Глава 22

Кто мог думать, что так завертится все?

Ксения весь вечер сидела как на иголках, ждала, когда с ней свяжется Дмитрий Ярцев. Ожидание хуже отложенного наказания.

И вдруг звонок.

Она невольно дернулась от нервности. Не глядя приняла вызов и услышала:

— Здравствуй.

Негромкий, чуть свистящий, как будто усталый мужской голос и характерный акцент. Ксения обмерла, осознав, что этот вовсе не тот, кого она ждала. Ей позвонил Умар. Но как? Она ведь уничтожила ту симку, он не должен был…

— Давно не виделись, Ксюша.

Казалось, диван под ней проваливается в пропасть. Она смогла проблеять только что-то невнятное.

— А ты молодец, хорошую подогнала девчонку, — неспешно продолжал мужчина.

Этот его голос как шипение змеи, Ксению холодным потом залило. То, что Умар вышел прямо на нее, означало только одно. Она не просто влипла, она по-крупному влипла!

А все было просто. Вика в последний момент передумала.

Зачем пытаться устранить какую-то левую бабу? Отец с легкостью найдет новую. Знала она этих сук, на его бабки мгновенно слетится целая стая, стоит ему только захотеть. Что ж теперь, с каждой возиться?

Что касается отца, то этот выживший из ума урод Вике опротивел, когда посмел поставить какую-то старую шалаву выше. Поэтому она решила, что проще будет убрать его. И тогда никаких препятствий, она получит все. Никита не в счет, он сопляк. Да, ему придется что-то отстегнуть, но пусть не рассчитывает на многое. Богдан? Зачем он ей теперь? Пусть катится назад в Сибирь, там ему и место. И пусть радуется, если она не прогонит его с работы. С бывшей женой Богдана и ее приблудной девчонкой Вика планировала разобраться после. В конце концов, нанять тех же людей.

Кто ж мог знать, что заказ окажется неподъемным, а ее посадят на счетчик и оставят в «уютной» комнате, пока она не внесет залог.

Теперь она скулила от ужаса и дрожа молилась, чтобы ее кто-нибудь вызволил.

Сейчас Ксения слушала все это, и ей хотелось закрыть глаза и тихо выть. Когда этот страшный мужчина закончил и отключился, она сидела ни жива ни мертва, боялась дохнуть. Потом подскочила и бросилась собирать вещи. В какой-то момент замерла посреди разгромленной спальни. Так нельзя, нужно успокоиться. Успокоиться и попробовать еще раз.

Но дозвониться до Дмитрия Ярцева так и не удалось, там просто не брали трубку.

Она уже хотела звонить Тофику. Но передумала и попробовала обезопасить себя иначе.

***

Эти несколько дней Андрей Ярцев был не в себе, просто на грани. Почему, мать его, он должен был вдруг оказаться нерукопожатным у женщины, которая значила для него так много?!

Как могло получиться, что теперь она не хочет говорить с ним и готова принять помощь от Дмитрия? Он сотни раз прокручивал в голове все события того дня и каждый раз зверел все больше от мысли, что братец Димка сказал Марине нечто, уничтожившее его в ее глазах.

Он же хотел как лучше, был честен с Мариной и сделал все как надо. Не обманывал! Как могла такая, как она, повестись на Дмитрия. Чем он взял? Оболгал, запугал?

Неужели только то, что он никак не может разобраться с разводом, могло сыграть такую роль? Отвратить ее? Андрей не верил. Она же… Хотелось сказать: разумная женщина и должна понимать, что это временно, сопряжено со сложностями. Сама в разводе.

Однако, вспоминая все, он теперь мог сказать, что не знал ее.

Какова эта женщина на самом деле, понял только на том Новогоднем празднике, когда увидел ее с бывшим мужем и сыном. И у нее дочь, он же знал это. Знал. Но даже не заподозрил, насколько все может быть серьезно. Что в прошлом у Марины измена и предательство. Развод с Зарубиным, разрыв отношений с сыном. И все они там. И Вика. Ах-ха-ха… Он сам притащил ее в этот дом!

