Глава 26. Цена 299
Поздравляем, Игрок!
Ты потратил свою двенадцатую жизнь! Правильно, не затягивай – и сливайся!
Осталось жизней 287/300!
Выбери точку возрождения:
Мыс
Медное
Шикари
Перевал
Птичья Скала
И вот почему на этом моменте нельзя потупить? Ещё немножко собраться с силами, а то Ариша, как всегда, неожиданно вылезла… Не могла предупредить, что ли? Мне ведь снова в бой!.. С этими, рогатыми…
Эх! Была не была – Птичья Скала!
Воскрешение через… 10 секунд в Птичьей Скале!
- Величие наказания – в его неотвратимости! – сообщил мне чёрт со свитком, когда я открыл глаза. – Убийства, издевательства, сквернословие…
Пока он внимательно читал, что Филипп Львович успел натворить, я вцепился в свиток и, держась за него, выбрался из котла – пинком отправляя туда главного чёрта. Тот, не ожидавший такой подлости, выпустил список моих прегрешений из узловатых пальцев с короткими, но острыми когтями, и скрылся в булькающей жидкости с головой.
- Да ладно гнать-то! – буркнул я. – Не ты меня судить должен!.. И не ты!..
Я погрозил свитком ближайшему чёрту с вилами, который взял своё оружие наизготовку и пошёл на сближение. Мои аргументы произвели впечатление на мучителей, но вместо ожидаемого смущения и застенчивого почёсывания вилами рогов – привели к обратному эффекту: ко мне бросились все трое.
- Ы-А-А-А-А! – сообщил, выныривая из котла главный чёрт, осуждающе указывал на меня пальцем, а потом добавил с угрозой в голосе. – О-О-О-О!
У исполинского котла был довольно широкий обод – где-то в метр шириной. По нему, при должном старании, даже я бы бегать мог. Что я и сделал, кинувшись в ту сторону, где стоял только один чёрт с вилами. Он сделал героический выпад в мою сторону, который я принял на развёрнутый свиток – вот честно, по привычке. Забылся просто…
Воскрешение через… 9 секунд в Птичьей Скале!
Список грехов испытание остриями выдержал, отразив карательный удар – вот это прочность!.. Похоже, Филипп Львович, придётся вам копить ПСО и строить церквушку, иначе есть все шансы узнать, как выглядит реальный ад, а не эта дешёвая системная подделка. С такими «твёрдыми» прегрешениями надеяться на вечную жизнь после смерти не приходится…
Мы с чёртом удивлённо переглянулись, и оба на секунду замерли, обдумывая, что делать дальше. А потом он всё-таки догадался – и снова попытался поддеть меня на вилы. В свою очередь, я пропустил их мимо, скатывая свиток в трубочку и отвешивая удар по наглой красной морде со вздёрнутым носом, похожим на свиной пятачок. Чёрт от неожиданности потерял равновесие и шлёпнулся на хвост. А я рванул мимо, каждую секунду ожидая удара сзади…
На моём пути появился мокрый и исходящий паром главный чёрт – но добился только того, что я пинком вернул его в котёл, попутно попросив не вмешиваться.
Воскрешение через… 8 секунд в Птичьей Скале!
- Отвалите от меня, черти!!! – кричал я, удирая от трёх вышеобозначенных созданий, вооружённых вилами.
Что удивительно, ни один не догадался изменить направление движения и побежать в обратную сторону, чтобы встретиться со мной. Возможно, всё дело в том, что круг по ободу был кругом только для меня, а сущности из иного плана воспринимали его как-то иначе – например, как спираль.
- Покайся, грешник! – закричал из котла главный чёрт.
- Роли не перепутал? – удивился я и даже с шага сбился, после чего пришлось шевелить ногами ещё быстрее.
- В котле твоё покаяние! – замотал чёрт рогатой головой.
- Давай ты за меня! – сообщил я ему.
- Ы-а-а! – разозлился мой потенциальный мучитель и снова рванул на обод.
Воскрешение через… 7 секунд в Птичьей Скале!
