Глава 15

Ночной город проносился мимо размытыми неоновыми полосами, но я почти не замечала дороги. В салоне стоял такой густой аромат адреналина и безудержного смеха, что казалось, стоит открыть окно — и он вырвется наружу искрящимся облаком. Мы хохотали, перебивая друг друга, заново переживая каждую секунду того нелепого, яркого и совершенно безумного представления, свидетелями которого стали.

Я искоса поглядывала на Олега. Внутренний критик в моей голове, обычно бдительный и язвительный, на этот раз притих, обезоруженный. Олег был... другим. Настоящим. С него слетела привычная, отполированная до блеска маска высокомерия и едкого сарказма. Сейчас рядом со мной сидел тот самый мужчина, в которого я когда-то влюбилась без памяти, — простой, открытый, с теми самыми искрами в глазах, которые, как мне казалось, давно погасли после нашего развода.

Мне приходилось буквально заставлять себя смотреть на дорогу, а не на его профиль. Руки крепко сжимали руль, контролируя не столько машину, сколько это странное, щекочущее чувство внутри.

«Осторожнее, Лена, — шептал здравый смысл. — Ты просто пьяна от эмоций. Это магическое очарование момента, не вздумай поддаваться».

Но сердце, не знающее логики, предательски колотилось.

Интересно, о чем он думает? Для него это просто удачный вечер? Способ развеяться?

Когда фары высветили знакомые очертания ресторана, где осталась машина Олега, я почувствовала легкое разочарование. Вечер подходил к концу. Я плавно затормозила у входа и повернулась к нему.

— Приехали, — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал буднично.

Олег не спешил выходить. Он откинулся на спинку сиденья, прикрыл глаза и шумно выдохнул.

— Знаешь, я как будто пьян, — признался он, и в его голосе не было привычного вызова. — Столько эмоций сразу... голова идёт кругом. Признаю, Лена, тебе удалось меня удивить. Даже очень сильно.

Я картинно пожала плечами, скрывая за иронией легкое смущение.

— О, спасибо за признание, Олег Романович. Полагаю, этого фееричного шоу будет достаточно в качестве моей искренней благодарности? Будем считать, что мы квиты.

Он открыл глаза и медленно перевел взгляд на меня. В полумраке салона его глаза казались почти черными. Его взгляд задержался на моих губах, скользнул выше, очерчивая скулы, и остановился на моих глазах. В ту же секунду тишина в машине стала плотной. Исчез городской шум, исчез смех — остались только мы вдвоем в этом крошечном замкнутом пространстве.

— Да, — тихо выдохнул он. — Этого более чем достаточно. Спасибо, что подвезла.

Адреналин, который до этого поддерживал меня, начал стремительно улетучиваться, оставляя после себя неопределенность. И, как назло, именно в этот момент о себе напомнило сломанное ребро. Резкая тянущая боль пронзила бок, заставив меня судорожно вздохнуть и прикусить губу.

«Черт, — пронеслось у меня в голове. — Жаль, что у нас не получится того самого внезапного секса в машине, после которого на утро обычно невыносимо стыдно, но так хочется повторить. Классика жанра, но куда мне с такими травмами...»

Я выдавила из себя улыбку, стараясь скрыть гримасу боли.

— В общем, мы в расчете. Так что радуйся: твоя сумасшедшая бывшая жена официально уходит в отставку. Больше я тебя не побеспокою своими сюрпризами.

Олег ухмыльнулся, но дверь так и не открыл. Он сидел неподвижно, разглядывая свои руки, словно видел их впервые.

— Олег, ну же. Пожалуйста, покиньте салон моей кареты. Мне пора домой, баиньки, — поторопила я его, чувствуя, что, если он сейчас не уйдет, я совершу какую-нибудь глупость.

— Не хочу, — вдруг произнес он. Произнес так просто и искренне, что, кажется, сам удивился своим словам.

Я вскинула брови.

— Эй, в каком смысле «не хочу»? Еще пару часов назад ты мечтал избавиться от моего общества.

— Я так устал, Лена... — Он потер переносицу. — У меня в глазах всё плывёт. Предлагаешь мне в таком состоянии садиться за руль? Если уж ты решила взять на себя ответственность за мой сегодняшний досуг, то доведи дело до конца. В конце концов, это из-за тебя я выжат как лимон.

— Из-за меня? — рассмеялась я. — Это из-за Люси! Знаешь, я даже заволновалась, когда она буквально набросилась на тебя там, на сцене. Было бы крайне неловко, если бы у тебя на нё привстал.

— И что тогда? — Олег весело блеснул глазами. — Думаешь, она бы меня не отпустила? Затащила бы в свою «труппу», и я бы начал там выплясывать в перьях? А что... я, честно говоря, даже не особо против. У меня неплохо получается, я же тебе рассказывал. В детстве я всерьез мечтал создать свой бойз-бенд. Хотел танцевать что-то вроде современного к-попа, покорять стадионы.

