Глава 16

Ольга

Слова Антона ничуть меня не насторожили, наоборот, только подогрели растущую неприязнь к мужу.

Пауза висит вязкой паутиной между нами.

Люди толкаются, входят и выходят из душного салона автобуса, а я молчу, собирая все силы.

– Оль, я не хотел. Но ты сама начала, – звучит из его уст, как обвинение. – Я любил тебя, а ты с Лисовским спала все это время.

– Ты знаешь, что это не так! Как можно изменить, если я делала ЭКО от тебя? Ты любил только деньги моего отца! Даша все правильно сказала! Продажа моей квартиры и кража денег только подтвердили это, Антон.

Пока слушаю гневные излияния Гордеева, автобус привозит меня в деловой центр нашего города.

Выхожу и делаю глубокий, жадный вдох. Горячий воздух наполняет легкие, а виски распирает от боли.

– Я не собираюсь доказывать, что дети от тебя, Антон! Если нужно – привози специалиста по забору материала к нам домой! А вещи я заберу с полицией. Ты не имеешь права удерживать мои документы и ценности. Хочешь судиться – я только «за»!

Антон звучно выдыхает.

– А ты стерва, Оля, – цедит с усмешкой в голосе.

Подумав недолго, муж говорит, что завтра нужно сделать тест на отцовство нашим рыжим солнышкам, а пока я могу приехать за вещами.

–Утром я с работниками медицинского центра приду к тебе домой, Оля. Приготовь Варю и Леру к забору материала, – говорит мой муж о наших солнышках, будто о чужих детях.

– Когда я могу прийти домой? – спрашиваю мужа.

– В любое время. Там все равно камеры везде висят. Я вчера установил видеонаблюдение. Мало ли что, Оля. Не люблю, когда чужие в доме шастают…

– Ты ничтожество, Гордеев! – шепчу ему в ответ.

Нервы на пределе после нашей перепалки с мужем.

Мимо больших витрин на оживленной улице я пролетаю, почти не глядя по сторонам.

В офисе отца я не была уже несколько недель, а работой полноценно занималась еще до родов.

В последнее время папа сильно сдал. Моя мачеха требовала, чтобы он вернулся к работе после операции на сердце. Отец нервничал, напрягался и постоянно с ней ссорился по мелочам. Это и стало финальной каплей…

Не отпускает мысль о том, что отец зачем-то поехал с мачехой в центр города в день своей гибели. Хотя он не садился за руль и отказался от вождения авто уже давно.

Что он делал и где был – я до сих пор не знаю, а Галина упорно молчит. Отношения между нами и без того натянуты, а теперь так и вовсе мы по разные стороны баррикад.

Старый магнитный ключ от офиса так и остался валяться в моей сумке. Машинально достаю его, едва вижу издалека двери серого офисного здания с небольшой золотой табличкой.

Пытаюсь открыть дверь с надписью “Вход для персонала”, но моя пропускная карта заблокирована. Дверь не поддается так, что приходится стучать. С той стороны тишина, и никто не открывает.

У центрального входа в бизнес-центр крутится знакомый охранник. Спешу к нему, прячу ключ в карман джинсов и приветливо улыбаясь молодому парню.

– Ольга Николаевна! А вы, какими судьбами к нам? – приветствует меня Дима.

– Я к Ирине Сергеевне пришла. Пропусти меня, Димочка?

Он улыбается, поднимает черную форменную кепку и запросто меня пропускает внутрь.

Прохлада кондиционера освежает, успокаивая мои мысли.

Но оказываясь в коридоре, я напрягаюсь с каждой минутой все сильнее. Отец ни слова не говорил о том, что сменил магнитные ключи в административной части офиса.

По коридору, наконец, добираюсь до заветной таблички “Муж на час”.

За дверями расположилась клиентская зона фирмы.

У стойки ресепшн меня встречает новая девушка Лиза и, само собой, офис-менеджер меня не знает и не пропускает к кадровику, предлагая подождать Ирину Сергеевну на мягком диване.

– Меня зовут Гордеева Ольга Николаевна. Я заместитель директора фирмы, моего покойного отца. Мне нужно пройти, пожалуйста, пропустите. Мой магнитный ключ не работает почему-то!

Фамилия мужа-изменника режет по нервам.

Офис-менеджер Лиза безразлично хмыкает, для нее мои слова звучат, как лепет ребенка. Девушка хлопает густыми ресницами, набирает внутренний номер Ирины, пока я располагаюсь у стойки.

– Вы ошибаетесь. У нас другой заместитель директора. Его зовут Евгений Михайлович, – кратко, опустив глаза, говорит Лиза. – А наш директор – Дарья Николаевна.

Я открываю рот, будто в вакууме оказалась в одно мгновение. Сердце бьется с перебоями, заходясь в груди.

– Этого не может быть! Она моя сестра и работает в клинике, но не здесь! – спорю с молодой пигалицей, которая искоса смотрит на меня.

