Глава 23

Константин

В погоне за желанием получить быстрое удовольствие получил массу проблем. И сейчас они дырами зияют в счастливом настоящем.

Я, дети и Оля… Картинку долгожданного счастья нарушает звонок моего зама.

– Костя… кхм… Константин Анатольевич, наша сделка, которую вела Самойлова, временно приостановлена.

Слушаю его, пока спешно влетаю в костюм в нашей с Олей спальне. Жена моя с детьми и ничего не слышит, слава небесам.

Кажется, еще одно упоминание о Жене, и она реально с ума сойдет. Оля какие-то пятна на ее часах увидела, идентифицировала с лаком секретутки на браслете мудака Гордеева.

Не знаю, были ли знакома Женя с мужем моей Оли. Но этот перец кого угодно мог завалить на стол лопатками. Кажется, ему доставляло особое удовольствие дурачить Олю.

Рубашку через пуговицу застегиваю, мысли, как ненужный хлам, отправляю тут же прочь из головы. Галстук рваными движения сбиваю под воротником. А мой зам терпеливо висит на трубке, пока я приведу себя в порядок и вытряхну все мысли из своей головы.

– Петя, мля, можно как-то четче. Ты же знаешь, я шарады не люблю. У меня сейчас дел личного характера невпроворот, а тут ты с неясными угрозами!

– Костя, я не знаю, что она им сказала! Но утром позвонил Никольский и заявил, что сделка временно заморожена, – тяжело и часто дышит зам.

Нервничает, еще бы, на кону такие бабки!

От Жени иного я не ожидал.

После того, как я ее послал, она готова с бубном танцевать голая, лишь бы сделать мне какую-то ощутимую гадость.

И знает, гадина, куда целиться, и как мне сделать больно. А сейчас припекло так, что мама не горюй!

– Костя, поговори с ней. Ну… Зачем с ней цапаться? Она же тебя, вроде как, любит?

– Наивно рассуждаешь, Петя. Женя не девочка, чтобы из-за любви делать тому, кто отказал, такие крупные финансовые пакости.

– Тем не менее, – уже более собранно говорит заместитель. – Давай к ней зашлем переговорщика? Синицын, к примеру? Как думаешь? Они вроде бы дружны. Предложим денег, раз уж она там такая влиятельная дама!

Начальник нашего юридического отдела – бывший Женин любовник. Собственно, с ним она спала до меня.

Выворачивать грязное белье, и вообще делать проблему из-за какой-то обиженной бабы перед всеми своими подчиненными – это крайняя степень.

– Хорошо, я поговорю с ней сам, и с Никольским тоже! Будь готов дать отмашку юристам. Думаю, что Никольский быстро передумает. Он же не дурак, чтобы потерять в нашем лице выгодный контракт?!

Петр Иванович отключается, а я тяжело и шумно выдыхаю матерные слова.

Женя просто стерва упертая! Ее в дверь, а она в окне маячит.

Ведь все идет к тому, что я должен поехать и трахнуть ее. Тогда стерва успокоится, сделает то, что делала все это время Никольскому. И что-то мне подсказывает, что между ними тоже не просто бизнес.

Я одет, собран и дико раздражен случившемуся. Мне сейчас нужно ехать к Даше, пока та не родила и не загремела в роддом. Там уж к ней у меня доступа не будет, при всех моих связях. Терроризировать только что родившую Дашу мне не позволит и отец ее ребенка, гребаный Антоша Гордеев.

В яростном порыве открываю дверь и тут же вижу мою Олю с широко распахнутыми глазами.

– Оля, ты пришла меня проводить на работу? – улыбаюсь ей, как ни в чем не бывало.

Оля действует, как бальзам на старые раны. Лечит меня одним своим присутствием в моем доме.

– Я подумала, может, к Даше мы поедем вместе? Кость, она не будет с тобой говорить. Даша… Я совсем не знала свою сестру, – тихо выдают мои любимые губы.

