Глава 22. Сложности штурма
День двести семьдесят первый!
Вы продержались 270 дней!
Солидно-солидно! Скажи, Игрок, что помогло тебе продержаться так долго? Любовь к жизни? Желание отомстить?.. Не отвечай, всё уже известно: тебе было просто лень сдохнуть, вот ты и продолжаешь расходовать кислород и ресурсы, чтобы растянуть своё никчёмное существование. Впрочем, ты почему-то веришь, что существование твоё вовсе не никчёмно, а за это +1 веры тебе.
Мы с Борборычем сидели и смотрели на пламя, разгоняющее ночной мрак… Всё-таки огонь оказывает какое-то удивительное воздействие на человека. Стоит только первым языкам пламени охватить дрова, как внутри рождается чувство защищённости и уюта. Мысли начинают течь размеренно, плавно и легко направляются в нужное русло, а не разбегаются сразу, как тараканы из-под хозяйского тапка.
Во всяком случае, так бывает у нормальных людей, а вот у дебилов, которые не озаботились пожарной безопасностью собственного частокола – у них всё иначе. Мысли разбегаются, руки не знают, за что хвататься, а ёмкостей для доставки воды к месту пожарища катастрофически не хватает. Они бегают, суетятся, кричат, пытаются подстрелить уходящих зигзагами рыжих поджигателей и срочно ищут виноватых среди своих – вот это всё как пить дать!..
Пожар набирал силу…
С формальной точки зрения всё, что вы устроили – это наглая диверсия. Но, пользуясь исключительным правом интерпретировать события на своё усмотрение, объявляю:
Зафиксирован штурм поселения! При победе – вы победите. При поражении – будете наказаны.
Штурм поселения проходит в рамках глобального события «Война Обители с Мысом за железное месторождение»: полученный опыт удваивается, а цена за использование глупости стремительно растёт.
- Чего и следовало ожидать, когда там всё так занялось… – покорно вздохнул Борборыч.
Я на сей раз решил изобразить умного и для разнообразия помолчать. Ничего такого я точно не ожидал, поэтому теперь пребывал в несколько растерянных чувствах. Впрочем, полыхающий на холме огонь быстро возвращал мне душевное равновесие.
- И у тебя, конечно, пока не появилось плана взятия Борисовска штурмом? – уточнил рейд-лидер.
- Как не появилось? Появилось! – удивился я. – Ворваться, убить всех много-много раз… Пока система, наконец, не посчитает, что пора заканчивать.
Система считает, что для взятия поселения надо сделать несколько больше, чем всех убить «много-много» раз.
- Видишь, нужен более подробный план! – решил объяснить мне Борборыч системное сообщение.
- Ну хорошо… – не стал я спорить. – Убьём всех много-много-много-много раз.
Вот, теперь вы явно на верном пути! Дерзайте!
- Ну… Пока у них работает заклинание «огненная стена», всё равно ничего сделать не можем… – решил я неумело сострить.
- Почему это? – удивился Борборыч. – У них на тушение «огненной стены» брошены три четверти населения. Почему бы и не воспользоваться моментом? Вздремнуть мы уже успели. Можно и поштурмовать на тех участках, где не полыхает!
Подремать мы действительно успели. К городу подошли к вечеру, и большой серьёзный лагерь ставить не стали – долгая осада в наши планы не входила никаким боком. Простой расчёт показывал, что Остров сейчас должен срочно собирать новую армию, чтобы от нас отбиться. И если затягивать взятие Борисовска, то можно дождаться этой самой армии прямо себе на голову – ведь до Острова четыре дня пути отсюда.
Так что штурм в любом случае состоялся бы в течение двух дней. А ночевать мы решили под открытым небом рядом с кострами. Романтика!.. Только что прошедший шторм обещал нам жару ещё на неделю-две, так что в серьёзных укрытиях пока необходимости не было. После ужина бойцы пристроились кто где – и принялись отсыпаться и отдыхать. Многие к тому моменту, когда Рыжие ушли на диверсию, уже давно и благополучно спали.
