Глава 32

Глава 32

Я вылетаю из отделения как фурия, задевая какую-то медсестру плечом.

Но у меня нет даже сил извиниться перед ней.

Потому что меня колотит.

От ярости, от злости, от облегчения и пережитого шока!

Я же реально неслась сюда прощаться с Максом.

Кажется, что я готова была ему простить всё, лишь бы он выжил!

Представляла самое страшное...

А тут! ПИРОЖКИ, мать их!

Ну Надежда Васильевна! Ну свекровушка!

Я не разбирая дороги несусь вниз по ступенькам, пока не упираюсь в запертую намертво дверь!

Твою мать!

Дёргаю ее со всей силы, но цепь и амбарный замок намекают мне, что я ее не открою.

ААА!Твою мать!

С остервенением тру лицо ладошками.

Надо успокоиться.

Летто, возьми себя в руки!

Ты же хорошая девочка, ты не ругаешься матом и не позволяешь мелким неприятностям влиять на твоё психическое здоровье... - произношу я как мантру.

Раз восемь.

Медленно выдыхаю сквозь губы, сложенные трубочкой и закрываю глаза.

Думай, Летто, что не так!

В груди все еще тревожно и отчаянно бьётся сердце. Перед внутреннним взором стоит виноватая моська Макса. Не лицо, именно моська. Как у кота или щенка!

И это взрослый мужик!

Вместо аргументированного разговора только междометия «ну а че?», «ты это», «это не то». Вот и поговорили.

Пара царапин на руке, а уже в палате в кругу кудахтающих родственниц и гор еды.

Реально сюр какой-то!

Куда я смотрела, когда выходила за него замуж?

Ведь были звоночки, были!

Список дел от свекрови, которые я обязательно должна делать: стирка, глажка, отпаривание рубашек Макса.

Я не спорю, считаю, что жена должна гладить рубашки мужу. Но разве не странно, что свекровь мне по этому поводу прям зачет устраивала.

Диетическое, постное меню, ее визиты в шесть утра в выходной...

Да много всего было.

И все это Макс воспринимал с иронией, но только между нами. При Надежде Васильевне всегда принимал кроткий вид и поддакивал матери.

И невозможность Макса решить кучу бытовых проблем: от разогрева чего-то сложнее пиццы до прибивания полочки или гардины.

Тогда мне не казалось это чем-то странным. Все мы люди разные, на худой конец, можно вызвать мастера. Ведь Макс хорош в своей работе.

Но сейчас я понимаю, что и с работой у него не все гладко. Он пролез на новую работу только за счёт проекта, который за ним проверяла и перепроверяла целая куча народа, я все просчитала и вписала данные поставщиков, а он все это выдал за свой проект.

К тому же по прошествии шести месяцев даже не удосужился перепроверить цены.

На лицо инфантильность, которую я раньше стремилась не замечать.

Делаю глубокий вдох. Все, Летто, это была последняя капля.

Сегодня же подам на развод.

Хочет или нет, но ему придется оставить меня в покое!

И дверь эта!

Черт, точно, я же пришла через кожвен!

Медленно поднимаюсь на пару этажей вверх, захожу в отделение «кожных и венерологических болезней» и посмеиваясь иду на выход.

Это же надо было догадаться - устроить через такое замечательное отделение проходной двор!

- Летто? - окликает меня кто-то.

Я хмурюсь.

Кто это может быть?

Надежда Васильевна?

- Летточка! - на меня налетает подруга Лера.

Словно небольшой ураган она облетает вокруг и бросается мне на шею.

- Я так рада, что ты здесь, не была уверена, что ты прочитала мое сообщение...

Как она здесь оказалась?

Тоже приехала поддержать смертельно больного Макса?

Стоп!

Какое сообщение?

Я ничего не получала от Леры. Или получала, но точно не читала!

У меня была целая куча других забот!

- Что случилось? - шепчу. С трудом проталкивая воздух через голосовые связки.

Потому что к горлу подкатывает ком, стоит мне увидеть на кушетке позади Леры вещи Лизы. Эту красную кожанную куртку я узнаю из тысячи, я сама помогала ее выбирать!

Лера моргает удивлённо.

- Ты не читала? Блин! Масик наградил Лизу гонореей!

Я в шоке отступаю на пару шагов и упираюсь спиной в стену!

Пушистый северный писец подкрался незаметно!

Только гонореи мне не хватало...