На этот раз его выход был более удачным. Главный чёрт сумел не только выбраться и встать на ноги, но и отбить мой удар ногой – после чего я чуть сам в котёл не отправился. А сзади уже слышался топот копыт его помощников, воинственно машущих остро заточенными вилами. Пришлось идти ва-банк: я умудрился сместиться преграждающему мне дорогу рогатому за спину, обхватить рукой за шею и упереть свиток ему в спину.
- Стоять! Или ему не жить! – сообщил я чертям, которые в ответ принялись бессовестно ржать.
- Да разве… Хи-хи-хи!.. Да разве это жизнь, дурень? – трясясь всем телом, поинтересовался главный чёрт.
- Ну вот тогда и мучайся дальше! – нашёлся я, двинув ему свитком промеж рогов и возобновляя бегство.
«Это и вправду забавно! – раздался в моей голове знакомый Голос помешательства. – А ты умеешь находить пикантных врагов, Филя!».
- Ой, спасибо! – буркнул я в ответ на сомнительную похвалу.
Воскрешение через… 6 секунд в Птичьей Скале!
Главный чёрт, наконец, понял, что деваться мне особо некуда, и послал двух помощников обратно по кругу – мне наперехват. Вот теперь стало совсем неприятно… Понимая, что бежать некуда, я вспомнил, как ходил в детстве в бассейн. Там, когда ещё ничего не умеешь, учат проплывать хотя бы три-четыре метра, оттолкнувшись ногами от бортика. И занимает совсем немного времени – ну а жидкость в котле хоть и булькает, но пока без фанатизма…
В последний момент я резко свернул и ласточкой нырнул в котёл. Пара гребков напоследок – и вот я уже на другой стороне котла, а все четыре черта задумчиво смотрят на меня, решая, что делать дальше.
Воскрешение через… 5 секунд в Птичьей Скале!
- Свиток отдай! – потребовал главный чёрт.
- Накося выкуси! – показал я ему неприличный жест, который оказался особенно неприличным благодаря зажатому в правой руке свитку.
Тот мелодично звякнул, но прежде чем я успел посмотреть, что там написали, главный чёрт возмущённо взревел, озвучивая новое прегрешение:
- Язычник-фаллопоклонник!!! Гореть тебе!..
- Поймай сначала! – оскалился я, отделённый от карательного отряда кипящим бульоном.
Воскрешение через… 4 секунды в Птичьей Скале!
В следующий момент я полетел в котёл, выронив свиток и теряя по пути остатки самоуважения… Ещё ни разу в жизни мне такой пендель не отвешивали – чтобы я по параболической траектории перемещался… Горячая жидкость радостно приняла меня в свои объятия, мгновенно набирая температуру. Я стремительно вынырнул, пытаясь сообразить, куда выскакивать – и кто мой обидчик. И да, пропустить его было сложно – рогатый и крылатый демон, ростом метра под три, гневно отчитывал главного чёрта:
- …Устроили тут цирк на выезде! У нас серьёзная организация! А не комедийное ток-шоу!
- Я не виноват: грешник особо вредный попался! – оправдывался чёрт, отряхивая свиток от остатков жидкости из котла. – Совсем запущенный случай… Эй! А ну-ка вернись!..
Воспользовавшись тем, что все черти отправились получать нагоняй от начальства, я выбрался с другой стороны котла, не желая и дальше испытывать незабываемые ощущения.
«Ты уверен? – уточнил Голос. – Может, всё-таки в котёл? Осталось-то всего ничего…».
Демон рванул ко мне с такой скоростью, что я даже ответить Голосу ничего не успел, как снова оказался в воздухе. В последний момент перед падением в жидкость моя левая рука сама собой вывернулась, а желудок изжогой сообщил, что над ним издеваются – и уже в следующую секунду я понял, что снова варюсь заживо.
Воскрешение через… 3 секунды в Птичьей Скале!
Из котла я вылетел как ошпаренный… Хотя, простите, я и был ошпаренный – и красный как рак. Прежде чем меня нанизали на вилы и отправили обратно, я успел заметить, как главный чёрт сочувственно гладит по плечу демона, который сидел на ободе котла, опустив ноги в кипяток, и ревел.
