Глава 20

Рита – Вы чего, тёть Галь? – спросила я у оказавшейся за моей дверью соседки. Только что она колотила так, что я подумала, у нас пожар. – Ты что не открываешь? – проворчала она. – Там к тебе доставщики приехали. Кто им открывать должен? Вон, иди, Наташка их впустила. – Какие ещё доставщики? Я не… Услышала незнакомые мужские голоса, шум из конца коридора. Выглянула и увидела двух крепких мужиков, тащащих нечто огромное. Ладно бы я продукты заказала и забыла, такое хоть и маловероятно, но допустимо, но не заметить почти слона?! – Маргарита Комарова? – сверившись с накладной, спросил один из грузчиков. Я на автомате кивнула. Тётя Галя следила за мной и грузчиками похлеще надсмотрщика. – Кровать новую заказала? – спросила она с подозрением. – Куда нести, хозяйка? – спросил второй мужчина. Я на автомате показала на комнату. Вопрос тёти Гали проигнорировала и прошла следом. – Это ошибка какая-то. Я ничего не заказывала. – Маргарита Комарова же? Я кивнула. – Ну и всё. Что вы мне голову морочите? У вас всё оплачено: и доставка, и сборка, и вынос старой кровати. Место только покажите и не мешайтесь. – Что это за кровать? Я ничего не понимаю. – Полутораспальная. Хорошая, итальянская, из коллекции «Сеньорита Бэлла». – Он посмотрел на игрушки Миланы. – Для девочки самое то будет. – Перевёл взгляд на старую кровать Миланы. – Вот эту меняем? Я напоминала себе китайского болванчика. Может, я пьяная была и не помню, как кровать дочери заказала?! Нет же, не была! Только шампанское и пила в новогоднюю ночь. Вдруг меня осенило. Ну конечно, Руслан! Сколько раз я говорила ему, что надо поменять Миле кроватку, но свободных денег не было. Может, это попытка извиниться? – Простите, а кто сделал заказ? – спросила у приступивших к разбору старой кровати грузчиков. – Руслан Комаров? В дверь опять постучали. Громко и настойчиво. Да что им всем неймётся-то?! Готовая тактично отшить тётю Галю, я распахнула дверь и проглотила возмущения. – Простите, немного задержался, – сказал Строганов, бесцеремонно отодвинув меня в сторону. – Вижу, кровать уже привезли. – Так это вы? – выдавила я. Он странно посмотрел на меня. Сняв пальто и начищенные до блеска ботинки, он без приглашения прошёл в комнату. Ещё вчера валялся с температурой, а сегодня стал тем же Евгением Строгановым без малейших признаков слабости. Я привалилась к тумбочке. Слушала, как он спокойным и уверенным голосом раздаёт указания, помогая при этом со сборкой. Какая же я дура. Руслан?! Да не нужны мы Руслану и нужны уже не будем! Скучает он по дочери?! Отец он её?! Я схватила телефон. «Завтра приеду к тебе. Я хочу развестись с Русланом», – написала я и отправила сообщение Олеське. «Жду в любое время», – ответила подруга, не прошло и пяти секунд, и подкрепила сообщение пятью смайликами с танцующей девушкой. В комнату я не пошла. Ещё минут пять смотрела на дверной проём, в котором время от времени появлялись то грузчики, то Строганов. Мужик сказал – мужик сделал. Крутой мужик сделал, даже если не сказал вслух. А я за кем замужем была столько лет?! Когда-то Рус что-то делал, только когда? Так давно, что и не вспомнить. *** Стало тихо. Я выглянула из кухни. Никого не было, только шарф Строганова висел на вешалке поверх моей дублёнки. Новая кровать выглядела на общем фоне жемчужиной. Изогнутое изголовье украшали кованые цветы и листья с зеленоватым и розовым отливом, а на уголке лежало запечатанное постельное бельё нежно-розового цвета с восседающим на нём игрушечным медведем. Взяв мишку, я провела по пышному банту на шее и посмотрела в глазки. Я считала, что у меня нормальный муж, что Руслан – хороший отец, но, глядя в пластиковые глаза игрушки, вынуждена была признать, что обманываю себя. Нас. Когда Рус Милану в последний раз куда-нибудь водил? А с сыном они когда время проводили? Услышав, что кто-то вошёл, я поспешила в коридорчик. На этот раз, увидев Евгения, не удивилась. – Это лишнее. Зачем вы кровать купили? – Мне очень понравились печенья и конфеты. А мы договаривались только на пирожные. – Да прекратите, Евгений! Я серьёзно с вами говорю. – Я тоже. Благодаря вам, я в отличной форме. Считайте это моей благодарностью. К тому же кровать вашей дочери разваливалась. Или вы хотели подождать, когда она развалилась бы под Миланой? Я набрала полные лёгкие воздуха, чтобы выдать тираду о собственной самостоятельности, и… сдулась. В прямом смысле – выдохнула. – Спасибо, – только и сказала ему. Строганов кивнул и снова стал расстёгивать пальто. – Я холодец приготовила. Почти. Он пока ещё плохо застыл. – Уже? – Ну… – Я пожала плечами. – Что там готовить? Вчера всё купила, с утра поставила вариться. Холодец сварить – не операцию сделать. – Согласен. Но со вторым я справляюсь лучше. Между нами повисло молчание. Неловкое, какое бывает в юности. Я себя и чувствовала девчонкой. Хорошо, что он не догадывался, какие эмоции бушуют в моей душе. – Хотите чай? – Нет. – Не успев разуться, он снял с вешалки пальто, которое повесил только что. – Вспомнил, что есть кое-какие дела. Я тут вам принёс… – Он достал конверт. – Это что? – Я вытащила открытку. Это было приглашение на послезавтра с указанием места. – Буду рад, если вы придёте. – Я… Это как-то странно. Зачем вам меня приглашать? Да у меня и надеть нечего в ресторан. Ещё Мила… – Приходите, Рита. – Он взял меня за руку и посмотрел прямо в глаза. Возражения застыли на языке. Строганов сжал мою руку, и от места, где он касался, побежали тонкие нити тепла. – Приходите, – повторил он глухо. – Я буду вас ждать. Очень.