игры, то они его — нет. Он проиграл кучу денег, успел задолжать… Но долг так и не выплатил.

Я просто не верила его словам. Мы жили пять лет с Александром. Он не был зависимым человеком. Он был хорошим, он не любил играть. Я просто не верила в это.

Мама закачала головой и приложила к глазам пальцы. Она еле сдерживала слезы.

— Нет, это неправда. Я вам не верю. Саша не был игроманом. Я бы заметила…

— Конечно, вам, Елена, казалось, что зависимы только вы. Но, увы. Это не так. Я предполагал, что вы мне не поверите, поэтому приготовил для вас кое-что. Думаю, этот фильм, откроет вам глаза. Игорь.

Боже, этот человек знал многое. Даже про зависимость мамы. Это пугало.

Игорь Алексеевич тут же встрепенулся и достал из своего портфеля планшет.

— Минуточку… Вот, готово.

Он достал подставку для планшета и установил его.

— Можно? — спросил адвокат у Германа, и тот величественно кивнул. Игорь Алексеевич нажал на «Play», и мы увидели короткое, но очень информативное видео.

Сначала мы увидели огромный зал казино, в котором было немного посетителей. И среди них отчетливо выделялся Саша. Не потому, что выглядел как это по-особенному, просто именно его искал мой взгляд. А это действительно был он. Я узнала его любимую красную рубашку, его куртку. Это точно был Саша. И не одна я его узнала.

Я услышала, как мама ахнула и приложила ладонь ко рту. Ее глаза наполнились слезами.

— Саша… Как же так?

Несколько минут мы смотрели, как он поздоровался с несколькими игроками, а потом приступил к игре. А играл Саша в разные игры. И с каждой игрой его лицо становилось бледнее. Но отчетливо было видно, что он злился. А злился почему? Потому что проигрывал. Но не останавливался. Саша… Саша. Я просто не могла поверить в то, что видели мои глаза. Как мы проглядели? Как не заметили? Как это произошло? Ведь вещи из дома не пропадали, жили мы зажиточно. Никогда не было такого момента, что у нас не было еды, появлялись долги за коммунальные услуги. Деньги были всегда. Хотя Саша хорошо зарабатывал, поэтому успевал не только жить на них, но и тратить. Но потом Саша заболел. И все деньги уходили на лечение. Но, видимо, отчим успевал еще и играть… Скорее всего, тогда и появились эти долги.

Фильм закончился. И оставил после себя горечь. Да, такого точно никто не ожидал. Только лицо Севы осталось равнодушным. Понятное дело, что такая реакция обоснованна. Он был чужим ему. Отцом только на бумаге.

— Александр умер, но успел хорошо надолжать моему казино.

До меня стало медленно доходить, что именно хотел от нас этот мужчина. И сердце забилось чаше. Кажется, темные тучи все сильнее сгущались над нашими головами.

— Вы хотите, чтобы мы выплатили вам этот долг? — дрожащим голосом спросила мама. Хотя мы уже знали ответ на этот вопрос.

Герман Львович кивнул.

— Да, я хочу получить свои деньги обратно.

У нас не было денег, чтобы заплатить. Да и почему должны именно мы это сделать?!

— Но это же не мы играли… — подала вновь голос я, — Это играл Саша. Это он надолжал. Не мы. И как вы вообще это себе представляете? Человек умер, а долг остался? Невероятно просто.

Герман Львович лениво перевел взгляд на меня.

— Красавица, если бы я прощал долги каждому, кто помер, то давно бы стал бедняком.

Милая, красавица. Мне совершенно не нравилось, как он обращался ко мне. Я посмотрела на маму. Разве она не чувствовала, что этот человек как-то по-особенному обращался ко мне? Почему она не обратила на это внимание? Только Сева вновь пододвинулся и вообще полностью загородил меня. И как только Герман Львович скрылся от моих глаз, я поняла, что вообще не дышала все это время. Мне было очень страшно, но почему-то продолжала лезть на рожон.

— У нас нет сейчас денег, — заговорила мама, казалось, будто она полностью погрузилась в свои переживания. И я боялась, что она вновь сорвется. — Весь семейный бюджет практически уходил на лечение и содержание дома.

Герман Львович кивнул.

