15

Тая

Первым моим порывом было бросится к Кариму, обнять его, вдохнуть родной запах. Я даже непроизвольно сделала несколько шагов в его сторону, но вовремя остановилась. Сжала ладони в кулаки. Меня внутри всю колошматило так сильно, я старалась не подавать вида. Было трудно.

— Здравствуй, Таина, — сказал супруг, поднимаясь со стула.

Он начал подходить ко мне.

А я отметила про себя, что он совершенно не подходит к этому месту. Его туфли стоят дороже, чем дом и этот участок вместе взятые.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я.

Нужно похвалить себя, голос почти не трясся.

— Приехал за тобой. Ты хорошо спряталась, — криво улыбается.

— Зря приехал, Карим. Уезжай. Откуда ты вообще узнал, где я?

— Мне пришли интересные документы. Ты подала на развод?

— А тебя это удивляет?

Фаталиев остановился в двух шагах от меня. Протянет руку и сможет дотронуться. Меня начало мурашить, особенно когда он стал осматривать меня с головы до ног.

— Мы можем спокойно поговорить?

— О чем? О твоей новой жене? Или о будущем ребенке? О чем нам с тобой разоваривать?

— О нас.

— «Мы» закончились в тот момент, когда ты решил жениться на другой.

— Между нами ничего не изменилось. Я люблю тебя. Ты моя законная жена.

— Это ненадолго. Подпиши документы о разводе, и мы станем друг другу никем.

— Развода не будет, — жестко отрезает.

— Будет. Нас разведут. Не явишься в суд, и до свидания. Нам нечего делить, у нас нет детей, — на последнем слове мой голос сломался. — Так что разведут нас быстро.

— Я могу сделать так, что развод ты не получишь до конца жизни.

— Мне пофиг, — говорю, скрещивая руки на груди. — Для меня ты — никто. Трус и предатель.

— Хватит, Тая.

— Почему? Не нравится такая правда? Как давно, Карим? Какой срок у твоей жены? Как давно ты мне изменял? Был еще кто-то? Я могла тебе простить все, абсолютно все, но не измену. Никогда измену. Стоит мне только представить, что ты с ней… Боже, меня тошнит от тебя. Ты мне противен!

— А как же и в горе и в радости? Ты сама обещала быть со мной всегда!

— Ага, пока смерть не разлучит нас. А для меня ты умер.

— Я забираю тебя домой.

— Мой дом здесь.

— Здесь? — дергает бровью. — Ты не подходишь этому месту.

Я смеюсь.

— Не подхожу? Я родилась здесь! Это мой дом. Не все же родились с золотой ложкой во рту.

— Отец по тебе скучает, ответь ему хотя бы.

Мне физически больно становится от упоминания Дамира. Я тоже скучаю. Очень. Но он тоже предатель.

— Пусть звонит новой невестке, а про меня забудет. Я не хочу ничего общего иметь с вашей семейкой!

— Блть, просто послушай меня, — взъерошивает волосы. — Просто послушай! Ты не будешь видеть Аиду, никак с ней контактировать, будет все так, как было до нее! Между нами ничего не изменится.

— Ты сам себя слышишь? — повышаю голос. — О вашей свадьбе писали в СМИ! Все знают, что у тебя вторая жена, беременная!

— Пох*й, что они знают, что пишут. Я тебя люблю, Таина.

Я снова смеюсь, но в этот раз смех хриплый, а в уголках глаз собираются слезы.

— Ты так сильно меня любил, когда запихивал свой член в эту девчонку? Меня, наверное, представлял, да? Я не… Зачем, Карим? Ты знал, что меня это уничтожит… Ты выбрал сделать мне больно. Ты сам это сделал с нами! Господи, я пыталась быть идеальной женой, я так пыталась. Я все для тебя делала, абсолютно все. Стала удобной, села дома, терпела нападки твоих родных, потому что думала о тебе. Я за пять лет не посмотрела ни на одного мужчину, потому что всю жизнь о тебе мечтала. Потому что ты идеальный! Потому что ты никогда не обидишь, потому что у нас любовь! А что для тебя любовь? Разве можно любить двух женщин? Можно? Как ты себе представляешь это? Я буду сидеть в доме и ждать, когда ты наиграешься в семью со второй женой? Ощущать ее присутствие, ее запах на тебе! А ребенок⁈ У вас будет ребенок!