– Простите, я работаю тут уже почти месяц, и все это время директором была она.

Девушка пожимает плечами, виновато улыбается, а я стою и просто обтекаю, словно ушат ледяной воды выплеснули.

Позади слышу шаги аккуратных каблучков.

Ирина Сергеевна, наш старый кадровик, и подруга моего отца, спешит ко мне. Но в ее строгих, карих глазах скользит явный холод. Она не рада меня здесь видеть.

– Лизонька, это ко мне, – деловито поправляет очки в дерзкой красной оправе.

Проходит через турникет, а я иду за ней следом, по коридору, но только в сторону выхода.

– Ирина Сергеевна, скажите, что происходит? Мой ключ не работает! Как мне попасть на рабочее место? – отрывисто и недовольно цокаю.

– Ольга Николаевна, вы не слишком пунктуальны. Время почти десять, а вы только явились. И какое рабочее место вы хотите, если сами уволились из фирмы?

Ирина спокойно останавливается, складывает руки на груди и скептически на меня смотрит.

– Какое еще увольнение?! Вы о чем говорите? Я заместитель директора, и выходила в декрет в этой должности! Сама в руки вам отдавала заявление! – выговариваю ей.

– Вы ошибаетесь. У меня есть заявление, где вы просите уволить вас по собственному желанию, Ольга Николаевна. И вы уже почти две недели у нас не работаете, – строго, четко говорит Ирина.

– Я ничего такого не писала! Вы подделали заявление! – вскрикиваю, а Ирина делает непроницаемое лицо.

– Если не устраивает, то подавайте в суд, назначайте экспертизу. А голословно меня обвинять не надо! Официально вы у нас не работаете. Трудовую книжку я вам выдала под роспись, а расчет вы получили в кассе. Все чисто, Ольга! Извините, мне некогда!

Ирина делает шаг назад. Натянуто улыбается и поднимает руку, якобы прощаясь со мной.

Слез нет, только невыносимая горечь.

Меня накрывает форменная истерика. Не могу поверить и требую все объяснить!

Как отец мог назначить Дашу, и как она могла меня уволить?

Ирина вызывает охрану, не пускает меня к Дашиному заместителю.

Тут же по ее команде прибегает Дима, молодой человек, который меня пропустил в офис. Он снисходительно предлагает мне выйти самой, покинуть собственную фирму.

– Ольга, простите, но я должен вас выгнать, – извиняясь, Дима берет меня под руку и тихонько выводит на раскаленный тротуар перед офисным зданием.

– Но, как же так?! – выговариваю вслух, сама не своя от досады.

Отхожу на пару шагов и набираю номер Дашки.

Стерва не поднимает трубку, а через пару гудков я, наконец, слышу голос родной сестры.

– Алло, Даша, что происходит? Как ты могла меня уволить? – кричу, требуя ответа.

Дашка так всхлипывает, что я едва узнаю ее голос.

Сестра отшивает меня, как чужую, жестоко и цинично бросает мне:

– Пошла вон. Сюда не звони, поняла?

Вот и все, что она хотела мне сказать. Вот цена ее сестринской любви.

****

От обиды и накрывающего осознания, что все потеряла, я мечусь как тигр в каменных джунглях. Бреду по улицу вдоль высоких зданий, витрин и кафешек. Ноги сами несут меня куда-то.

Экран телефона в руке подсвечивается от входящего вызова. Номер незнакомый, видимо, в спешке забыла сохранить в контактах.

– Алло? – спрашиваю бесцветно и сухо, не ожидая уже ничего хорошего.

– Оля, привет! – радостный голос на том конце трубки принадлежит Алексею. – Ты вчера говорила, что в центр собираешься. Я свободен, может, встретимся?

Веселый голос друга детства сейчас совсем некстати, и меня ничего не радует.

– Леш, я занята. Давай в другой раз. Я сейчас не лучшая компания. Мне нужно заехать за вещами к бывшему мужу домой.

Для Леши, кажется, проблем не существует. Он отвечает с улыбкой в голосе, что бывших мужей не боится, и готов помочь мне.

– Я подъеду за тобой, и домой доставлю в целости. Я все равно хотел с тобой встретиться, а в машине у нас будет время поговорить. Раз ты боишься идти со мной на свидание, Оля.

Соглашаюсь вынужденно, даже лучше, если я буду в доме не одна.

Никогда не думала, что нужно будет перестраховываться. Просто жила своей семьей, любимыми детьми и не видела страшную паутину лжи, которую Даша и Гордеев сплели за моей спиной.

Слова Кости в голове звучат набатом.

«Ты поймешь, что одна не справишься, Оля, и вернешься ко мне», – говорит мне голос, когда-то горячо любимого мужчины…

В машине я прихожу в себя.

До дома Гордеева ехать недалеко, но Леша сворачивает другой дорогой, делает приличный круг.

