Глава 11. Ящер Длинная Нога
На западной стороне озера рос лес. Настоящий густой лиственный лес, хотя изредка в нём и попадались хвойные деревья. Из знакомой флоры я заметил эвкалипты и буки, однако по сравнению с некоторыми деревьями, которые здесь росли – они казались почти карликами. И ещё этот лес был тёмным, прямо-таки погружённым в зелёный полумрак…
Между стволов виднелись кустарники с широкими тёмно-зелёными листьями, а ещё хвощи и тонкая трава. Окажись тут профессиональный ботаник – он впал бы в научный экстаз и не выходил бы из него, пока не каталогизировал бы каждую травинку. Однако мы ботаниками не были – и вместо каталогизации упорно искали место для рейда.
А поскольку самостоятельно найти его в густом лесу было нам почти не под силу, в воздух подняли Птеро, которому лес категорически не нравился. Этот покоритель воздушных потоков и гордый укротитель ветров всегда предпочитал избегать лесов по неизвестной причине.
Зрение у ящера было просто великолепным, и он легко находил в здешнем полумраке всё, что необходимо – вплоть до мелкой букашки. Потому нас особенно удивила его острая нелюбовь к лесу, ведь именно здесь он должен был чувствовать себя как рыба в воде. Даже острые коготки на суставах его крыльев, казалось, были просто созданы для того, чтобы висеть на деревьях, а не об камни стираться. Однако почему-то этот лес Птеро упорно не нравился…
Однако, поддавшись уговорам Плутона, он всё-таки соизволил отправиться на поиски. И очень быстро стало понятно, почему вышронский птеродактиль избегает лесов. Ящер вернулся буквально через полчаса – весь помятый и побитый. Пришлось Кадету сначала накладывать ему на раны тампоны, а нам дружно утешать Птеро – и уже потом узнавать, что произошло. Разговор между Плутоном и ящером длился, вместе с переводом, почти полчаса. Обычно спокойный летун прямо-таки фонтанировал агрессией, раздражением и обидой. На морде у него и без всякого перевода было написано: «Ну я же предупреждал, а вы не верили!».
По результатам общения удалось выяснить то, что, в принципе, он и сам мог бы рассказать Плутону заранее – если бы захотел и счёл нужным. Высокие лиственные леса, на самом деле, состояли из знакомых ящеру по Вышрону растений. И там, в районе крон, проживали извечные враги вышронских птеродактилей… Ну, назовём их вышронскими обезьянами, хотя описание злобных тварей явно пестрело белыми пятнами…
Главное, что удалось узнать – обезьяны эти были весьма сообразительными и строили свои гнёзда в переплетении крон, создавая себе в деревьях просторное жилище, вмещающее от «много» до «очень много» особей. Пока твари жили небольшими семьями, опасность они представляли только для птеродактилей – регулярно забирая их яйца из гнёзд. Но совсем другое дело, если несколько семей объединялись под властью единого вожака. Вот тогда эта орда начинала тащить в гнездо всё, что плохо лежит или не может отбиться. Именно такое гнездо Птеро и обнаружил в ветвях. Так что – да, мы нашли рейдовую зону… И – нет, мы не знали, как туда добраться. Разве что карабкаться на дерево, цепляясь за лианы и любые неровности ствола.
- Скорее всего, эти обезьяны – более молодой вид… – заметил Дойч. – Занявший естественную среду обитания сородичей Птеро. Отсюда и такая лютая вражда. Полезем наверх – и окажемся в их родной стихии. А наши предки её покинули не меньше пяти миллионов лет назад… То есть, формально мы всё ещё умеем лазать по деревьям, ну а фактически давно разучились.
- Не умничай! – буркнул Нагибатор. – Я пока ещё не разучился… Дайте пару ножей, и я залезу куда угодно.