— Тая, послушай меня…

— Нет, это ты меня послушай и услышь! Я никогда не встану на пути у ребенка. Я сама росла без отца и не стану причиной того, что еще один маленький человечек будет без папы. Дети не виноваты в ошибках взрослых. Я люблю тебя, Карим, наверное, всегда буду любить. Но не проси меня быть с тобой. Не дави. Ты сделал мне так больно, что я чувствую, как умираю внутри. Я не вернусь и не буду с тобой.

Он в один шаг преодолевает разделающее нас расстояние, я кричу, потому что нельзя, чтобы он дотрагивался до меня, потому что я могу дать слабину. Фаталиев гасит мое сопротивление, в легкие тут же забивается его запах. Я рыдаю в голос, цепляюсь за его рубашку. Моя душа кровоточит.

Что же ты наделал, родной?

Зачем ты так с нами…

— Все будет хорошо, малышка. Все будет. Только будь со мной, — покрывает поцелуями мое лицо. — Я тебя не отпускаю, слышишь? Все будет хорошо.

Не будет. Мы оба это знаем. Нет смысла продлевать эту агонию. Нам будет только хуже.

Я люблю его, Бог свидетель, как сильно я его люблю. Наверное, нельзя так любить. Но я не буду с ним. Я никогда не прощу измену. Когда люди любят друг друга, измена — не секундная прихоть. Это осознанный шаг. Карим сделал его. Когда он переспал с Аидой, он знал, что я уйду от него. Я не наивная дура, я знаю, что спал он с ней не один, даже не два раза. Каждый раз он выбирал не меня, топтался по моему доверию, верности и любви. А теперь эгоистично не хочет отпускать.

Я знаю его, знаю, какой он.

Карим может додавить меня, прогнуть, и в конце концов я предам себя, свои принципы, и что потом? Жить пустой оболочкой? Нет, я не хочу. Не буду.

Есть только один способ избавиться от Фаталиева.

— У меня другой, — хриплю я.

Чувствую, как Карим замирает. Его хватка становится стальной. Он отходит на шаг, заглядывает мне в лицо. Карие глаза сканируют меня.

— Повтори, что ты сказала?

— У меня другой. Я хотела тебе отомстить и переспала с другим мужчиной.

Я говорила это так уверенно, что на секунду даже сама себе поверила, зная, что это неправда. Эти слова кислотой разъедали нутро.

Видела, как у Карима раздулись ноздри, он сузил глаза. Внутри мне хотелось, чтобы он мне не поверил. Он же лучше всех знает меня, я бы никто так не поступила.

— Хорошая попытка, Тая, — наконец-то произнес.

И тут, как в каком-то дешевом фильме залетает Сашка и орет во всю глотку:

— Тайка, цветы и вино купил, гандоны — нет, охренеть дорогие, будем без них! Сегодня кто-то будет шпилиться всю ночь!

Карим резко поворачивается, и мы оба смотрим на Сашу. И тут я понимаю, что вот он, мой шанс. Использовать брата — плохая затея, но выбора нет. Я подхожу к нему и обнимаю за талию. Он ничего не понимает, переводит взгляд с меня на Карима.

— Знакомьтесь, это мой Саша. А это Карим, мой бывший муж, он уже уходит.

Карим смотрит на меня таким взглядом, от которого я хочу спрятаться. В воздухе витает такое напряжение, что становится страшно. Он не говорит ни слова, проходит мимо нас, и через мгновение я слышу, как уезжает его машина.

И только сейчас я могу вдохнуть полной грудью, обмякаю в объятиях брата.

— Это че сейчас было? — спрашивает он ошарашенно.

— Лучше не спрашивай, Саш… Лучше не спрашивай…