Глава 18

Говорят, богатые тоже плачут, да? Трудно сказать, плачут или нет, а вот хреново им бывает. И вообще, процент счастья на душу населения, как оказалось, не зависит от содержимого кошелька. Да, с этим многие будут спорить, типа того, что счастье не в деньгах, а в их количестве, и все такое. Но факт упрямая вещь.

Этот Новогодний праздник в доме у Ярцевых прошел не так весело, как хотелось бы. А следующий день принес сюрпризы.

***

После отвратительной сцены в кабинете отца Вика была не в себе, Богдану пришлось рявкнуть, чтобы она успокоилась. Но заткнуть ее оказалось не так-то просто, Вика была зла.

— Будешь меня затыкать из-за какой-то твари, которая решила залезть к твоему сыну в трусы? — шипела она.

— Мой сын достаточно взрослый, чтобы самому решать, кого пускать к себе в трусы, — отрезал Богдан, подталкивая ее из коридора прочь. И так уже слишком много народа слышало ее вопли.

— Вот как ты запел?! — она скинула его руку и уставилась на него. — Значит, увидел свою бывшую жену и все, мозги растаяли?! Или ты не понимаешь, что происходит?!

А он уже был сыт по горло ее истериками. И да, ей не стоило открывать свой грязный рот на Марину. Наклонился к ней и негромко проговорил:

— Ты слишком много кричишь, Вика. Складывается впечатление, что тебе не все равно, кто будет лезть моему сыну в трусы. Это что, ревность?

Она осеклась. Дернулась, глаза забегали, потом взмахнула рукой.

— Конечно мне не все равно! У него же все акции фирмы!

— Ах, фирмы? — протянул Богдан, подпустив угрозы в голос. — А я уж думал, не хочешь ли ты сменять отца на сына?

Вика застыла, вытаращив глаза, потом залепетала:

— Что ты, ты не так понял.

— Надеюсь, — припечатал он.

Вика наконец притихла, но ее уже слышало полдома. После этого Богдан нервно курил на крыльце. Случайно слышал, как ругались его сын и Никита Ярцев.

— Она моя сестра! — рычал Владимир.

— Ну и что? Что это меняет?!

Никита казался не просто обиженным, а как будто его задело за живое.

— Это меняет все, — бросил Владимир и пошел прочь.

Богдан шумно выдохнул. Хотелось бы сказать: «Правильно, сын», но неправильного тут было слишком много.

Задала им всем перцу Марина. Он бесился, что не успел предупредить, чтобы она с Андреем Ярцевым не связывалась. А теперь все уже случилось. И он не мог дождаться утра, чтобы узнать, как она.

Но пока не утерпел, написал ей. Потом вернулся за стол. И да, видел Андрея Ярцева, они разминулись немного.

***

Приглашая Марину, Андрей хотел, чтобы вся гребаная семейка брата увидела ее. А ее бывший муженек Богдан Зарубин локти кусал, что променял такую женщину на дешевку. Но он не учел один проклятый нюанс из прошлого.

Поговорить с братом не удалось. Когда он вернулся, Дмитрия Ярцева в кабинете не было. Он с досады двинул дверь кулаком, а потом пошел в столовую. И да, брат был там, сидел за столом.

— А, пришел? — спросил с усмешкой.

По глазам видно было, что знает и доволен.

Они были сводные единокровные. Дмитрий старше, внебрачный сын. В отличие от него, который родился в законном браке и был наследником, отец до последнего не признавал Дмитрия. И да, брат Дима был злой, циничный, жесткий до жестокости. После смерти отца подмял под себя всех его партнеров. Но. Не тронул из его денег ни копейки, все досталось ему, Андрею. Выказал пренебрежение.

Наверное, именно за это Андрей ненавидел брата больше всего. Но было и другое, страшнее и горше.

Сейчас Андрей спросил прямо:

— Дело есть, не хочешь выйти?

— Не могу, — деланно рассмеялся тот, обводя своих гостей рукой. — Садись. Поешь, выпей. Новый год же, ёпт!

— Да, да! Андрей Александрович, что же ты, присоединяйся! — тут же поддакнул Самохин, сунулся к нему с бокалом, остальные гости зашумели.

Ясно было, что сегодня разговора не выйдет. Братец Дима не встанет из-за стола, будет тянуть до последнего. Андрей просто уехал, решил завтра зайти и выяснить.

Но завтра случилось непредвиденное.

***

Он не смог дозвониться до Марины. Ни с первого, ни со второго раза. Телефон абонента выключен.

