41
Эскулапы просветили Алекса сверху донизу, за деньги сенатора ни в чем себе не отказывая. Видимо, не так он был беден, как хотел казаться. Или дело было в какой-нибудь загодя оплаченной корпоративной страховке. Это бы всё объясняло. Но детективу было глубоко плевать на источник денег. Его всё устраивало. Алекса и обследовали, и подлечили, и даже выпустили вовремя, чтобы он успел на встречу к назначенному сроку.
Стоило Коллингейму устроиться в аэрокаре, забивая адрес, как комм возвестил о вызове от бывшего напарника. Детектив за всеми этими гостями и заботами совсем забыл о входящих от Олдмена.
- Так нечестно! – заявил Генри сходу.
- Честно, - возразил Алекс. – Тебе – девочки, мне - приключения, - и он рассмеялся недоуменному выражению, мелькнувшем на лице приятеля.
- Как ты? – спросил наконец рыжий.
- Ничего. Видишь, какой красавчик? – он снял очки-гарнитуру, позволяя напарнику взглянуть на «фонари» под глазами. Аппаратные процедуры слегка помогли, и теперь вместо багровых они стали синеватыми с обильной желтизной по краям. Но тоже зрелище не для эстетов.
Генри присвистнул.
- Жаль, не Хэллоуин. На гриме бы сэкономил, - порадовал он непробиваемым оптимизмом. - Я чего звоню. Контактик твой оказался, как ты и ожидал, пустышкой. Но с ВИП-аккаунтом, защищенным от GPS-контроля. Даже не спрашивай, как это возможно. Какое-то колдунство просто.
- Спасибо.
- Да, что там! – отмахнулся Олдмен. – Если еще соберешься куда-нибудь на пивко – зови. Готов постоять на страже общественного порядка, - пообещал он.
- Иди трудись, страж, - ухмыльнулся Коллингейм.
- Рабочий день закончился, герой, - напомнил Генри.
Они распрощались, и Алекс погрузился в более актуальные проблемы. Вчера, с пьяного глаза, у детектива даже сомнений не возникло в необходимости встречи. Сейчас всё уже не казалось столь правильно. Как к этой встрече отнесутся его нынешние работодатели? Вряд ли выдадут премию. Мысль о работодателях заставила Алекса припарковаться подальше. Он подумал, и выложил служебный комм с маячком под сидение. А что? Выпал нечаянно. Бывает.
Народу на улочках было немного. Слегка парило, но мостовые уже высохли, будто не было вчерашнего ливня. Было еще светло. И еще долго будет, часа три-три с половиной точно. Вряд ли кто-то рискнет напасть на него при свете дня, хоть уже и вечер. Но чувство самосохранения нашептывало, что Коллингейм доиграется со всеми этими таинственными свиданиями вслепую…
К крыльцу искомого здания, возвышавшемуся над цокольным этажом, вели ступени. Десять ступенек. Алекс сосчитал. Он всё еще не решил, как будет искать своего визави. Согласно официальной информации, в здании размещались офисы пяти крупных фирм. Может, внутри он найдет какие-то подсказки, вроде плаката или еще какой-нибудь фигни? Входная дверь отъехала в сторону, пропуская гостя в фойе. Детектив огляделся. Нет, надежды на рекламные баннеры жажды или стеков не оправдались. Стены были белыми и пустыми. Слева находились двери лифтов, а напротив входа сидел… портье? Коллингейм, чувствуя себя слегка неадекватом, подошел к стойке. Портье был средних лет, с легкой сединой на висках, в форменном ретро-сюртуке и белых перчатках.
- Добрый день! Я на семь часов к Скотту Клиффорду, - заявил он, надеясь, что сейчас случится чудо, и ему скажут что-то вроде «А, мистер Коллингейм! Вам на седьмой этаж, офис семьсот двадцать».
Но, нет, чуда не произошло. Взгляд портье был столь же непроницаем, как у каменного Сфинкса с Древней Геи. С другой стороны, как на умалишенного он на Алекса тоже не смотрел. Просто сидел и ждал, что будет дальше.
- Жажда… - неловко выдавил детектив.
Правая бровь портье поднялась, словно приглашая продолжить.