– Там ремонт, поэтому у нас такой маршрут, – говорит, выворачивая руль. – Расскажи мне, Олечка, что у тебя случилось? На тебе лица нет…

По дороге успеваю вкратце рассказать свою трагичную историю, а Леша только удивляется подлости и коварству моей сестры. Лицо Николаева меняется, стоит мне выдать очередной краткий эпизод последних дней из моего печального настоящего.

Дашка всегда со мной соперничала. Тайно, исподтишка делала козни. А теперь она просто перешла все границы…

Закипаю изнутри и мечтаю отомстить им обоим! Сломать их жизнь так же, как они сломали мою в одночасье!

– Я предлагаю тебе помощь. Найду адвоката, заплачу, кому следует. А там, глядишь, и подпись твою проверим на экспертизе в суде. Гордеев не подкупит всех и вся, и абсолютно все факты он не подтасует.

– Спасибо, Леш. Но ты не обязан меня спасать. Просто ты спросил, я ответила, как все вышло. На эмоциях выдала лишнее. У Антона много связей, не хочу тебя подставлять.

– Нуу… – тянет с улыбкой Леша. – Я рад помочь красивой девушке из моего прошлого. Подумай, а завтра мне скажешь ответ.

****

Сколько раз я входила в наш дом, сколько дней и ночей провела здесь с Антоном. Обустраивала каждый уголок с душой, и все здесь сделано так, как я хотела.

Муж никогда не был против, ему по сути все равно было, какой будет интерьер в нашем доме.

Антону были нужны чистые рубашки, ужин и верная, покорная Оля.

За это Гордеев и взял меня замуж, разрешил любить себя.

А теперь я стала не нужна, мне пришлось уйти практически на улицу с грудными детьми. Начинать с нуля, строить жизнь заново.

Ловко ориентируюсь в знакомых комнатах. Прохожу в нашу с мужем спальню и тут же натыкаюсь на новый, большой чемодан. Помню его, ведь мы вместе с сестрой его выбирали!

– Даша уже свои вещи перевезла, – говорю своему другу. – Этот чемодан мы с ней покупали полгода назад.

– Забей, Оля! Она повела себя просто как дрянь! Нужно радоваться, что все не зашло в еще большую задницу! Эти двое могли тебя довести до лечебницы, и тогда уже никто бы не смог помочь!

Дальше некуда, Леша прав.

Открываю шкаф и нахожу свой чемодан. Начинаю быстро складывать вещи. Без разбора, собираю все: игрушки, детские вещи вперемешку со своими собственными вещами.

Сборы занимают больше времени, чем отвел мне Гордеев, но через полчаса мы с вещами в руках покидаем дом.

Из-за забора торчит знакомая соломенная шляпка.

– Оля, добрый день! А что же, теперь здесь будет новая хозяйка? – с неподдельным любопытством спрашивает моя соседка.

– Спросите об этом Антона. Он лучше знает, кого и куда привести! А мне уже нет дела до его жизни, – сухо отвечаю ей.

А сама в последний раз оборачиваюсь на окна своего бывшего дома.

От Кости уходить было тяжелее. Боль разъедала меня, доводила до исступления. Костю я любила, а сейчас – внутри засела обида. Но не любовь.

– Оль, пойдем! – подбадривает меня Леша.

Мой друг укладывает чемоданы и сумки в багажник. Открывает двери и предлагает мне присесть.

Леша вежливый, добрый и видно, что он за мной ухаживает, как раньше. Но он прав: сейчас мне не до свиданий и новых романтических приключений.

У дома он помогает мне вытащить громоздкие чемоданы и отнести их наверх. Я прощаюсь с ним быстро, на автомате обнимаю. Просто жест благодарности за помощь, ничего лишнего. А вот Леша долго держит меня в объятиях, смотрит в глаза.

– Оля, может, я заеду вечером? Я вчера тебя увидел, и как-то все накатило. Помнишь, мы гуляли с тобой здесь. Первый поцелуй наш, и не только…

– Леш, мы просто целовались. Были молоды и беспечны. А сейчас, прости, не самое лучшее время для любви. Я погружена в свои заботы, – неловко отстраняюсь от него, когда мы уже прощаемся у машины.

– Прости. Я все же не могу просто так тебя оставить, – выдыхает мой друг детства.

Леша делает понимающий вид, просит о встрече завтра или на днях, говорит, что будет ждать меня, сколько нужно. И старые чувства не остыли, а мне сейчас просто не до него.

От соседнего дома отделяется огромный внедорожник, стоит Николаеву сесть в свое авто и отъехать от подъезда дома.

Я спокойно иду к подъезду, а меня сзади окликает громовой голос моего бывшего мужа.

– Оля, стой! – кричит из чёрного авто Лисовский.

Замираю на месте, пугаясь его грозного баса и искаженного ревностью лица.

Все клетки напрягаются, когда понимаю, что он видел наши с Лешей объятия.

Делаю шаг назад, а Константин быстро приближается ко мне....