И да, всю стену Рыжие подпалить не смогли – да особо и не рассчитывали. У нас вообще была простая и понятная цель – испортить ночной отдых обитателям крепости: тут устроить пожар, тут ложную побудку… Близнецам был выдан масляный фонарь с непрозрачными стенками, в котором они донесли огонь в темноте незамеченным. Однако потом всё пошло не по плану – враги их так и не обнаружили. Два диверсанта спокойно двигались вдоль частокола, с энтузиазмом подпаливая основания брёвен у самой земли. Поспособствовала им в этом ещё и сухая трава, которую обитатели Борисовска до конца вытоптать не успели, а нормально расти у неё уже не получалось – всё из-за бурной деятельности людей.
В общем, прежде чем жители посёлка поняли, что им уже дали прикурить, незамеченные близнецы обошли почти треть окружности. Когда жители посёлка заметили разгорающийся пожар, то сразу, конечно, и рыжих обнаружили, заставив их пьяными зайцами спасаться от стрел. Однако на тех участках, где огонь занялся – полыхало уже так, что без пожарного расчёта, мне кажется, было не залить. К тому моменту, когда население Борисовска с криками бросилось на тушение – и вовсе полыхала половина частокола со стороны нашего лагеря и со стороны моря.
И вообще Борборыч был прав: нужно было поднимать свою ленивую задницу и прямо ночью начинать штурм. Пока жители были заняты тушением пожара, мы вполне могли чуть пройти вдоль частокола и попытаться прорваться. Для штурма мы ещё с вечера заготовили три тарана, которыми надо было выбивать участок стены – и добрый десяток лестниц. Маловато, конечно – надо бы побольше, но если частокол к утру выгорит хотя бы на десятую часть, то сражение будет проходить, как в чистом поле.
Тяжело вздохнув, я поднялся с брёвнышка.
- Ну раз так, то давай людей собирать! – сообщил я Борборычу.
- Молодец! – похвалил меня рейд-лидер. – А я было подумал, ты заленишься!
- Конечно, мне лень, – признался я. – Но лучше сегодня подёргаться, чем завтра об стену долбиться…
Занятые тушением огня жители Борисовска не сразу поняли, что теперь их ещё и внаглую штурмуют. Мы подняли ударников, пару сотен ополчения, обогнули пожар под прикрытием леса, зашли с неподпалённой стороны и шустро кинулись на приступ. Если бы я знал, как всё пойдёт, то посёлок штурмовало бы всё войско, а не две с половиной сотни человек. Я просто не понимал, что Борисовск – классическое мирное поселение западного побережья. Штурм был просто фантастически удачным, и прерывать его пришлось лишь по причине нашей малочисленности.
Не было здесь никогда Альянса с его бандами и постоянной угрозой нападения. Не было и вечной угрозы штурма со стороны других игроков. Весь частокол вокруг Борисовска был рассчитан на отражение тварей во время нашествий, а вовсе не на защиту поселения от злых разумных. Не стояли каждые десять шагов на стенах дозорные, и даже те, что имелись – откровенно просиживали штаны или пытались вздремнуть втайне от отцов-командиров.
Наше нападение заметили лишь тогда, когда тараны ударили с треском в брёвна частокола, а по пяти лестницам начали лезть ударники. Первая же пятёрка, оказавшись внутри защитного периметра, приняла оставшиеся пять лестниц и установила их с другой стороны. Я не слишком надеялся, что мы пробьём частокол, но понимал, что в этот раз отступать придётся – в отличие от местных, возрождаться нам придётся в Птичьей Скале.
На защиту Борисовска были брошены все резервы, которые имелись у посёлка. Даже некоторые женщины приняли участие в отражении агрессии. Я вообще никогда против женщин не воюю… Ну пока они сами против меня не воюют. Однако здесь на нас навалились так, что резко стало не до определения гендерных различий. Кому там молотом прилетело? В любом случае, некому «???» – без указания, мальчику или девочке.
Первый натиск мы выдержали, хотя казалось, что мирные поселенцы вот-вот нас размажут по частоколу, наплевав на прокачанную силу и телосложение. Тем не менее, строй устоял, а постоянный приток союзников из-за стены позволил нам расширить занятую область. Ещё и частокол заваливаться начал в том месте, где били без перерыва тараны, а в проём принялись просачиваться оставшиеся за стеной бойцы.