М-м-м! Как это болезненно вымораживало изнутри.

Да, он увидел в Марине зрелую женщину, красивую, сильную, желанную. Необычную! Он хотел ее себе. Да, будь оно проклято, его Эго, он хотел, чтобы все увидели ее и от зависти сдохли. А теперь он остро чувствовал, что теряет ее, и отказывался в это верить.

Гнев и досада ворочались в душе, но на память приходило другое.

Прошлое, тот несчастный случай. Аня. Звериная боль в глазах брата, у которого он увел жену и не уберег. Дмитрий снова заставлял его испытывать чувство вины. Даже тем, что не разорвал с ним отношения после всего. Моментами Андрей просто ненавидел брата. За его силу и извращенную правоту.

Но сейчас похрену прошлое! Он не намерен был уступать женщину! Что брат Марине наплел, чем уболтал ее — плевать. Если потребуется, он готов был…

Телефонный звонок оборвал его рассуждения.

Андрей некоторое время смотрел на экран, номер был ему незнаком, потом все-таки принял вызов.

— Да, слушаю.

— Здравствуйте, Андрей, — женский голос.

— Кто вы? Я вас не знаю. Представьтесь! — он был сейчас зол, приходилось маневрировать, ему было не до вежливости.

— Я Ксения Иварцева.

Он вспомнил, кто это: соседка и подруга Вики. Она ему инстинктивно не нравилась несмотря на весьма привлекательную внешность.

— Зачем вы мне звоните в такое время? Заняться нечем? — резко спросил он и уже собирался сбросить вызов.

Однако она торопливо заговорила:

— Я прошу вас, не бросайте трубку. У меня есть важные сведения, касающиеся вашего брата.

Он внезапно внутренне напрягся.

— Какие еще сведения?

— Не телефонный разговор. Я могу сообщить это только при личной встрече. Если вы согласны, я сброшу геолокацию.

Не нравилось это все! Выглядело мутно. Но Андрей стиснул зубы.

— Хорошо.

***

Дмитрий был в дороге. За Марину он был относительно спокоен, дом, где он оставил ее с Дашей, был взят под охрану. Теперь он собирался заняться Викой. По времени ее уже должны были привезти и запереть в подвале. Он позвонил своему начбезу.

— Где Вика? Все успели?

Но тот замялся.

— Нет, мои ребята потеряли ее в клубе. Зашла в туалет — и исчезла.

Дмитрий зарычал мысленно.

— Продолжайте искать, она не могла уйти далеко, — бросил отрывисто. — Я сейчас подъеду.

Развернулся, на ходу вытаскивая другой гаджет, и погнал в тот клуб.

Уже на подъезде Дмитрий еще раз связался с начбезом.

— Что? Есть новости?

— Не выходила, Дмитрий Александрович. Клуб оцеплен так, что муха не пролетит, внутри тоже наши люди. Малейшее изменение обстановки, мы узнаем первыми.

— Хорошо, — процедил Ярцев, а про себя подумал: «Извини, Глеб Борисович, кое-что придется подкорректировать»

Однако он понимал, что поднимать шум нельзя, придется по-тихому решить. К тому моменту он успел припарковаться и теперь направлялся прямо к дверям ночного клуба. Зло брало на все это смотреть. Выбрала ж его дочурка местечко! Притон, блядь.

Наконец дошел.

На входе охрана, Дмитрий представился и сказал:

— Хочу видеть хозяина клуба.

При его имени охрана, конечно, подобралась. Но все же продолжала коситься на его телохранителей, молча занявших место с боков. Старший из охраны вежливо спросил:

— По какому вопросу?

— По личному, — Дмитрий осклабился волчьей улыбкой.

— Одну минуту, я доложу.

Охранник отошел, через полминуты вернулся:

— Прошу вас, проходите, — и зыркнул на его людей. — Вас проводят.