Я не удержалась и снова прыснула со смеху.

— Олег, ты уже тысячу раз рассказывал мне об этом! Ты выдал мне этот «секрет» еще при нашей первой встрече. На нашем первом свидании, помнишь?

Лицо Олега внезапно смягчилось. В уголках его губ промелькнула тень грусти.

— Точно... и тогда мы тоже сидели в машине. Только за рулем был я.

— Конечно ты, — подтвердила я, погружаясь в воспоминания. — У меня тогда еще не было прав, и это была твоя машина.

— Помню, — он тихо рассмеялся. — Помню, как ты села в машину, вцепилась в телефон с набранным номером 112. Типа, если я окажусь маньяком, ты успеешь нажать на кнопку вызова. Я тогда подумал: «Господи, да она просто психопатка, больше я с ней не встречусь».

Я шутливо толкнула его в плечо.

— Это были только первые пять минут! Потом-то я поняла, что ты никакой не маньяк, а просто парень с очень странными представлениями о танцах. И не говори, что моя предусмотрительность тебя не впечатлила. Ты же сам через два месяца притащил кольцо и предложил мне выйти за тебя замуж. Соскучился по адреналину?

Олег замолчал. Он смотрел в лобовое стекло на пустую парковку, залитую желтоватым светом фонарей. Атмосфера в машине изменилась. Шутки закончились, уступив место чему-то глубокому, тяжелому и в то же время бесконечно хрупкому.

— Наверное, — тихо сказал он. — А может, я просто сразу понял, что с тобой никогда не будет скучно.

Мы оба рассмеялись — смех был коротким, дребезжащим.

— Да ты даже на одно колено опустился, — протянула я, качая головой. Уголки моих губ против воли поползли вверх. — В самую полночь, под грохот салюта. Какая вопиющая банальность... Честное слово, Олег, я не видела ничего хуже даже в самых дешевых сериалах.

— Чего? — он встрепенулся, в его голосе прозвучала притворная обида, скрывающая искреннее недоумение. — Это была классика! Весь город гуляет, огни, романтика...

— Предложение руки и сердца в общественном месте, да еще и в разгар шумного праздника, это худший вариант, Олег! Неужели ты не понимаешь? — я повернулась к нему, всплеснув руками. — Это должен быть интимный момент. Только для двоих. Без посторонних глаз и пьяных криков «Горько!». Это должно принадлежать только нам.

Олег замолчал.

— А я-то, дурак, думал, тебе понравилось, — негромко произнес он. — Иначе зачем бы ты согласилась, а?

Я замерла. В горле образовался комок. Наступила та самая пауза, когда на чаше весов лежит все: честность, гордость, остатки нашего общего прошлого. Сказать или промолчать? Каждое слово сейчас было как шаг по тонкому льду. Мне казалось, что если я признаюсь, это изменит не только наше «сейчас», но и разрушит ту броню, которую я так бережно выстраивала все это время.

— Я согласилась не потому, что мне понравилось, как ты сделал мне предложение, — мой голос звучал на удивление твердо, хотя внутри все дрожало. — А потому, что ты мне нравился.

Пути назад не было. Я впилась в него взглядом, пытаясь найти в его глазах хоть какой-то ответ, но он смотрел прямо перед собой, и его молчание давило на меня. Я не выдержала первой — отвела взгляд, на мгновение прикрыв глаза, чтобы просто перевести дух.

— Просто… «нравился»? — его голос стал ниже, в нем послышалась едва уловимая хрипотца.

Я пожала плечами, глядя на свои пальцы.

— Ну да. На тот момент я знала тебя всего два месяца. Ты мне просто очень нравился, я видела перспективы, но… — я сглотнула, чувствуя, как бешено колотится сердце. — Но полюбила я тебя позже.

Я снова посмотрела на него. Теперь он слушал, затаив дыхание.

— Я полюбила тебя за твой характер. За то, каким ты оказался на самом деле, когда с тебя слетели все эти маски «идеального парня». Наверное, окончательно я поняла это в тот день, когда слегла с пневмонией. Помнишь? У тебя самого тогда была температура под сорок, ты едва держался на ногах, но все равно в первую очередь заботился обо мне. Поил чаем, искал лекарства, не отходил ни на шаг… Вот тогда я точно поняла: я тебя люблю.

Олег едва заметно улыбнулся краешком губ. Он откинулся на спинку сиденья и посмотрел куда-то за лобовое стекло, туда, где в темноте размывались огни фонарей.

— А я… я ведь тоже об этом думал. О том, когда это произошло со мной. И понял, что влюбился в тебя с первого взгляда.

