Глава 56

Валера с Марьяной давно уехали, а Уля так и стояла, не шелохнувшись. Замерла, не слыша и не чувствуя собственного дыхания. Мир остановился, застыл, время перестало существовать. Но стоит взмахнуть рукой, громко вздохнуть или произнести вслух хотя бы слово, так всё вокруг снова завертится с бешеной скоростью и придется снова чувствовать. А этого Уля не хотела.

И все же дрогнула, пришла в себя, когда за изгородью громко залаяла чья-то собака. Жизнь продолжается, мир никогда не замрет, он даже не заметит, что кому-то так больно, что даже кислород в груди не питает тело, а наоборот сжигает его изнутри.

Уля зябко поежилась, заставила себя медленно пройтись по гостинной. Здесь еще витал дух незваной гостьи, запах ее тонких приятных духов опаляли ноздри. Ульяна закашлялась, подошла к окну, открыла его настеж, вдохнула свежий воздух. Не слишком-то и помогло.

Она огляделась: Марьяна права, здесь и правда многое изменилось. Ульяна старалась переделать все под себя, под свою новую жизнь с Гордеевым. Но ничего своего у нее тут не было, одна иллюзия. Взгляд задержался на телефоне, лежащим на стеклянном столике. Этакая современная версия ящика Пандоры — стоит только открыть…

“Если не веришь, спроси у Гордеева. Он подтвердит мое каждое слово”.

Ульяна быстро ушла в спальню, мобильный остался лежать в гостиной. Не взяла она его и когда вышла из дома. Переодевшись в спортивные штаны и накинув на футболку легкую куртку, Уля побежала вперед.

Кислород в груди жег все сильнее, но она только ускорялась. Бежала подальше от этого дома, который даже не заперла, бежала от телефона, в котором хранились все тайны. Ведь ей стоило только позвонить…

Она свернула с основной дороги, побежала вниз к пруду. Не остановилась, словно за ней гнались, бежала пока чуть ли не врезалась в железные прутья высокой ограды. И громко нервно рассмеялась, заметив на самом верху столба камеру. Они были здесь повсюду. Безопасность же!

Ничего не изменилось, просто клетка стало просторнее.

Уля тут же устыдилась этой неблагодарной мысли. Ее жизнь с Гордеем нельзя сравнивать с тем адом, который творил Аслан. Что бы не сказала, точнее не придумала Марьяна с ее папашей! Гордеев любит ее, а Ильясовы просто боятся, что Игорь перестанет с ними работать. Уля кивнула себе и медленно пошла обратно в дом.

Не может человек так притворяться, она лучше всех знает Гордеева, он всегда любил ее! Огонь в груди перестал жечь, напротив, Уле вдруг стало очень холодно. Она хотела было снова побежать, но ноги вдруг стали тяжелыми, словно к ним привязали гигантские гири. Надо успокоиться, это просто слова обиженной брошенной женщины! Она хочет, чтобы Ульяна запаниковала и закатила истерику, а еще лучше свалила в закат и подала на развод. Тогда Марьяна вся в белом примчится успокаивать обиженного Гордея.

Уля громко выдохнула, прогоняя драматические мысли. Нет, не может быть все так подстроено, убеждала она себя. А с другой стороны… с другой стороны все получилось очень складно, как в игре, где она простая пешка с завязанными глазами.

Дома первым делом Уля схватила в руки телефон. Нет, не для того, чтобы звонить Гордею. Она не готова, не выдержит разговора с ним. Но как же ей хотелось сейчас посмотреть в его глаза, прочитать его мысли и главное — увидеть его душу. А ведь он никогда ее полностью не открывал для Ульяны. Она и правда многого чего не знала — о его делах, договоренностях с Ильясовым, отношений с Марьяной. Что она на самом деле знала о нем?!

Пальцы тем временем быстро набирали фамилию “Шамхалов” в поисковике. Уле настолько было не до Аслана последние недели, что она давно перестала отслеживать новости про эту семью.

Сердце пропустило удар.

