Глава 5

Марина

– Поверьте, если бы существовали подобные места обитания идеальных мужиков, там бы паслось ещё большее стадо голодных до их внимания женщин, – резонно подметила я, начиная раздражаться назойливости подруг.

– Хм, – подозрительно задумалась Настя. – Тогда у меня есть несколько вариантов, – тотчас улыбалась.

И я поняла – дело дрянь!

Согласно виртуозному по глупости плану девчонок, мне пришлось пройти девять кругов ада…

Шутка, но помотаться, чертыхаясь на чём свет стоит, пришлось: показать своё невежество на паре выставок, позевать в галереи современной живописи, «потрястись» с инструктором в фитнес центре, «утонуть» в плавательном бассейне, «оглохнуть» в опере, едва не угодить в аварию, не без участия Танюхи…

Именно тогда я осознала всю опасность миссии – подруга была готова меня покалечить, лишь бы удачно «пристроить».

– Хватит! – я категоричным жестом дала понять, что завязываю с экспериментами. – А если бы он меня сбил? – Моему возмущению не было предела. – Ты его лицо видела? – Встряхнула головой, словно прогоняла из памяти жуткий образ тощего мажора за рулём, который несколько минут назад меня обматерил, напоследок пообещав закопать, если увидит снова.

– Ну прости-и-и, – проскулила Таня. – Я среагировала на ягуар, а кто за баранкой меня уже не волновало, – призналась в своём промахе.

– Отныне я сама выбираю кого «хочу» поймать! – пригрозила пальцем и, зло пыхтя, зашагала прочь.

Мда, видимо, охота – не моё, поэтому ни одной жертвой за это время поймано не было. И тогда девчонки решили пойти ва-банк:

– Ура! Я договорилась с братом насчёт прохода в супер-модный клуб «Плазма». Серёга только устроился, но пообещал пропустить! – при очередной переменке нас выловила Настёна. – Он сказал, что там по выходным пасутся довольно богатые мужики, – чему-то радовалась она.

– Круто! – с восторгом поддержала её порыв Танюха, словно нам по восемнадцать и предоставился шанс попасть в закрытое заведение, куда простым смертным нет входа. – Так! Останется дело за малым, – хлопнула в ладоши подруга, – оденемся по моде, накрасимся, чтобы затмить всех молодух…

– Ты меня пугаешь, – поморщилась я. – Не переборщить бы.

– Да ну тебя! – отмахнулась Таня. – Меру мы знаем…

– В выпивке, а в количестве воздыхателей – нет! – брякнула со смехом Настя.

– Ахаха, – поржала над шуткой Таня: – Так что все мужики наши!

– М-м-м, быстрее бы выходные, – закатила глаза Настя.

Они принялись обмениваться разного рода шуточками, вот только их позитивное настроение не поднимало моего, скорее, наоборот, отравляло.

– Оторвёмся, – хихикали, как дурочки подруги. – Натанцуемся…

– С ума сошли? Я сто лет не была в клубе. И танцевать толком не умею! – попыталась достучаться до их здравомыслия. – И не пила… бог его знает сколько.

– Вот и отлично! – отмахнулась Танюха, – значит от одного глотка коктейля инстинкт хищницы проснётся, и всё пойдёт как по маслу, – почему-то была в убеждена в моих способностях подруга.

– Девчат, – заскулила я. – Я по клубам не ходок… Не моё это!

– А что твоё? В магазин за молоком сходить? – внезапно разозлилась подруга. – Хватит уже стучаться в дно!

– Я не стучусь, – проворчала, с горечью осознавая как подруга жестоко права. – Просто, я не знаю что там делать, – призналась виновато.

– Отдыхать! Посидеть, музыку послушать, ощутить себя живой! – смягчилась Таня. – Марин, тебе сорок! А отдыхать разучилась! Вот что страшно! Ты идёшь! – грозно ткнула в меня пальцем. – Ничего не потеряешь! Девственности лишаться уже поздно… а чуть повеселиться – не грех!

