Глава 41

Марина.

Боже, как же больно… Неужели, так всегда будет? Нет, наверное, со временем это пройдет? Дружат ведь с бывшими? И с их вторыми половинками тоже…

Приподнятое настроение вмиг испаряется… Расправляю плечи, наливаю себе чай… Оживляю экран смартфона и просматриваю новостную ленту…

Читаю и… ни о чем не думаю, кроме сидящей неподалеку компании. Юрка Уманский что-то рассказывает, брюнетка заливисто смеется…

Вот бы повернуться и посмотреть, но… Замечаю, как распахивается дверь и входит Марк…

– Там так похолодало, ты не представляешь, – весело произносит он, потирая руки и присаживаясь. – Не скучаешь, моя красавица?

– Нет, все в порядке. Больше ты ничего не спросишь?

– А зачем? Он отец твоих детей. И всегда будет в нашей жизни, если только не самоустранится. Ты ему не сказала о втором?

– Нет, пока не собираюсь. Слово-то какое… Ужасное.

– Мы врачи, Мариш. Наша братия привыкла выражаться прямо как есть… Без обиняков. Ему плевать на тебя. Даже на Ладу плевать… Подумать только, он уже эту брюнетку окучивает. Хорош, нечего сказать… А вот они уже целуются, – произносит Марк, устремив взгляд к столику Ильи.

Резко поворачиваюсь, но никакого поцелуя не вижу… Илья спокойно сидит, ковыряясь в тарелке, брюнетка болтает с рыжулей.

– Шифруются, гады. Но они целовались, ты мне веришь?

– Мне плевать на него.

– Давай сменим тему. Куда поедем на праздники? Билеты нужно бронировать сейчас, пока есть места. Хочешь, рванем в Карелию? Или в Великий Устюг? Или…

– Ты хочешь поехать со мной и…

– Макса мы тоже возьмем. Не думаю, что твой бывший сможет придумать для сына крутой отпуск. Он…

– Илья зарабатывает в разы больше, чем мы. Прости… Я не лезу в твой карман, просто… констатирую факт.

– Хорошо. Подумай, я приму любое твое решение.

Марк старается меня отвлечь… Гладит ладони, легко их сжимая, рассказывает страшные байки про призраков умерших пациентов, травит анекдоты… Я смеюсь, на мгновение забывая о муже… Скоро он станет чужим человеком, посторонним… Никем… Вот так быстро, по щелчку пальцев…

Был всем для меня – светом, воздухом, чистой водой, моим миром и счастьем, а станет… прохожим…

– Поедем ко мне, Мариш? Я готовился, честное слово… И я так долго ждал этого, – протягивает Марк. – Не бойся, прошу… Если ты решишь, что я тороплюсь, то…

– Я тоже хочу поехать к тебе в гости.

Надо рубить по живому. Выдрать абсцесс из здоровой ткани, выпустить гной, смазать раны антисептиком, накачать себя антибиотиками… Чужой любовью, чужими губами, руками, словами… Позволить им впитаться в сердце… Только так… Иначе… сепсис, полиорганная недостаточность, остановка сердца… ДВС-синдром, будь он неладен…

Я просто умру, если сдамся.

– Оплачу счет и возьму что-то к чаю. Здесь вкусные десерты. Ты любишь замороженную малину в белом, бельгийском шоколаде?

– Наверное, да…

Марк помогает мне одеться и непринужденно целует в уголок рта. Со стороны мы выглядим обычной, влюбленной парой… Бодро шагаем к выходу, не замечая никого…

Только отчего-то между лопаток нестерпимо печет… Наверное, все это заметили? Илья, Юра, Суворов…

Свет уличных фонарей отражается от мокрого асфальта. Водитель мчится в сторону центра. Петляет между машин, стоящих вдоль узких улиц, и останавливается возле небольшого, шестиэтажного дома в современном стиле.

– Идем, милая.

– Красивый дом. Просто… фантастический.

– Хорошо зарабатывает не только твой Илья, – поднимает брови Марк.

– Извини… Я не то имела в виду.

– Я из обеспеченной семьи. У родителей свой бизнес, я владею двадцатью процентами. Они занимаются медицинским оборудованием и расходными материалами. Обеспечивают клиники и больницы перчатками и одноразовыми клеенками.

– Я не знала… Мне бы хотелось больше знать о тебе. И познакомиться с твоей семьей.

Он молчит, делая вид, что не услышал… Сжимает мою ладошку и открывает массивную, металлическую дверь подъезда.

– Входи, чувствуй себя как дома, – произносит он, освобождая проход.

Первое, о чем я думаю, ступая в прихожую – грязные кроссовки Макса будут плохо здесь смотреться… И все наши вещи лишь испортят вид белоснежных, мраморных полов, великолепных стен, добротной мебели из дерева и стекла. Все такое чистое, почти неживое… Никаких фотографий, статуэток, уютных вещиц… На диване нет даже пледа.

– Здесь очень красиво и монументально.

– О, это самое подходящее слова для моего жилья. Люблю порядок. А ты?

Я тоже люблю, но как его сохранить, имея грудного ребенка и сына-подростка?

– Его сложно сохранить, имея маленьких детей.

– Бывшая тоже все время твердила это. Но я не верю, Мариш. Дети спят, чем-то занимаются… Убраться есть время. Было бы желание. Ладно… Не хочу об этом. Проходи в кухню, буду поить тебя чаем.

Кухня поражает размерами и функциональностью… Темно-синяя, с деревянными фасадами и столешницей из камня, она выглядит стильно и уютно. У Марка немного посуды, но есть вся современная техника…

Он усаживает меня за стол и заваривает чай. Суетится, раскладывая купленные в ресторане десерты по тарелкам.

– Мариша моя… Ну, чего ты нагрузилась? Из-за порядка? Да я пошутить над тобой хотел, – смеется он. – Я знал, что ты придешь, и позвал домработницу. На самом деле я – обычный мужик с кучей вредных привычек. И носки я разбрасываю, и трусы. И чашки за собой не мою.

– Фух… Слава богу, – расслабленно смеюсь я. – Я уж подумала, что ты… Маньяк.

– Ага, чистоты.

Замолкаю, чувствуя пылающий взгляд Марка на себе… Воздух будто в патоку превращается. Дышать тяжело, душно… Закашливаюсь и глотаю горячий чай. Его взгляд невыносим… Меня будто размазывает, придавливает к земле… Его желание, бешеная энергетика, аромат сильного, молодого тела…

– Хочу тебя поцеловать, – шепчет Марк, откладывая чашку. – Ты такая красивая…

Он подходит ближе и набрасывается на мои губы… Гладит плечи, зарывается пальцами в волосы… Его жажда передается и мне… Я пью его дыхание, целуя в ответ, обнимая… Льну к его груди, чувствуя, как сползает с моих плеч лямка бюстгальтера…

– Мариш, тебе все можно? Ты только скажи, и я…

– Можно.

– Идем в спальню?