Дмитрий сунул ему пачку банкнот и проговорил:

— Это со мной. И проследите, парни, чтобы тут было чисто. Охранник вытянулся перед ним и кивнул.

А дальше он вошел в этот чертов клуб.

Его хотели проводить в ВИП-кабинет, однако он остался в общем зале.

— Я здесь подожду.

— Как вам будет угодно, — охранник кивнул и добавил: — Хозяин спустится.

***

Вику заперли в какой-то комнатенке, она сидела там и тряслась на грани истерики. Ее так запугали эти страшные типы, что она боялась пикнуть. Толпа мужиков. Просто зашвырнули туда, она свалилась на пол, визжала и пыталась отползти, сначала думала, что ее сейчас хором изнасилуют.

Потом, когда те ушли, а время все шло и шло, поняла, что ее ждет кое-что похуже. Теперь она тихо скулила, размазывая слезы по щекам. А стоило вспомнить, что цедил главный своим негромким, чуть свистящим голосом, ее просто заливал холодный пот.

Он затребовал с нее такую сумму, что Вика просто обомлела. А этот тип просто усмехнулся:

— Твой отец дорого стоит.

Вика еще наивно полагала, что является хозяйкой положения. Подумаешь, какие-то наемные рабочие, она высокомерно бросила:

— Я отменяю заказ.

Вот тут-то и выяснилось, что отменить заказ нельзя. Денег нет? Это никого не волнует. Плати неустойку. Ах, внесла залог? Залог тоже останется у них. И уйти просто так нельзя.

— Или плати, — скучно проговорил главный. — Или отрабатывай. Пришла сюда, значит, знала.

Сейчас, когда пришло отрезвление, она желала только одного: убраться отсюда. Забыть все как страшный сон и никогда не вспоминать этот кошмар больше. Но время шло, а ничего не происходило. Слышались шаги за дверью, говор этот непонятный. Ужас накатывал волнами, хотелось в туалет.

Но вот дверь открылась, вошел главный, которого звали Умар. Уставился на нее холодными змеиными глазами:

— Что же с тобой делать?

Боже, как теперь стало СТРАШНО, она невольно дернулась и отползла за диван. А он сказал:

— Твой отец здесь.

— А… — она даже сначала не поняла, а потом чуть растеклась от облегчения и нервно сглотнула. — Он внесет за меня выкуп?

Мужчина цинично усмехнулся:

— После того как ты заказала его? Не знаю. Как думаешь, что твой отец сделает, когда узнает об этом?

А Вика похолодела.

— Нет… Я вас умоляю, нет! Не говорите ему ничего!

— Боишься? — в глазах Умара отразилось глубокое презрение. — Значит, отработаешь.

Взял у кого-то из своих сверток в целлофановой упаковке и швырнул ей.

— Вот, возьми это.

— Что это? — она запаниковала. — Наркотики?

— А что ты думала? Принесешь деньги. Учти, опоздаешь, процент возрастет. Стоимость этого, — он назвал цену. — Принесешь тоже. И учти, где-нибудь что-то пикнешь, пожалеешь, что родилась на свет. А теперь пошла вон.

Она заплакала:

— Как я пойду с этим?

— Мне все равно, — брезгливо скривил губы Умар и бросил своим головорезам. — Вывести ее.

***

Дергающиеся обдолбанные тела на танцполе, дым, орущая музыка. Кто-то вертел задом у пилона. Дмитрий сидел у барной стойки в общем зале и доходил от злости. К счастью, ждать пришлось недолго, хозяин клуба подошел к нему сам. Вежливо поздоровался и сел рядом. Начал было нейтральный разговор, но Дмитрий оборвал его:

— Моя дочь здесь.

Тот слегка замялся, в глазах мелькнуло странное выражение, потом сказал, потирая подбородок:

— Извини, Дмитрий Александрович, с твоей дочкой вышла неприятность.

— Неприятность? — прорычал он.

— Увы, ее задержали с наркотиками.

