глава 19

На экране телефона высвечивался контакт Олеси. Влада взглянула на часы - девять сорок пять. Вот это она поспала.

Уходя, Егор укрыл ее и сказал, чтобы отдыхала, он заедет позже. Она собиралась полежать еще совсем немного, вместо этого проспала почти два часа. Сейчас она потянулась за гаджетом и приняла вызов:

- Да, дочь.

- Мам, ты что, спала? Я разбудила тебя?

- Нет, я уже встала, все нормально, - сказала Влада, проводя ладонью по лицу.

- Хорошо тогда, - послышался бодрый голос Олеси. - Тут такие новости. У меня в гостях твоя старая знакомая.

Влада мгновенно похолодела и рывком села на диване. Самые дурные подозрения полезли в голову.

- Как ты сказала? - проговорила вкрадчиво, стараясь не выдать голосом своего состояния.

- Ну мам. Со мной созвонилась одна женщина, сказала, что давно разыскивает тебя. Она училась вместе с тобой в институте. Про общих знакомых ваших рассказывала, она и папу хорошо знает, и деда нашего с бабой, - продолжала Олеся.

Слушая все это, Влада холодела еще больше.

- Подожди, Олеся, как это созвонилась? Кто ей твой телефон дал?

- Папа. Оказывается, они раньше в одной фирме работали, представляешь? Сейчас ее перевели, и потом она еще уезжала по делам. А теперь вот приехала, решила найти старых друзей, искала тебя и обратилась ко мне.

Черт… Черт-черт-черт.

В то, что номер Олеськи ей дал Егор, Влада не поверила. Но ведь были и другие варианты! Если та способна целые сценарии постановочные устраивать, то уж номер телефона-то при желании можно достать. Через Олеських школьных товарищей, через рок-бар, наконец. Или через Женьку. Ляяя... А зятя Женьку Влада сейчас вообще готова была убить за то, что он с этой змеищей связался. Но смысл?! Все уже случилось.

И оставалась еще надежда, что это недоразумение и все не так ужасно. В это хотелось верить. Разум ведь всегда хватается за соломинку.

- Хорошо, Олеся, - начала она осторожно. - Ты сказала, у тебя в гостях моя старая знакомая, а зовут ее как…

Влада не успела договорить, как по громкой связи послышалось:

- Ну, здравствуй, подруженька! А это я, Синицына Марианна. Помнишь меня?

Владе показалось, что это гром грянул и над головой раскалывается небо.

- Конечно, я тебя помню, - механически проговорила она, чувствуя, как в желудке перекатывается ледяное желе.

Мысли заметались. Почему? Как так вышло, что Синицыну не узнала Олеся? Ответ пришел почти сразу. Олесе в то время было шесть лет, ребенок, могла забыть. И, кстати, Синицына в то время, когда они «дружили», почти не общалась с Олеськой, только иногда смотрела на ребенка искоса, говорила, что не любит детей. Сейчас Влада осознала, что всегда замечала за ней эту странность, но не придавала значения.

- Я давно тебя ищу, подруженька дорогая, - продолжала говорить Марианна. - А тут удачно так все сложилось. Я случайно оказалась рядом с домом твоей дочки. Мы созвонились. Знаешь, у тебя такая дочка милая, такая умница. И такая гостеприимная!

Ощущение полной беспомощности. Знать, что беременная Олеська в полной ее власти, и не иметь возможности ничего предпринять. Что чувствует птица, когда в гнездо с ее птенцами забирается змея? Чего она боялась, именно то и происходит. Как в самом жутком кошмаре.

Но если Марианна не предприняла ничего до сих пор, значит, ей что-то нужно. И видимо, нужно что-то именно от нее. Звонить сейчас Егору, вызывать полицию? Они попросту не успеют. Ей придется сыграть в эту игру.

Страх, холодный, липкий, сдавливал сердце, но она слушала молча.

- Мы с ней разговорились. Она, как узнала, что я твоя давняя подруга, пригласила меня к себе, чаем напоила. Теперь вот, говорим с тобой после стольких лет. Не хочешь увидеться?

Влада мертвым голосом проговорила:

- Я сейчас приеду.

А в ответ ей смешок хрипловатый.