Время уже было больше десяти, половина одиннадцатого. Андрей стал вызванивать своего человека, которого приставил наблюдать за ее домом. Тот доложил, что обе они вернулись еще до полуночи.

— А потом?

— Андрей Александрович, вы ведь отпустили меня встречать Новый год с семьей. А с заступил я на пост в восемь. И с того момента ничего примечательного.

Продолжать расспросы не имело смысла, он сам поехал к ее дому.

Но он там был не первым!

Там уже был Богдан Зарубин. А недалеко от подъезда, прислонившись к капоту дорогущей спортивной машины, торчал его сын. Андрей выругался про себя и отвернулся. Не успел оглядеться — за спиной визг покрышек.

Остановилась машина, резко хлопнула дверь.

Из нее вышел Дмитрий Ярцев.

***

Марина с Дашей в это время уже ехали по зимнему Питеру.

Красиво. На фоне сероватого северного неба, с которого сыпал крупный пушистый снежок, все словно в зыбкой дымке. Потрясающая иллюминация, горящие разноцветными огнями елки, город казался сказочным. Даша вертела головой по сторонам, до этого ей не приходилось тут бывать, все было интересно. А Марина просто улыбалась.

Для нее вылазка в Питер была сродни глотку свежего воздуха.

Совсем как тогда, пять лет назад, когда они рванули с девчонками развеяться. Невольно вспомнилось, как ей сватали того художника, Прохора Лядова, друга Натальи. И как потом он писал ее портрет, который сейчас висит на стене в ее квартире.

Марина уткнулась носом в ладони, пряча улыбку, и повернулась к окну. Они как раз проезжали мимо огромной елки. Хорошо, что можно оставить все проблемы дома, и уехать в сказку. Хотя бы на три дня. Побег от реальности? Ерунда. Реальность — вот она. Прекрасный город весь в огнях, праздник.

А дома можно все поставить на паузу.

Остановились они с Дашей в той же гостинице, где она с Симой и Галкой в прошлый приезд останавливалась. Место хорошее, знаковое, исторический центр. Александровский сад, Исаакиевский собор, Эрмитаж, Невский проспект, все в пешеходной доступности. Правда, бронь на Новогодние праздники обошлась дофигища, но какое это имело значение? Они разместились и сразу побежали гулять по городу.

Потом ужинали в ресторане, а завтра…

На завтра тоже были грандиозные планы.

***

Конечно, появлению Дмитрия Ярцева у дома Марины Богдан не обрадовался. Сам он сейчас похож был на разбуженного среди зимы зверя. Пальто расстегнуто, без шапки, как будто холод ему нипочем.

Смерил Андрея Ярцева острым взглядом и, медленно ступая, подошел к Богдану. Они не виделись с утра, Богдан поздоровался. А тот едва заметно дернул уголком рта и спросил с издевкой:

— Тебе не надо быть с Викой?

У Богдана и без того пригорало внутри, а сейчас просто лавой подкатило к горлу.

— Вика с ребенком, — сказал он. — Ей есть чем заняться.

— М-м-м, — Дмитрий Ярцев шевельнул бровями. — Понятно. А ты?

Все это было насмешливо и издевательски до крайности. Но Богдан ответил ровно, не повышая тона:

— Я тут с сыном, — и оглянулся на Владимира, застывшего в настороженной позе. — Он стесняется один подходить к матери.

— Проебался? — усмехнулся Дмитрий Ярцев.

Богдан процедил:

— Проебался.

— А ты, значит, парламентарий?

«Иди на хер», — транслировал мысленно Богдан. А вслух сказал:

— Позволь спросить, а ты что здесь делаешь, Дмитрий Александрович?

— Присматриваю за вами.

— Нахер это надо? Мы не маленькие мальчики.

Дмитрий Ярцев дробно рассмеялся, сейчас он более чем когда-либо был похож на опасного зверя. Потом сказал:

— Ее здесь нет, уехала она. Можете расходиться, незачем подпирать двери.

***

Андрей слышал весь разговор. Манера брата игнорировать его вымораживала, в другое время он бы просто уехал, но сейчас подошел.

— Откуда сведения.

Дмитрий криво усмехнулся, что-то диковатое мелькнуло в глубине глаз.

— Думаешь, ты один такой умный?

Этой одной фразой брат просто взбесил его. Урод с замашками бандюка. Это его вечное превосходство, просчитанность во всем. Цинизм. Андрей внезапно понял, что значили эти слова. Дмитрий тоже приставил к Марине кого-то из своих людей.

