Глава 15

Элла

Они покинули пределы Академии, оставляя позади строгие здания учебных корпусов и переходя в настоящий город.

Вел’Арис — ключевой центр Содружества в галактике Арксион — кипел жизнью.

Здесь располагались резиденции и дипломатические представительства всех разумных рас, а в самом сердце города возвышалось здание Совета — Доминариум, исторический центр власти, где принимались ключевые решения, от которых зависело будущее цивилизаций всего Содружества.

Архитектура города поражала своим многообразием.

Монументальные саргийские залы, возвышающиеся как крепости, с массивными колоннами и гербами древних воинов, хранящими в камне историю их побед. Между ними проходили широкие мостовые, рассчитанные когда-то на драконов в их истинной форме.

Изящные киеланские сады, парящие на террасах-платформах. Деревья с тонкими прозрачными листьями мерцали, отражая мягкие потоки энергии, циркулирующей по городу. Здесь можно было увидеть плавно текущие водные каналы и витиеватые мостики, соединяющие парящие островки, где отдыхали жители.

В другом конце города технические кварталы дреллинов гудели жизнью. Между массивных башен, покрытых металлическими пластинами и энергосетями, проносились дроны-доставщики, прокладывая маршруты в лабиринтах механических заводов и исследовательских лабораторий. Неоновые голограммы вспыхивали над магазинами, рекламируя новейшие гаджеты, импланты и ховер-модули.

Районы наархов разительно отличались от остального города. Их архитектура стремилась к естественной гармонии, подчиняясь ритмам природы. Вместо массивных строений здесь раскинулись открытые галереи с изящными колоннами. Переливающиеся купола, покрывающие общественные здания, меняли прозрачность в зависимости от времени суток, пропуская тёплый свет днём и становясь почти невидимыми ночью.

Материал покрытий улиц поглощал звук, создавая в этом районе почти мистическую тишину. Казалось, наархи не шли, а плыли, их гибкие тела двигались плавно, словно течение воды.

В центре каждого квартала возвышались монолиты, покрытые древними письменами, повествующими о прошлом их народа.

На улицах смешивались культуры — терраны прогуливались рассматривая экзотические товары, аэриалы приземлялись на крыши зданий, фералы быстро сновали между толпой, а в переулках можно было услышать хриплый смех саргийцев, собравшихся на очередное соревнование. Здесь можно было найти всё, что угодно — от роскошных торговых центров до небольших магазинчиков артефактов, от закрытых клубов для элиты до уличных боёв на ставки.

— Итак, чем у вас тут развлекаются? — Варн лениво перекинул сумку через плечо.

— Зависит от вкусов, — улыбнулся Зар, нажимая на панель вызова транспорта.

Перед ними с шипением развернулась капсула-такси, аэромобиль с прозрачной крышей, через которую открывался вид на город.

— Я слышала, что есть трассы для гравирайдеров, — подала голос Лейла.

— О, это звучит интересно, — Варн оживился.

— И, конечно, арены для иммерсивных симуляций, — добавил Зар.

— Не сегодня, — протянула Элла.

Кайлен, до этого момента молчавший, вдруг ухмыльнулся.

— Если хотите экстрима, давайте попробуем Гравбол.

— Гравбол?

— Игра с мячом, на гравибордах, две команды. Цель — набрать очки, перехватывая мяч и доставляя его в контрольную зону.

— А если промахнёшься?

— Летишь вниз, пока гравитационная сеть тебя не подхватит.

— Отлично. Идём.

Гравитационное поле Гравбола парило на несколько метров выше центральной городской арены. Под ним раскидывалась пустота, но тонкая энергетическая сеть служила страховкой — если кто-то терял равновесие, мягкий импульс подхватывал его и возвращал обратно.

Игровая площадка состояла из парящих платформ, которые двигались, меняли высоту и угол наклона, создавая постоянно изменяющееся пространство, к которому игроки должны были адаптироваться на лету.

Иногда на платформах появлялись гравитационные карманы — зоны, где сила тяжести резко снижалась, заставляя игроков балансировать, зависать в воздухе, теряя скорость и контроль.

На противоположных концах арены находились зоны захвата — энергетические сферы, куда нужно было доставить мяч и удерживать его три секунды, чтобы очки засчитались команде. Эти зоны хаотично перемещались, что усложняло игру.

Гравбол был одной из самых популярных игр на Вел’Арисе, и площадка редко пустовала.

Каждый матч длился пятнадцать минут, а команды формировались прямо на месте.