- Хор-рошо-о-о, приезжа-ай, - протянула Марианна и тут же игриво добавила: - А мы тебя тут подождем.

Снова смешок, от которого у Влады в жилах застыла кровь.

Вот оно. То, чего она так боялась и всеми силами старалась избежать. Потому что не выйдет перехитрить судьбу и не получится пытаться заткнуть одиннадцать дырок десятью пальцами.

Ведь сорок лет уже! Великовозрастная идиотка, скоро станешь бабкой. Должна бы понимать: именно то, чего ты боишься, и происходит. Сталкивалась же с этим столько раз. Нет, жизнь ничему не учит.

Откуда была эта самоуверенность, что отведет беду руками, что справится и это все не заденет дочку?! Глупость какая… А теперь расплата.

Нельзя было умалчивать, надо было с самого начала вести себя иначе. Найти правильные слова, проговорить все, объяснить дочери. Они ведь взрослые люди, обязательно нашлось бы решение.

‍Сейчас все встало на грань. И если, не дай Бог…

Это будет ее вина, последствия ее ошибок. Как ей жить после этого?

Она должна это выдержать. Главное сейчас - не показать страх, не спровоцировать Олеську на нервный срыв. Иначе будет плохо.

- Да, - ответила Влада, стараясь, чтобы голос звучал естественно, - я скоро буду у вас. Может быть, что-нибудь вкусное захватить по дороге?

Отвлечь. Успокоить, усыпить подозрения.

- Нет, мам, - ответила Олеся (связь-то громкая), - все есть, ничего не нужно. Мы тебя ждем.

- Ага, хорошо, - проговорила она.

Вызов прервался.

Сердце колотилось как бешеное и руки ходили ходуном.

- Так, - пробормотала Влада, механически приглаживая волосы.

Надо было быстро встать, одеться, умыться, почистить зубы… Да плевать на те зубы. Но она умылась, потому что механические действия, доведенные до автоматизма, помогают справиться со стрессом и собрать силы.

Чистила зубы, а здравый смысл настойчиво орал, что надо звонить Егору и зятю Женьке тоже. Но внутренний голос в тот же момент захлебывался от тревоги. Вдруг они вмешаются и что-то пойдет не так. Она ведь кое-как договорилась с Марианной, сейчас все в зыбком равновесии…

«Но ты же помнишь, к чему приводит твоя тактика умалчивания?!»

Зубная щетка вывались из неловких пальцев. Она кое-как вытерла измазанные зубной пастой губы и побежала звонить Егору.

- Что?! Говори яснее, что произошло?! - рявкнул он в трубку, когда она пыталась сбивчиво объяснить.

И тут наконец на Владу снизошел холод. Она негромко и внятно проговорила:

- Синицына сейчас у Олеси дома.

- Ёпт! - выругался он. - Как это произошло?!

- Я потом объясню, сейчас мало времени. Я должна поехать туда.

- Влада!

- Тихо. Я постараюсь увести ее от Олеськи. А вы будьте рядом, не надо вмешиваться, чтобы не спровоцировать.

Звенящее напряжением молчание висело секунду, наконец Егор проговорил:

- Хорошо, мы с Женькой будем рядом. Но если дело затянется!..

- Все будет хорошо, - сказала Влада.

Потом быстро натянула на себя плащ, заперла дом и выехала.

***

У дома Олеси она была в рекордно короткий срок. Вот что делает предельная сосредоточенность, когда эмоции выключены, а все движения доведены до автоматизма.

Через сорок минут с момента, когда это все началось, Влада уже входила в подъезд.

Дочке позвонила, уже находясь перед дверью. Дождалась, пока та ответит, и сказала:

- Олеся, я здесь, открывай.

- Да, мам, сейчас.

Очень хотелось сказать больше, но Влада промолчала. Вот наконец дверь открылась, она вошла. А навстречу ей Синицына из кухни. В первую секунду трудно было не вздрогнуть. Ведь одно дело знать, другое - столкнуться воочию. До этого момента все переживания были ничто, только сейчас Влада ощутила холод по-настоящему. Однако в следующий миг она смогла сдержанно улыбнуться гостье.

- Здравствуй, Марианна.