Сразу мы, конечно, наверх карабкаться не стали – гнездо располагалось в нескольких километрах от нас, поэтому пришлось ещё целый час идти по лесу, пока мы не наткнулись на большое пятно тени в траве, практически не освещённой светом солнца – так плотно в выси переплетались ветви и листья.
Нагибатор закинул свой молот за спину, поплевал на руки и начал восхождение по широченному стволу неизвестного дерева. На это стоило посмотреть: гигантский человек с лёгкостью обезьяны и грацией кошки взбирался по вертикальной поверхности, используя лишь естественные трещины – и ножи, которые он загонял в древесину по самую рукоять, удерживая себя на одной руке.
Нагибатор довольно быстро добрался до первых ветвей и исчез в густой кроне. А ещё через минуту вниз слетели две лианы, обвившиеся между собой во время роста – так что получилась своеобразная естественная верёвочная лестница.
Я пошёл первым, справедливо решив, что если на нас наверху нападут, то было бы неплохо Нагибатору помочь. И даже по верёвочной лестнице я всё равно взбирался медленнее, чем наш гигант-тяжеловес. Спустя несколько минут я оказался на широкой ветке, имевшей в диаметре метра два. Ветка наклонно поднималась куда-то в зеленеющую темноту…
- Она ведёт прямо к гнезду этих обезьян! – пояснил мне застывший поблизости Нагибатор. – Я чуть-чуть прошёл вперёд… И знаешь, это страшные создания…
- Большие? – спросил я, удивившись тому, что кто-то ещё может испугать нашего гиганта.
- Не очень, но опасные! Их надо истребить. Это будет благородный поступок!
- Ага…
Стоило мне отпустить лиану, как та напряглась – и вверх начал взбираться следующий ударник. Прикинув, что восхождение в таком темпе займёт не меньше нескольких часов, я отрезал кусок коры, нацарапав на нём, чтобы народ лез с разницей не больше минуты – и отправил вниз в свободный полёт. Надеюсь, поймают…
Когда с разницей как раз в ту самую минуту на ветку выбрались: Тариг, Толстый, Вислый и Дойч – я понял, что поймали и даже учли. Мы с Нагибатором медленно продвигались вперёд, чтобы освободить место для тех, кто шёл следом. К сожалению, стоять на ветке по двое в ряд, если и получилось бы, то всё равно бы было откровенно страшно. Так что отряд растягивался в длинную вереницу – совсем как стая воробьёв на высоковольтках. Надеюсь, электрический ток по стволу никто не пустит… А то с системы станется!..
- Если кто будет падать, громко не орите! – попросил я ударников, которые уже забрались. – Не надо выдавать товарищей…
Подъём всего отряда занял почти три часа. Не потому, что так медленно лезли – просто некоторые вообще лезть поначалу отказывались. Да-да! Боязнь высоты – она такая. Каждый рейд, каждый квест от Системы были суровым испытанием… Весьма последовательно нас били по самым болезненным точкам и скрытым фобиям, и те, кто не сломается, должны были стать просто неубиваемыми существами – без страхов, без жалости и без мозгов (которые отобьют в процессе).
Особенно весело пришлось тем, кто вроде как высоты не боялся, но, стоя наверху, неожиданно захотел справить естественные надобности – причём, срочно. А такое здесь периодически случается, знаете ли… Гигиена плохая, яблоки немытые – вот и привет, жидкий стул. Я на этот раз обошёлся без позорища и стыдобы, но были и те, кому не повезло… Гадить с высоты почти в сотню метров – то ещё удовольствие, наверно.
К сожалению, на этом наши страдания не закончились, потому что ветка, как ей и положено законами ботаники, становилась чем дальше – тем тоньше, а ещё пускала ответвления (иногда и вверх – попробуй обойти!), да и вообще покачивалась на ветру, который здесь, на высоте, порывисто трепал даже плотные кроны деревьев.