Женат! Марьяна не соврала. С экрана телефона на Улю смотрел ее многолетний кошмар — пугающе красивый в идеальном свадебном фраке. Под руку он держал… Уля даже приблизила пальцами фотографию. Невеста, а теперь уже жена Шамхалова была светловолосой голубоглазой русской барышней, явно с лишним весом, несмотря на идеально подобранное платье и правильный макияж. И глядела она на мужа как на самый вкусный торт в своей жизни.

Ульяна зло рассмеялась, быстро пробежалась по скупым строчкам. Большого репортажа со свадьбы с облизыванием деталей не было, да и понятно, почему — девица оказалась дочкой очень крупной столичной шишки.

— Ну вот и тебя купили, Аслан, — прошептала Уля и отложила телефон.

Слова Марьяны теперь становились более объемными, что ли. Все сходилось — семья жены вряд ли закроет глаза на наличие постоянной любовницы. Это вам не скромная восточная девушка, которая и посмотреть на мужа боится. Уля бы еще позлорадствовала — счастливым Аслан не выглядел, несмотря на красивую улыбку на мужественном лице. Но радоваться не хотелось, хотелось плакать.

Получается, Марьяна права? Гордей действительно вписался за нее только для того, чтобы Шамхалова могли спокойно женить? И на самом деле для Игоря она просто незакрытый гештальт?

Рука снова потянулась к телефону, но Ульяна ее тут же одернула. Не будет она делать так как этого хочет Марьяна! Вот приедет Гордеев, и они поговорят. Главное, дотерпеть, продержаться эти дни, сколько бы их не было. А ведь он и правда сорвался, не думая о ее безопасности. Не боялся, что появится Аслан и похитит его жену.

Предательские мысли как десяток маленьких ядовитых змей проникали в душу, больно жалили. Ульяна вскочила на ноги, быстро прошла на кухню, схватила бутылку с водой и залпом ее выпила.

Не помогло. Внутри все кипело от мысли, что ей предстоит целая ночь наедине со своими мыслями и чувствами в полной неизвестности. И она не выдержала.

Слушала длинные гудки в телефоне и не дышала. А потом… Гордеев сбросил вызов. Уля еще несколько секунд, не мигая смотрела на погасший экран.

“Занят, что-то срочное?” — мелькнуло сообщение на телефоне.

— Срочное! — закричала она. — Очень срочное!

Гордеев, к счастью, ее не слышал.

“Набери, как освободишься”, — ответила Ульяна, чуть успокоившись.

Он позвонил только под вечер, и сразу стало понятно, что в ближайшие дни домой не вернется.

— Какие-то долги вылезли по квартире, хотя я всегда все оплачивал, — выдал он устало. — Еще и мать простуду какую-то подхватила, с температурой слегла. А у тебя что? Валера приезжал? Все нормально?

Уля вслушивалась в его голос — такой родной, искренний и не могла поверить, что он от нее столько всего скрывал. Что она для него просто галочка, которую нужно поставить и перевернуть страницу.

— Он приехал вместе с Марьяной, — холодно произнесла, задержав дыхание. В груди кислород снова превращался в огонь. — Ты не знал?

В телефоне возникла неприятная пауза. Уля прикрыла глаза. Пусть Гордеев был далеко, она не видела его, но чутко ощущала его напряжение.

— Это правда, что тебя наняли, чтобы спасти меня от Аслана?

— Ульяна!

— Значит, правда, — горько усмехнулась она. — Марьяна сказала, ты подтвердишь, каждое ее слово. Она и правда знает тебя лучше, чем я.

Гордеев молчал, Уля слышала его тяжелое дыхание, на заднем фоне раздался встревоженный голос свекра.

— Давай так, — наконец выдал Игорь. — Я приеду, и мы поговорим. Меня правда попросили помочь, но все изменилось, Уль! Я люблю тебя! Всегда любил и никогда не забывал. Я понимаю, как это звучит, но услышь меня! Я вернусь и мы поговорим!

Он говорил сбивчиво, глотая слова, иногда прерываясь, чтобы ответить отцу, а Уля лишь молча кивала. Он ее любит. А остальное неважно.

Она в это искренне верила.