Глава 39

Сил хватает только добежать до своей двери. Лихорадочно ищу в сумке ключи, открываю замок. Квартира встречает меня тишиной и солнышком.

– Байк! – зову пса. Но в ответ ни звука. Видимо, Вовка взял собаку с собой. Ну и хорошо. А то Байк все сразу поймет. Будет преданно смотреть, тыкаться мордой мне в руку.

А так сама. Перетерпеть надо. Переболеть.

Влетаю внутрь и, стащив с ног кеды, бросаюсь в ванную. Включаю воду погорячее и, предварительно замотав больную руку в полотенце, встаю под душ, Реву от безысходности и вселенского горя.

Знаю! Знаю!

Я сама замуж не собиралась. Расценивала наши с Романом отношения как обычную интрижку. Никаких планов не строила. Ни на что не надеялась. Просто плыла по течению и кайфовала.

Но уже не вернешь. Слово вылетело. Роман среагировал. И мне ничего другого не оставалось, как развернуться и уйти. Где-то в сумке трезвонит сотовый. В дверь звонят. Бьют кулаками.

– Диана, открой! – слышу голос Романа. Но не хочу. Не желаю его видеть.

Натягиваю спортивные штаны и майку. Гляжу в телефон. А там полно пропущенных. Последние пять от соседей. И в домовом чате уже паника.

– Дин, у тебя все в порядке? Там к тебе в квартиру какой-то мужик ломится, – звонит мне Настя с нашего этажа. – Может, полицию вызвать?

– Нет, не надо. Я сейчас, – тяну со вздохом.

Набравшись смелости, открываю дверь. Напарываюсь на жадный, почти обезумевший взгляд Романа.

– Слава богу, – выдыхает он, входя ко мне в квартиру. – Я уже думал, ты сбежала…

– Куда? – прислоняюсь к стене с другой стороны. Веду ладонью по атласным обоям и ничего не чувствую, кроме дикой усталости и горя. Так всегда бывает, когда теряешь любимого.

Я влюбилась в Суханова? Да ладно!

– Диана, прости меня, – опускается на пуфик Роман. Обнимает меня за колени. Кладет голову на низ живота. – Я, кажется, влюбился в тебя. Сам не ожидал. Просто сумасшествие какое-то. Если ты уйдешь, моя жизнь остановится…

– Так не бывает. Мы несколько дней знакомы, – лепечу какую-то чушь.

– Поверь, – мотает головой Роман. – Я просто сдохну, если тебя отпущу. Выходи за меня. Правда!

– Ром, – пытаюсь сбить накал страстей.

Заглядываю в лицо любовника, и до меня доходит. Он не шутит. Настроен серьезно. А я?

Да я о таком мужике всю жизнь мечтала.

– Только скажи да, и я все устрою, – поднимается Суханов на ноги. Впечатывает меня в стену, нависает сам. – Я люблю тебя. Только сейчас это понял. Когда ты ушла.

Замираю на месте. Руки по привычке ложатся на широкие плечи Романа. Утыкаюсь лицом ему в грудь и реву.

– Ну, ну, девочка, прости… Может, я не вовремя со своими признаниями. Но когда ты дверью хлопнула, до меня, наконец, дошло. Не буду тебя гнать со свадьбой. Просто будь рядом. Хочешь, дом сниму. Перевезу тебя с детьми… Всем обеспечу… Дам тебе время… Ты же тоже ко мне что-то чувствуешь?

– Влюбилась в тебя, – реву как последняя дура. – А ты… А ты… – шепчу, не в силах подобрать слова. Ловлю губами воздух, будто его совсем не осталось.

– Я сам не ожидал, – прижимает меня к себе покрепче Роман. – Не бросай меня, – шепчет жарко. – Нам хорошо вдвоем…

– Но я не одна. У меня дети…

– Еще родим, – уговаривает меня Суханов, залезая руками мне под футболку. Горячие ладони медленно ползут по спине. А голос с хрипотцой словно гипнотизирует. – Диана, любимая… Не упрямься. Дай нам шанс. Просто доверься мне.

И я сдаюсь. Глупо было бы строить из себя неприступную леди.

– Пойдем, поедим, – предлагаю, уткнувшись в плечо. Но с места не двигаюсь.

– Я бы сейчас кабана съел, – признается тихо Ромка. – Давай поедем куда-нибудь, где есть обслуживание номеров. Закажем еду в номер. Будем валяться, строить планы, смотреть на озеро.

– Нас в Облака уже не пустят, – улыбаюсь сквозь слезы. – Дети еще не скоро приедут, – поднимаю взгляд на часы.

И дергаюсь, когда на комоде вибрирует сотовый.

Михайлов! Даже подумать о нем не успела.

– Не бери, – просит меня Роман. Но я не могу. Мало ли, вдруг что с детьми!

– Да, алло! – выдыхаю в трубку и тут же слышу голос. Чужой. Равнодушный, почти механический.

– Диана Леонидовна… – а дальше как в тумане.

Что-то случилось с Вовкой.

Медленно оседаю на пол. Даже дышать перестаю.

– А дети? С детьми что? – вскрикиваю в ужасе.

– С детьми все нормально.

Фу-у-ух… Выдыхаю и не знаю, что делать дальше. Куда бежать?

– Дай сюда, – забирает у меня трубку Роман. Строго спрашивает что-то, заставляя говорившего снизить обороты циничности. – Где сейчас находятся дети? Где пострадавший? Мы подъедем…

– А с кем я разговариваю? – нервно переспрашивают в трубке.

– Суханов. Начальник отдела Минздрава. Доложите обстановку.

– Ой, здравствуйте, все под контролем, – голос в динамике меняется. Рапортует бодренько.

Но я не слушаю. Ромка потом все перескажет. Поможет. Мы с ним теперь вместе.

Смаргиваю слезы. Поспешно бегу в комнату. Переодеваюсь, пока Роман что-то записывает на листке. На автомате открываю нижний ящик в комоде. Ищу реестр, а его нет. Странно, вроде сюда клала. Но сейчас у меня нет времени на поиски. В Агдальск ехать надо. Забирать детей. Договариваться с врачами о Вовкином лечении.

«Михайлов, гад такой, как же тебя угораздило!» – думаю в сердцах.

Выскакиваю в прихожую, где меня ждет собранный и спокойный Роман.

– Едем, Диана. Едем. Все будет нормально. Твой бывший пришел в себя. Нога переломана и пара костей. Жить будет.

Цепляюсь здоровой рукой за Ромкину лапищу, переплетаю пальцы. Прижимаюсь на секунду к плечу, обтянутому серой футболкой, и шепчу как мантру.

– Если бы не ты, я бы чокнулась…