Тихая ругань за спиной как бы подсказывала, что всё это не нравится не только мне, но и большей части ударников. Нагибатор, кстати, на все неудобства наплевал с высоты своего роста и просто пёр вперёд. Ему-то хорошо: впереди подвиг, а между Нагибатором и подвигом никаких препятствий не существует. А вот я уже потерял счёт времени, осторожно шагая по шаткому раскачивающемуся мостику из ветвей.
Но всё плохое когда-нибудь заканчивается… Даже вышагивая по ветке дерева, ты либо доберёшься до цели, либо сверзишься, удобрив нижний ярус своими бренными останками. Вот и наш путь закончился – впереди ветвь вливалась в плотное переплетение других таких же толстых побегов от соседних стволов. Сверзиться вниз здесь было уже почти нереально – надо было обладать поистине феноменальным везением. Зато легко можно было переломать руки и ноги…
А ещё в переплетении имелись те, кто мог нам в этом помочь. Странные твари, которых мы за глаза назвали вышронскими обезьянами – на обезьян похожи не были, скорее, на обезьяно-пауков ящероподобного вида. Морды у них были вполне себе рептилоидными – например, как у аллигатора, получившего по носу молотом Нагибатора. Массивные челюсти, имевшие полный набор разного вида зубов – резцы, клыки и премоляры (у Дойча спросите, что за хрень!) прозрачно намекали, что эти прожорливые ребята знают толк во всех видах еды. Ниже шло тело, напоминавшее человеческое или обезьянье – грудная клетка, плечи и длинные верхние конечности, заканчивающиеся четырёхпалой кистью с большим пальцем. На остальных пальцах имелись длинные острые когти.
Но вот ноги… Их ноги, как у пауков, росли в разные стороны, да ещё и коленками наверх. А заканчивались тоже четырьмя пальцами, способными ловко хвататься за всё что угодно. Между ног болтался… хвост! Нет, ну то самое – важное – у мужских особей тоже болталось, но вот хвосты были у всех. Длинный, гибкий, крепкий – на таком можно висеть, совсем как земные мартышки. Кстати, вышронские обезьяны так и делали. Спасибо системе – она не стала нас пытать оригинальным названием и сразу использовала наше.
Рептилия – обезьяна вышронская древесная
Уровень 64
Опасность для игрока: средняя
Средняя опасность – ну-ну… Хомяки вообще были низкие по своей опасности, а чуть мою драгоценную попу не сожрали.
Нас обезьяны заметили сразу: внимательно смотрели своими чёрными глазками и выжидали. Я хотел предложить Нагибатору дождаться Борборыча – пусть составит план. Но гигант уже шёл к переплетению, прямо на ходу доставая молот. Ветка здесь была шириной всего полметра, а он по ней, как по тротуару, двигался. Зато мне идти по ней было страшновато – но пришлось рискнуть, иначе этого Дона Кихота там завалят, пока я доберусь…
Стоило ноге Нагибатора коснуться импровизированной площадки в переплетении ветвей, как поведение вышронских обезьян сразу изменилось. Из разряда «шо-за-тварь?» мы немедленно переместились в категорию «конкурент-убить-срочно!» – и все зверюги, находившиеся поблизости, оскалились, зашипели и ринулись в бой. И было их штук тридцать, не меньше… Но два с половиной метра смелого идиота даже и не думали отступать…
Вы ступили на территорию вышронских обезьян. Нет, они, конечно, отвратительные и глупые создания – но вы-то кто после этого?
На периферии зрения появился счётчик онлайн-трансляции, который медленно, но неуклонно рос…
Первую же обезьяну, которая оказалась в зоне досягаемости, Нагибатор без приветствий и расшаркиваний сразу приложил молотом.
- Вя! – сказала особь, пытаясь выбраться из переплетения ветвей, куда её забил удар.
- Ра! – ответил Нагибатор, снова занося молот.