- Он на меня срыгнул!!! – жаловался крылатый, указывая пальцем на мою тушку, опять летящую в кипяток.
Воскрешение через… 2 секунды в Птичьей Скале!
Больше черти мне поблажек не давали… Горя неправедным негодованием за оскорблённое начальство, они притапливали меня прежде, чем я успевал, вынырнув, открыть рот и вздохнуть. Так что теперь я не только варился, но ещё и захлебывался. В какой-то момент я оказался слишком близко к ногам демона – и они стали тем единственным, за что мне удалось ухватиться. В следующую секунду меня приложило о стенку котла так, что наступила темнота…
Воскрешение через… 1 секунду в Птичьей Скале!
Темнота не исчезла – я всё ещё висел в ней, хотя оставшаяся секунда текла медленно-медленно. А я парил в невесомости, наслаждаясь отсутствием боли. Напоследок система выдала мне всего один вопрос:
На этот раз тебя за грехи из ада изгнали. Неужели не стыдно?
А в следующий миг мне сообщили о том, что я снова низведён до сорокового уровня, лишён опыта – и ещё получил свободное очко характеристик за «выдающийся идиотизм», набравший более тысячи единиц одобрения. Нет… Весь этот концерт с посмертными мучениями надо было заканчивать как можно скорее!.. Однако я был уверен, что следующий вариант схемы прокачки будет ещё хуже. Ох, где же ты, милый моему сердцу «онанист»? Я бы лучше и дальше чистил зубы, мыл бы задницу проточной водичкой и делал бы модную причёску – ну или ещё что-нибудь, до чего бы додумалась мерзкая система…
С одеждой здесь пока было негусто… Я натянул на себя какую-то юбчонку, призванную защитить местных от моего выдающегося срама – что он выдающийся, я, конечно, напридумывал, но ведь так приятнее! – и вышел в Птичью Скалу, вызвав бурное оживление жителей. Из-за близлежащих домов сразу вывернул Плутон, притащивший нормальную одежду. Правда, вид у него был какой-то грустный и немного потерянный… Пока я одевался, он опять куда-то сбежал, а я пошёл узнавать новости у Афанасия.
Оказалось, что ещё вчера мои ударники и ополченцы получили некое сообщение – и всем кагалом выдвинулись в сторону Борисовска, предупредив, чтобы я тоже шёл туда, если появлюсь. Подробности мне должен был объяснить Плутон – который теперь пропадал неизвестно где…
Пришлось, вздохнув, отправляться на его поиски. Парня я нашёл на краю обрыва. Он задумчиво смотрел на море, поглаживая голову Птеро, а ящер ему что-то сочувственно поухивал. Я присел рядом, невольно содрогаясь от вида камней внизу.
- Сколько осталось жизней? – спросил я, предчувствуя недоброе.
- Это моя последняя, – улыбнувшись, ответил Плутон. – Последняя…
Вот этого я, честно, не ожидал! Я, конечно, замечал, что парень, как появляется возможность, начинает прыгать как не в себе и самоубиваться, но не думал, что он так рано всё потратит… Всё-таки, когда он ходил с нами в походы, умирать слишком часто ему не приходилось.
- Надеюсь, ты прямо сейчас её тратить не будешь? – помолчав, спросил я.
- Я и предыдущие бы тратить не стал… – ответил он и снова замолчал, а я не решился его прерывать. – Помнишь, я обещал кое-что тебе рассказать?
- Помню, – согласился я.
- Ну вот. Теперь я готов… – Плутон продолжал задумчиво смотреть вдаль. – Скажи, что ты помнишь о том, как подписывал договор?
- Ну, как ставил подпись, помню… – пожал я плечами. – А что такого? Видимо, наше сознание как-то захватили в этот момент. Или нас вырубило… Или все остальные воспоминания заблокировали… Может быть, хотели скрыть от нас саму технологию переноса сюда.
- Нет, Филь. Ничего они не скрывали… – ответил Плутон. – Точнее, не так. Они именно скрыли, но не потому, что чего-то боялись… Просто иначе зрителям было бы не так интересно.
