ГЛАВА 5

* * * – МАРГАРИТА — Прошло две недели. Арсений, по ходу дела, назад не собирался. И я разозлилась, и обиделась на него окончательно и бесповоротно. Мы с Олей, как два генерала перед решающей битвой, начали разрабатывать стратегию моего скорого развода. Нашим главным оружием стала Элеонора Викторовна, адвокат с лицом снежной королевы и биографией, от которой кровь стыла в жилах. После трёх часов в её кабинете я вышла с ощущением, что Арсений не просто потеряет половину состояния, а, возможно, продаст мне ещё и душу. Элеонора Викторовна смотрела на его дело как на личное оскорбление всему женскому роду. Именно в этот момент, когда мы с Олей праздновали наш альянс с адвокатской акулой бутылочкой просекко, в дверь постучали. Нет, не постучали. В неё почти что вломились. Ах, да. Я же замки сменила. – Это он, – без тени сомнения констатировала Оля, с наслаждением допивая свой бокал. – Чувствую по волне дешёвого тестостерона. Готова к бою, моя дорогая подруга? Я кивнула, сжимая в руке телефон с включённой диктофонной записью, одна из многих гениальных подсказок Элеоноры Викторовны. А Оля сказала, что будет снимать видео. Я открыла дверь. На пороге стоял Арсений. Его лицо было искажено гримасой такой ярости, что я на секунду отступила назад. В его глазах не осталось и следа от того мужчины, что целовал мне руки две недели назад. – Что ты натворила, психованная?! – проревел он, переступая порог без приглашения. – Я же сказал, сам приеду за вещами! А ты что?! Выбросила всё в чемоданы, как мусор?! Да ещё облила всё какими-то помоями! Ну, ты и дрянь! Я расправила плечи, представив себя ледяной глыбой. – Добрый день, – произнесла я на удивление спокойным, почти сладким голосом. – А у тебя, я смотрю, голова уже зажила. Очень рада. Что касается твоих вещей… Ну, знаешь, после того как мужчина заявляет, что меняет прежнюю, комфортную, устроенную жизнь на новую, как перчатки, как-то неудобно заставлять его копаться в шкафах. Я подумала, сэкономлю твоё время. Ведь ты теперь так занят… построением гнёздышка с молодой и «плодовитой» самкой. Он побагровел. Его взгляд упал на нашу стильную обувницу в прихожей, и он с силой пнул её носком дорогого ботинка. Дерево зловеще хрустнуло. – К чёрту всё! – зашипел он. – Шмотки – это просто шмотки! Старое останется в старой жизни со старой женой! Оля на кухне фыркнула. – Остро! – крикнула она. – Прямо как в плохом сериале. Продолжай, мне интересно, какие ещё клише ты вспомнишь. Арсений проигнорировал слова Оли, он тыкнул пальцем в мою сторону. – Ты лучше ответь, часы мои швейцарские куда делись?! И дизайнерские галстуки?! Во рту у меня появился вкус сладкой мести. Часы, его обожаемый хронометр за стоимость небольшой иномарки, уже благополучно лежали в сейфе у Элеоноры Викторовны в качестве первого взноса за её услуги. А галстуки… Оля забрала их со словами: «Отличные тряпки, чтобы вытирать пыль или, в крайнем случае, использовать по прямому назначению, если встречу какого-нибудь наивного дурачка». Но если говорить по правде, то Оля просто обожает носить галстуки. Короче, она их прикарманила, а я не возражала. – Часы? – сделала я удивлённые глаза. – Знаешь, я пересматривала наш совместный бюджет. Оказалось, на них ушли огромные деньги. А раз мы теперь не семья, пришлось изъять их из оборота. Как актив. А галстуки… – я повела плечом. – Видимо, где-то затерялись. Наверное, ушли искать новую, молодую, крепкую мужскую шею. Похоже, он был готов взорваться. Из его горла вырвался какой-то хриплый, животный звук. Он, не разуваясь, прошёл в квартиру. Направился прямиком в кабинет. Забрал из стола свои документы и прошёл обратно к выходу. – Встретимся в суде, – бросил он, сжимая документы так, что костяшки пальцев побелели. – Уверен, судья оценит твою… адекватность. – Не сомневаюсь, – парировала я. – И, я уверена, его особенно заинтересует история про то, как