Он выругался мысленно, а вслух спросил:

— Где она?

— А это ты, братец, сам догадайся, — жестко бросил Дмитрий и пошел к машине.

Резко хлопнул дверью и рванул с места.

Андрей Ярцев уехал следом.

Ругал себя последними словами. Силен задним умом, блядь. Это каким идиотом надо быть, чтобы додуматься знакомить Марину с братцем Димой?! Должен же был догадаться, как тот на нее среагирует. А теперь с дикой досадой осознавал, что вышло хуже некуда.

Некуда, мать его!

И то, что Марина в какой-то мере использовала его, он осознавал тоже. Вся эта ситуация с Викой, ее сыном. Фу-у-у, как было тошно, он чувствовал себя дерьмом в проруби. Но хуже всего было другое! Марина могла услышать от Димы нечто такое, после чего вернуть ее доверие будет крайне сложно. И это просто выбешивало! Он должен был разобраться с братом раз и навсегда, расставить все точки над "И".

***

У дома Марины остались только Богдан Зарубин с сыном. Владимир неуверенно подошел отцу, взглянул исподлобья. Осознает, что дерьмо поел? Хотелось сказать много чего, но Богдан только мотнул головой.

— Поезжай.

— А ты? — спросил Вова хмуро.

— А у меня еще дело есть, — проговорил он.

И жестом показал, чтобы сын шел в машину. Снег, морозец, а тот в легкой курточке. С сыном ему еще нужно было переговорить, но позже. Не сейчас. Владимир уехал. А он сел в машину и набрал номер Марининой сестры. Долго ждал, вслушиваясь в тяжелые гудки, когда та наконец ответила, сказал:

— Здравствуй, Сима.

Он не надеялся на хороший прием, а бывшая свояченица и не стала скрывать, что не рада его слышать.

— Чего тебе?

— Я не могу дозвониться до Марины, — проговорил он. — Она телефон выключила.

— Вы пять лет как развелись, зачем ты ей звонишь, Богдан?

Зачем…

Объяснять долго, и слишком личное.

Когда они с Мариной поженились, им обоим было неполных двадцать. Всего добивались сами, надеяться было не на кого. Она рано потеряла родителей, а он рос сиротой при живом отце. Мать Богдана была любовницей одного дельца. Отец потом выгодно женился, резко поднялся, разбогател.

В общем, у отца была своя семья, а им с матерью перепадали крохи с барского стола. Но мать все равно была рада, говорила, что отец сделал «как лучше». Чтобы они ни в чем не нуждались.

Будь проклят тот момент, когда у него помутилось в мозгах, и он решил сделать «как лучше»! А сейчас он имеет что имеет.

Он же знал, что Марина не простит. Он же знал.

— Потому что она моя жена, — сказал Богдан.

В ответ обидный смех, который пришлось проглотить.

— Эка вспомнил! Бывшая она тебе. Быв-ша-я.

— Не бывает бывших жен, — проговорил он глухо.

А Сима безжалостно отрезала:

— Зато бывают бывшие мужья.

Бывают, да. Он потер глаза, потом устало произнес:

— Я вот что хотел сказать. Если Марина вдруг свяжется с тобой, передай, чтобы с Ярцевыми была осторожна. И еще… — добавил. — Передай, что она всегда может на меня рассчитывать.

И сбросил вызов.

Надо было уезжать. Но прежде он поднялся в дом и оставил ей в двери записку:

«Позвони мне».

Теперь действительно нужно было ехать.

Первое января, время — полдень, город казался вымершим. Пустые улицы, никаких пробок, только случайные встречные. До особняка тестя Богдан добрался быстро. Не успел войти в дом, его с порога ждал очередной концерт от Вики.

— Куда ты ездил?!

— Были дела, — бросил он походя. — Где Вероника?

А она увязалась за ним, продолжая цепляться:

— Какие еще дела?! Сегодня первое января!

Богдан повернулся.

— Где дочь?

— Откуда я знаю! Наверное, в детской, где ей еще быть? — и снова прицепилась. — Ты ездил к ней?!

В коридоре появился Дмитрий Ярцев, очевидно, вышел на шум, который она подняла.

— Вика, тебе, кажется, задали вопрос. Где ребенок? — говорил вроде бы негромко, но голос у Дмитрия Ярцева был такой, что мороз по коже подрал.

— Я… — она сразу смешалась. — Я сейчас найду ее.

