Глава 44

Особняк полнится огнями, здесь так уютно, тепло. Виверна сыто храпит у камина, из ее пасти наружу торчит эклер. Хоть бы не подавилась! Но и выдернуть из пасти его почти невозможно, свекровь уже попыталась, но виверна запищала так жалобно, совершено по-детски, что эклер пришлось так и оставить. Оказывается, даже Клавдия Семёновна может отступать. Вот уж не знала.

Окна распахнуты в сад, тьма окутала все деревья, они кажутся сказочными, абсолютно волшебными. Возле конюшен тоже светло. Волшебная птичка сидит там на крыше, светится вся. Феникс, как же давно я их не видела. Эту птицу принес сюда Чезаро Борджа, это его зверь. Впрочем, как и конь и полукровный грифончик. Тот скучает, свернулся кольцом рядом со мной на диване, прикрыл концом хвоста морду. Мне жаль полупса, искренне жаль, даже сердце сжимается от этого чувства. Я-то хотя бы знаю, что с моим мужем ничего не случится в объятиях Горы, а грифон об этом и не догадывается, жалобно скулит сквозь сон, топорщит перья. Вот и что мне с ним делать? Что делать нам всем?

Магический брак нерушим, так или иначе я вошла в клан лэмов, стала женой того, кто предал меня, чуть не убил, сбросил со скалы. Остается разве что овдоветь. Но и это ничего не решит. Договор неизбежно привяжет меня к другому мужчине их рода, хорошо, если еще свободному. А так у меня есть все шансы стать второй супругой какого-нибудь дракона. Вот уж и нет! Да и Чезаро мне жаль. Так или иначе, а ведь я к нему привязалась. Может и вовсе полюбила, только теперь мне за это чувство самой стыдно. Разве можно любить своего собственного недоубийцу?

— Она сама! — сын ворвался в дом, вытаращив глаза, — Я ничего не делал! Честно. Бах и все! Виверна вскинула голову, по ее плоскому затылку прошелся блик света от люстры.

— Кто бах? Что стряслось? — вот и свекровь оживилась.

— Феникс! Его больше нет. Он сначала вспыхнул, а потом осыпался пеплом. В глазах парня стоят самые настоящие крупные слезы, а губы немного дрожат.

— Ведь вы же учили историю, молодой человек! Ну хоть что-то могло остаться в вашей голове? Хотя бы легенды? Или я не права? Аннушка, Феникс оправдает мои надежды?

— Там уже должен быть птенчик. Женя, сходи и сними его с крыши, пока он сам не соскользнул и не убился случайно. Нехорошо, когда Феникс сгорает подряд даже два раза.

— То есть он, ну, как игра? Можно пройти уровень заново после того, как персонаж умер?

— В целом, все именно так, — согласилась я неохотно. Сын хмыкнул и помчался в сад. Вот оно, настоящее, еще детское счастье — искать птенца феникса в темноте. Хоть бы он засветился поскорей, что ли?

Словно в тон моим мыслям сильней полыхнуло пламя в камине. Сейчас в доме тепло, можно было бы и вовсе его не топить, но с камином становится намного уютнее, будто он способен заткнуть ту дыру, что зияет в моем сердце. Чезаро Борджа! Как же сильно я тебя ненавижу! Почти так же сильно, как и люблю. И как жаль, что ничего уже не исправить. Может быть, мне действительно будет лучше, если я овдовею? Нет, конечно, не будет. Любовь не проходит и даже смертью ее разрушить нельзя.

Я места себе не нахожу, не могу разобраться в собственных чувствах, брожу по дому точно бестелесное привидение, и сердце все острей раздирает тоска. Тоска по Чезаро, по Бездне, по родным и друзьям. И нет зверя более лютого, чем эта тоска, она кусает больнее всего, раздирает сердце на части. Я поднялась на второй этаж, в тысячный раз вышла на балкон. Все, не могу больше! Резко, как не подобает ни эльтем, ни сколько-нибудь стоящему магу, я раскрыла портал прямо к сердцу родного мира.