успешный бизнесмен бросает жену после пятнадцати лет брака, потому что у неё, видите ли, не то здоровье. Очень трогательно. Оля, наконец, вышла из кухни, окинула ненавистным взглядом Арсения. – Не переживай, Рит. Пусть бежит. Ему же надо успеть, – она сладко улыбнулась Арсению, уже открывавшему дверь. – Его инкубатор, наверное, уже заскучала. Или у неё, не дай бог, овуляция по расписанию, нельзя пропускать! Дверь захлопнулась с таким грохотом, что чуть не отвалилась стена. Мы стояли, слушая, как затихают его шаги за дверью. Оля первая нарушила тишину. – Ну что, подруга? Первая атака отбита. И, я бы сказала, с блеском. Он чуть кондрашку не хватил за свои часики и галстуки! Я медленно выдохнула, чувствуя, как дрожь в руках сменяется странным, холодным спокойствием. Да, это самая настоящая война. – Он ещё пожалеет, Оль, – тихо сказала я, глядя на хлопнувшую дверь. – Он пожалеет, что вообще родился на свет мужчиной с такими замашками. И ведь, что самое страшное… Я и предположить не могла, что он способен быть таким… уродом. Всегда считала его адекватным, порядочным… – Мужчины… Что с них взять? Я опустилась на диван, чувствуя, как адреналин уходит, оставляя после себя пустоту и щемящую грусть. Всё-таки гад он… Столько лет вместе и теперь вот так? Оля, наблюдая за мной, покачала головой и хлопнула себя по лбу. – Всё, хватит. Надо тебя в чувство приводить. Срочно! Давай-ка, начнём поднимать тебе настроение. – Оль, только не по магазинам, – взмолилась я. – И в спа тоже не хочу. – Да кто тебе про спа говорит? – Оля щёлкнула пальцами прямо перед моим носом. – Я не о том! Я о докторе! Я уставилась на неё, не понимая. – Каком докторе? Ты мне уже и психотерапевта нашла? Ну… «спасибо»… – проворчала я. – Какой психотерапевт, Рита, очнись! – всплеснула она руками. – Доктор Антон! Тот самый, красивый, с обаянием на миллион и который охрененно вкусно делает омлет! О-о-о… – Оля, нет, – замотала я головой. – Это будет странно. Две недели я не писала, не звонила, а тут, бац! «Привет, я свободна, давай поужинаем?» Очень… тупо. – Наоборот! – возразила Оля, усаживаясь рядом и забирая у меня из рук телефон. – Никуда ты не пропадала. Ты мариновалась. Как оливка в дорогом мартини. А теперь ты готовый изысканный продукт, и пора тебя подать к столу. К правильному столу! И у него твоего номера нет, если ты забыла, так что это будет логично! Она уже листала мои контакты, нашла заветное имя. – Так, и что мне ему написать? – сдалась я, понимая, что сопротивляться бесполезно. – Надо что-то такое, чтобы он точно не отказался от встречи, – задумалась Оля. – Что-то с ноткой романтики и намёком на твою внезапную доступность. Но без пошлости! Ты не мясо на рынке, ты – деликатес, который сам выбирает, кого отравить. Она протянула мне телефон и начала диктовать, а я, улыбаясь, набирала сообщение. Получилось вот что: «Здравствуйте, Антон. У меня диагностировали острую форму постмужского синдрома, осложнённую приступами неверия в человечество. Единственное лекарство, которое видится в моём случае – это ужин в хорошем ресторане в компании интеллигентного мужчины, не страдающего манией продолжения рода. Готова оплатить свои грёзы и ваше время, ибо подозреваю, что на одну врачебную зарплату этот рецепт не выписать. С уважением, ваша недавняя знакомая Маргарита, которую вы спасали от похмелья и которая внезапно вспомнила, что жизнь слишком коротка, чтобы отказываться от хороших ужинов.» Я перечитала и расхохоталась. – Гениально, скажи! – Оля похлопала меня по плечу. – Отправляй. Прямо сейчас. Пока не передумала и не начала сочинять что-то вроде «Извините, это не я, это подруга телефон взяла». Я набрала воздуху в лёгкие и нажала «Отправить». Сердце заколотилось быстро и я покраснела как девочка, представив, как он будет это читать. – Отправила, – выдохнула я, откладывая телефон в сторону. – Но он пока не в сети. – Отлично! – Оля