Богдан все это время находился поблизости. Он еще по дороге связался в начбезом тестя и от него узнал если не все, то достаточно, чтобы сделать выводы. И да, он был в этом клубе, наблюдал издали за развитием событий.

Выждал момент и сейчас подошел.

— Я улажу, — сказал, глядя на Дмитрия Ярцева.

Тот выпрямился, смотрел некоторое время прищурившись, потом кивнул.

Дальше было неприятно, вязко, пришлось выложить кругленькую сумму за молчание и еще отдельно за то, чтобы Вику выпустили. Когда Богдан ее увидел, она была вся в соплях. Он брезгливо поморщился, тварь-тварью.

— Сейчас ты уедешь со мной и будешь шелковая, — процедил. — Иначе твой отец узнает обо всем.

Вика смотрела не него, глазами хлопала, тогда он рявкнул:

— Поняла?!

Она судорожно закивала, в глазах заметалась паника.

— И запомни, хоть раз еще посмеешь выеживаться или вытворишь что-то подобное, живо окажешься там, откуда я тебя вытащил.

— Да, да… — залепетала она. — Я поняла.

Тогда он выдохнул:

— Хорошо.

Подхватил ее за плечо и так и вывел оттуда, потому что у нее ноги заплетались.

Его топило горечью, пекло под ребрами так, что было трудно дышать. Он только что отказался от Марины, фактически своими руками отдал ее. Ему придется уехать и увезти Вику подальше отсюда. Но так лучше. И да, иметь в должниках Дмитрия Ярцева — это того стоило.

***

Ксения уже не ожидала, но Андрей Ярцев согласился на встречу и приехал сразу, как только она ему точку локации сбросила.

— Что вы хотели мне сообщить? — спросил в лоб.

Она смотрела на него и поражалась, как такие мужики, с бабками и не уроды, клюют на теток вроде бывшей жены Богдана Зарубина? Где справедливость? Она и красивее, и умнее, и талантливее, и все при ней, а рядом никого толкового.

Однако этот мужчина смотрел на нее в упор, и терпение у него явно было на исходе.

— Да, да, конечно, сейчас, — сказала она, подбавив слезу в голос.

Разумеется, Ксения не стала рассказывать Андрею Ярцеву всего. Всего бы она даже на исповеди не сказала! И, если честно, ей не было дела до Вики, раз та такая идиотка. Сейчас ей нужно было прежде всего защитить себя, поэтому она выдала Андрею Ярцеву почти правдивую версию, но неполную.

— Я узнала, что Вика собирается в одно опасное место, — она подняла на Андрея Ярцева взгляд.

— Так что же не сообщили это ее мужу?

— Вы понимаете, это могло отразиться на их отношениях… — она замялась, выразительно шевельнув бровями.

— Хорошо, я понял, — процедил он отворачиваясь. — Дальше!

— Я пыталась дозвониться до вашего брата и сообщить ему, но мне не удалось. А еще я узнала, что Дмитрий Александрович тоже поехал туда. И я волнуюсь, что там может случиться что-то плохое.

Секунду он смотрел на нее, выражение лица стало жестким. Ксения уже боялась, что не получится, но тут он сказал:

— Спасибо, что предупредили. Я разберусь.

Ох-х-х, ее аж повело от облегчения, но это было еще не все.

— Только не говорите, что это я вам сообщила. Прошу вас! Я боюсь, что могут быть неприятности у Вики.

Мужчина прищурился.

— Хорошо, я понял. Поезжайте домой, я не стану упоминать ваше имя.

К тому моменту, когда Андрей добрался до того клуба, там все было закончено. Он почти столкнулся с братом, тот как раз выходил. Дмитрий кивнул ему:

— Уже все. Можешь ехать домой. Но спасибо, рад был тебя видеть.

Прыгнул в свой внедорожник и укатил. И его люди за ним.

***

Ни о чем этом Марина даже не подозревала, она мирно проспала до утра. Хотя и злилась, и думала, что не уснет в этом бункере. Но как-то само собой вышло.

А вот утром произошло неожиданное.