Я недоверчиво хмыкнула, но он продолжил:

— Ты была такой… колючей. Строгой. Постоянно хмурила брови, и я был уверен, что ты меня просто ненавидишь. А потом, в тот же вечер, когда мы разошлись и я подвез тебя до дома… я сидел в машине, смотрел, как ты уходишь, и понял, что ты меня зацепила. Такую сумасшедшую и настоящую еще попробуй найди. Так что, получается, я полюбил тебя с того самого первого вечера.

Атмосфера в машине накалилась до предела. Искренность стала слишком ощутимой, почти осязаемой. Мне стало страшно от этой близости, и я попыталась перевести все в шутку, чтобы не расплакаться.

— Тогда почему ты поцеловал меня только через две недели, если я тебе так сильно «нравилась»? — я приподняла бровь, стараясь придать голосу игривый тон.

Но шутка не сработала. Олег вдруг резко посерьезнел. Мир вокруг замер. Я не успела и моргнуть, как его ладонь легла мне на затылок, притягивая к себе. Его губы обрушились на мои — внезапно, жадно, отчаянно. Он целовал меня так, будто пытался выпить мою душу, размазывая помаду по моим щекам, не щадя ничего.

Я на секунду застыла от шока, но в следующий миг мои пальцы сами зарылись в его волосы. Я ответила с той же яростью, кусая его губы, целуя до головокружения, до тошноты от смешанных чувств. В этот момент не существовало ни прошлого, ни будущего — только этот безумный ритм двух сердец.

Внезапно он остановился. Его руки ослабили хватку. Олег отстранился, тяжело дыша, и пару секунд вглядывался в мои глаза — в них отражалось все мое смятение. И вдруг он отпрянул. Резко, холодно, словно между нами только что не проскакивали молнии.

— Прости, — прошептал он, глядя куда-то в сторону. — Спасибо за вечер. Я… я пойду.

Я даже не нашла, что ответить. Рот приоткрылся в немом вопросе, но он уже вышел из машины. Хлопнула дверь. Я смотрела, как он быстрым шагом идет к своей машине, даже не обернувшись.

Одиночество накрыло меня ледяной волной.

— Козёл! — я изо всех сил ударила кулаками по рулю. — Дура, какая же я дура!

Слезы обиды обожгли глаза. Зачем я на это повелась? Зачем открылась? Чтобы он вот так жестко меня отшил? «Спасибо за вечер, Лена, отличный поцелуй, а теперь гуляй, ты мне больше не нужна».

Я рванула с места, вдавив педаль газа в пол. Мотор взревел, и машина вылетела на дорогу. Я хотела уехать как можно дальше, затеряться в ночном городе, чтобы не видеть и не слышать этого человека.

— Кем он себя возомнил?! — кричала я в пустоту салона. — Думает, я за ним бегать буду? Перебьется!

Когда я добралась до своего жилого комплекса, силы меня покинули. Я заглушила двигатель и просто уронила голову на руль. Боже, как же обидно. Сердце ныло, как открытая рана. Я злилась на него, но еще больше — на себя. За то, что позволила чувствам проснуться. За то, что дала слабину.

«Если есть время на чувства, значит, нет работы, — сурово нашептывал внутренний голос. — Всё, хватит».

Я вытерла одинокую слезу, размазав остатки макияжа. Взяла телефон и твердой рукой заблокировала Олега во всех мессенджерах и соцсетях. С глаз долой. Нас больше ничего не связывает. Он помог мне в деле, я «отплатила» ему… пусть даже ценой этого поцелуя. Плевать.

В этот момент экран мигнул — пришло сообщение от Лизы.

«Я всё рассказала мужу! Ты не представляешь, как он рад! Я так счастлива, Лен, и даже свекровь как-то смягчилась. Еще, как ты и советовала, я подняла вопрос о переезде от родителей, короче, будем присматривать дом. Я сейчас на седьмом небе от счастья, честное слово! А ты как? Как прошел вечер?»

Я шмыгнула носом. Горькая ирония: я разрушила чужую жизнь, помогла подруге обрести счастье, а свою превратила в руины всего за один вечер. По губам скатилась слеза, я слизала ее — неприятный солоноватый вкус разочарования.

Пальцы быстро застучали по клавишам: «Лиза, ну ты молодец! Рада, что ты все уладила. Только не переусердствуй, тебе вредно волноваться, все-таки ты беременна. Я безумно рада за вас. Как купите дом — зовите на новоселье. У меня все хорошо, даже отлично! Вечер прошел продуктивно».

Мы ещё немного поболтали, обсуждая планировку их будущего дома. Это помогло немного отвлечься и унять дрожь в руках. Наконец я нашла в себе силы выйти из машины и подняться в квартиру.

Запирая дверь на все замки, я пообещала себе: никаких воспоминаний. Никаких «а что, если». Только работа. Работа до изнеможения, до потемнения в глазах. Больше я не буду такой дурой. Никогда.