Эпилог

Если бы мне кто-нибудь несколько лет назад сказал, что я второй раз выйду замуж за собственного бывшего мужа, я бы посоветовала этому человеку показаться хорошему психиатру.

Но жизнь иногда предлагает значительно более невероятные сценарии, чем нам представляется. И спустя пару месяцев после всех знаменательных событий мы с Костей стоим в ЗАГСе и, сдерживая смех, слушаем текст, произносимый с очень торжественной интонацией… правда, произносит его тётушка в три обхвата, да ещё и заливается соловьём, предрекая нам создание крепкой ячейки общества.

– Тихо! – шепчет мне Костя уголком рта. – Хватит трястись!

– Не могу… – с трудом сдерживаю фырканье.

– Прекрати, а то я сейчас тоже ржать начну… Да! – отвечает очень громко и, главное, вовремя, на заданный вопрос.

Через полминуты и я подтверждаю своё твёрдое намерение быть с этим мужчиной и в горе, и в радости, и в богатстве, и в бедности и так далее.

– Попытка вторая – окончательная! – шепчет мне Костя перед поцелуем.

– Дурацкая шутка, Тейхман! – делаю ему круглые глаза.

– Знаю, прости, – усмехается и целует меня так, что мне становится плевать на то, какая там это по счёту попытка.

Надеюсь, поговорка «бог троицу любит» в нашем случае не будет иметь последствий! Третьего замужества с ним же я не переживу, о чём и сообщаю своему мужу на выходе из зала.

– Мы с тобой сегодня побьём рекорд по дурацким шуткам? – закатывает глаза теперь уже Костя.

– Не исключено, – пожимаю плечами, и он тут же притягивает меня к себе поближе.

– Спасибо, – заглядывает мне в глаза. – Спасибо, что дала мне второй шанс.

– Мы оба его получили, – улыбаюсь, обнимая его за шею.

В ответ меня подхватывают на руки, и до машины спуститься на землю не дают.

Свадьба получается спокойной и очень даже милой. В первый раз у нас было натуральное торжество с кучей родственников, тамадой и дурацкими конкурсами – и нашим побегом в подсобку для занятий любовью по-быстрому. В этот раз мы отказываемся от всех дурацких приготовлений и просто снимаем небольшой зал в ресторане с концепцией шведского стола – подходи и бери то, что хочешь. В итоге наши гости прекрасно себя чувствуют, то и дело разбредаясь за едой и кучкуясь по интересам, тем более что большинство, естественно, наши же коллеги.

Поздравляет нас, конечно, и Марина, которую пригласила я. Подруга крепко меня обнимает, мы с ней смеёмся какое-то время, болтая и вспоминая те наши посиделки. Правда, когда я упоминаю клуб и бар, она почему-то краснеет и сворачивает разговор.

Приходит на торжество и Емельян – его пригласил Костя. Тут, конечно, поздравления более церемонные. А потом спустя какое-то время я замечаю, что он о чём-то раздражённо говорит Марине, а та только зло отмахивается. Мимолётно удивляюсь, как они могут быть знакомы, но выяснить не успеваю – Костя утаскивает меня от гостей.

– Только не говори, что мы с тобой будем опять заниматься сексом где-то среди швабр и моющих средств! – шиплю ему.

– Я уже не настолько молод, моя дорогая! – хохочет мой муж. – Нет, если хочешь, я к твоим услугам, разумеется… Но мне кажется, ты скорее предпочтёшь кровать с ортопедическим матрасом?

– Ах, ты! Это ты так намекаешь на мой возраст?!

– Упаси меня господь! – открещивается Костя. – С ума сошла?! Чтоб я такое ляпнул… Я просто предлагаю тебе поехать туда, где нам никто не будет мешать, – улыбается, прижимая меня крепче.

– Поехали, – улыбаюсь в ответ.

Потом оказывается, что Костя снял номер для новобрачных в шикарном отеле, где мы и проводим два следующих дня, накидывая халаты только в те моменты, когда нам приносят еду.