Однако бить ему пришлось не по ней, а по следующей особи, которая уже подбиралась к нему с хищным выражением морды… Совсем как у рептилоида в каком-нибудь ужастике, решившего ставить опыты над земными политиками с гнусной целью превращения их в безвольных марионеток.
Нагибатор не был согласен становиться марионеткой, да и, строго говоря, политиком он тоже быть не хотел. Он мечтал быть героем, рыцарем, ну а был, как и полагается, просто буйнопомешанным… Поэтому рядом с первой была сурово забита в переплетение ветвей и вторая обезьяна.
- Вя! Вя! – ругались обезьяны на Нагибатора, пока тот примеривался сразу к двум новым тварям.
Ну а здесь, к счастью, подоспел я – иначе быть бы ему биту, «сброшену» и «плоску аки лепёшка коровья». Прыгнувшая к гиганту тварь с удивлением обнаружила на своём пути металлический шипастый шар, а потом обрела честь с ним познакомиться.
Вы нанесли рептилии – обезьяна вышронская 7600 урона
Жизнь обезьяны вышронской 4400/12000
От удара обезьяна полетела прямо на переплетение ветвей и уже оттуда выразила своё отношение к подобным встречам:
- У-у-у! – обиженно заявила она.
- Вя! Вя! Вя! – ответили три забитых в ветви товарки.
Вторым ударом булавы я лишь слегка деформировал череп своего противника, однако этого хватило, чтобы хищная тварь отправилась в мир лучший – и более добрый, чем в игре. Надеюсь, что прямо на вышронскую радугу.
Вы нанесли рептилии – обезьяна вышронская 4400 урона
Жизнь обезьяны вышронской 0/12000
К этому времени ударники уже подтянулись к месту битвы, и я почувствовал некоторую уверенность за свои фланги. Как оказалось, зря. Потому что в воздухе, на переплетении ветвей, флангов у меня было три – а прикрыты были только два. Следующий противник попытался сверху на меня приземлиться, но не рассчитал: я сделал шаг вперёд, и бедная зверюга сама нанизалась на копьё, закинутое за спину, чуть не вырвав его из креплений.
Однако у меня совсем не было времени снимать неудачливую тварь. Поэтому дальше пришлось биться как грёбаный самурай или польский крылатый гусар – с какой-то нелепой фигнёй за спиной. Фигня грустно подвывала, никак не желая издыхать, а заодно внося ужас и трепет в сердца врага. Зато обезьяны, видимо, решили, что я некий особо злобный пришелец, не поленившийся гнусно поиздеваться над пленным соплеменником.
- Ы-ы-ы-ы! – выл за спиной несчастный враг.
- Уо! Уо! – отвечали ей соплеменницы, кидаясь на меня.
В общем, как я понял, чем больше обезьяны кого-то боятся, тем злее они на него бросаются. Мне всё-таки пришлось отступить за спины и снять вышронский трупик с копья.
- Вя! Вя! Вя! Вя! – одобрили мои действия тварюшки, застрявшие в ветвях по вине Нагибатора.
Пока я возился с избавлением от лишнего груза – весь бой закончился. Плоская открытая площадка осталась за нами. Однако это было, грубо говоря, лишь крыльцо перед главными воротами. Само гнездо из ветвей ещё высилось впереди, зияя тёмным зелёным провалом.
- Нагибатор! Ты их в ветви забил – ты и добивай! – заметил Борборыч, указывая на четырёх застрявших особей.
- Я не палач! – заметил гигант. – Это пленники, их надо допросить!
- Вот иди и допрашивай! – посоветовал рейд-лидер. – У тебя есть пять минут, и чтобы добился от них плана гнезда!..
К чести Нагибатора, надо сказать, что он попытался провести допрос. Однако, как и ожидалось – безрезультатно. А потом всё-таки добил обезьян.
- Ну что, как идти? – спросил Борборыч гиганта, когда тот закончил.