- Здравствуй, - протянула та. - Вот и свиделись. Наконец-то. Но что-то не торопилась ты, подруженька. Мы уже заждались.

Этот тон. Сейчас как никогда было ясно, что Марианна не в себе. Лихорадочно блестящие глаза, зрачки огромные. И резкие движения.

Все-таки Влада не так уж плохо знала Синицыну. Успела изучить еще за время совместной учебы. Марианна прекрасно умела владеть собой в любой ситуации и могла под любого собеседника подстроиться. И даром убеждения обладала, как самая настоящая мошенница. Сейчас от нее фонило плохо сдерживаемой яростью, казалось, еще немного - искры полетят.

Влада пыталась понять, что могло случиться такого, чтобы эта непробиваемая баба настолько потеряла контроль? Что-то связанное с финансовыми проверками? Или тут кое-что похуже… Егор ведь, кажется, говорил, что у них что-то на нее и Баркова, а она, дура, как назло, не запомнила.

Все это пролетело в голове мгновенно.

- Была пробка, - проговорила Влада, смещаясь вперед и закрывая собой дочь.

От Марианны не укрылся ее неуклюжий маневр, она скрестила руки на груди и презрительно рассмеялась:

- Да ты что?!

У Влады на миг зазвенело в ушах, а сзади послышался негромкий недоуменный голос Олеси:

- Мам?

Она вскинула руки и постаралась как можно естественнее проговорить:

- Прости, так вышло.

И не оборачиваясь сказала дочери:

- Олесь, ты иди. Мы с моей подругой поговорим.

- Мам?! - повторила Олеся.

«Блин, дочь! - хотелось гаркнуть ей. - Когда же ты уберешься!» Но Влада обронила через плечо:

- Иди, дочь. Нам с подругой надо посекретничать. Разговор не для твоих ушей.

Олеся помедлила секунду, потом шумно выдохнула и все же ушла в комнату.

Мгновенное облегчение, которое испытала Влада, разом сошло на нет. Потому что Марианна проводила девчонку прищуренным взглядом, а потом снова уставилась на нее. И этот взгляд не сулил ничего хорошего.

Влада ведь никогда не была бойцом, ей просто не приходилось драться. Сейчас собственная слабость ощущалась очень остро. Но ей надо было выдержать. Просто выдержать. Ведь все-таки Марианна не тронула Олеську (за что Влада была ей безумно благодарна), значит, у нее дело именно к ней. Это обнадеживало. Теперь надо суметь как-то увести ее отсюда, а дальше…

Но Марианна сказала первой:

- Ну, с чего же мы начнем, а, подружка дорогая?

Оглядела ее, потом ее взгляд резко сместился в сторону проема, за которым скрылась Олеся, она качнулась туда корпусом. Нет! Только не это. Влада сместилась навстречу, заступая ей дорогу, и проговорила, глядя в глаза:

- Ты ведь меня хотела видеть, верно?

Некоторое время та смотрела на нее, в темных до черноты глазах мелькало разное. И вдруг Марианна успокоилась, засмеялась с хрипотцой, вновь становясь обаятельной:

- Верно.

- Тогда поедем ко мне? - Влада осторожно выставила вперед ладонь. - Поговорим, кофе попьем?

- Ммм, - Марианна улыбалась, глядя на нее, но улыбка не достигала глаз. И неожиданно согласилась: - А знаешь, давай. Поедем.

И кивнула.

Влада боялась дохнуть лишний раз. Кажется, получилось. Теперь еще выбраться, и все будет хорошо.

С Олесей они попрощались прямо как лучшие подруги. И вместе вышли из квартиры. Но как только они оказались за дверью, в бок Владе ткнулось что-то металлическое и холодное. И у самого уха раздался голос Марианны:

- А теперь ты поедешь со мной.

Влада хоть и ждала постоянно от Синицыной чего-то опасного, но никак не этого! От неожиданности она вздрогнула и уставилась на нее, словно парализованная.

- Чего глаза вытаращила? - тихо проговорила та. - Иди вперед и улыбайся. Пикнешь - пожалеешь.

- Да, хорошо, - закивала Влада.

