Глава 6

Пелагея

–…мы проявим креативность к форме и подаче.

Стараюсь не смотреть на Романа, а если совсем никак, то глядеть сквозь него, как сквозь блин.

А блины получаются у меня в дырочку, тоненькие, в них солнце видно!

Мы в кабинете у Романа.

Я и босс.

Дизайнер прислал мне варианты оформления, и теперь я выкладываю их перед Романом.

Да, я всё распечатала! Потому что в натуральном виде всё совсем не то, чем в электронном.

И я припасла для Романа кое-что ещё.

– Креативность в блинах? – приподнимает бровь Роман. – Это же просто блины.

– Не просто! – отрезаю. – Блины – одно из древнейших блюд русской кухни: оно появилось больше тысячи лет назад. Блины играли важную ритуальную роль: они должны были призывать солнце после долгой зимы.

– Актуально, – усмехается Роман. – А то у нас на майские праздники постоянно снег выпадает.

– Мы будем делать блины двумя способами: холодным и заварным, – продолжаю, стараясь не отвлекаться на шуточки. Иначе я снова чем-нибудь оболью босса! – Заварной способ даёт те самые поры. Есть блины на кефире, на молоке, на воде. Вода должна быть…

– Я разрешу вам принести свою сковородку, Пелагея, – Роман смотрит мне в глаза. – Чугунную, поюзанную, любименькую…

– Ах вы! – взмахиваю руками. – Я тут перед вами распинаюсь, а вы всё знаете! Да я вас…

Останавливаюсь.

Я снова завожусь.

И ничего не могу с собой поделать.

Каждое движение, каждое слово Романа для меня как вызов. Притом что он не делает ничего такого.

Мы просто работаем.

Уже две недели, как я получила расчёт в блинной, и перебралась в ресторан «У Медведя».

У Романа хороший вкус: место он выбрал шикарное. Набережная, рядом – городской Парк Чудес.

Боюсь представить, сколько здесь стоит аренда!

И при этом Роман вовсе не собирается делать заведение недоступным простым смертным!

Я думала, что он откроет очередной люксовый ресторан, но по подсчётам средний ценник будет… доступным.

И я не знаю, как к этому относится.

Кто такой Роман?

Почему он так делает?

Что хочет?

Он – бизнесмен, ни разу не благотворитель, но есть в нём что-то…

Кровь приливает к моим щекам.

Я не хочу об этом думать.

Между нами – блины и трудовой договор.

Ни-че-го.

Роман внимательно смотрит на меня.

На нём новая белая рубашка от «Хуго Босс». Рукава небрежно подвёрнуты, верхние пуговицы расстёгнуты, так что я вижу его шею.

Крепкую, жилистую, с лёгким загаром.

Где он успел его взять сибирским маем?

Наверняка ездит куда-нибудь на дачу, где снимает рубашку и колет дрова. Расстёгивает одну пуговицу за другой, обнажая рельефные мышцы…

Чёрт!

– Пелагея, – его бархатный голос врывается в мой мозг, – меню превосходное. Утверждаю.

– Как? – хмурюсь. – Вот так просто? А как же дегустация, расчёт себестоимости…

Зачем мы тогда напекли столько блинов?

– Наплевать, – Роман не сводит с меня взгляда. – Меню идеальное, Пелагея. Вы – идеальная.

У меня перехватывает дыхание.

Как он смеет? Как этот наглец смеет говорить мне такие вещи, зная, как он выглядит в глазах женщин?

Впрочем… оно и понятно. Для такого красавца, как Роман Медведев, я – не женщина. Не попадаю в эту категорию. Он всего лишь взял меня на работу.

Будьте моим шеф-поваром, Пелагея!

Шутка.

Просто шутка.

Которая ничего не значит.

Любви нет.

Особенно с первого взгляда.

Особенно к толстым опальным разведёнкам с дурацкими родинками.

– Меню идеальное, – повторяет Роман. – Сотрудники набраны. Как они вам?

– Хорошие ребята, – киваю. – Профессионалы. Они вас не подведут.

Я сама проводила собеседования, как делала это в Мишином ресторане. Да, на публике я не появлялась, и можно подумать, что я тихонько стряпала и рта не открывала, но это не так.

Весь коллектив «Самого вкусного дня» отбирала я.

Мы были командой.

А то, что они не пошли за мной после увольнения…

Я их понимаю. У всех семьи, дети, ипотеки. Каждый сам за себя. Ничего личного.

– Я в вас не сомневался, – кивает Роман. – Постарался найти самых адекватных. Не нежных «снежинок» и не закоснелых ортодоксов.

– Мир меняется, – киваю. – И мы «У Медведя» должны быть к этому готовы и идти в ногу со временем.

– Я рад, что мы с вами на одной волне, – отзывается Роман. – Что вы понимаете меня.

– Я могу идти? – указываю на распечатки меню. – Мне ещё всех обучать…

– Нет, – улыбается Роман. – Вас, Пелагея, я попрошу остаться...

–…ещё на одну минуту?

– До вечера, – он прожигает меня взглядом. – Меню, обучение персонала, концепция – это далеко не всё. Нужна реклама.

Напрягаюсь.

О чём это Роман?

Реклама – забота пиар-менеджеров и таргетологов, но никак не шеф-повара!

– Мы в тренде, – продолжает Роман. – Поэтому открытие будут освещать на региональном уровне. Журналисты, гости из администрации. Губернатор. Но прежде надо подготовить материал.

– Какой? – выдавливаю.

– Колоритные фото. Концепт-арты. – Роман смотрит на наручные «Ролекс» и добавляет: – Сейчас приедет фотограф, чтобы отснять всё в нашем интерьере: залы, кухню, официантов, персонал. И вас.

Фотограф.

Журналисты.

Камеры.

Вопросы.

Свет.

Паблики.

Комментарии.

«Толстуха жжёт!»

Земля уходит у меня из-под ног.

И, прежде чем Роман успевает ещё хоть что-то сказать, я кричу:

– Нет!