- Вя!.. Вя!.. Уо! Ы! Вя!.. Уо! – ответил Нагибатор с совершенно невинным видом.
- А-а-а! – понимающе кивнув, согласился рейд-лидер. – Ну тогда веди!
Гигант скорчил расстроенную морду, но всё-таки не стал огрызаться и пошёл вперёд.
В гнезде было темно. Не кромешная темень, конечно, потому как свет сюда проникал… Но сумрачно и мрачно. А ещё очень грязно. Пол устилали куски шкур, кости и обезьяньи какашки. Почему-то я решил, что обезьяньи – хотя, наверно, любой бы обосрался, здесь оказавшись. И даже бесстрашный решашиарх сделал бы кучу…
И ведь я-то не решашиарх – а всего лишь бедный маленький человечек в большом-большом гнезде. А когда на нас со всех сторон накинулись опасные твари, я понял, что ещё и очень испуганный человечек… И только рёв Нагибатора привёл меня в чувство – вот он если и боялся, то только сильнее злился. Совсем как его вышронские неприятели…
Атаковали нас отовсюду – даже снизу, просовывая лапы сквозь переплетения ветвей, а мы боялись сделать лишний шаг, чтобы не провалиться и внезапно не остаться без ноги. Это пока что снизу лишь когтистые лапы тянулись, а сунь туда что-нибудь – и сразу отгрызут этими своими –премолярами. Драка вышла отчаянная… Хоть обезьяны и не были слишком серьёзными противниками, но как же их было много!.. Впору было сочинять загадки из разряда: сколько обезьян может уместиться на острие копья. Я теперь знаю ответ – всего три. И ещё их никак не получается стряхнуть в процессе, отчего копьё становится очень тяжелым, и энергия прямо на глазах падает…
И знаете, вот это была вовсе не беспощадная бойня – нет. Мы и в самом деле держались из последних сил. Весь мой нагрудник, а ещё наручи и поножи покрылись царапинами, будто я по ним наждачной бумагой водил. Длинная кожаная юбка и вовсе начинала претендовать на гордое звание «мини», а на открытых участках тела болело вообще всё. Казалось, что с меня просто кожу лоскутами сняли…
Самым радостным участником боя был Птеро. Он носился над сражением как гордый, но очень неказистый буревестник – и орал, почти не переставая. В драку, правда, ящер не лез, потому что Плутон ему приказал оставаться в стороне, но очень сильно радовался расправе над древним врагом. Наверно, даже орал сверху что-нибудь оскорбительное: мол, смотрите, неудачники, какая у меня теперь стая – отольются вам слезинки птеродактилевских яиц!
Я даже не сразу понял, что бой окончен… Ещё пару раз ткнул копьём вокруг себя, но единственными шевелящимися врагами были тушки трёх нанизанных обезьян.
- Ну пипец! – высказал общее мнение Кот, тяжело опускаясь на выпуклый изгиб древесной ветви. – Нам нужно выдавать молоко за вредность… А гнездо большое?
- Немаленькое… Ещё пяток залов уместится! – ответил Борборыч. – А не переоценили ли мы свои силы, други мои? Может, вернёмся, пока не поздно?
- Нельзя уходить, оставив мерзавцев без наказания! – гордо возразил Нагибатор под одобрительные крики Птеро.
И вот тут я был с ними согласен. Придут в этот лес рабочие из Шикари – и ищи их потом днём с огнём. Нет, не надо нам было никаких опасных гнёзд поблизости от наших посёлков… Впрочем, сию нехитрую мысль мне пришлось ещё минут десять доводить до бойцов. Хотя я меньше всех хотел бы тут лечь и потерять доспехи с оружием…
Если честно, только в первом зале я за один бой лишился почти двадцати процентов жизни. Травяные тампоны не сильно помогли, но хотя бы остановили кровотечение, попутно снизив боль. К сожалению, они почти закончились, а впереди ещё было огромное гнездо. Пораскинув мозгами, я залез в сумку и достал шкуру, которую до того собирался использовать как накидку от холодов – и пустил её на обмотку конечностей.
