Глава 30

Злата

—Мир, мне надо к сыну,— выскользнула из объятий. Не хотелось, но пришлось.

Его признание звучало искренне и я поверила. Но его бывшая от этого все равно никуда не делась. А судя по тому, что она мне сказала, эта женщина не собиралась отпускать Мира так просто. Хотела бы я быть с Миром. Почувствовать себя любимой. Почувствовать себя за широкой мужской спиной. Чтоб оберегали, ценили, уважали и больше не предавали…. Ох как хотелось мне всего этого…

Но…

Я ведь понимала, что не будет все просто. Даже если Мир не будет с Катей, это лишь часть решения головоломки.

У меня ведь есть Тим, который высказал свое мнение, который определенно против, который хочет все равно видеть отца вместе с мамой, а не какого-то чужого дядю…

И как с этим быть? Как объяснять сыну, чтобы понял и не осуждал? Я совсем не представляла…

—Злат, доверься мне, я не подведу,—- притянул к себе и нежно коснулся губами лба.

Я не отталкивала Мира. Сердечко только разрывалось на части. Хотела быть с ним, но по факту не могла…

—Я пойду,—прошептала, медленно отдаляясь.

—Злат, я открылся тебе. Рассказал о своем прошлом,— еще держал за ладонь, не давая уйти. —А ты когда-нибудь сможешь?

Я неуверенно кивнула и опустила глаза.

Смогу.

Готова.

Но не сейчас…

Я шла медленным шагом к своему подъезду, ощущая на себе его пристальный взгляд.

Мир провожал меня и ждал, пока зайду в дом.

Открыв дверь, посмотрела на него издалека и махнула рукой…

Хотела бы, чтобы пошли вместе.

Хотела бы нормально познакомить его с Тимом, и так, чтобы он ему понравился. Хотя была уверена, что понравится. Мир умел найти к детям подход. Дочь невероятно сильно любил. Заботился о ней, возможно даже лучше матери…

—Мам, ты сегодня так долго,— сын встретил в коридоре, сумку взял и убрал в шкаф, обувь мою аккуратно поставил к стене. Тщательно прививала ему любовь к чистоте и порядку. Учила даже мыть полы. Пусть кто-то считает, что не мужское это дело, а я с этим не была согласна. Мужчина должен уметь все, а не только деньги в семью приносить…

Так мама еще говорила. И мой отец был именно таким. Мог и поесть приготовить и дома убраться. Брак— штука сложная. Хороший и крепкий брак— всегда союз двух людей на равных. Потребителям тут места нет.

—Да, занятие чуток дольше шло, чем обычно,— опять врала конечно, но сыну ведь дала обещание, что мы теперь только вдвоем, как и прежде.

—Ясно. Папа тебя не дождался. Домой поехал. Сказал, что ты уже скоро придешь, а ему пора,— спокойно делился сын, убирая в шкаф мою одежду.

—Папа разве не днем еще ушел?— перехватила вешалку и сама повесила пальто.

Тим покачал головой.

—Ой нет, мы с ним весь день. Не оставил меня одного дома. Сначала мы поехали к бабуле, но ее дома не было. Потом поехали к папе на работу, а потом уже домой вернулись…

Я была удивлена. Не думала, что Ник так ответственно подойдет к встречам с сыном. Целый день был с ним и даже не написал ни одного сообщения со словами упреков, что я оставляю сына дома одного. Странно…

Может действительно изменился?

Следующим утром отвезла Тима к бабуле. Он сам попросился, потому что дедуля видите ли новую игру купил для приставки, а ему не терпелось посмотреть.

Я у родителей не осталась. Затеяла дома уборку, а ближе к вечеру, когда полы сияли, был приготовлен ужин, все белье было постирано, а посуда помыта, я рухнула на диван и включила телевизор.

Пощелкать каналы не успела, потому что приехал Ник.

Я пустила его. Он так подозрительно доброжелательно разговаривал, что отказать не получилось.

—Прости меня,— прозвучало настолько искренне, что я растерялась. Ник целовал мои ладони, прижимал к своим губам, а я стояла, как вкопанная и не знала, что сказать. Хотела услышать эти слова? Определенно да. Но кажется Ник опоздал с ними на несколько лет…

—Ник, прошу не нужно ничего. Мы развелись,— заикаясь, и попыталась выдернуть ладони.

Ник не позволил.

Притянул за талию и носом в шею уткнулся.

—Злат, господи, прости меня за все. Прости за эти восемь лет. Прости за ложь и всю боль, что пришлось испытать. Я полнейшее гавно. Я так испортил тебе жизнь,— шептал, руками зарываясь в волосы. —Мне никто не нужен, только ты. Не могу без тебя. Прости,— руками лицо обхватил и начал целовать.

