Глава 44

Утро началось с привычного больничного запаха, от которого уже мутило. Я не спала всю ночь, и когда приехала Надя с детьми, я оставила Тимура на них, а сама отправилась к Ярославу.

Была надежда поговорить с завотделением и упросить его пустить меня, но когда я пришла, увидела, что там и без меня собралась толпа просителей.

Я сразу узнала нескольких коллег Ярослава. Была среди них и его секретарь Людмила. Она тоже увидела меня и подошла.

— Сашенька, здравствуйте, а вас тоже не пускают?

— Нет, — растерянно огляделась я. — Я же не родственник. И даже не знаю, как связаться с его родителями.

— С ними уже связались, — кивнула она. — Хорошо, что Полина приехала.

Она обернулась и мотнула рукой в сторону женщины, беседующей с врачом.

— Полина здесь? — удивилась я.

Я видела её только со спины, и, если честно, не знала, чего ожидать.

— Да, нам очень повезло, она была в стране, к родителям приехала, а тут такое… Надеемся, что хотя бы её пустят. Пойдёмте, может, она и на ваш счёт договорится?

Я не была готова к встрече с бывшей женой Ярослава и не знала, нормально ли она отреагирует, но если это даст хоть какой-то шанс…

— Здравствуйте, — осторожно вмешалась я в их разговор с врачом. — Я хотела спросить насчёт посещения Ярослава.

Полина обернулась и скользнула по мне взглядом. Я хотела объяснить, кто я такая, но она меня опередила:

— Саша?

Я кивнула. На её губах дрогнула лёгкая улыбка. Она выглядела прекрасно, настоящая красавица. Наверное, я ей проигрывала, особенно сейчас, после бессонной ночи.

Я отругала себя за эту мимолётную ревнивую мысль. Я здесь не на соревнованиях, мне просто нужно попасть к любимому мужчине.

Полина отреагировала неожиданно, взяла меня под руку и обратилась к врачу:

— Нам обеим нужно пройти.

Уж не знаю, как ей удалось его убедить, связи это были или что, но нам дали пять минут. Потрясённая, что всё оказалось так просто, я шагала за ней в палату к Ярославу.

Когда я увидела его, у меня сердце ухнуло вниз. Он лежал весь в трубках, в кислородной маске, бледный и сам на себя не похожий.

Я подошла и осторожно взяла за руку, следуя предупреждению врача ничего не нарушить. Полина встала с другой стороны, положив ему руку на плечо.

Глаза наполнились слезами, безумно хотелось обнять его, разбудить, вновь увидеть живым и сильным.

— Как он?

— Состояние стабилизировано после операции, — врач подошёл и посмотрел на мониторы. — Мы сделали переливание крови. Сейчас он в медикаментозном сне, это необходимо, чтобы организм восстановился.

— Он выкарабкается?

— Скажем так, ближайшие часы покажут. Пока прогноз осторожно-оптимистичный.

Я крепче сжала руку Ярослава, будто могла передать ему хоть каплю своей силы. Давай, Яр, борись, ты мне нужен. Это несправедливо, всё, что с нами случилось. Мы должны жить, должны быть счастливы.

Я мысленно говорила с ним, но время пролетело слишком быстро, и нас попросили на выход.

— Яр, я тебя люблю, — в последний момент сказала я, склонившись над ним и не обращая внимания ни на Полину, ни на врача. — Вернись ко мне, пожалуйста.

Я всё-таки не сдержалась, заплакала. Полина обняла меня и повела из палаты.

— Ну всё, всё, он сильный, очнётся.

Она и сама сквозь слёзы говорила. В коридоре мы обнялись, и кто бы знал, что именно она меня будет успокаивать. Потом мы сидели, держась за руки, как сёстры по несчастью.

— Он мне говорил о тебе, — промокнув глаза платком, призналась Полина.

Я с удивлением взглянула на неё.

— Не особо-то он разговорчивый, — хмыкнула она. — Но я волновалась, что он так и останется один. Сама я, как видишь, всё-таки живу дальше.

Она положила ладонь на живот, и я только сейчас увидела, что она беременна. Животик ещё небольшой, но теперь стало заметно.

— Поздравляю, — улыбнулась я сквозь слёзы. — Это замечательно.

Полина кивнула.

— Он ведь тебе рассказывал нашу историю?

— Да, — призналась я, смутившись.

— Тогда ты знаешь, что он ни в чём не виноват. Пойдём кофе выпьем? — внезапно предложила она. — Мне это не слишком полезно, но сегодня я без него не обойдусь.

Мы подошли к автомату с кофе, и она продолжила.

— На самом деле, он был идеальным мужем. Мы и сейчас были бы вместе, ты извини, что я так, но это правда. Иногда просто невозможно сохранить всё, как есть, после такой потери.

Мы взяли свои стаканчики и отошли к окну.

— Фу, ну и бурда, — скривилась Полина.

Да уж, кофе тут был ужасный.

— Он взял всю вину на себя, — внезапно сказала она. — А ведь мог отомстить мне. Имел право.

Она отвернулась, разглядывая что-то вдали, её взгляд подёрнулся дымкой.

— Я себя от горя не помнила, как пережила, не знаю, — на её красивом лице чувства отразились так ярко, будто она вновь их переживала. — Ярослав пожалел меня.

— Это была случайность, — выдавила я. — Несчастный случай.

Полина промолчала, а я не знала, что ещё сказать. Было неловко лезть в её горе, и любые слова сейчас были бы лишними.

— Спасибо, — через силу улыбнулась она. — Я рада, что Ярослав меня не возненавидел. И жаль, что мы так и не сохранили брак. Пытались. Много раз. Но не вышло.

Мы помолчали, каждая думая о своём. Интересно, она его ещё любит? Она ответила на мой невысказанный вопрос.

— Но всё это в прошлом, я живу дальше, и хочу, чтобы Ярослав тоже нашёл своё счастье.

Она тепло улыбнулась, и я поняла, за что он её любил. Она была прекрасным человеком.

— Он не вдавался в подробности, но я поняла, что ты — та самая. Знаешь, между строк. «Саша», — спародировала она его голос, и я нервно усмехнулась.

— Не смейся, он тебя любит.

— И я его, — призналась честно.

Полина кивнула.

— Это хорошо, так и должно быть. Вот увидишь, скоро проснётся и телефон потребует, дела решать.

Я усмехнулась. Точно, не представляю себе Ярослава, без дела валяющегося в постели. Прямо на больничной койке возьмётся разбираться с тем, кто его сюда упрятал.

После разговора с Полиной стало легче. Жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах, но её поддержка оказалась неоценимой.

Я подумала о том, какие они с Ярославом молодцы, даже после пережитого горя смогли сохранить тёплые отношения. Не то, что мы с Антоном.

Это нормально, что я его подозреваю в покушении на Ярослава? Нисколько. Но если он замешан, надеюсь, он сгниёт в тюрьме.

Но всё это потом. Сейчас главное, чтобы Ярослав выкарабкался, ведь я уже не представляю своей жизни без него.