Очередь на входе двигалась быстро. Как только набиралось двенадцать человек, система распределяла их на две команды, и матч запускался.

Когда загорелось электронное табло, приглашая их на поле, Варн потёр руки.

— Отлично. Я в защите.

— Я в нападении, — уверенно сказала Элла.

— А я в полузащите, — усмехнулся Кайлен.

Перед игрой каждому игроку выдали гравиборд — плоскую парящую платформу, которая управлялась движениями тела.

Гравиборды были оснащены импульсными ускорителями, которые активировались, стоило лишь наклониться вперёд, позволяя мгновенно набирать скорость. Стабилизационные сенсоры адаптировались к изменяющемуся наклону платформ, помогая игрокам сохранять равновесие даже на самых сложных участках поля. А встроенные позиционные датчики передавали импульсы, позволяя ощущать расположение мяча, даже не глядя в его сторону.

Элла надела перчатки с микромагнитными сенсорами, которые помогали удерживать мяч, и лёгкую броню, защищающую игрока от травм в случае столкновений.

Перед стартом механический голос судьи произнёс:

— Ваша цель — доставить мяч в зону захвата и удержать там три секунды чтобы получить очко.

— Игроки могут перехватывать, передавать и блокировать мяч.

— Столкновения разрешены, но преднамеренные грубые удары или атаки, способные полностью вывести игрока из игры, запрещены.

— При потере равновесия игрока подхватывает гравитационная сеть, но он теряет пять секунд игрового времени.

— Правила поняли?

Все кивнули.

Мяч взмыл в воздух. Игра началась.

Элла моментально адаптировалась, чувствуя, как гравиборд реагирует на её движения. Она резко ушла влево, ускоряясь, просчитывая траекторию мяча.

Зар уже рванул вперёд, Кора сместилась ближе к центру, Варн прикрывал.

Элла сменила направление, готовясь к манёвру.

Она уже тянулась за мячом, когда заметила боковым зрением движение.

Соперник рванул прямо на неё.

Она напряглась, готовясь к резкому удару, но…

Столкновения не произошло.

Вместо этого она ощутила лёгкое, едва заметное касание на талии — уверенное, направляющее. В тот же миг её гравиборд плавно ушёл в сторону, уводя её с линии удара, прежде чем она успела среагировать сама.

А атакующий, потеряв равновесие, резко качнулся и слетел с платформы.

Она моргнула, пытаясь понять, как это случилось.

И только потом заметила Кайлена, пронёсшегося рядом.

Он выглядел совершенно невозмутимым, словно это был обычный игровой момент.

Элла набрала скорость, но теперь держала его в поле зрения.

Каждый раз, когда кто-то пытался атаковать её, он оказывался рядом, принимая удар на себя.

В очередной раз почувствовав, как его рука на мгновение коснулась её талии, мягко направляя в сторону, Элла замерла на долю секунды.

Тепло пробежало по её коже, пробираясь даже сквозь плотную ткань.

— Ты… — начала она шёпотом, но он даже не обернулся.

— Ты что-то сказала?

— Ты меня опекаешь.

— С чего ты взяла?

— Перестань. Я сама могу о себе позаботиться. Не рассыплюсь от парочки столкновений, — процедила она сквозь сжатые зубы, стараясь не сбиться с ритма игры.

Он повернулся к ней и его глаза сверкнули весельем.

— А может, мне просто нравится тебя обнимать?

Затем развернулся и продолжил играть, словно ничего не произошло.

Элла остановилась, забыв про мяч, платформу и даже игру.

В голове всё ещё звучал его голос.

«А может, мне просто нравится тебя обнимать?»

Она не сразу осознала, что застыла посреди поля, пока Варн не завопил:

— Элла! Ты играешь или нет⁈

Она рывком вернулась в реальность, бросившись вперёд.

Но эта фраза…

Ещё долго не выходил из её головы.

После игры они направились в резиденцию саргийцев — величественный комплекс, с монументальными арками и массивными колоннами, покрытыми замысловатыми барельефами драконов.

Гладкие стены, словно высеченные из цельных глыб камня, поднимались на десятки метров вверх, создавая ощущение неприступной крепости.

— Почему у каждого окна терраса? — удивилась Рина, оглядывая грандиозный фасад. — Здание похоже на улей со множеством входов.

— Дань традиции.

Кайлен провёл рукой по колонне, где на каменной поверхности застыли фигуры летящих драконов. Их распахнутые крылья казались живыми, а хвосты переплетались, будто в вечном вихре.

— Раньше, до Содружества, саргийцы могли перевоплощаться в драконов и свободно летать. Каждое окно было точкой выхода.

