Глава 57

Утро началось с головной боли, крепкого кофе и проливного дождя. Ульяна стояла на веранде, укутавшись в ветровку мужа и маленькими глотками пила эспрессо. Мысли по-прежнему были заняты вчерашним разговором с Гордеевым. И мысли эти были невеселыми.

Может, плюнуть на все и рвануть к нему? Пусть его родители будут ей не рады, но сейчас не до них. Каждый день на счету. Кто знает, что еще вскроется? Лучше, чтобы они были вместе. Так будет спокойнее.

Допивая кофе, она для себя уже решила, что после завтрака обязательно посмотрит билеты в родной город и если получится, то улетит сегодня же.

Черный внедорожник, больше похожий на массивный гроб, медленно подкатил к калитке коттеджа. Уля интуитивно дернулась назад в дом. Даже не успела разглядеть, кто в машине, да и вообще, может не к ней приехали.

— Я никого не жду! — сказала она себе вслух. — Никого!

Однако тут же раздался короткий звонок. Бросив взгляд на залитое дождем окно, Уля увидела размытую фигуру под зонтом.

— Я никого не жду, — упрямо повторила и отошла подальше, вглубь комнаты. Не станет она никому открывать.

Но калитка открылась сама.

Фигура человека с зонтом приобрела знакомые очертания. Да и кто еще мог так легко открыть замок? Только тот, у кого есть пульт!

— Не открою, — сжав кулаки, прошептала Уля. — Пусть катится к чертям!

Но запереть дверь она не успела, да и толка от этого не было никакого. Коттедж принадлежал Илье Ильясову, и у него определенно были ключи ото всех дверей в этом доме.

В дверь постучали, и тут же открыли, не став ждать приглашения войти. Уля еще сильнее укуталась в ветровку мужа, словно она могла защитить от непрошенного гостя.

— Привет! Не разбудил? — Ильясов показался на пороге.

Серое пальто от воды превратилось почти в черное, а с лица беспрестанно падали капли. На полу тут же образовалась небольшая лужица.

— Зонт оставил на веранде, — зачем-то сказал Ильясов. — Льет как не в себя, ей богу!

Молчание. Скрестив руки на груди, Уля буравила Илью неприветливым взглядом.

Поняв, что подыгрывать ему и вести светскую болтовню здесь никто не намерен, Ильясов пожав плечами, медленно снял с себя пальто.

— Чаем хотя бы угостишь? А лучше кофе. Чую запах.

— Зачем вы здесь? — Уля не двинулась с места. С непроницаемым выражением лица она наблюдала, как Илья снимает кожаные туфли, а после проходит мимо нее в гостиную.

— Приехал проведать, — он уселся в то самое кресло, в котором меньше суток назад сидела его дочь. — Гордее уехал, оставил тебя одну. Непорядок! Так что насчет кофе?

К горлу подкатило раздражение, Уля даже сжала губы, чтобы не сказать чего лишнего. А Ильясов ждал. И наблюдал за ней.

— Вам какой кофе? — с вежливой холодностью спросила она.

— Сделай такой же как и себе. Интересно узнать твой вкус.

Уля поспешно отвернулась, настолько неприятен был взгляд, которым одарил ее гость. Хотя как он гость? Он здесь хозяин!

Она подошла к кофемашине, решив приготовить самый сладкий раф, не жалея сахара. Вряд ли Ильясов сможет его выпить. Мелкая месть, но так Ульяна чуть отвлеклась.

— Ты не торопилась открывать, вот я и сам зашел, — донесся за спиной голос Ильи. Он, оказывается, пошел вслед за ней. — Ты извини, но это мой коттедж, мало ли что…

— Мы съедем отсюда как можно скорее, — сорвалось с губ Ули. От досады она даже язык себе прикусила, но слов не воротишь.

— Мы? — удивленно переспросил Ильясов.

Уля решительно повернулась. Она не станет больше молчать.