Посмотрев на меня, другие ударники последовали моему примеру. Мы с собой всегда таскали разные запасы – просто чтобы были – ведь при прокачанной силе не слишком важны лишние несколько килограммов. Да, подобная «броня» не была панацеей, но зато от порезов острыми когтями какое-то время могла уберечь. Лучше уж потерять тёплую накидку, чем бесполезно истечь кровью…
Гнездо представляло из себя два зала по краям, ещё один зал в центре и разветвлённую сеть переходов. Чтобы добраться до центра, нужно было преодолеть сначала один трёхмерный лабиринт, ведущий ко второму залу, а потом ещё один – чтобы добраться до центра. Бездушная система чётко обозначила цель – уничтожить или хотя бы забрать с собой яйца обезьян. Тогда рейд будет считаться законченным, а вся зона – зачищенной.
А яйца, понятное дело, лежали в самом центре гнезда… На наше счастье, не все обезьяны днём коротали время в своём жилище. Большая часть особей отправлялась на добычу пропитания и, видимо, возвращалась только вечером. К сожалению, вечер уже вступал в свои права. Напасть на нас могли откуда угодно – так что приходилось всё время быть настороже.
Прохождение первого лабиринта заняло почти три часа. Пятеро ударников очень неудачно отправились на перерождение, а я потерял уже сорок процентов жизни – и был отправлен в центр строя, где Кадет вовсю потрошил свои запасы медикаментов, перевязывая раненых. Только Нагибатора не удавалось отвести за спины соратников – он шёл к подвигу и вообще…
Во второй зал мы вывалились неожиданно, и сразу же были яростно атакованы новой разновидностью обезьян. Они были более массивные и неповоротливые, но очень сильные. Этих мы встречали целым лесом копий. Здесь нам уже стало совсем не до вопросов и рассуждений. Одно дело – раскидывать бравыми ударами особей по весу меньше, чем мы, а совсем другое – пытаться отбиться от туши весом за сто кило.
Мелкие обезьяны никуда не делись, но здесь их было явно меньше. Стоя в центре строя, я прикрывал соратников от атак сверху – и пресёк, как минимум, две попытки, поймав врага остриём копья во время прыжка. За десять минут мы потеряли ещё шесть человек, но противники всё-таки закончились – а перед нами открылся путь к самому сердцу гнезда.
Второй лабиринт не был пустым, но там встречались только особи второго вида – массивные и медлительные. В отличие от своих юрких собратьев, они были опасны только тогда, когда доберутся до тебя вплотную, что нас и спасало. Хотя немало проблем доставляли и те враги, кто пытался бить по ногам – снизу. Когти у них были острые, и раны после ударов оставались неприятные и противные.
А в главном зале нас ждала очень длинноногая и карикатурно старая самка обезьян с выпадающей чешуёй… Как я понял, что это была самка? Нет, я особо не приглядывался – просто она, не переставая, визжала фальцетом, вот я и сделал выводы. Двигалась главная обезьяна стремительно, а била больно – и очень сильно. Времени на подготовку она нам вообще не дала. Мы бы все там и легли… Ей понадобилась всего минута, чтобы взломать строй и разметать нас по разным концам зала. А жизней у неё было почти две сотни тысяч… Две!.. Сотни!.. Тысяч!.. Дайте мне такой запас прочности, а!.. И главное – отступать было некуда, поскольку система сразу перекрыла вход серой стеной…
И когда наше позорное поражение было уже практически решённым вопросом, в нарушение всех приказов в атаку отправился Птеро. Как оказалось, он точно знал, что делать с такими особями – хотя бой с рейдовым боссом и дался ему тяжело. Птеро легко увернулся от атак твари, вцепился острыми зубами куда-то ей в шею, рванул плоть – и попытался уйти от когтистой руки. И ведь практически ушёл – только в последний момент получил пару длинных кровавых следов на спине.