Подношу руку к ее подбородку, притягиваю к себе и слежу за тем, как она медленно водит глазами по моим губам.

Притягиваю к себе и легко касаюсь ее, так, что пламя внутри рвется фонтаном.

– Оля, мне сейчас нужно отъехать по делам. У меня небольшие трудности с партнерами. А где-то в перерыве я поеду к твоей сестре. Не переживай, если будет артачиться, я зашлю к ней юристов.

Честно, пока слабо понимаю, чем смог помочь Ольге. Кроме, как признать ее увольнение незаконным. Вот, пожалуй, и все. Подпись на дарственной можно отправить на экспертизу. Но если Оля была заморочена после родов, сама разгребала проблемы фирмы отца, воспитывала детей и боролась с гулянками муженька, то…

– Оля, я готов тебе подарить три такие квартиры!

– Мне не нужно, Костя, – говорит мне в губы, уже готовая вырваться на свободу из моих рук. – Я хочу, чтобы Даша все вернула. Так нечестно! Мне не деньги нужны!

– Справедливость для таких скотов – это высшая мера наказания, понимаю, – вздыхаю, поправляя светлые, блестящие локоны Оли, как корону. – Хорошо, я позвоню тебе после того, как встречусь с Дашей.

Обнимаю крепко, не могу надышаться ее ароматом, а Оля только вздыхает рядом со мной.

– Оля, ты очень бледная, – глажу фарфоровую кожу на лице жены. – Поезжай к врачу. Оставь детей с няней. Александра специалист, она и доктора Софию встретит. Не волнуйся и займись своим здоровьем, наконец. Ты мне нужна здоровая и жизнерадостная.

Говорю с ней строго, никак не могу отделаться от этой повелительной интонации.

В моих словах явный подтекст.

Еще одна ночь без любви рядом с ней даст мне тяжелее, чем все те годы, которые прожигал без Оли.

Жду вечера. Сегодня хочу вернуть все тепло и страсть в нашу постель. И никакие уроды вроде ее мужа и сестры нам не помешают.

– Хорошо, я запишусь на прием в больницу, – наконец, соглашается.

– Вот и умница, – упираюсь губами в висок и шепчу какие-то пошлости о том, как ночью ее к себе прижимал.

Оля улыбается, от щекочущего дыхания отдаляется от меня.

Мы выходим из спальни, и тут ее зовет Александра…

****

Я выхожу из дома, оставляю водителя здесь, а сам еду к Жене. В пробках пробираюсь не в офис, а к стервозной бестии.

Странное чувство скользит по венам. Будто снова изменяю Оле.

Квартира Жени в самом центре. Апартаменты моей бывшей любовницы я навещал всего один раз. В тот самый раз, когда она в первый раз стала моей. Хотя, для нашей связи эта фраза звучит слишком уж избито.

После корпоратива мы заехали к ней, чтобы продолжить банкет.

Я хотел выпить, Женя хотела секса. Горячего, быстрого, какой только мог быть в ее состоянии эйфории. Ведь тогда она привела ко мне первого крупного инвестора.

Пока я пил на диване крепкий алкоголь, Женя разделась сама. Прямо в гостиной, будто решила стриптиз станцевать для гостя.

Уже через пять минут хозяйка вовсю ерзала на моих бедрах, издавая громкие, сладкие стоны.

Женщины у меня не было давно. На безрыбье прыткая Женя мне понравилась. Искать никого не нужно, требований ноль. Мой член она любила во всех ракурсах. Без поцелуев, без прелюдий, просто секс.

Иногда удовлетворяла меня в офисе, ничего не требуя взамен. Приезжала ко мне домой она всего лишь пару раз. И часы проклятые успела оставить в последний свой визит…

Весь наш недолгий роман с короткими, горячими эпизодами пестрит передо мной, пока несусь к ней, вырвавшись из адской пробки.