—Ник, прекрати, не нужно,— дернулась, чтобы высвободится. Это ведь так не работает. Один раз произнести не значило, что я сразу забуду и прощу…

—Нет. Не отпущу. Никогда не отпущу. Будешь снова моей, иначе не может быть,— схватил за запястье и снова притянул к себе. В объятиях зажал. —Ну что? Что мне сделать, чтобы ты простила?

Я молчала. Я ведь говорила однажды. Но время назад не вернешь…

—Ник, перестань, правда. Прошлого не изменить,— отшатнулась от него и слегка оттолкнула, чтобы отпустил. Когда-то надышаться им не могла, мечтала, чтобы обнимал чаще и слова о любви говорил постоянно. Но он был не тем человеком, кто способен показывать чувства.

—Нет, не могу я без тебя. Хочу тебя. Постоянно. Надышаться тобой не могу. Что же ты делаешь со мной? — и одним рывком к стене прижал. Жилку на шее прикусил, а руки под футболку запустил.

—Ник, прошу, прекрати. Ты не в себе,— когда-то таяла от его прикосновений, а теперь они словно кислотой кожу обжигали. Я уже не та Злата, что была счастлива в браке. Ник растоптал меня. Из-за него я потеряла веру в любовь, из-за него снова боялась доверять мужчинам. Из-за него даже спать с мужчиной не могла. Страшно было снова почувствовать себя использованной и той, к которой мужчина пришел от другой женщины…

—Златушка моя, девочка моя, любимая,— так ласково шептал, а руками с грубой силой прижимал, что не дернуться никуда и не сбежать. А я не хотела…Не так… Не с ним…

—Господи, Ник, да перестань уже, прекрати, отпусти меня,— истошно закричала, но Ник никак не реагировал. Пахом вдавился, руками по телу шарил, глазами раздевал. —Я не буду с тобой, слышишь, не буду. Не трогай меня,— что было сил толкнула в грудь. Ник отшатнулся назад, но по взгляду было понятно, что не собирался отступать. —Убирайся, уходи,— выкрикнула и рукой указала на дверь, поправляя одежду и взлохмаченные волосы.

—Не уйду, — хрипло произнес и снова пошел на меня, заставляя делать шаг за шагом назад.

—Господи, Ник, ну что мне самой в окно выйти, чтобы ты понял наконец?— и слезы зажгли глаза. Тонкими струйками потекли по щекам. Голос охрип.

А Ник посмотрел на меня ошарашенно, словно все это время не понимал, что происходит, а теперь пришел в чувства. Мои слова видимо отрезвили его.

—Злата,— схватил за плечи и начал трясти. —Да что же ты такое говоришь? Да как ты можешь? Я же люблю тебя. Люблю, тебя Злата— так громко и надрывно, а слова эхом отдавались в голове.

Как же это любит? А тогда получается не любил? Поэтому изменял?

Ноги стали подкашиваться. Но я не успела упасть. Ник рухнул на пол. Руками мои ноги обхватил. Головой в колени вжался.

—Я никогда не думал, что с тобой у нас любовь. Думал, что просто так удачно совпало. Ты неотразимая, прекрасная, чувственная. Да и я не плох. Мы шикарно смотрелись вместе. Идеально подходили друг другу в постели и в быту. Я никогда не верил в любовь, а потеряв тебя, понял, что это она и была. Мне никто не нужен, кроме тебя. Больше ни одна женщина. Только я и ты и наш сын. Злата, мы ведь можем начать сначала. С чистого листа. Больше никакой лжи, я клянусь. У нас ведь целая жизнь, давай проживем ее вместе дорогая?

Слезы брызнули из глаз.

Ну почему? Почему он понял так поздно?

Меня всю трясло. Я больше не могла стоять. Ноги не держали.

Рухнула на пол рядом с Ником, чувствуя как внутри разрывается все, что еще оставалось живым, и крепко обняла его.

Я плакала, тихо, почти беззвучно, ощущая на губах вкус соли.

—Я прощаю тебя, Каминский,— обхватила ладонями лицо. Смотрела прямо в глаза,не прячась за маской обиды и страха. —Прощаю,— повторила и облизала соленые губы. —Я очень рада, что ты больше не робот. Не человек с ледяным сердцем, каким был раньше. Я так рада, что ты теперь умеешь любить. Я так рада, что это я научила тебя любить, пусть поздно и ценой нашего брака,— всхлипывая, шептала бывшему. —Я желаю тебе счастья. Искренне желаю счастья и больше не держу на тебя зла. Я благодарна тебе за нашего сына. И ты никогда мне не будешь чужим, ведь мы с тобой родители нашего прекрасного Тима. Мы связаны этой нитью навечно. Но… Я не могу быть с тобой. Не могу, Ник…— выдохнув, честно призналась. Сожалела? Еще как. Двенадцать лет брака не стереть от одного лишь желания. Я ведь любила Ника больше жизни. Больше, чем саму себя…Когда-то..

Тяжелое дыхание.

Стук собственного сердца где-то в висках.

И правда, как горькое лекарство, противное, но исцеляющее…

—Потому что я больше тебя не люблю…