Глава 4

Элла

Ксавир не торопился говорить.

— Ты помнишь, что почувствовала когда прогремел взрыв?

Элла нахмурилась.

— Боль, — тихо ответила она. — Пламя. Крики.

— Нет. Не это. Что-то внутри тебя пробудилось. Сила. Твой шрам светился. Твои глаза.

Она резко подняла на него взгляд.

Шрам.

Она дотронулась до виска, пальцы нащупали знакомую грубую кожу. Она вспомнила пульсирующий жар в виске. Голубой газ вырвавшийся из контейнера, клубящийся перед глазами. Дети, исчезающие в воронках.

Она стиснула кулаки.

Ксавир не отводил глаз.

— Когда ты упала в обморок, я был рядом. И знаешь, что я почувствовал?

Он выдержал паузу.

— Моего дракона.

Тишина. Оглушающая.

Она замерла.

— Это невозможно, — прошептала она.

— Возможно, — отрезал он.

Она всмотрелась в его лицо.

Он не лгал.

— Я чувствую тебя, Элла, — его голос стал тише, но от этого только весомее. — Как будто мой дракон тянется к тебе. Как будто ты — детёныш, о котором я должен позаботиться.

Она судорожно втянула воздух.

— Я не знаю, какая именно сила в тебе пробудилась. Но ты не просто так осталась в живых. Я предлагаю подождать и проверить. Вместе.

Элла закусила губу.

— Проверить…

Она медленно кивнула, словно сама себе.

И заговорила.

Она рассказала ему всё что помнила.

Про взрыв.

Про воронки.

Про то, как дети исчезли в них. А очнулись в своих кроватках мгновения спустя.

Про чувство, будто она в вакууме из которого выкачан весь воздух и звуки, вне времени…

— Я не знаю, как это объяснить… Это было… как будто пространство вокруг меня застыло и расслоилось. И я просто… знала, что они не должны там быть. Я не думала. Я просто хотела чтобы они были в безопасности. Оно просто… случилось.

Ксавир слушал молча. Внимательно.

Он задавал вопросы.

Она отвечала.

И почему-то… почему-то доверяла ему.

— Пока мы не будем знать точно, лучше молчать об этом, — сказал он наконец. — Рек был прав.

Она резко замолчала, чувствуя, как по спине пробежал холод.

— Если ты та, о ком я думаю, — сказал он наконец, — то, возможно, это ты создала эти воронки. И ты же их спасла.

Она покачала головой.

— Такого не бывает. Ни у одной расы нет таких способностей.

Но голос её дрогнул.

— Потом… потом была боль. Глубокая, как будто что-то в груди разорвало меня на части. А после… пустота. Она затягивала меня, как будто хотела утащить.

— И пустота эта… была такая знакомая. Там была тишина и покой. Хотелось там остаться. Какое-то странное, знакомое чувство…

Ксавир ответил не сразу.

Он смотрел на неё, но перед глазами стояло другое — пыльная учительская, где он сидел в углу, делая вид, что изучает списки учеников. На самом деле он прислушивался к разговору двух воспитательниц младшей группы — Мары и Терессы, которые негромко переговаривались, раскладывая отчёты.

— Ну и везучая же Меченая, — усмехнулась Мара, перебирая листы.

— И не в первый раз, — отозвалась Тересса. — Эта девчонке всегда везло. Помнишь пожар в технической секции десять лет назад? До сих пор мурашки по коже…

— Да уж, — кивнула Мара, задумчиво потирая лоб. — Тогда младшие были уверены, что она вывела их, а сама не успела выбраться и сгорела. Вот же ж у страха глаза велики. Девочки плакали, кричали, звали её… а она…

— Дрыхла в своей кровати, будто ничего не случилось и даже от шума не проснулась, — закончила Тересса.

Мара покачала головой.

— Ну не скажи. Всё-таки проспала больше двух суток. А потом слегла ещё на неделю.

— Но да, вовремя она заболела, — согласилась Тересса. — А то, может, и сгинула бы в пожаре. Везучая, не спорю. Меченая, да. Но, видимо, счастливой меткой.

Ксавир не подал вида, но разговор запомнил.

И теперь он знал.

Она уже использовала свою силу.

Десять лет назад.

Ксавир помнил, как во время войны корабли Содружества исчезали и появлялись в другом месте — спасённые в последний момент артефактами. Артефактами, заряженными высшими тарийцами.

Они сжимали материю, прорывали искажения, открывали разрывы пространства.

Проходили сквозь него.

И сейчас перед ним стояла девочка, которая должна была умереть дважды.

Но она жива.

Потому что не просто переместилась сама. Она переместила других.

Девочка-артефакт. Тарийка. Высшая.

Ксавир медленно выдохнул.

Теперь он понимал, почему его дракон тянулся к ней.

Только она пока этого не знала.

Но узнает.

Он её подготовит.

— Неважно, веришь ты или нет, — сказал он наконец, наклоняясь ближе, его голос был низким, твёрдым. — Факт остаётся фактом. Ты жива. И дети тоже.

Элла сглотнула.

— И если ты доверишься мне, мы вместе узнаем, что у тебя за дар и как им управлять.

Она крепко сжала пальцы.

— Вот поэтому книги.

Ксавир кивнул.

— Поэтому знания. Поэтому тренировки. Если ты овладеешь своим даром, ты сможешь контролировать его. И поступить в Академию Содружества.

Элла стиснула челюсти.

— А если я не хочу?

Ксавир усмехнулся.

— Тогда ты останешься на этой станции. Если захочешь. Выбор за тобой.

Тишина стала почти ощутимой.

Элла поняла, что он прав.

Она не хотела оставаться здесь.

Но…

— Если я уеду… кто позаботится о них? О Лике, о Реке? Они тоже хотят лучшей жизни. А не копаться в хламе всю жизнь.

Ксавир внимательно посмотрел на неё.

— Тогда это не только твой шанс. Это их шанс тоже.

Элла замерла.

— Если ты станешь кем-то, ты сможешь помочь им. Вытащить их отсюда.

Элла подняла глаза.

— Что мне нужно делать?