Глава 16

Рита – Это тебе на следующий год. – Я отложила розовое платье с оборочками и достала из пакета другое – шерстяное, совсем не ношенное. – Почему на следующий? – Потому что велико будет сейчас. А вот это… – Развернула платье и приложила к дочери. – Как тебе? Мне кажется, самое то. Постираем с кондиционером, и будешь звезда. Мешок с вещами из секонд-хенда, заказанный на маркетплейсе, я забрала ещё вчера вечером. Но руки до него дошли только сегодня. Получился самый настоящий рождественский подарок-сюрприз. Боялась, что вещи окажутся совсем плохими, но нет, даже новая маечка попалась. Милана примерила платье. Я улыбнулась – сидело как влитое. Ещё и тёплое, можно зимой ходить. – Отлично, снимай. Я вытащила две футболки. Одна, видно сразу, маленькая, а вторая – очень даже ничего. Подала дочери и пошла за зазвонившим телефоном. На экране светилась фотография Руслана. Я на долю секунды замешкалась. Вспомнилось вдруг, как вчера Евгений чинил дверцу шкафа. Зачем я это вспоминаю?! Починил и починил, дальше что? – Да, – сказала я холодно. – Привет, Рит. С Рождеством вас. – И тебя с Рождеством. Я посмотрела на залезшую в мешок чуть ли не по пояс дочь. Это она не знает, что отец звонит. Иначе бы вилась около меня. Милана достала красную юбочку и пошла к зеркалу. – Когда вы приедете? – А ты не обнаглел, Рус? С чего ты взял, что мы приедем? – Пожалуйста, Рит. Я дико соскучился по Милане. А сегодня день такой… Вы можете взять по пути пряный чай – устроим маленький праздник. Как раньше… – Неужели тебе не с кем праздник устраивать? – Ты про Лану? – Да, я про твою любовницу. Дочь напевала примитивную песенку. Сама юбку надела и рассматривала себя в зеркале, делая корявые па. – Мам, смотри, – показалась она мне. – Красиво? – Очень. Только наверх надень что-нибудь. А то ты очень странно выглядишь. – Так вы приедете? – снова раздался в трубке голос Руслана. – Лана уехала. Привези Милу, Рит. У нас с тобой могут быть какие угодно отношения, а дочка-то ни при чём. Или ты хочешь лишить её отца? Я опять посмотрела на напевающую Милану. Она тоже по Русу соскучилась. Он ведь в самом деле её папа. Вздохнула и подумала, что, может, он постепенно в себя приходит? Вот уже и дочь увидеть захотел, на Новый год тоже приходил. А дальше, глядишь, совсем плохо без нас будет. Ну что она может, эта его… Лана? Она же даже не знает, как его любимую лазанью готовить. – Хорошо, – сдалась я. – Мы приедем. *** Уже в дверях вспомнила о купленном месяц назад подарке. Вернулась в комнату и нашла в шкафу перчатки со снежинками. – Вот, – вручила дочери. – Папе подаришь. Скажешь, что сама выбирала. – Но я не выбирала. – Ничего страшного. Ты просто скажи, что выбирала – папе будет приятно. – А мы к папе едем? – Угу. Я поправила на ней шапочку и взяла за руку. – Ты соскучилась по папе, да? – Угу, – ответила она. – Мам, а когда мы другие платья будем мерить? – Вернёмся и померяем. Вечером. Ты к папе не хочешь? – Хочу, – ответила она и покосилась на виднеющийся сквозь дверной проём пакет с одеждой. Евгений Сидя за своим столом, я рассматривал брелок-пони. Его мне подарила дочка Риты, когда спинка её кроватки перестала ходить ходуном. Маленькая розовая лошадка с разноцветным хвостом. Поставил её перед собой и откинулся на спинку кресла. И как донести до сестры, что от таких персонажей, как Комаров, ждать ничего не нужно? Рита с её слепой любовью, Лана… – Что вы в нём находите? – процедил сквозь зубы и убрал ключи вместе с пони в карман. Резко зазвонил внутренний телефон. – Да. – Евгений Михайлович, вы просили сказать, если придёт та девушка. Маргарита. – Она здесь? – спросил резко, вскакивая. – Да. Только что вошла. С ней маленькая девочка. – Спасибо, – бросил я и вернул трубку на место. Вышел в холл и, хмурясь, пошёл навстречу. Вовремя: Рита и Милана уже подходили к палате. – Дядя Женя! – радостно воскликнула Мила. – Ой, а почему у вас халат? Вы доктор? Я кивнул, не сводя глаз с её матери. Рита вздёрнула нос. – Что должно случиться, чтобы вы перестали унижаться? – спросил с раздражением. – Милана соскучилась по отцу, – упрямо заявила она. – Это вы соскучились по её отцу. Не приплетайте ребёнка. – Вам-то что?! И что вы вообще о детях знаете?! У вас свои есть, что ли? – Нет. Но кое-что знаю. И точно знаю о взрослых вроде вас. Где ваше чувство собственного достоинства? – С моим чувством собственного достоинства всё в порядке, – ответила она сквозь зубы и потянула дочь к двери, оставив после себя тёплый запах пряного чая. Дверь за ней закрылась. Я выругался и уставился на палату. До меня донёсся звонкий голос Миланы и почти неразличимый – Риты. Голос у неё, заразы, красивый – обволакивающий, чувственный. До мурашек каждый раз, как слышу. И что она ему говорит? Подошёл ближе и напряг слух. – Это не Милана выбирала, а ты, так? – услышал я Комарова. – Мы вместе. С Рождеством, Руслан. Они тёплые, носи. – Это мама купила, – вставила Милана. И что она ему купила?! Лучше бы мне что-нибудь подарила, если на то пошло. Но нет же. Развернулся и дошёл до администратора. – Позови дежурную медсестру, – обратился к ней. – Пусть Комарову поставит укол. – Прямо сейчас? Так у него посетители. – Прямо сейчас. Пусть поставит ему что-нибудь… Витамины группы B. – Они же болючие, – поморщилась она. – Может, не за раз? – За раз. Потерпит.