Глава 41

— Всем спасибо, будьте на связи.

Совещание наконец-то закончилось. Как обычно, раз в неделю я ездила в офис, чтобы пообщаться с начальством и коллегами, это была приятная возможность увидеться лично.

Настроение у меня было на высоте, и я отправилась выпить кофе с девчонками. Но на полпути мне позвонили с незнакомого номера. Я вышла в коридор, чтобы ответить.

— Да, слушаю.

— Александра Викторовна? — женский голос звучал официально. — Городская больница номер два. Ваш сын поступил к нам после дорожно-транспортного происшествия.

— Тимур?.. — сердце ухнуло вниз. — Что с ним?

Он должен быть на занятиях. Мой мозг, натренированный на реакцию «бей или беги» после Таиланда, мгновенно запаниковал.

— Угрозы жизни нет, но он получил травму руки. Его готовят к операции.

— Операции?.. — горло сжалось от ужаса, а я уже судорожно хватала сумку и бежала к машине, привлекая внимание коллег.

— Подробности расскажет дежурный хирург на месте. Что касается состояния мужчины, сопровождавшего вашего сына, он сейчас в реанимации.

— О ком вы? — ничего не поняла я.

Она замолчала, уточняя информацию, и произнесла так, что я похолодела:

— Ярослав Николаевич Нестеров.

Я пошатнулась возле машины, вцепилась в дверь, но через секунду уже рванула её на себя и помчалась в больницу.

Слёзы готовы были пролиться, паника подступила к горлу, но я уговаривала себя держаться. Не хватало мне самой сейчас аварию устроить.

Раз за разом я вставала на светофоре, как будто кто-то специально меня тормозил, ругалась сквозь зубы и ехала дальше, прокручивая в голове страшные картинки.

Я только вернула себе радость жизни, нашла идеального мужчину, который обожает моего сына. Почему нам просто не дадут быть счастливыми?!

— Саш, выходные в силе? — на очередном светофоре я ответила на звонок Нади.

— Надь, я в больницу еду. Ярослав с Тимуром попали в аварию.

Её тон мгновенно изменился.

— Как они? Куда ехать?

Я шмыгнула носом и сообщила всё, что знаю. Надя обещала приехать, поддержать меня. Я разделила волнение вместе с ней, и это помогло включить голову.

Если Ярослава отправили в реанимацию, меня к нему даже не пустят, а его родители сейчас в круизе. К кому я вообще обратиться могу?

Я догадалась позвонить к нему на работу и быстро обрисовала всё, что знаю. Мне обещали помочь.

А когда наконец приехала в больницу, помчалась к сыну, но его уже оперировали. Все эти больничные запахи мгновенно вернули мне ощущение трагедии, пережитой четыре года назад. Только сейчас в беде была не я.

Пока ждала, попыталась выяснить, как там Ярослав. Уставшая медсестра сверилась с информацией:

— У него травма грудной клетки, сломаны рёбра, ушиб лёгкого. Потерял много крови. Сейчас врачи его стабилизируют.

— Можно будет увидеть его после операции?

— А кем вы ему приходитесь? Доступ в реанимацию ограничен, — заученным тоном ответила она. — Допускаются только ближайшие родственники.

— Но его ближайшие родственники за границей.

— Простите, ничем не могу помочь. Попробуйте поговорить с завотделением, — развела она руками.

Того на месте не оказалось, и я вернулась к Тимуру, ждать, когда закончится операция. К тому времени приехала Надя.

— Что случилось? Ты уже знаешь? — спросила она, отведя меня в сторону.

— Не знаю, Надь. Их обоих оперируют, — нервно отозвалась я. — У Тимура сложный перелом, но угрозы жизни нет, а Ярослав…

Голос меня подвёл, я усилием воли заставила себя сдержаться, но Надя обняла меня, и я всё-таки сдалась.

— Он в реанимации, много крови потерял, — просипела я.

— Ну тише, тише, врачи своё дело знают, — говорила она так нужные мне сейчас банальности. — Он у тебя сильный, выкарабкается.

Сильный, да. Но и сильные не всегда справляются.

— Цунами пережил, ещё и вас двоих оттуда живыми вытащил, — у Нади у самой глаза были на мокром месте.

Я кивнула, убеждая себя в том, что она права. Всё будет хорошо, мои мужчины переживут это, а я буду рядом. Да, вот так нам не повезло, многое свалилось. Значит, сильнее станем.

— Спасибо, — сдавленно шепнула я, вытирая глаза.

В этот момент из операционной вышел врач, и я направилась к нему.

— Здравствуйте, я мама Тимура. Как он?

— Здравствуйте. Перелом лучевой кости со смещением. Всё удалось сопоставить и зафиксировать, прогноз благоприятный. Больше никаких травм он не получил.

— Значит, угрозы жизни нет? — уточнила я взволнованно, хотя и так всё было понятно.

— Нет. Сейчас его перевезут в палату, и он начнёт просыпаться.

— Спасибо вам!

Он кивнул устало и ушёл, а мы с Надей выдохнули, обе готовые расплакаться от облегчения. Только бы и с Ярославом всё обошлось. Теперь моё сердце болело за него вдвойне.

Уже позже, когда Надя вышла за кофе, а я сидела рядом с Тимуром, держа его за руку, дверь в палату распахнулась, и я увидела того, кого ожидала меньше всего.

Антон. На нём лица не было.