— Верно, поэтому у меня есть предложение для вас. Я считаю, что мы можем прямо сейчас узнать завещание. Не ждать год. Я уверен, что Саша завещал некую сумму денег и дом. Игорь Алексеевич любезно огласит завещание, и я уверен, что вы тут же найдете, чем погасить долг. Как вам такое предложение?

— Нет, — твердо произнес Всеволод, — мы будем делать все по закону. Завещание озвучат, как положено, через год. И тебе оно не достанется. Понял? Не смей протягивать к нему руки, пока по ним не надавали…

— Вот как? — Герман Львович хмыкнул. — Значит, по-хорошему не хотите? Ну, что ж… Я дал вам выбор. Вы его сделали. Правильный или нет? Узнаем позже. Но теперь вам придется за него отвечать. Только знайте, я делаю предложение один раз. Я не повторяюсь. Игорь, я разочарован. А вам… Всего доброго. Советую, по ночам не выходить из дома.

Герман Львович встал и направился на выход из дома. через минуту хлопнула дверь. Я вздрогнула.

— Он угрожал нам? — тихо спросила я.

Игорь Алексеевич был готов рвать на себе волосы.

— Вы совершили огромную ошибку. Лена, вам надо было согласиться. Ты зачем позволила говорить мальчишке? Он все разрушил, теперь…

Мама не стала дослушивать Игоря Алексеевича. Она лишь молча поднялась и вышла из гостиной.

Игорь Алексеевич перевел взгляд на нас.

— Что-то я не понял…

— Вам пора, — перебил его Сева. Я видела, что Сева был очень злым. И лучше бы адвокату просто уйти. Иначе я просто не знала, чем все закончится.

Слава Богу, Игорь Алексеевич не был глупым. Через три минуты мы с Севой остались одни.

***

Как я и предполагала, вся жизнь, после той злополучной встречи пошла под откос. Медленно, но верно. Но мы даже об это не подозревали. Прошло два дня, а мы так и не придумали, что делать. Мама полностью ударилась в свои страдания, позабыв обо мне и своих обязательствах. Она взяла отпуск на работе, но постоянно где-то пропадала целыми днями. Я сначала думала, что она втайне выпивает. Но, каждый раз, когда мама возвращалась домой, я устраивала ей такую тотальную проверку, которую не устраивал ни один полицейский. Но мама всегда приходила трезвой. На вопросы не отвечала. И меня это жутко злило. Но лишь бы она не пила.

А что касается Севы… То тут дела обстояли сложнее. Как только Герман Львович и Игорь Алексеевич ушли, я хотела переговорить с молодым человеком, но парень тут ушел. Куда? Передо мной не отчитывался. А не помешало бы. Когда либо он, либо мама уходили из дома, то я места себе не находила. Я все еще помнила про угрозы Власова. Мне действительно было страшно. Я не знала, на что был готов этот человек, чтобы добиться своего. А деньги он уж очень хотел получить обратно. Но прошло два дня, а вокруг было тихо. Нас никто не преследовал и не запугивал.

Я же и шагу не могла сделать из дома. Мне было очень страшно. Мало того, что где-то бродил Антон, так теперь местный мафиози открыл на меня охоту. Просто класс.

Чего еще мне подкинет судьба? А то, что-то слишком спокойно жила я последние пять лет.

И меня угнетал собственный страх. Мне нужно было пойти в местный торговый центр, чтобы прикупить канцелярию, ведь скоро начнется учебный год. А я не могла. Не могла даже шагу сделать. Так мне было страшно.

Я весь день сидела в комнате, не зная, чем себя занять. И, видимо, так умоталась, что все-таки задремала, а проснулась от того, что громко хлопнула входная дверь. Я тут же встрепенулась и выбежала в коридор, чтобы врезаться в Севу, который медленно поднимался по лестнице.

— Ой, — воскликнула, впечатавшись носом в крепкую грудь, — извини…

Парень успел подхватить меня, чтобы я не рухнула ему под ноги, а потом не скатилась кубарем по лестнице. И его руки все еще лежали на моей талии. И меня вдруг окатило таким жаром. Мы никогда еще не были так близко друг к другу. Наверное, я впервые почувствовала, что такое бабочки в животе… Но мои бабочки быстро были раздавлены. Видимо, только я одна испытала что-то невероятное.