Рина посмотрела вверх, на высокие, открытые террасы, выходящие прямо в небо.

— Но ведь сейчас…

Кайлен кивнул, его голос стал тише.

— Сейчас это уже не нужно. Мы утратили эту способность, — он ненадолго задержал взгляд на Элле.

Они прошли дальше, внутрь дворца, по коридорам с высокими сводами и вскоре оказались в огромном зале.

— Что это?

— Зал Памяти.

Фрески, покрывающие стены зала, казались живыми. Их изображения были настолько детализированными, что Элла почти чувствовала, как движутся тени, отбрасываемые фигурами на каменной поверхности.

Драконы. Огромные, величественные, их тела переплетались, формируя круг, в самом центре которого застывшим вихрем полыхал разрыв в реальности.

Рядом с ними стояли другие фигуры. Высокие, тонкие, облачённые в длинные мантии, с вытянутыми лицами и жёлтыми светящимися глазами.

Тарийцы.

Она не знала, почему, но была уверена в том, что это они.

— Драконы объединились с тарийцами, провели ритуал, отдав все свои силы.

— Какой ритуал?

— Они остановили время.

Он провёл рукой по изображению разлома в воздухе, который растекался, будто капли чернил, разделяя пространство.

— Это дало саргийцам шанс уничтожить пришельцев.

— А что стало с драконами?

Кайлен медленно провёл ладонью по изображению огромного дракона.

Его крылья уже не были распахнуты, больше не стремились к полёту. Они обвивали тело, будто защитный кокон, а его глаза были закрыты.

— Они уснули.

Его голос прозвучал словно эхо прошлого.

— На века.

Элла не могла оторвать взгляда.

На фресках тарийцы стояли рядом с драконами.

И их жёлтые глаза светились.

На мгновение у неё перехватило дыхание.

Казалось, что глаза древних существ смотрели на неё из прошлого, молча наблюдая, оценивая.

Она почувствовала лёгкую дрожь.

Что-то тревожило её, но она не могла понять, что именно.

Элла ожидала, что их отправят в один из больших обеденных залов вместе с саргийцами проживающими в резиденции, но, к её удивлению, их проводили в отдельный зал.

Это было уютная небольшая столовая, оформленная в тёплых оттенках охры и тёмного золота. Высокие сводчатые окна, терраса с выходом во внутренний сад.

Слуги, одетые в строгие тёмные мантии, с поклонами усадили их за стол и молча удалились, оставив лишь двух человек, которые начали подавать блюда.

Первое, что поразило Эллу, — запах.

Аромат специй, свежих трав, медленно томящегося мяса — не стерильный запах синтетиков из пищевых синтезаторов Академии, а настоящий, живой, тёплый.

Когда перед ней поставили широкую глиняную тарелку с глубокими бортиками, из которой поднимался пар, она даже на миг забыла, где находится.

— О! Настоящий ужин, а не набор питательных элементов, — с довольной ухмылкой заметил Варн, первым опуская ложку в поданную ему миску. — Великая Тьма, я не думал, что когда-нибудь буду есть еду, приготовленную руками, а не машинами.

— Нравится? — спокойно спросил Кайлен, обращаясь к Элле.

— Очень, — честно призналась Элла, наклонившись чуть ближе к тарелке и вдыхая аромат.

Варн первым откусил кусок хлеба с хрустящей корочкой и закатил глаза.

— Вы только попробуйте это! Хлеб, выпеченный, а не напечатанный! Ну всё. Я могу умереть счастливым!

Рина, до этого сдержанная, тоже осторожно попробовала.

— Это невероятно…

На стол подавались блюда, приготовленные вручную: тушёное мясо, пропитанное густым соусом, хрустящие овощи со специями, мягкий белый хлеб.

Элла поймала себя на мысли, что ест медленнее, чем обычно — будто стараясь насладиться каждым мгновением, запомнить это тепло, этот вкус, эту простую радость.

Эх, сюда бы Лику и Река…

Мысль вспыхнула внезапно, заставляя её замереть с ложкой на полпути к губам.

Как же она соскучилась.

Скорее бы конец месяца.

Ксавир обещал организовать ей звонок по галонету раз в месяц.

Интересно, как они там?

Лика, наверное, завела новых друзей, но всё равно будет жаловаться, что без Эллы скучно.

А Рек…

Рек, скорее всего, опять вляпался в неприятности.

Элла улыбнулась краем губ, но в груди зашевелилась лёгкая тоска.

Нет. Сейчас не время раскисать.