– Не настолько молод, говоришь… – лежу на кровати на вторые сутки, разбросав «звездой» руки и ноги и пытаясь отдышаться после очередной «атаки» моего мужа. – Если ты не умеришь свои аппетиты… то я ходить потом не смогу…

– Сможешь, любовь моя, – Костя, потянувшись, целует меня в плечо, обхватывает рукой, подтаскивая к себе поближе. – И потом, я строю коварные планы на твой счёт…

– Это какие? – кое-как поворачиваюсь к нему.

– Ларочка, я очень хочу от тебя ребёнка, – выдаёт муж как на духу. – Неважно кого. Сына. Или дочку. Или обоих, вместе или по отдельности. Что скажешь?

– Скажу… что я не предохраняюсь, – улыбаюсь ему в ответ, и он растерянно застывает с приоткрытым ртом.

– То есть… эти два дня…

– Угу, – киваю, но тут же вздыхаю. – Но ты же помнишь, как долго у нас с тобой не получалось…

– Я помню, – торопливо сворачивает с опасной темы Костя. – Я… не говорил тебе, но я сдал все анализы до свадьбы. Всё, что нужно, и УЗИ, и спермограмму… если хочешь, могу показать заключения. Всё нормально. Только не подумай, что я считаю, что тебе нужно что-то… – говорит быстро, неловко.

– Кость, – перебиваю его. – Я тоже всё сдала. И тоже не стала тебе ничего говорить.

Мы смотрим друг на друга с секунду, а потом начинаем смеяться.

– Два дурака мы с тобой, – вздыхаю наконец, успокоившись.

– Неправда, – муж прижимает меня крепче. – Но надо было нам сказать. Обоим. Мы же договаривались, что будем учиться говорить друг с другом… и слышать друг друга тоже. Прости, что не сказал. Если бы у меня было что-то не то, то я бы, конечно, сразу сообщил…

– Да и я тоже, – обнимаю его в ответ, закидываю ногу ему на бедро. – Но теперь, раз уж мы оба такие сознательные и здоровые… как насчёт того, чтобы продолжить?

– А пять минут назад жаловалась, что ходить не сможешь, – коварно улыбается Костя, перекатываясь со мной вместе и оказываясь сверху.

– Ох… – выгибаюсь ему навстречу, не сдерживая стона. – Плевать… даже если не смогу… не останавливайся!

– Ни за что, любовь моя, – шепчет он мне на ухо.

* * *

Беременность у меня всё-таки не наступает по мановению волшебной палочки. Я, конечно, не схожу с ума, скупая пачками тесты и маниакально считая дни задержек, когда они случаются, и всё-таки то и дело прислушиваюсь к себе. Но пока наша более чем активная сексуальная жизнь не приносит положительных результатов.

За исключением этого мне, честно говоря, нечего желать от жизни. Костя ведёт себя безукоризненно – не только в отношении пока не наступающей беременности, а вообще в целом. То ли мы оба повзрослели, научились слушать друг друга и лучше умеем идти на компромиссы, то ли наша любовь просто стала более зрелой и… глубокой, что ли. Но у нас не случается не то что ссор – а даже споров.

Костя продолжает работать в отделении гематологии, я продолжаю заведовать родильным отделением. Только однажды я спрашиваю его в разговоре, не жалеет ли он о должности главврача. И муж, ни секунды ни помедлив, уверенно качает головой.

– Нет, Лар. Я занимаюсь любимым делом и совершенно счастлив. И не хочу менять своих пациентов на кресло – пусть даже это будет очень удобное кресло. Может, конечно, что-то изменится в будущем, – пожимает плечами. – Но сейчас всё так, и пусть оно так и остаётся.

И я даже не собираюсь спорить.

А спустя полгода, когда мы, совместив отпуска, едем на море, меня в первое же утро выворачивает наизнанку в номере отеля – едва успеваю добежать до ванной.

– Это точно морепродукты, Лар, из вчерашнего ресторана! – встревоженно говорит муж, гладя меня по спине и придерживая мне волосы. – Я вызову скорую! Хотя нет, сейчас, станет тебе чуть получше, и сами поедем в больницу, быстрее будет… Водички принести тебе?

– Ага, давай, – обессиленно опускаюсь прямо на пол, вытирая рот.