— Да, — она смотрела прямо в серые глаза Ильи. — Мы с мужем съедим отсюда как только появится такая возможность. Очень скоро. Спасибо вам большое, Илья. Вы очень много сделали для меня и для Игоря. Но дальше мы сами.

Лицо Ильясова на пару секунд вытянулось от удивления, а потом он громко рассмеялся. Он радостно хохотал с минуту, наверное, словно ему рассказали что-то очень забавное.

— Вам весело? — не выдержала Уля.

— Очень, — признался Илья, вытирая ладонью глаза. Он подошел ближе, заглянул в кружку, поморщился. — Это я пить не буду. Все приходится делать самому.

Отодвинув Улю в сторону он взял чистую чашку и быстро приготовил себе эспрессо.

— Я знаю, моя дочь тебе все рассказала, — деловым голосом произнес Ильясов и сделав один глоток, зажмурился от удовольствия. — Вот так лучше. Намного.

— И что из этого? — Уля не совсем понимала, чего от нее хочет Ильясов, мечтала лишь о том, чтобы он поскорее убрался. — Еще не факт, что она сказала правду.

— Правду-правду, за это не волнуйся. Это я тебя вытащил из того дерьма, в котором ты оказалась, Ульяна, — он холодно посмотрел на девушку. — Я. А Гордеев просто наёмник. И поступает так, как я ему говорю. Всегда.

— Это ложь! — возмутилась Уля. — Вы ничего не знаете!

— Если б я знал, что все так сложится, я бы не привлекал к этому Игоря. Нашли бы другой способ тебя… нейтрализовать. Эй, не падай в обморок, — Уля чуть отшатнулась, услышав эти слова. — Никто бы о тебя руки марать не стал, но Игорь поклялся, что ваши отношения давно закончились. А теперь моя дочь страдает.

Вот на кого меньше всего был похож Ильясов, так это на заботливого папашу! А он словно читал мысли Ули.

— Я хреновый отец, не спорю, — он сделал еще один глоток. — Но дочь свою люблю и привык выполнять обещания. Тебе пора исчезнуть.

Уля ушам не поверила. Вот так категорично и без двусмысленностей, так свойственных Ильясову.

— Что значит исчезнуть? — она с трудом слержала дрожь в голосе. — Вы…

— Твой брак с Гордеевым закончился. Точнее, ты сама его закончишь, как умная девочка. Ты ведь все понимаешь. Я — не Марьяна, со мной не стоит притворяться.

— Я не притворяюсь! Я люблю… мы любим друг друга!

Это какой-то бред! Почему она вообще должна оправдываться перед этим человеком?!

— Он потеряет все, если останется с тобой, я прослежу за тем, чтобы еще и должен оказался, — Илья аккуратно поставил пустую чашку в раковину и посмотрел на часы. — Он никогда тебе этого не простит. Подумай об этом. Гордеев — очень амбициозен, ты очень плохо его знаешь, девочка. Он столько пахал, чтобы выбраться из дерьма.

— Это вы его не знаете! — бросила Уля, сама не веря в свои слова. Что она знала? Гордеев ей даже сам ничего не рассказал!

— Его ждет большое будущее в моем бизнесе, а ты ему судьбу ломаешь из-за детского эгоизма, — Ильясов и правда разговаривал с ней сейчас как с маленьким ребенком. — Ты же понимаешь, что я не дам ему жизни, если он останется с тобой и нарушит наш с ним договор. А что ты ему дашь, а Ульяна?

Он медленно, снизу вверх прошелся по ней взглядом. Ухмыльнулся.

— Как мужик я его понимаю. Но Гордеев это мой очень ценный актив, Ульяна. Я обеспечу тебя так, как твой сосунок Аслан не мог и мечтать!

— Уходите! — Уля разве что уши себе не зажала, чтобы не слышать Ильясова. — Пожалуйста!

— Мне и правда пора, — Ильясов снова поглядел на часы. — Уговаривать не стану, решай сама. И сними его куртку, это подарок Марьяны.