– Правильно, – поддакнула Настя. – А если напьёшься то, глядишь, перестанешь себя останавливать! Познакомишься с кем-нибудь…

– И ночь проведёшь так, чтобы наутро стало до неприличия стыдно и дико сладко! Чёрт! – взмахнула рукой Таня: – Ты уже в том возрасте, когда пора забыть про стыд, волнения и переживания, что тебя кто-то за что-то осудит! Просто сделай уже что-нибудь не так, как обычно! Сломай цепочку обыденного. Ты теперь свободна! Теперь ты в открытую можешь не просто искать мужчину, а перебирать их пачками… стопками.

– Ахах, группами, – пшикнула Настя.

– Ну да, совмещая приятное с полезным, – поржали девчонки.

– Не только мужики, уходя из семьи, могут себе позволить все радости холостяцкой жизни, – со знанием дела науськивала Танюха. – Мы живём в современном мире, когда и женщине это не зазорно! – Приобняла по-дружески и боднула бедром моё: – Так что лови момент!

– Уж спасибо, – поперхнулась я скепсисом. – Но опускаться до уровня «женщины в отрыве», – смягчила более грубое понятие, – не собираюсь! У меня вообще-то парни растут. Не хочу показывать плохой пример…

– Ну ты же не будешь у них на глазах трахаться с кем-то, – переглянулись подруги. – Развлекаться будешь вдали от них.

Я нахмурилась, странный совет от подруг, но в чём-то они были правы.

– Ладно, уговорили, – сдаваясь, нехотя вздохнула, – только, боюсь, у меня нет ничего клубного. И денег нет, чтобы купить обновку.

– О! – захлопала в ладоши Настя. – Предоставь это мне! Притащу всё, что тебе может подойти…

Пока старшие сыновья были на секциях, а младший в своей комнате рисовал и смотрел телевизор, в моей комнате подготовка к вечеру шла полным ходом. Девчонки явились ко мне со своими поклажами. Настя, как и обещала, с чемоданом шмоток. Танюха с огромной косметичкой, где оказался набор для макияжа. Уж кто-кто, а она толк в мейкапе знала.

Хоть я и была настроена скептически, но… заливаясь шампанским, которое девчонки благоразумно прихватили с собой, хмелея, втянулась…

И словно в молодые годы, мы колдовали над собой… Вернее, они надо мной.

Мне пришлось перемерить почти все наряды, которые принесла Настюша, чтобы нашлось то самое… Как по мне, чуть коротковатое, но очень красивое платье. Оно было, как и советовала  в своё время величайшая Коко Шанель: «В гардеробе каждой девушки должно быть одно короткое, чёрное платье».

Но так как девушка я уже возрастная… и у меня были кое-какие проблемные части тела, я настояла накинуть поверх платья красный декоративный пиджак – это скрывало руки и заужало спину. Чёрные туфли под Лабутэны – значительно удлиняли ноги. За клатч схватилась как за спасительный круг – сумочку можно мять в руках, скрывая волнение.

Только с главным было покончено, дальше колдовать надо мной принялась уже Танюха. Результатом я была приятно поражена. Хоть для меня и ярковато, но выглядело потрясающе – стильно, дорого.

Окинув себя в зеркало придирчивым и весьма пьяненьким взглядом, кивнула:

– Я, конечно, не тяну на супермодель, – пошатнулась на каблуках, – но уже забыла, что могу выглядеть так… круто, – хихикнула глупо. – Я не похожа на затраханную жизнью домохозяйку. Не смахиваю на многодетную брошенку, готовую прыгнуть в последний вагон. Я – не дешёвка, идущая снимать мужика. Чёрт, – впервые за долгое время я улыбалась своему отражению: – Я выгляжу, как свободная женщина, собирающаяся оторваться в клубе.