Однако его внезапная атака имела потрясающий эффект – обезьяна умирала. Хотя и не была с этим согласна – она всё ещё пыталась добраться до летающего ящера, яростно отмахивалась от нас, но фонтан яркой алой крови говорил о том, что время её стремительно уходит. Птеро победно верещал под сводами зала, а обезьянья самка обиженно шипела. Видимо, по сценарию, она вызывала подмогу, потому что подмога – в лице нескольких крупных обезьяньих особей – как раз подоспела. Но с нами им пришлось сражаться в гордом одиночестве. Обезьяна-мать, которую система обозвала:
Пресмыкающееся – обезьяна-королева вышронская древесная
Уровень 134
Опасность для игрока: босс
отправилась в лучший мир, банально истекая кровью. А вызванная подмога последовала за ней – примерно через пять минут. Хотя, если честно, оставшиеся обезьяны уже не представляли для нас большой опасности – они и сами не рвались в драку. Стоило их королеве покинуть бренный мир, как единая воля рядовых особей исчезла. Теперь каждая из них была сама за себя.
Яйцо в кладке было только одно – королевское. Разбить его или пустить на омлет, унеся с собой? Система предоставила выбор нам. Близнецы начали уговаривать меня забрать яйцо с собой, но тут возмутился Плутон, объясняя, что Птеро ни за что не потерпит такого неприятного соседства. В общем… Мы отдали яйцо Птеро, выделив ему для пиршества дальний угол зала – наблюдать за его трапезой ни у кого желания не было. А пока ящер осуществлял свою вековую мечту и мстил обезьянам, мы собирали трофеи. В награду нам досталась почти сотня серых шаров с умениями, которые мы решили пока не разбирать, а ещё целый набор всевозможных вещей…
Бой завершен! Гнездо вышронских обезьян уничтожено! Вы получаете 187925 опыта (поделен между союзниками).
Набрано опыта – 187925/21567 очков опыта!
Вам присвоен 41 уровень!
Набрано опыта – 166358/46709 очков опыта!
Вам присвоен 42 уровень!
Набрано опыта 119649/103308 очков опыта!
Вам присвоен 43 уровень!
Набрано опыта 16341/103308 очков опыта!
Тот случай, когда целая гора опыта сливает на совершенно бесполезное приобретение… Не нужны мне эти уровни – их у меня обратно отнимают с той же лёгкостью, что конфету у ребёнка. Оставалось только горько вздыхать и жалеть, что я сам не могу выбирать момент повышения уровня. Жаль – ведь было бы неплохо поделиться опытом с теми, кому не повезло отправиться на перерождение в обезьяньем гнезде.
Кстати, длинноногая тварь, едва не убившая всё наше храброе воинство, оказалась знатной коллекционеркой… Нашлись в её запасах и каменные топоры, и кости всевозможных форм и размеров, и копья, и кажаные ошмётки, бывшие некогда неказистой одеждой игроков, и просто куски шкур – в общем, целые залежи всякой рухляди по краям зала. Всё забирать мы не стали – взяли только то, что ещё можно было использовать, хотя перерывали обезьяний склад почти час. Заканчивать обыск пришлось уже при свете факелов, потому что наступила ночь.
День двести двадцать девятый!
Вы продержались 228 дней!
А потом мы ещё долго искали выход из гнезда… Спускаться вниз в темноте так и не решились, поэтому всем отрядом остались ночевать на деревьях – несмотря на подвывания тех, кто ещё не избавился до конца от страха высоты. Обезьяны к тому моменту покинули своё убежище – больше их тут ничего не держало. Без воли поверженной королевы они превратились в обычных вышронских зверей, да к тому же, почти и не агрессивных…
Утром мы спустились на землю и отправились в Шикари – зализывать раны и пополнять припасы.