Глава 33

К горлу подступала тошнота. Мерзкая и противная, от которой сжимался желудок и саднило горло.

Ульяна смотрела в серые глаза довольного Ильясова и видела в них Аслана. И всю эту свору «уважаемых людей», которые решали, как ей жить и с кем ей жить. Ценник устанавливали.

— Ульяна! — улыбка Ильясова стала ещё шире, но блеск из глаз пропал. — Хотите убить меня взглядом? Я лишь выразил своё восхищение, не более.

— Мне нужно идти, — холодно ответила она, не став подыгрывать имениннику. — С днём рождения!

Получилось совсем нелюбезно, но Уля и так была на пределе. Её останавливало только то, что этот человек помог им с Гордеем избавиться от Шамхалова и его родни. Иначе послала бы его так, как никогда не смела Аслана. Одинаковые! Оба! Неужели Игорь этого не видит?!

— Ульяна! — Ильясов бросился к ней, но натолкнувшись на злобный взгляд, остановился. — Простите, вы меня неверно поняли. Я не хотел вас обидеть.

На «вы« перешёл, и морда вдруг стала виноватой. Но Уля не верила.

— Вы ничего обо мне не знаете, Илья! — её голос дрожал. — Вы меня не знаете! Ни вы, ни ваша дочь! А теперь дайте мне уйти.

Ильясов бросил на неё долгий задумчивый взгляд и сделал шаг назад.

Не сказав ему больше ни слова, Ульяна быстро пошла прочь. Еле удерживая себя, чтобы не побежать. Бежать. Вот что хотелось больше всего. Бежать от этого мужчины, возомнившего себя хозяином, из этого дома, от гостей, для которых она не более, чем любопытная зверушка. От Марьяны и даже от Гордеева. Зачем он привёз её сюда?! Неужели не понимает, как ей здесь? На что рассчитывал? А может..., Уля остановилась, будто споткнувшись. А что если... Если Гордеев такой же, как и они все? А она живёт детскими воспоминаниями?

В кармане штанов завибрировал мобильный.

— Да! — рявкнула Уля.

— Что случилось? — от обеспокоенного голоса мужа стало чуть мягче на душе. — Ты где?

Уля обернулась — в нескольких десятках метрах за ней шёл Ильясов.

— Иду в дом. — И сбросила вызов.

Может, с ней просто истерика, и она видит то, чего нет? Сравнить Гордеева с Асланом! А этот Ильясов, конечно, мерзкий тип, но такие, как он всё привык измерять деньгами, а она сама, разве намного лучше?!

Ульяна завернула за угол дома и едва не налетела на Гордеева. Он словно ждал её — тут же подхватил, не дав опомниться, прижал крепко к себе. Горячее дыхание обожгло кожу.

— Ты дрожишь!

Бурлящая внутри злость рвалась наружу. Уля попыталась вырваться.

— Отпусти!

— Нет, — ответил Игорь. И в этом «нет» было столько спокойной силы, что на миг стало легче дышать.

Уля стиснула зубы. Раздражение кипело, но от его рук становилось и хуже, и лучше одновременно. Сказать или не сказать?! Ей хотелось сейчас же выплеснуть на него всё — свою обиду и унижение, злость и непроходящую боль. Такие как Ильясов всегда будет напоминать ей о том, что было. Будут верить, что могут купить ее в любой момент.

А если Гордеев ей не поверит? Он многим обязан Ильясову, слишком многим. Или ещё хуже — примет его сторону. Она просто не сможет дышать с ним одним воздухом.

— Что случилось? — прошептал Игорь ей в волосы. — Тебя кто-то обидел?

За спиной послышались шаги.

— Проснулся! — раздался голос хозяина дома. Илья протянул руку Гордееву.— А мы с Ульяной уже успели спортом позаниматься. Пошли завтракать.

И не дожидаясь никого, пошёл по ступенькам в дом.

— Это…, — Игорь недоговорил, потому что дверь снова открылась, на пороге возникла Марьяна. Уля инстинктивно ещё больше прижалась к Гордееву.

— Нашёл супругу? — Марьяна подошла ближе и протянула Гордееву дымящуюся кружку с кофе. — Тебе муж с утра потерял.

— Уже нашёл! — Уле не терпелось хоть как-то уколоть эту ровную доброжелательную стерву. — А мне кофе не сделаешь?

Было приятно наблюдать как от удивления вытянулось лицо Марьяны. Но она быстро взяла себя в руки.

— Игорь по утрам любит кофе, твоих привычек я не знаю.

— Я тоже люблю! — глядя в глаза дочке Ильясова, улыбнулась Ульяна и забрала их рук мужа чашку. Сделала глоток. — Вкусно! Спасибо!

Марьяна даже не дрогнула, чуть склонила голову.

— Я рада, что тебе понравилось. Пойдёмте завтракать. Папа уже всё ждёт.

В столовой было шумно. Наконец, Ульяна увидела всех гостей Ильясова. И что любопытно — почти на всех были узкие бриджи. Похоже, здесь часто катаются на лошадях. Сама Уля ни разу не сидела в седле. Она подозревала, что и не сядет.

— Это не проблема! У Ильи есть и пони, и спокойный мерин, — рядом с Ульяной и Гордеевым сели вчерашние знакомые — Кристина и Сергей. То ли они выспались, то ли Кристина слила за ночь весь свой яд, но с утра они оба казались почти милыми.

— Много есть не стоит, но и на голодный желудок кататься не надо. Игорь не зря вам круассан на тарелку положил. Приятного!

Уле даже касаться до еды не хотелось, не то что есть. Но было бы странно и подозрительно, если бы она отказалась. Ей казалось, что Кристина не сводит с неё глаз. Так что пришлось и дальше играть роль довольной всем молодой жены.

— Спасибо, Крис. Я сам позабочусь о своей жене, — шутливо произнёс Гордеев и осторожно коснулся губами виска Ульяны. — Честно говоря, не думаю, что мы будем кататься, но посмотрим. Да, родная?

— Ага! — впервые за день Уля посмотрела на мужа с благодарностью. Может, всё-таки ему рассказать?