потёрла руки. – Теперь самое сложное – ждать. Но мы не будем. Мы пойдём и выпьем ещё по бокалу. * * * Мы разлили по бокалам просекко, холодные, игристые слёзы, которые должны были омыть моё «горе», как вдруг мой телефон пиликнул, сообщая о новом сообщении. Я взглянула на экран, и сердце замерло. Антон. – Оль, – прошептала я, делая круглые глаза. – Это он. А вдруг… он меня послал? Ольга, не отрываясь от своего бокала, фыркнула и сказала: – Пф! Если послал, значит, и мы его в ответ пошлём. Не боись, подружка! Открывай, давай. Что там этот рыцарь изволил ответить? Мои пальцы дрожали, когда я открывала сообщение. Я сделала глубокий вдох и начала читать вслух, стараясь, чтобы голос не дрогнул: «Маргарита, здравствуйте. Благодарю за предложение. Признаюсь, оно стало приятным сюрпризом. С большим удовольствием принимаю приглашение и ответно приглашаю вас в ресторан завтра вечером. И, пожалуйста, позвольте мне взять все расходы на себя, я не позволю такой прекрасной женщине тратиться. Будет ли это слишком наглостью с моей стороны, если я заеду за вами… скажем, в семь вечера? С уважением, Антон». Я опустила телефон и уставилась на Олю. Она смотрела на меня, приложив руку к сердцу, с преувеличенно-трогательным выражением лица. – Нет-нет, ты только вдумайся! – вздохнула она, растаяв. – Что за мужчина, а? И доктор, и галантный, и строит фразы, как кружева плетёт! «Не позволю такой прекрасной женщине…» Ах и ох! Нет, ты только посмотри, как ответил! Не «а чё, гоу в клуб, чика», а целое письмо! Настоящий рыцарь в белом халате, скачущий на белом коне-«скорой помощи»! Несмотря на всю её иронию, у меня на душе потеплело. Но тут же накатила привычная паника. – И в чём же я пойду? – с тоской спросила я. – Вся моя одежда – это одно сплошное напоминание об Арсении! Я всё покупала, думая, понравится ли это ему! У меня даже нижнее бельё, всё его любимого цвета! Оля вскочила со стула, и в её глазах зажёгся азартный огонек охотницы. – Вот это, дорогуша, правильный вопрос! Значит, едем по магазинам! Ты же адвокату только одни его дурацкие часы отдала, у тебя ещё полно трофеев. Ты, Ритуся, дама не бедная, так что срочно раскошеливаешься на новое платье. И на туфли. И на бельё. На такое бельё, чтобы этот доктор… ну, ты поняла. Поехали. Я такси вызываю. Она уже тыкала в экран своего телефона, заказывала такси, а я металась в нерешительности. – Оля, подожди! Как думаешь, мне ответить, чтобы он заезжал, или лучше встретиться в ресторане? – Пусть приезжает! – отрезала Ольга, не глядя на меня. – И кстати… Она подняла на меня пронзительный взгляд. – Ты его потом сюда, домой, не приглашай. Мало ли что. Твой экс козёл может явиться за очередными какими-нибудь носками. Нам компромат в виде симпатичного доктора на тебе не нужен. Ты лучше… – она многозначительно подмигнула, – …заранее номер в гостинице забронируй. На всякий пожарный. – Оля! – вспыхнула я. – Я не собираюсь сразу ложиться с ним в постель! Это просто ужин! – О-о-о! – протянула она с игривым прищуром. – Но всё-таки… собираешься, да? Когда-нибудь? В ближайшем будущем? – Оля, иди в задницу, – фыркнула я, но беззлобно. – Идём лучше покупать новое платье, – парировала она. – Точнее, поехали. Машина будет через пять минут. А ты пока этому своему рыцарю напиши, что будешь ждать его у подъезда, как принцесса. Я кивнула, и по телу разлилось странное чувство, смесь страха, азарта и предвкушения. Я быстро набрала ответ Антону: «Заезжайте, пожалуйста, в семь. Адрес вам известен. До завтра, Антон». Отправив сообщение, я посмотрела на Олю, которая уже стояла в дверях. – Ну что? – подбоченилась она. – Готова сменить образ убитой горем жены на образ роковой женщины, у которой завтра свидание с красивым доктором? – Готова, – выдохнула я. – Главное, давай после магазинов сразу поедем по домам, а не по клубам и прочее… – Жизнь покажет, – хихикнула подружка.