Жара невыносимая набрасывается на меня, когда выхожу из салона. Машину ставлю на парковке, как на раскаленной сковородке.

Не знаю, дома Женя или нет, но что-то подсказывает, что она ждет меня. И к моему приезду готова.

Набираю номер и говорю строго:

– Я приехал. Нужно пообщаться.

– Заходи, – сухо роняет по ту сторону домофона, и двери передо мной открываются.

Поднимаюсь на лифте под самую крышу новенькой высотки, в прозрачных стенках лифта ловлю солнечные зайчики.

А сам ищу по локации, где же сейчас живет Даша. Она забралась далеко, почти на окраине.

Думаю, после Жени отправлюсь к ней. Неловко перед Олей. Я не хочу ей изменять, но пока не знаю, чем закончится встреча с моей помощницей.

Женя встречает меня в тонком кимоно. Шелковый халат облегает ее тонкую талию. Шоколадные волосы по плечам разбросаны крупными кольцами. Я смотрю на нее и почти сразу хватаю сучку за горло.

– Что ты творишь, гадина? – шиплю, толкая ее в квартиру.

– Отпусти, урод! Помогите! – сдавленно говорит Женя.

– Я сейчас тебе шею сломаю, тварь! А часы твои вставлю, куда следует! – рычу на нее.

– Тогда деньги Никольского ты никогда не увидишь! – цедит, ухмыляясь, как болванчик, в моей пятерне.

– И что же ты хочешь?

Пунцовый румянец наполняет щеки Жени. Разжимаю объятия.

– Я хочу тебя. Прямо сейчас займись со мной любовью, Костя? – говорит стерва и снимает кимоно.

Смотрю спокойно на упругую грудь, плоский живот с бриллиантом пирсинга в аккуратном пупке. Женя бросается на меня, обвивает руками шею. Я стряхиваю ее, хотя член моментально напрягается.

Ночь рядом с Олей далась мне тяжело, и я хочу разрядки.

– Ты меня хочешь, – констатирует Женя, смешивая грешное с праведным.

– Я люблю жену, а тебя просто имел, чтобы не дрочить. Да и то, от случая к случаю, – твердо выплевываю ей.

– Она не делает так, как я, – улыбается она и кладет руку на яростно торчащий бугорок на брюках.

Собираю все силы.

Знаю, что Оля меня просто пошлет после этой истории. Не простит и уйдет, если узнает.

Но и Женю я не недооценил.

Пока ехал к ней домой, набрал несколько раз на личный номер Никольского, а тот даже трубку с моего номера не поднял, будто я никто!

– Как они ведутся на тебя? И как я повелся, завязав весь бизнес на одной проститутке! – корю сам себя.

Женя гладит меня руками, разводит полы пиджака и врывается между пуговицами, нагло тараня мою грудь коготками.

– Костя, ты же хочешь денег? А я тебе их дам. Еще много, – улыбается голая Самойлова.

– Оля переехала ко мне, с детьми. Я не буду с тобой спать. Давай о деле, что ты как малолетка озабоченная?! Я дам тебе десять процентов от суммы сделки.

– Мне не нужны деньги! Никольский сделает все, как я скажу! Разве ты не понял, что без меня ты мало что можешь, Костя! И он даст мне больше, просто так, за то, что я разрешу ему меня отшлепать и придушить, как ты сейчас. Но я хочу тебя, твой сладкий…

Женя становится на колени, грудь сводит у моей ширинки и открывает губы, будто готовится взять его.

Цепкими коготками сжимает мой пах, доставляя приятную боль.

Огненные волны из-под ее руки пульсируют от низа живота, едва не доводя меня прямо здесь и сейчас до оргазма.

– Всего один раз, и Никольский подпишет контракт. Так и быть, твоя убогая Оля ничего не узнает. Что скажешь? Можем прямо здесь!

Женя разворачивается своей круглой задницей и оттопыривает ее, плотно вдавливаясь в ширинку моих брюк обнажённой плотью.