Глава 13

Я чувствую, как во мне закипает ярость. Стараюсь успокоиться. Обхватываю кружку руками и смотрю на маленькие пузырики, которые плавают по краю чашки. Делаю небольшой глоток, смотрю на Машу. Молчу. – Ну что ты молчишь, Алис? – говорит Стася. – Вот, конечно, ты сейчас замолчала. Давай расскажу всем, как ты с ним разводилась и почему? Смотрит прямо на меня. Я вижу это боковым зрением, но к ней не поворачиваюсь. – Расскажи всем, как происходил развод, почему вы развелись, как вы перед этим ругались. А то ты очень классно меня сейчас обвиняешь в том, что я увела твоего мужа, но забываешь о главном. – О главном? – я продолжаю смотреть на свой кофе. – Главное то, что ты начала с ним отношения, когда он еще был в браке. У нас была семья. – Вы уже давно перестали быть парой! – Стася, ты меня успокаивала. Когда я переживала развод, ты была рядом со мной. – поворачиваюсь и смотрю бывшей подруге прямо в глаза. – Ты мне говорила, что Андрей плохой, что он мудак, что он меня недостоин. И я обязательно найду другого мужчину, который будет меня любить и ценить. Ты мне рассказывала, и при всем этом ты сама была этой любовницей. – Ты что-то себя накрутила, не так это было. Я хлопаю глазами. – Что? – Я говорю, не так это было. Да, я тебя поддерживала как подругу. Но я никогда не была на твоей стороне. И не говорила, что ты найдешь кого-то лучше, чем он. Она улыбается. Это какая-то игра, я не понимаю ее правил. У меня ощущение, что она хочет меня свести с ума. Я поворачиваюсь к Маше, ища в ней поддержку, но она только, выпучив глаза, смотрит то на меня, а то на Стасю. – Стась, не перекручивай сейчас всё. Не нужно. Да уже и не важно, как это произошло. Ты же добилась того, чего я хотела? Ты беременна. Андрей твой. В чем еще дело? Почему ты ко мне пристаешь? Чувствуешь угрозу? – Какую угрозу? – усмехается Стася. – Я просто хочу, чтобы все знали правду. Какая ты чокнутая. – Я чокнутая? – Ну да, довела мужика до того, что он от тебя сбежал. Ты знаешь, как говорят, от хороших жен мужчины не уходят. Стася улыбается, делает несколько шагов назад. Кладет руки на живот. – Маша, выйди, я хочу поговорить с ней наедине. Сама понимаешь, вещи довольно интимные и личные. Зачем выносить это на публику? – Ты говоришь, зачем это выносить на публику? – возмущаюсь я. – А сама ты сейчас что устраиваешь? Если бы ты не хотела выносить это на публику, то не вернулась на эту работу. – Почему я не должна возвращаться на эту работу? У меня скоро будет малыш. Мне нужно будет его обеспечивать. Маша медленно встает со своего места и пятится к двери. Я смотрю на нее умоляющим взглядом, не хочу, чтобы она уходила. Но Маша разворачивается и буквально выбегает из комнаты. – Так вот, теперь мы остались одни, – радостно говорит Стася. – Прекрати обсуждать меня с коллегами, а то я тебе устрою сладкую жизнь! – Куда же еще слаще? Я беру свою кружку с недопитым кофе, подхожу к мойке, выливаю кофе, мою кружку ставлю на сушилку, а затем иду к двери. – Просто оставь меня в покое. Ну, вернулась ты на работу – работай. Так давай будем продолжать. Но при этом желательно не общаться. – Нет, так дело не пойдет. – Стася со злостью смотрит на меня, а затем обхватывает свой живот руками и медленно опускается на колени. Я смотрю на нее и не могу понять, что она делает. Она улыбается, а затем резко меняется выражение лица. Испуганная, жалостливая. Стася во все горло начинает кричать. – Помогите, помогите! Мне так плохо, плохо! Помогите! Я стою и не понимаю, что делать. Хочу подбежать к ней, но тут в комнату отдыха забегает Маша и еще несколько наших сотрудников. – Стася, Стася, что случилось? – Она ударила меня в живот! – заявляет бывшая подруга.