Но спустя буквально несколько минут, сделав несколько глотков воды, я уже чувствую себя абсолютно нормально. И соображаю посчитать дни.

– Лара? – снова заглядывает ко мне уже одевшийся Костя.

– Кость, – поднимаю на него глаза. – Знаешь, что… а давай ты сходишь лучше в аптеку?

– Не хочешь в больницу? Регидрон купить? Вообще, всё-таки лучше бы…

– Нет, Кость, – перебиваю, качаю головой. – Купи тест.

– Тест? Ты что, думаешь, что это ковид?! У тебя же температуры не было…

– Тейхман! Включай мозги, – вздыхаю раздражённо. – Тест на беременность!

– А… ой… – муж застывает на минуту, как будто даже немного бледнеет и торопливо кивает. – Ага. Да, сейчас. Сейчас схожу. А… какой тест?

– Костя, – говорю мягко, – приди в себя. Тест на беременность. Любой.

– А, ну да, – он ещё пару раз кивает и практически выбегает из номера.

Залетает обратно спустя четверть часа, протягивает мне три коробочки разных производителей.

– Вот.

– Угу, – честно говоря, я тоже уже так разнервничалась, что даже ни слова ему не говорю о том, что и одного хватило бы. – Так, подожди здесь.

– Лар…

– Надеюсь, ты не пойдёшь смотреть, как я писаю на палочку! – рявкаю на него нервно, но тут же выдыхаю. – Прости. Я… просто…

– Не извиняйся, я сам дурак, – качает головой Костя, не сводя с меня глаз. – Конечно, я подожду.

Кивнув, скрываюсь в ванной и для надёжности использую все три теста сразу. Кладу их все рядом с раковиной экранчиками вниз и выхожу обратно.

– Ну что?! – тут же оборачивается ко мне муж, который, видимо, всё это время наматывал круги по номеру.

– Пять минут, – вздыхаю в ответ.

Никогда эти пять минут не длились для нас так долго.

– Лар, ты только не расстраивайся, если нет, – говорит Костя осторожно, когда мы заходим в ванную. – Полгода же не срок, сама понимаешь.

– Конечно, – киваю с уверенностью, которой не чувствую. – Ну? Переворачиваем?

Мы синхронно делаем глубокий вдох и переворачиваем все три палочки. И вглядываемся в экранчики, на которых…

– Лар? – почему-то шёпотом спрашивает муж. – Это же… ты же тоже видишь, да?

– Ага, – киваю заторможенно, рассматривая чёткие две полоски на всех трёх тестах.

– У нас будет ребёнок? – поворачивается ко мне Костя с таким выражением, как будто не верит до конца.

– Да… кажется, да. У нас будет ребёнок… – прижимаю к губам трясущиеся пальцы, глаза начинает жечь. – У нас будет ребёнок, Костя…

– Будет… – выдыхает муж, и я как сквозь пелену вижу, что у него на глаза тоже, кажется, наворачиваются слёзы. – Лара! Боже, как я тебя люблю! У нас будет ребёнок! – подхватывает меня на руки, мы с ним оба то ли плачем, то ли смеёмся, и наконец падаем на кровать, целуясь.

– Ты ж моя маленькая… – Костя тут же спускается вниз, к моему животу, задирает футболку, прижимаясь губами к коже. – Там точно дочка!

– Кость, ты свихнулся?! – смеюсь, не выдержав. – Что за предсказания?! Ты же врач…

– И что с того? – широко, счастливо улыбается муж. – Я просто уверен, что будет дочка!

Самое удивительное, что он оказывается прав.

А потом оказывается прав ещё раз, когда спустя два года после первых родов я беременею снова – и рожаю на этот раз сына.

Раньше мне казалось, что вторых шансов не бывает, или это такая редкость, которая если и случится – то не со мной. Теперь я думаю иначе. Редкость – это найти того человека, ради которого стоит этим шансом воспользоваться.

Исправить прошлое невозможно – но, наверное, это и не нужно? Мы оба дорого заплатили за свои ошибки. И, видимо, именно поэтому сумели по-настоящему оценить то, что получили во второй раз.

Оценить и сберечь.

И поэтому теперь счастливы – вместе.