Глава 26

Рассвет застал меня в забытьи на узкой скамье в углу лечебницы. Я проснулась от знакомых звуков — тихого звяканья посуды, шуршания бинтов. Но это были не Элви и не Каэл.

В слабом сером свете, пробивавшемся в окно, я увидела его...

Сивер. Сам генерал-дракон. Босиком, в простой крестьянской рубахе, слишком короткой и узкой, для его широких плеч, он стоял у очага и мешал что-то в котелке. Его движения были сосредоточенными, чуть неуклюжими, как у человека, привыкшего к мечу, а не к половнику. Потом он взял миску и прошел к дальнему углу, где лежал Кассий.

Я замерла, притворившись спящей, наблюдая сквозь прищуренные ресницы.

Сивер присел на корточки, поставив миску с похлебкой рядом с раненным врагом.

— Есть можешь? — спросил дракон тихо.

Кассий, проснувшийся, кивнул, его золотистые глаза внимательно изучали генерала. Сивер помог ему приподняться, подложив свернутое одеяло. Потом, не говоря ни слова, взял со стола чистый бинт и склянку с травяным настоем.

— Дай я, — просто сказал он, когда Кассий потянулся к своей старой повязке.

Юноша замер, в его взгляде промелькнуло недоверие. Но Сивер уже аккуратно, с неожиданной для его больших рук деликатностью, начал разматывать грязную ткань.

Я видела, как его пальцы, привыкшие сжимать рукоять меча, осторожно ощупывали края раны, проверяя, нет ли воспаления. Бывший муж бережно промыл ее настоем, но лицо истинного дракона было непроницаемым, сосредоточенным на работе. Затем также аккуратно он наложил свежий бинт, закрепив его надежным, но не тугим узлом.

— Чисто, — констатировал Сивер, откидываясь назад. — Заживает. Через пару дней сможешь встать.

Кассий смотрел на своего врага, явно ошеломленный.

— Зачем? — выдохнул он на своем ломаном языке.

Дракон долго молчал, собирая старые бинты, погрузившись в свои мысли.

— Ты сражался за эту деревню, делясь знанием, — наконец сказал он, глядя не на Кассия, а куда-то в пространство. — Это имеет ценность. И... — бывший муж запнулся, будто слова давались ему с трудом, — тот, кого защищает Лора... заслуживает ее заботы. Даже если это враг. Особенно если этот враг оказался на ее стороне.

Сивер поднялся и грубо протянул миску Кассию.

— Ешь. Силы понадобятся. Будет много работы! — фактически приказал дракон, а затем резко ушел, оставив юношу в тихом изумлении.

Потом я видела, как мой бывший муж, величественный генерал-дракон, помог поднести ведро воды старухе Морене, как молча принял от Рыгара тяжелый мешок с зерном и отнес его в амбар, как поправил сбившуюся шину на ноге у Томаса — все это делалось быстро, без лишних слов, без ожидания благодарности.

Сивер был похож на огромную, сосредоточенную машину, переключившуюся с разрушения на восстановление. И делал он это так, будто был уверен, что никто не видит. Будто эти маленькие акты милосердия были чем-то сокровенным, почти стыдным для драконьего генерала.

Я не стала выдавать себя. Когда в лечебнице стало по-настоящему светло, и пришли первые помощники, я встала и начала свой обычный обход. Сивер уже стоял у карты, которую на скорую руку начертил углем на столе, совещаясь с Идором и Рыгаром о новых укреплениях. Он кивнул мне, когда  прошла мимо, его лицо снова было закрытой, маской настоящего командира.

Но я уже знала: под броней высокомерия и ярости скрывалось нечто иное... Человек, способный на жестокость, но и на неожиданную, суровую заботу. Генерал, для которого ценность человека определялась не только его принадлежностью, но и поступками.

И это знание делало картину происходящего лишь сложнее. Я все так же не собиралась становиться «драконьей женой». Но, глядя на Сивера, объясняющего Каэлу, как ставить ловушки на тропах, я понимала — возможно, нам и не нужно быть мужем и женой.

Возможно, нам достаточно быть союзниками. Двумя силами, которые, даже отталкиваясь друг от друга, могут вместе защищать то, что важно. Сивер — границы королевства. Я — хрупкий мир этой деревни и право распоряжаться собственной судьбой и силой.