Вика убралась. А он смерил Богдана взглядом и процедил:

— Зайди ко мне.

Как раз в этот момент в холл стремительно вошел Андрей. Дмитрий Ярцев застыл, прищурившись, бросил Богдану:

— Позже.

А сам направился в кабинет. Андрей Ярцев за ним. Когда вошли, Дмитрий обронил через плечо:

— Дверь закрой.

Тот закрыл и сразу вернулся, оба замерли друг против друга.

— Что ты ей сказал? — начал Андрей, едва сдерживаясь.

— Ничего, кроме правды.

— Ты!.. — Андрей стиснул кулаки.

А Дмитрий резко подался вперед и рявкнул:

— Это ты мне скажи, как ты мог?!

Андрей дернулся как от удара, а он отвернулся и провел рукой по волосам. Его разом отбросило назад в прошлое.

***

Его Аня… его снегурочка, которую он любил больше жизни.

Ушла к Андрюхе. Конечно, младший брат был такой правильный, благородный, Рыцарь без страха и упрека. А он циничное чудовище.

Оставила детей. Вика тогда была чуть старше Вероники, а Никита — совсем мелкий, два с половиной года. Детей Аня хотела забрать при разводе.

Тот день.

Тот проклятый день.

Когда она разбилась насмерть в автокатастрофе. Боже, как он рвался к ней… У него до сих пор наворачивались на глаза слезы.

С тех пор все было безразлично, он так и остался вдовцом.

Дети как-то выросли, он почти не обращал внимания на то, что из них растет, только отсыпал денег на их хотелки. Потому что — да, блядь, он циничное чудовище.

Дмитрий повернулся к брату.

— Как ты мог? — проговорил тихо и вдруг сорвался на крик. — Если она выбрала тебя, что ж ты ее не уберег?!

— Я… — смешался Андрей.

— И после этого, — Дмитрий шагнул к нему. — Ты посмел привести в мой дом женщину, похожую на нее? Решил похвастаться передо мной.

Андрей молча сглотнул, видно было, как желваки бугрятся в углах челюстей.

— Я привел ее не для этого! — проговорил наконец. — Я хотел, чтобы вы все поняли, что незаслуженно обидели эту женщину.

— Благие намерения? — нехорошо усмехнулся Дмитрий. — Хотел быть в ее глазах хорошим?

Повисло звенящее молчание.

Оба застыли. Потому что в прошлый раз благие намерения были тоже, и оба помнили, чем это кончилось. Проклятое прошлое дрожало между ними невысказанной горечью и болью. Однако Андрей все-таки овладел собой и спросил, упрямо пригнув голову:

— Что ты сказал Марине?

— Что ты несвободен.

— Ты!.. Какой же ты!.. — брата просто покорежило.

Да, Андрей был женат. Уже после Ани, после той трагедии. Брак вышел неудачным, детей у них не было, но развод все равно тянулся уже пять с лишним лет.

— Ты не имел права, — выдохнул он наконец.

— Это ты не имел морального права приводить ее ко мне. Но ты привел. А теперь поздно.

— Думаешь, я уступлю? — Андрей стиснул кулаки. — Черта с два!

Дмитрий хмыкнул, смерив его взглядом.

— Плевать мне, что ты думаешь.

И вдруг резко подался вперед, долго сдерживаемая ярость рванулась из него:

— Я не ты. Не допущу, чтобы с ее головы упал хоть один волос! Понял?!

Они смотрели друг на друга, казалось, а воздух искрил током. В конце концов, Дмитрий спокойно проговорил:

— Свободен.

Андрей ушел, хлопнув дверью.

В коридоре раздались затихающие шаги. Еще несколько мгновений, потом Дмитрий вышел из кабинета. И чуть не напоролся на Вику.

Дмитрий Ярцев не обольщался насчет того, что его дочь беспринципная сука. Достаточно было посмотреть, с кем она водит дружбу. Но до этого момента Вике все сходило с рук, потому что она была похожа на мать. Сейчас он впервые пригляделся к дочери всерьез.

— Что ты здесь делала? — спросил, смерив ее взглядом. — Подслушивала?

— Ты что?! — прошипела она злобно. — Тоже запал на нее?!

— Это не твоего ума дело, — бросил Дмитрий Ярцев. — Иди к мужу.

И пошел прочь, на ходу доставая из кармана гаджет.

Его сейчас волновало совсем другое, и было слишком много дел, чтобы обращать внимание на то, как дочь смотрела ему вслед.