- Стек, - скорее выдохнул он, чем произнес, потому что всё происходящее сильно смахивало на подставу.
Сейчас невозмутимый портье нажмет на скрытую кнопочку, и радушная бригада психиатрической неотложки примет его в объятия смирительной рубашки.
Однако портье неожиданно ожил, выскочил из-за стойки и посеменил к крайне правому лифту.
- Мистер в первый раз? – утешающее произнес мужчина.
Коллингейм кивнул. По роду деятельности где он только ни бывал, но в подобном шоу абсурда участвовал, безусловно, впервые.
Портье споро нажал какую-то комбинацию цифр на панели лифта и, осталютовав, вернулся в фойе. Дверцы медленно съехались, и кабина бесшумно поползла вниз.
Внизу Алекса встретил точно такой же портье, в такой же форменной одежде и даже за такой же стойкой. Только фойе было мельче, и лифт здесь был один. И откуда-то сверху звучала классическая музыка.
- Я на семь часов к Скотту Клиффорду, - чувствуя себя, как в Кроличьей Норе, повторил Коллингейм.
- Позвольте ваш идентификационный чип, - склонив голову, вежливо попросил портье.
Придирчиво осмотрев гостя, сверяя с эталоном, он привстал со своего кресла, протянул пластиковый ключ и указал направо:
- Сейчас пройдете десять шагов, налево будет коридор, по нему третья дверь. Приятного отдыха.
Отдыха. Это успокаивало.
Алекс последовал инструкциям. После того, как карта-ключ коснулась панели, раздался щелчок, и дверь отъехала, открывая проход.
Внутри был полумрак. Детектив разглядел пустое широкое кресло напротив входа, небольшой столик с бутылкой и двумя бокалами. Один из них пуст, второй наполовину полон. Его сжимала крупная мужская рука. Это единственное, что можно было разглядеть. Мужчина сидел на втором кресле, которое было обращено ко входу спинкой. Коллингейм шагнул внутрь. Чего уж теперь топтаться на пороге?
Дверь за ним задвинулась, и раздался второй щелчок. «Та-да-та-там!» - тревожно прозвучало в голове в стиле классической музыки, что заполняла помещение. Вместе со щелчком исчез основной источник света. Лишь от правой стены сквозь плотный занавес просачивалось слабое свечение. Глаза привыкли к сумраку, и Алекс различил слева широкую кровать с решетчатыми спинками. Вот, на какой отдых намекал портье.
Алекс прошел вперед и сел в свободное кресло. Напротив сидел Скотт Клиффорд. Он молча поднял бокал, словно чокнувшись, отпил из него.
- Добрый вечер, детектив, - произнес он глубоким голосом. – Наливайте, не стесняйтесь. – он указал бокалом на бутылку. – Расслабьтесь, чувствуйте себя, как дома.
- Спасибо, я вчера уже расслабился, - усмехнулся детектив, складывая руки на груди.
- Кстати, я не понял, кто на вас напал? – спросил Клиффорд таким тоном, будто они перед тем успели обсудить здоровье его женушки, успехи детей, цены на акции и прогноз погоды.
- Уроды какие-то, - поделился Коллингейм, не меняя позы.
Претендент на место в сенате сделал глоток и задумчиво покачал вино в бокале.
- Что это за место? – спросил Алекс, не спеша переходить к главному. Да он и не знал, как нему перейти.
- Это закрытый клуб. Очень закрытый. – Клиффорд сделал акцент на слово «очень». – Вы, детектив, наверное уже ощутили на себе, как сложно сохранить свою личную жизнь в тайне, - с намеком заметил он.
- Имел честь, - кивнул Коллингейм.
- А теперь представьте, как живется тем, кто действительно является известной персоной, - чуть свысока бросил Скотт.
Алекс снова молча кивнул. Во-первых, представлял. А во-вторых, не собирался вестись на подобные дешевые провокации.
- Так вот, здесь, в «Жажде», можно не бояться, что о твоих милых шалостях растрезвонят на всю Мегасеть, - закончил собеседник.
- Но для этого вовсе не нужны журналисты, - возразил Коллингейм. – Достаточно, простого обывателя, жаждущего славы.