Привычный гул сразу заполнил уши, сколько здесь дроу, и все куда-то торопятся, спешат, лунно-белые волосы сплетены в тугие косы. В толпе мелькнули и исчезли орки. Неужели новая мода велит брать себе такого мужа? Пожалуй, это слишком уж непривычно и странно.

Серебряные фибулы, смешение всех фасонов и видов одежды, островерхие диадемы на головах у мужчин теперь скорей редкость, их почти и не встретишь. Как же долго я не возвращалась сюда? Целых пять лет! Это мало или много? Тетушки бывало отсутствовали и по десять лет, если им так хотелось. Наверное, стоит подняться к Верховной, узнать о том, какой мир мне назначен, это так любопытно. Если он уже назначен, конечно. Придётся еще доказать силу моего дара, пройти особое испытание, или же просто наполнить кристаллы энергией. Нет, не хочу! Не теперь. Верховная станет расспрашивать меня обо всем, ей придется рассказать о супруге, о моем нелепом браке, который и заключен-то был при помощи мерзкого обмана.

Для начала я лучше пройдусь по лавкам и не страшно, что денег у меня при себе нет. Можно попросить списать золото со счета моего рода. Так многие делают, это не зазорно. Или навестить бабушку? Расспросить ее обо всем, узнать, вернулась ли в Бездну мама? Нет, бабушке тоже придется рассказать все о себе, а мне стыдно. Невыносимо стыдно сознаться в том, что случилось, рассказать хоть кому-либо, как я дала себя обмануть. Для начала все одно придётся разобраться с Чезаро. Решить, как быть дальше, как вообще нам теперь жить.

Я подняла взгляд вверх, приласкала глазами каменный свод третьего яруса, он особенный, выложен поверх черного камня узорчатым мрамором. Если не приглядываться, то чудится будто из этих розовых облачков вот-вот повалит вниз снег, вон же они, снежинки, уже притаились в углах, совсем как улыбка в уголках губ у Чезаро. Будь он проклят! Зачем я только повстречала его в том городке возле рынка?!

Я будто ослепла от чувств, от горечи неутоленной любви, которой не суждено было сбыться ни тогда, ни теперь. И даже в родной Бездне, в моем мире, я не нахожу покоя. Всюду лица, кто-то хочет переброситься со мной парой слов, я не узнаю знакомых, друзей, все эти тени моего прошлого. Опрометью бегу в сторону своих покоев, неосторожно и слишком быстро распахиваю портал на какой-то стене.

Очнулась, вынырнула из тумана я только на пороге собственных покоев. Сердце бьется как бешеное, ударяет о ребра. Я с трудом отворила дверь. Чезаро здесь, я чую запах его чешуи — металлический, немного смолистый, как если бы мечом отхватили от сосны колючую ветку.

— Эльтем Анна, рады приветствовать вас, — вот и слуги появились из ниоткуда. Бесшумные, стройные дроу.

— Мой супруг?

— Я здесь, дорогая, — грозный голос, знакомые рычащие нотки истинного зверя, что так остро задевают мое глупое сердце. В руках супруг крутит собственный драконий коготь. Он уже немного подточен, должно быть, готовится стать лезвием для ножа.

— Чезаро! Я...

Он сверкнул глазами, вскинул голову, вздохнул глубоко.

— Позволь мне поговорить с тобой. Я готов взять в ладонь кристалл правды. Или? Быть может, ты согласишься перенестись в свой замок вместе со мной. Подойдём вместе к обрыву точно так, как тогда. Я клянусь, что смогу многое тебе объяснить.

— Ты снова хочешь попытаться меня убить?

— Нет. Я спрыгну с обрыва первым, и ты сама все увидишь. Можешь даже не подходить к его краю.