В нас пускали стрелы, кидали камни, бросали раскалённые угли из очагов, плескали кипятком, а в ответ мы кидали дротики, били из самострелов – и активно рубили, кололи и били строй врагов. Я вместе с Нагибатором был, как обычно, на острие атаки и с тревогой наблюдал, как медленно тает полоска моей жизни. Но мы всё-таки побеждали! Да, порой на нас набрасывались серьёзные противники, но большинство жителей были вообще никакими бойцами. Они кидались в битву, умирали, возрождались и снова кидались к нам, чтобы снова отправиться на перерождение…
Наконец, наши враги осознали, что в плане обороны у них всё как-то очень грустно – и против нас бросили Григория с его бойцами. Вот с этими нам пришлось действительно туго! Первый же их натиск отправил на перерождение сразу десяток ополченцев.
- Отходим! Отходим! – услышал я голос Борборыча.
И я с ним был полностью согласен – даже если мы Григория и победим, то цена может оказаться слишком высокой. Строй начал медленно пятиться к стене. Выходили мы через пробитую таранами брешь – и выходили довольно споро. Те, кто был в первых рядах, с противниками успевали обменяться одним-двумя ударами – а потом делали пару шагов назад, противники пару шагов вперёд – и вновь обменивались двумя ударами, и снова два шага назад…
Выходившие последними я и Нагибатор вынуждены были практически прыгать через огонь, который наши развели в проёме, чтобы жителям посёлка не захотелось нас преследовать. Кстати, я бы сам не додумался: отчего-то мне казалось, что как выйду за частокол – то больше бояться нечего. К счастью, кто-то был достаточно сообразителен, чтобы обеспокоиться вопросом тылового прикрытия. Так что вместо преследования нашего отряда жители принялись заливать новый очаг пожара.
А пожар со стороны нашего лагеря разгорелся ещё сильнее. Там явно не хватало рук для полноценного сдерживания огня – так что занялись ещё и несколько халуп вблизи частокола. По моему нескромному мнению, это была практически победа, но вот Борборыч со мной согласен не был.
- Жалко, что к утру они опомнятся… – заметил он, когда мы снова сидели на своём брёвнышке и смотрели на огонь. – Надо было не всех подряд выносить, а бойцов Григория заарканить и вытащить за стены, чтобы в плену придержать.
- Блин, ну да… – кивнул я, оценив коварство рейд-лидера. – Но это же сколько верёвок на такие туши надо?
- Хорошая мысля всегда приходит опосля! – Борборыч покачал головой и развёл руками. – Верёвок у нас столько нет, конечно… А могли бы ведь и взять! Ладно… Шёл бы ты спать и лечиться. И я тоже пойду бодрость восстанавливать…
Утром пожар ещё продолжался, хотя уже большей частью догорало то, что местные даже тушить не стали. Четверть частокола была полностью уничтожена. Остались только чёрные горелые пеньки – почти вровень с землёй. За пеньками лежало пепелище, по которому ходили люди, выискивая то, что могло уцелеть. Два ряда домов вообще выгорели дотла. Ещё один ряд построек местные жители сами раздеребанили за ночь, чтобы по ним огонь не перекинулся дальше. Дома тут строились из дерева, так что объём проделанных ночью работ впечатлял. Хотя, конечно, ломать – не строить…
Мы не спешили. Нам надо было восстановить силы, покушать, подготовиться. Защитники-то всегда появляются после возрождения полные сил и сытые. А вот нам такой благости никто не обещал!.. Так что мы не спешили, готовясь разобраться с посёлком одним махом и не откладывая дело в долгий ящик.
- Нападать будем по пожарищу! – поделился своим планом Борборыч. – Филя, Нагибатор, Рыжие, Кот, Барэл и Дно – вы пойдёте единым кулаком. Ваша задача – быть там, где особо тяжело, и успокаивать местных, решивших поиграть в героев.
- И как долго придётся штурмовать? – зевая, поинтересовался Барэл.
- Мы не знаем, – развёл руками Борборыч.
- Помнишь, как решашиарх громил Мыс? – напомнил я. – Он раздолбал у нас почти всё, и то нам поражение не засчитали! И здесь надо готовиться к чему-то подобному…
- Вероятнее всего, – заметил Дойч. – Есть точки, которые нам необходимо взять или уничтожить. Наверняка, это и точка возрождения, и ещё какие-то важные для посёлка здания…
- Но мы не знаем, какие? – уточнил Барэл.
- Нет, конечно! – кивнул я. – Всё это знает только система, но она, знаешь, такой информацией не делится…
- А что если просто всё сжечь? – спросила Бамбина, которая и в этот раз отправилась за своим любимым «бочонком» на войну.