Она мысленно встряхнула себя, сжав пальцы на краю тарелки.

Да, она скучает.

Да, ей не хватает их смеха, подколов, привычного шума вокруг.

Но у неё есть цель.

Она добьётся её.

А потом…

Заберёт их.

А пока что ей надо двигаться вперёд.

Когда ужин закончился, слуги с тем же спокойным почтением проводили их в личные комнаты, выделенные для отдыха.

Её покои оказались просторными и величественными.

Тёмные, насыщенные оттенки в оформлении, массивные окна, и терасса, выходящая в сад.

Но оставаться здесь она не могла.

В комнате казалось слишком тихо, и эта тишина давила.

Она подошла к окну.

Внизу, на каменной площадке, освещённой мягким светом фонарей, стоял одинокий силуэт.

Кайлен.

Она не задумывалась, вышла в сад.

Спустившись, она пересекла площадку и остановилась рядом.

— Можем полетать?

— Здесь слишком много глаз, — сказал он, чуть склонив голову.

— Значит, найдём место, где их нет.

Он не возражал.

Они вышли за пределы сада и начали подниматься по тропе, ведущей на вершину небольшого холма. В воздухе висел запах нагретого камня, смешиваясь с полуденной прохладой.

Наверху находилась каменная площадка, выложенная гладкими плитами, потемневшими от времени. Когда-то она служила тренировочной ареной для молодых саргийцев, осваивающих свою истинную форму. Здесь, под открытым небом, они учились владеть собой, проверяя пределы своего тела, прежде чем впервые взмыть в небо.

Сейчас площадка была пустой, а её граница резко обрывалась, уходя вниз в крутой утёс.

Элла подошла ближе, осторожно выглянув за край, где скалы встречались с водой.

Она повернулась к Кайлену.

— Ты готов?

— Да. Только… — он провёл рукой по затылку, словно не знал, как правильно сформулировать. — Ты не могла бы не смотреть? Я не знаю… вдруг зрелище будет неприятным.

Элла удивлённо приподняла бровь, но не стала задавать вопросов.

Она понимала.

Перевоплощение — это нечто личное, особенно когда не знаешь, как это выглядит со стороны.

Она кивнула, соглашаясь, и, сделав несколько шагов, отвернулась, глядя вдаль на тёмную гладь воды.

— Как скажешь.

Сначала ничего не происходило.

Лишь тишина, нарушаемая лёгким ветерком, пробежавшим по каменной площадке.

Затем — шорох, будто что-то медленно смещалось в пространстве.

Шелест, похожий на разворачивающиеся крылья.

А потом стон.

Глухой, сдержанный, но всё же наполненный болью.

Элла резко повернулась, испугавшись за него.

— Кайлен?

Но в следующий миг все слова застряли в горле.

О!

Она смотрела на него с восхищением.

Мощное тело, гибкая шея, шипастый хвост и огромные перепончатые крылья, которые он расправил во всю ширину, позволяя ей любоваться собой.

Он знал, что впечатляет.

И не собирался скрывать этого.

Она медленно подошла, протянув руку, коснувшись его морды.

— Аургар, ты потрясающий!

Она обняла его, прижавшись к тёплой, чуть шероховатой чешуе.

Дракон издал глубокий звук, почти мурчание.

А затем лизнул её.

Прямо по щеке.

Его язык оказался шершавым, тёплым, и мокрым.

Она вскинула руки, отпрыгнув назад.

— Эй! Кожу мне сотрёшь!

Он снова лизнул её, на этот раз ладонь которую она протягивала к нему, затем другую.

Она заворчала, но смех уже клокотал в груди.

— Ладно-ладно, всё, ты меня умыть что ли решил?

Он загудел, его смех отозвался глубоко в груди, и, повернувшись к ней боком, он лёг на землю.

— Ты серьёзно? — пробормотала она.

Но всё же забралась, усаживаясь между его крыльев, где по бокам торчали костяные наросты, словно естественные поручни, чтобы она могла удержаться на спине дракона.

Он выждал несколько секунд, позволяя ей устроиться, затем напряг мышцы и…

Прыгнул.

Они оттолкнулись от скалы, взмывая в воздух.

Ветер ударил в лицо.

Элла чувствовала, как его мощные мышцы работают под ней, как он выравнивает полёт, и это было…

Потрясающе.

Но внезапно он резко накренился вниз.

Утёс закончился, и они рухнули прямо к воде.

Элла почувствовала, как сердце сжалось.

— Аургар⁈

Но дракон молчал.

Они падали.

Камнем вниз.