- Здесь нет простых обывателей, - спокойно ответил Клиффорд. – И никто из тех, кто сюда допущен, не вынесет ничего за пределы клуба.
- С чего бы это? – полюбопытствовал детектив.
- Потому что за каждого гостя кто-то поручился. И в случае, если этот гость нарушил правила, то наказывать будут поручителя. А поручитель, в свою очередь – нарушителя.
- И за меня поручились вы? – почти утвердительно констатировал Коллингейм.
- Ну, что вы. Зачем мне это нужно? – искренне, как оказалось, ответил Скотт. – Нет, за вас поручился некий Чжан Ли, если вы знаете такого.
Алекс прошел вперед и сел в свободное кресло. Напротив сидел Скотт Клиффорд. Он молча поднял бокал, словно чокнувшись, отпил из него.
- Добрый вечер, детектив, - произнес он глубоким голосом. – Наливайте, не стесняйтесь. – он указал бокалом на бутылку. – Расслабьтесь, чувствуйте себя, как дома.
- Спасибо, я вчера уже расслабился, - усмехнулся детектив, складывая руки на груди.
- Кстати, я не понял, кто на вас напал? – спросил Клиффорд таким тоном, будто они перед тем успели обсудить здоровье его женушки, успехи детей, цены на акции и прогноз погоды.
- Уроды какие-то, - поделился Коллингейм, не меняя позы.
Претендент на место в сенате сделал глоток и задумчиво покачал вино в бокале.
- Что это за место? – спросил Алекс, не спеша переходить к главному. Да он и не знал, как нему перейти.
- Это закрытый клуб. Очень закрытый. – Клиффорд сделал акцент на слово «очень». – Вы, детектив, наверное уже ощутили на себе, как сложно сохранить свою личную жизнь в тайне, - с намеком заметил он.
- Имел честь, - кивнул Коллингейм.
- А теперь представьте, как живется тем, кто действительно является известной персоной, - чуть свысока бросил Скотт.
Алекс снова молча кивнул. Во-первых, представлял. А во-вторых, не собирался вестись на подобные дешевые провокации.
- Так вот, здесь, в «Жажде», можно не бояться, что о твоих милых шалостях растрезвонят на всю Мегасеть, - закончил собеседник.
- Но для этого вовсе не нужны журналисты, - возразил Коллингейм. – Достаточно, простого обывателя, жаждущего славы.
- Здесь нет простых обывателей, - спокойно ответил Клиффорд. – И никто из тех, кто сюда допущен, не вынесет ничего за пределы клуба.
- С чего бы это? – полюбопытствовал детектив.
- Потому что за каждого гостя кто-то поручился. И в случае, если этот гость нарушил правила, то наказывать будут поручителя. А поручитель, в свою очередь – нарушителя.
- И за меня поручились вы? – почти утвердительно констатировал Коллингейм.
- Ну, что вы. Зачем мне это нужно? – искренне, как оказалось, ответил Скотт. – Нет, за вас поручился некий Чжан Ли, если вы знаете такого.
- Госпожа Долли – очень строгая Госпожа. Но если саб будет очень послушен, а у нее будет хорошее настроение, то может наградить.
- Охренеть!
Конечно, Алекс многое слышал про подобные развлечения. И даже, - что уж скрывать, - пару раз заглядывал в порнофильмы подобной тематики. И даже в виртуальную игру как-то играл. За сильную сторону. Без особого фанатизма. Но это было совсем не так, как на галозаписи. Совсем другая энергетика. Это зрелище завораживало.
Звуки не проникали сквозь стекло. Но Коллингейм словно слышал шлепки стека по прорезям на груди. И стон мужика, когда белокурая стерва сжала правый сосок между холеными пальчиками. Он словно на себе ощущал, как носок сапога прошёлся по выпуклости в розовых кружевах. Ч-черт!
- Наслаждайтесь, детектив, - скрывая за смешком возбуждение, откланялся Клиффорд.
Алекс мог поклясться, что Скотт перешел в соседнюю комнату для подглядываний.
Что-то в Госпоже Долли было неуловимо знакомо. Алекс пытался припомнить фильмы и игры. Нет, там образы были совершенно другие. Но эта фигура… Алая помада…
Да ну! Не может быть!