Много чего пролетело сейчас в голове. И мысли все были дурацкие, глупые до крайности. А состояние - это был даже не страх. Разве испытывает страх мышь, угодившая в мышеловку? Во всяком случае не сразу, может быть потом, а в первый момент мышь еще в недоумении барахтается, не понимая, что с ней произошло.

Но даже среди всего этого киселя у Влады было осознание, что женщина рядом с ней не в себе. Главное - увести ее подальше от своих.

От Олеськи, от Женьки с Егором. А там уже попытаться понять, что ей нужно.

- Да, - повторила она. - Я иду, видишь, все хорошо. Ты же хотела поговорить со мной? Вот и поговорим?

- Заткнись, - холодный металл снова ткнулся в бок. - Поедешь со мной.

Марианна озиралась по сторонам и тянула ее за собой. Влада старалась не отставать. Так они спустились на лифте, потом вышли из подъезда. А там Егор. Двинулся было навстречу, но Влада качнула головой, глазами показывая, чтобы он оставался на месте.

- Здра-а-авствуй, Егорушка, - хрипловато засмеялась Марианна. – Мы сейчас с Владой прогуляемся, у нас с ней свои разговоры. А ты не вздумай за нами увязаться, понял? Ты же не хочешь, чтобы что-то неприятное произошло? Кивни, если понял.

Егор застыл, весь напрягшись, выражение лица сто раз менялось, потом все-таки кивнул.

- Вот и правильно, Егорушка, вот и правильно.

Снова хрипловатый смешок, и она потянула Владу в сторону. Туда, где была припаркована ее машина.

- Садись, - процедила сквозь зубы, видно было, что она на пределе. - Быстро! Да не дергайся ты.

Сейчас точно не стоило испытывать ее терпение. Влада сделала, как та сказала, замок на двери сразу защелкнулся, и машина рванулась с места.

Теперь оставалось только вцепиться в ремень безопасности, потому что неслись они быстро. А главное, Марьяна неожиданно свернула на территорию какой-то стройки, которых теперь полно было по всему городу.

- Это чтобы за нами всякие не ездили, - выкручивая до упора руль, процедила Марианна.

Жутко. Людей вокруг никого, потому что выходной. Марсианский пейзаж этот, машина неслась по каким-то кочкам и строительному мусору. Потом они опять свернули оттуда в переулки, петляли некоторое время и неожиданно выехали к реке.

Там был мост, район какой-то промышленный. Может быть, Влада и узнала бы место, если бы подъехали сверху, а так… Марианна загнала машину под мост и бросила:

- Выходи.

Как только Влада вышла, протянула руку:

- Телефон! И разблокируй!

Их у Влады было два, один старый, его она использовала как читалку и там еще были контакты, другой новый, на нем стояли все банковские приложения. Можно было схитрить, но она каким-то шестым чувством поняла, что сейчас пытаться схитрить не стоит. Влада отдала ей новый телефон, перед этим разблокировав.

- Пожалуйста.

Та мельком просмотрела иконки на экране, а потом размахнулась, выбросила телефон в реку и повернулась к ней.

- Ну?! И что мне с тобой делать? А?!

Пара шагов туда-обратно, и снова резко развернулась лицом.

- Молчишь?!

Вот сейчас было страшно.

Потому что выглядела Марианна откровенно жутко. Дикий взгляд, дерганые движения, ствол, выглядывавший из-под спущенного рукава… И все же за внешними проявлениями агрессии в ней ощущался какой-то страшный внутренний надлом. Влада почувствовала это интуитивно.

И попыталась, как с ребенком.

- Марьян, ты же хотела поговорить со мной, помнишь? - начала она, осторожно выставив перед собой ладони. - О чем ты хотела поговорить? У тебя случилось что-то? Может быть, я смогу помочь? Ты только скажи, я…

- Заткнись! - рявкнула та, потом отвернула вбок голову и бросила в сердцах: - Дура! Какая же ты непроходимая дура, сестренка.

- Что? - беззвучно ахнула Влада. - Сестренка?

Марианна взглянула на нее, губы презрительно исказились.

- Именно!

И тут же шагнула в сторону, резко дергая рукой.

- Конечно! Ты же не знаешь ничего. Дура блаженная!