— Опять мешаешься под ногами? — Сева раздраженно отодвинул меня в сторону и зашагал в сторону своей комнаты. А меня будто кувалдой ударили по голове. Осознание было неприятным. Меня в очередной раз тыкнули носом. Просто невероятно. Наверное, он подумал, что я навязываюсь… Но это не так. Это произошло случайно! Я не хотела врезаться в него, а уж тем более привлекать его внимание? Мне это не нужно. Я выбежала из комнаты, потому что думала, что это мама вернулась. Я не хотела ничего плохого. А получилось как обычно. Неужели это мое проклятье? Навязываться людям? Не знаю, но мне уже так тошно от этого всего.

И тут я решила доказать, что я не мешаюсь под ногами. Я смогу и сама все сделать. Быстро спустилась вниз, но замерла прямо перед входной дверью. Не смогла. Не смогла! Очень страшно. Почему-то я была уверена, что позади этой двери притаился монстр, который обязательно сожрет меня. Разумеется, я понимала, что факт опасности может быть минимальным. Но у страха глаза велики. И я отступила. Струсила. Я вернулась в свою комнату, чтобы вновь улечься под одеяло и взять очередной роман. Читала, но прислушивалась, я ждала маму. Но это была первая ночь, когда она не пришла ночевать.

Я проснулась рано и первым делом посмотрела на часы. На часах шесть утра… И у меня вдруг появилось ощущение дня сурка. Каждый день — одно и тоже. Но я чувствовала себя уставшей, хоть и выспалась. Через полчаса я вышла из своей комнаты и тут же заглянула в комнату матери. Ее здесь не оказалось. И эту ночь она не провела в своей постели. Но где же? Где она?

— О, Господи… — прошептала я, едва сдерживаясь, чтобы не поддаться панике. Она на кухне. Готовит завтрак. Я тут же выбежала из комнаты матери и едва не снесла Севу, который, наверное, тоже шел на кухню.

Я пронеслась мимо него, сейчас мне было абсолютно плевать, что он подумает обо мне. Я молилась, чтобы мама оказалась на кухне. Но ее там не было. Я тут же рванула на улицу. Может, она решила подышать свежим воздухом? Реально? В шесть утра? Ксюш, таких абсурдных версий у тебя еще не было… Думай! Думай! Очевидно, что матери не оказалось во дворе. Тогда я поспешила вернуться в дом. И тут же попала в руки Севы. Я попыталась обойти его, но Сева отзеркалил мое движение. Я вновь шагнула в сторону. Сева повторил за мной.

— Постой, — парень хмуро посмотрел на меня, — что носишься, как в жопу ужаленная? Что произошло?

Сейчас я чувствовала только раздражение. И злость. Впервые за долгое время, и поэтому я видела не Севу, а своего врага, который стоял на моем пути.

— Отойди, — проговорила я и вновь попыталась ринуться мимо, но парень вновь ловко перехватил меня, а потом неожиданно прижал к стене. Я больно ударилась головой об стену и возмущенно посмотрела на него. — Ты с ума сошел? Отпусти меня!

Я начала вырываться, а Сева вдруг прижался ко мне всем телом. В голову сразу же полезли непрошенные мысли.

— Быстро сказала, что произошло? Опять мать напилась?

— А тебе какое дело, а? Тебе же плевать! Отпусти меня! — я не удержалась и стукнула его кулачком по груди.

Сева лишь усмехнулся.

— Не сломала? Больше так не делай. А то ты такая хрупкая… Так что случилось? — я упрямо пыхтела, — Не будешь говорить? Глупо. Раз спрашиваю, значит, помогу.

— Поможешь? — спросила я, тут же почувствовав себя самой настоящей глупышкой.

— Я не люблю повторять по два раза. А ты вынуждаешь. А когда я повторяюсь, то начинаю злиться… Понимаешь?

Я медленно кивнула.

— Мама пропала. Она не ночевала дома.

— Ты звонила ей?

Я тут же покраснела. Это было самое очевидное. Парень, наконец-то, отошел от меня, и я тут же набрал номер матери.

Но ответа я так и не дождалась.