– А то! – закивали подруги. – Ты красотка! – с двух сторон подступили, смотря на меня через зеркало. Они тоже выглядели эффектно. Брюнетка Тюня, невысокая, аппетитная, с крупными чертами лица: карими глазами и пухлыми, сочными губами. И Настюха: пепельная блондинка, светлоглазая и миниатюрная.

– Никто не скажет, что тебе сорокет, – заверила она.

Того же мнения оказались сыновья.

Первым оценил младший. Даже таращится в телик перестал. Его рот открылся. Голубые глаза распахнулись в удивлении:

– Мама, – ахнул он. – Ты такая… красивая…

– Спасибо, – прокрутилась на месте, чтобы он меня оценить в полной мере. – Нравится?

– Очень! – закивал он рьяно. – А ты что, уходишь? Меня тут одного бросишь? – тотчас заволновался.

– Что за глупости?! – отозвалась я. – Да, я уйду скоро, но с тобой побудут братья, – любовно пальцем поддела нос мелкого. Подмигнула: – И никогда не думай, что я тебя брошу. НИКОГДА! – среагировала на клик домофона, известившего, что кто-то из домашних возвращался.

– Эм-м-м, ма-а-ам, – протянул озадаченно старший, плюхнув сумку в коридоре, да так и застыв на пороге, перекрыв проход для среднего, стягивающего кроссовки в предбаннике общего коридора. – Ты это куда? – недоумённо прогулялся взглядом и по мне и по подругам, которые топтались позади меня.

– Я…

– Ого, – средний всегда был более открыт в эмоциях, – мамуля, ты словно актриса. Такая красивая, – пихнул старшего, протискиваясь в квартиру.

– Правда? – зачем-то уточнила, и нелепо пошатнулась на высоченных каблуках: – Жаль, практики мало… – выдавила улыбку, ка кабы винясь, что такая неуклюжая.

– Так я не понял, – вновь напомнил о себе старший. – Ты куда?

– Ну, я, вообще-то, хотела с подружками сходить в клуб, – замялась рядом с сыновьями.

– Ребят, а что за допрос? – тотчас строгую крёстную отыграла Танюха. – Маме что, нельзя погулять?

– Можно, – нахмурился старший. – Просто… – опять осекся, вернув на меня придирчивый взгляд.

– Что? – засомневалась в себе я. – Считаешь, переборщила? – смущённо ни то пригладила причёску, ни то поправила пиджак. Почему для меня мнение сыновей казалось очень важным. Хотя, наверное, я ждала одобрения… разрешения… или строго: никуда не пойдёшь!

– Нет! – замотал головой скупой на чувства старший. – Ты выглядишь… отлично. Просто мы не привыкли к тебе такой… – неопределённо дёрнул плечом.

– А теперь привыкайте, – протиснулась между нами Таня. Важно подбоченилась: – Вашка мама – огонь, и пора бы ей уже наладить свою личную жизнь.

– Таня, – осуждающе шикнула я.

– Что не так? – непонимающе вздёрнула брови подруга.

– Давай без подробностей, – чуть не заскулила я, умирая от непробиваемости Тани.

– Ок, – фыркнула она и отвоевала себе место в коридоре, где оставила туфли. К ней присоединилась Настёна, но вначале:

– Парни, будьте лапочками, – с глупой улыбкой почмокала мальчишек в щёчки.

– В общем так, ребят, – вспомнила, что я главная в семье, и мне положено командовать, а не наоборот, – за братом присмотритесь! Не думаю, что надолго, но за младшим присмотреть, – отдала распоряжение, и тут в разговор вклинилась Танюха:

– Мариш, не надо обещать того, что, вероятнее всего, растянется надолго… Парни, не слушайте маму, – деловито кивнула мальчишкам: – Мы с вашей мамой пошли гулять. Когда вернёмся – не знаем, но сегодня лучше не ждите! За братом присмотреть! Накормить! Спать уложить! Допоздна не сидеть! – словно не я, а она их мама, тараторила подруга.