- Ого! Какая жестокосердная! – восхитился Толстый.
- А как же женщины и дети? – удивился Вислый.
- Ой, да ладно вам! – возмущённо воскликнула Бамбина. – Я сама женщина! Мне-то их чего жалеть? Это вам, мужикам, в башку вбивают девочек не трогать. А мы, девочки, друг другу щёки всегда готовы расцарапать. А детей тут нет – и не предвидится…
- Мы лично подпалим всё, что нужно! – блеснув глазами, согласилась Мадна.
- Нет! – отрезал я. – Если мы что и подпалим, то случайно, а не специально. И если попросят вывода женщин – их отпустим. За это нас система штрафовать не будет… В идеале нам надо заставить врага отступать, а не разваливать там всё по брёвнышку.
- Вот-вот! – согласился Борборыч. – В нашей ситуации война должна быть ещё и выгодной. А жечь потенциальную добычу – это, простите, не выход… Мы и так почти со всем мега-островом на ножах!
- На топорах! – вставил Толстый.
- На дубинах! – кивнул Вислый.
- На молотах! – строго поправил их Нагибатор.
- Это всё несущественно! – отмахнулся от них Борборыч. – Так или иначе, идём одним строем. Бойцов на первой линии регулярно меняем. Кадет, подбери себе помощников, чтобы по всему строю могли раненых принимать. Филя, ты у своих командуешь. Я буду говорить, где вам надо устроить бойню, а вы приходите, всем показываете кузькину мать и отходите. Долго на одном месте не сидите. Всё, собираемся, строимся и вперёд! И чтобы к вечеру Борисовск был взят!
Это вовсе не был лёгкий бой. Это был бой, прямо скажем, тяжёлый… Жители Борисовска сдаваться на милость победителя не собирались. Хорошо ещё, что бойцов среди них было не так много, а большая часть – обычные поселяне, забившие на собственное развитие. Ведь не просто так мы всех мужчин в Мысе привлекали к ополчению – не может быть в игре «мирных жителей». Даже женщинам иногда здесь приходится воевать, что уж говорить про мужиков…
А здесь непрокачанные поселенцы были, и их было много. Уж за прошедшие месяцы отличать того, у кого хоть какой-то боевой опыт есть, от новичка, который первый раз держит кол в руках – я научился. Однако на защиту своего посёлка поднялись все, и будь у них лучше вооружение и оружие, то и отбились бы. Но когда на тебя лезет строй ударников и ополченцев, прикрытых в жизненно важных местах железным вставками в кожаные доспехи, бьют тебя бронзовым и железным оружием, заботливо заточенным накануне, а ты можешь им противопоставить разве что деревянное копьё и голый зад, то преимущество получается подавляющим.
К тому же, нас было всё-таки больше – а это тоже важно, раз уж нас особо не ограничивает частокол. Пробившись внутрь посёлка, мы начали медленно растекаться вширь, направляя отряды ополченцев между домами туда, где вооружённых врагов не было и не предвиделось. Защитники Борисовска умирали, возвращались в строй, снова умирали… И в какой-то момент всё-таки не выдержали.
Мы к тому времени отжали уже треть посёлка, и даже видели точку возрождения – большой сруб, откуда выбегали переродившиеся. Чем больше мы давили, тем больше защитников посёлка, выскочив на улицу, сразу бросались прочь от места боя. Прямо туда, где мы вчера пробили частокол. Некоторые прихватывали с собой оружие и какие-то вещи, а другие дезертировали в одних набедренных повязках… А под конец боя многие бежали уже голышом – видать, запас кончился. Были, конечно, и упёртые товарищи, пытавшиеся сначала найти себе оружие, но этого добра у них был не бесконечный лимит – и большая его часть осталась за спинами наступающих мысовцев.
Дураков тратить ещё одну жизнь, кидаясь на нас с голыми руками, среди борисовцев не обнаружилось – поэтому, не найдя себе ничего подходящего, люди уходили, оглядываясь на место боя со смесью стыда и страха. А мы всё больше и больше занимали посёлок, постепенно окружая точку возрождения плотным строем. Там мы и добивали последних защитников – Григория и ещё три десятка бойцов, которые не успели уйти. Некоторые пытались бежать, другие убивались раз за разом об наш строй – и снова кидались в бой. Впрочем, вакханалия бесполезной траты жизней продолжалась недолго. Я лично отслеживал по Григорию: он возродился всего двенадцать раз – и больше пред наши светлы очи не появлялся. Кстати, на пятый раз он умудрился убить голыми руками Дно, которого и так потрепали в прошедшем бою. А когда мы ворвались в сруб, где прятались последние защитники, их оставалось всего человек пять – система просто-напросто отключила возрождение в Борисовске.
