Глава 47.

Андрей не преследует меня.

Я быстро догоняю дочь, когда она заканчивает свой видеозвонок.

— А папа где?

— Он немного отстал. Скоро догонит.

После прогулки мы отправляемся в кафе. Алина пожелала, и мы не смогли ее отказать. Хотя после нашего разговора мне на физическом уровне сложно находиться рядом с ним. Я вижу, что ему тоже. Будто только сейчас прошла точка невозврата. Но при этом… При этом я ощущаю еще более мощный прилив тяги к нему. Пытаюсь, как раньше, прокрутить в мыслях все то, что он сделал мне, возненавидеть, испытать отвращение, но это не работает.

Я не могу!

Не могу больше кормить себя этой ненавистью к нему. Мне тошно от этого. Мне противно от самой себя. Он и не заслуживает всей этой ненависти. Кто-то посчитал бы иначе. Но он слишком много добра мне в жизни сделал, чтобы я испытывала одну лишь ненависть.

— Я вас домой отвезу, — говорит Андрей после оплаты счета.

— А может мы еще куда-нибудь пойдем? — спрашивает Алина.

Я вижу, что он этого не хочет. Да и я тоже. Достаточно.

— Алин, ты еще рюкзак не собрала. Завтра занятия начнутся. Не до развлечений. И так уже четыре часа развлекаемся. Школа начинается. Каникулы закончились.

— Ну, не огорчай ее так, — приобнимает Андрей дочь. — Будут выходные. Мы обязательно вместе куда-нибудь сходим. Будешь приходить ко мне в гости…

— К тебе?

— Я купил здесь квартиру. Она еще не обставлена как следует, но скоро я там наведу порядок и приглашу тебя в гости.

— Ты теперь будешь жить в Москве?! Прямо точно?!

— Ну да. Я буду часто улетать в Питер, но больше буду здесь времени проводить.

Дочка прижимается к отцу, обнимая его. Она рада.

А вот я…

Не знаю, наверное, было бы лучше, если бы он остался в Питере.

— А маму пригласишь к себе в гости?

— Конечно, — смотрит на меня потухшим взглядом. — Если захочет, то придете ко мне вместе.

— Ладно… Пойдемте уже, — встаю с дивана и беру сумочку.

Андрей отвозит нас домой.

Я сразу иду к подъезду, оставив дочь прощаться с отцом.

Она приходит только через минут пять в квартиру.

— Алина, снимай одежду и аккуратно в шкаф ее положи, — говорю ей из кухни. Сижу водичку пью. В горле пересохло. Плохо мне.

— Ага, — Алина заходит в кухню и садится рядом со мной за стол. — Классно, что я к папе смогу в гости ездить.

— Ну да, классно… — делаю еще глоток воды.

— Мам, ты почему такая грустная? И папа тоже какой-то грустный… Вы опять поссорились?

— Нет, все хорошо, — сухо отвечаю дочери. — Действительно здорово, что ты с отцом будешь часто видеться. Иди переодевайся. У меня голова болит. Я немного полежу сейчас пойду. А ты подпиши тетради и собери рюкзак на завтра. Я вечером проверю.

Мы с дочерью расходимся по своим комнатам, и только к вечеру я нахожу в себе силы встать с постели. Дочери сказала переодеться, а сама завалилась в чем была. Не было у меня сил. Какое-то истощение. Сейчас ненамного лучше состояние, но мне нужно приготовить ужин. Не для себя. Для дочери. Она, наверное, уже проголодалась.

Переодеваюсь в домашнее и, постучав к дочке, открываю дверь.

Она за компьютером сидит. В игру играет.

Вижу, что рюкзак у нее на кровати. Вроде собран.

— Мам, я в онлайн играю! — снимает наушники.

— Ты рюкзак собрала?

— Да! Проверь!

— Верю. Голодная?

— Ага!

— Скоро приготовлю. Через часок готовься выходить из своей игры.

— Поняла!

Закрываю дверь и иду на кухню.

Я в такой апатии, что не сразу соображаю, что мне нужно и где лежит.

С горем пополам я готовлю ужин и зову дочь к столу.

Она после своих онлайн игр, где общается с друзьями, всегда очень активная, не умолкает.

Столько всего мне рассказывает, но я не слышу, даже не пытаюсь вникнуть. Другим голова забита под завязку.

— Мам?.. Мам, ты слышишь?

— Да-да… Очень здорово… Ешь мясо. Чтобы все съела.

— Ладно…

— Давай, чтобы сегодня больше никаких игр. Почитай лучше что-нибудь перед сном. Завтра утром в школу.

— Не напоминай, мам… Совсем не хочется.

— Хочется не хочется… Учиться нужно.

Поужинав, я убираю со стола и сразу к себе в комнату иду. Завтра мне тоже нужно вставать пораньше. В офис нужно пораньше.

Я почти ничего не ела, поэтому могу лечь пораньше, выспаться как следует. И так уже знаю, что проснусь в часов пять и буду смотреть в потолок.

Проверяю в последний раз телефон и, включив его на полет, выключаю ночник и укладываюсь.

Просыпаюсь через несколько часов в холодном поту с криком: «Я этого не хотела!»

— Господи… Господи… — задыхаюсь, вскакивая с кровати и тут же падая на колени.

Кошмар…

Снова.

Он снова мне приснился.

В нем я жестоко убила Андрея.

Только в этот раз это был не постфактум. Я помню, как заносила руку снова и снова, вонзая в него лезвие с такой ненавистью и желанием, что…

С трудом поднимаюсь на ноги и забегаю в ванную комнату, чтобы скорее умыться ледяной водой.

Хочу прогнать эти образы, но не получается.

К чему все это… Зачем мне это снится?

Это невыносимо.

Вода не помогает. Я все такая же горячая. Раскаленная.

Возвращаюсь в спальню и хватаю смартфон, который вывожу из полета и, немного подумав, набираю его, несмотря на то, что уже третий час ночь.

— Геля, что случилось? — обеспокоенным тоном произносит Андрей. Не похоже, что он спал. Очень бодрый у него голос.

— Ничего… Я просто…

Да не знаю я, зачем звоню. Наверное, убедиться, что он в порядке. Для меня это как какой-то знак.

— Ты глубоко дышишь. Тебе что, снова кошмар приснился?

— Да… Тот самый… Хуже… — сильно тру лицо ладонью. — Я просто хотела узнать, что ты в порядке.

— Хочешь, чтобы я пришел?

Задумываюсь. Я не хочу отвечать «нет», но и «да» не должна отвечать.

— Я не… не знаю…

— Я сейчас поднимусь.

— Что?.. В каком смысле ты поднимешься?

— Я живу на три этажа ниже. Открой мне. Я звонить не буду, чтобы Алину не разбудить, — и сбрасывает звонок.