Когда последний защитник посёлка пал, его тело практически сразу распалось чёрным пеплом – вместе со всеми остальными телами на поле боя.
Ну не то, чтобы вы были сильно молодцами… Разграбление городов – это вовсе не то, чем должен заниматься цивилизованный разумный! Но вы не цивилизованные и даже не разумные – так что делайте что хотите. Штурм завершён – точка возрождения, дом главы, амбар и склады под контролем штурмующих! Точка возрождения отключена!
- Мне предлагают разрушить посёлок. Есть вариант оставить всё, как есть, – заметил Борборыч. – Что делаем?
- А что будет, если разрушить? – устало спросил я, оторвавшись от фляги с водой.
- Точка возрождения будет окончательно уничтожена, – помолчав, пояснил рейд лидер. – А если оставим, то жители со временем смогут вернуться.
- Надо разрушать!.. – вздохнув, решил я. И в этот момент подал голос Нагибатор.
- Надо оставить… – заметил он.
- Зачем? – удивился я. – Если оставить, Остров будет использовать Борисовск как базу для переброски войск.
- Они просят не разрушать… – очень растерянно ответил Нагибатор. Взгляд при этом у него был направлен в бесконечность, а сам гигант постоянно морщился, будто от головной боли. – Они обещают не восстанавливать посёлок во время войны… И очень хотят провести переговоры!
- Кто они? – спросил я, с удивлением взирая на Нагибатора.
- Главы островных фракций, – ответил гигант, а потом грозно нахмурился. – А ну-ка вон из моей головы!... Не слышат… К северу отсюда, два дня пути… Скальная арка на берегу… Просят прийти в числе не более двадцати человек… На месте готовы объясниться… Конец сообщения… Чё за фигня?! С какого перепугу у меня голоса в голове?!
- Ну вот… А я-то всё думал, как они так быстро переговоры провели и в войну влезли! – восхищённо выдохнул я.
- Вот жуки! – согласился Борборыч и ткнул себе указательным пальцем в голову. – Умеют передавать сообщения на расстоянии! Прям в башку!..
- А почему они мне передавали, а не вам? – обиженно спросил Нагибатор, растирая пальцами виски.
- Потому что ты большой! – довольно проговорил Толстый.
- И тупой! – закончил Вислый, уворачиваясь от руки возмущённого гиганта.
- Видимо, потому что тебя они знают и лично встречали, – пояснил ему Дойч. – Ты же у них на острове навёл в своё время шухер… Одно непонятно: почему они так быстро на переговоры согласились?
- Вот поговорим и узнаем! – решил я. – В крайнем случае, возродимся на Птичьей Скале, догоним армию и устроим им здесь форменный геноцид. Борборыч, оставляй посёлок!
Посёлок Борисовск захвачен в рамках глобального события «Война Обители и Мыса за железное месторождение»! Атакующие оставляют точку возрождения в неактивном состоянии – глупые приматы! Впрочем, они всё-таки победили – им и решать!
Опыт за бой удвоен!
Вы получаете 24115 очков опыта (поделен между союзниками).
Набрано опыта – 30677/43702 очков опыта!
Вы захватили поселение!
Награда от системы:
+1 единица интеллекта
+10 ПСО
+10 СО
+ 60000 опыта
Бонус к защите +0,05 на постоянной основе!
Набрано опыта – 124384/26536 очков опыта!
Достигнут 47 уровень!
Набрано опыта – 97848/50639 очков опыта!
Достигнут 48 уровень!
Набрано опыта – 47209/96552 очков опыта!
- Скальная арка на берегу в двух дня пути на север отсюда, – кивнул я. – Ну что же, пообщаемся с этими уродами, послушаем, что они нам скажут.
- Пообщаемся!.. – кивнул Борборыч. – Народ, вычищаем всё ценное из посёлка и занимаем дома. И отправьте людей за древесиной – надо на ночь дырки в частоколе залатать!