Я честно попытался вспомнить тот самый момент, когда подписывал договор. Вот передо мной замолкает улыбчивый дяденька эйч-ар, а вот я склоняюсь и ставлю свою подпись, дату… Со скрипом в моей голове будто какие-то шестерёнки сдвинулись…
- Поставил! – я кивнул, ожидая, что ещё надо сделать.
- Отлично! По условиям мы вам обязаны рассказать обо всём, что будет с вами происходить во время работы, – ответил эйч-ар, поднимаясь из-за столика.
Мы сидели в маленькой светлой комнате с большим окном, за которым шумела незасыпающая столица. Но сейчас, в одиннадцать утра, ей и в принципе не полагалось спать.
- Это сделает отдельный сотрудник. Он представитель заказчика, – объяснил мне эйч-ар, направляясь к двери. – Я провожу… Не забудьте свою копию договора!
Я уже сделал шаг от столика и резко развернулся, чтобы подхватить договор…
Воспоминание оборвалось… Как и раньше, когда я пытался вспомнить, что со мной дальше происходило. Однако был в этом один нюанс – раньше оно обрывалось прямо на подписании договора. В мою память вернулись ещё несколько секунд моей жизни там, на Земле, прежде чем я попал сюда…
- Меня куда-то повели! – сообщил я Плутону.
- Повели, – кивнул парень. – Ты прожил на Земле ещё пять минут, Филь. А точнее, четыре минуты и пятьдесят девять секунд. За минуту тебя довели до комнаты…
За разглашение этих сведений система имеет право применить санкции!
- Даже не думай!.. – мрачно заметил я, читая системное сообщение. – А то я тоже буду прыгать, пока не узнаю.
Зрители не оценят такой ход! Я тоже!
- В домике! – сказал я и посмотрел на Плутона.
- В домике! – кивнул тот.
Я все ещё могу применить санкции! Отключение зрителей от эфира никак не меняет сути вопроса!
- Если ты применишь санкции, а я так и не узнаю, что мне хотел рассказать Плутон, то буду сигать с обрыва и всем остальным посоветую! – пообещал я. – И вот это я как раз буду советовать аргументированно! Во всеуслышание! Что, применишь свои санкции?
Остановитесь!
Больше было похоже на крик отчаяния, чем на угрозу… А может, система даже и не пыталась нас остановить?
- Рассказывай! – кивнул я парню.
- На самом деле, ты не спорь с ней… – улыбнулся Плутон. – Санкции – это даже хорошо, поверь. Это очень хорошо…
- Так, давай: с чувством, с толком, с правильными ударениями, грамотно построенными фразами и со всеми деталями! – кивнул я, оглядываясь и проверяя, что к нам никто не идёт. – Почему ты уверен, что я прожил ещё только пять минут?
- Каждая забранная у тебя секунда подарила тебе кое-что в игре, – ответил Плутон. – Догадываешься, что?
- Жизнь, – кивнул я, потому что цифры сопоставить оказалось несложно. – Одна жизнь своя… И двести девяносто девять – за каждую секунду, памяти о которой меня лишили.
- Да, так и есть, – кивнул Плутон. – Я не сразу догадался. Просто я всё время пытался вспомнить, почему оказался тут… Понимаешь, я же очень люблю свою семью, своих родителей. Я же домашний ребёнок… Даже больше, я немного… аутист. Там был, на Земле…
Признание далось парню нелегко. Я никогда ещё не сталкивался с аутистами по жизни, но мне всегда казалось – что не исключает ошибки, конечно – будто подобный диагноз они принимают под внешним давлением. Сами себя они наверняка считают нормальными людьми – если, конечно, никто им не талдычил, как их воспринимают окружающие. В любом случае, такое признание Плутона дорогого стоит…
-… Здесь будто отпустило, – продолжал парень. – Но я был очень привязан к родным. Фактически, они и были теми немногими людьми, с которыми я общался всю свою жизнь. Чужие всегда были мне малопонятны, неприятны и вообще… Как бы сказать – я их побаивался.
- Странно, что ты вообще пошёл работать, – заметил я.
- Да. И даже я сам был удивлён, – кивнул Плутон. – У меня ведь всё было, понимаешь? Я всем был обеспечен, и никто не собирался снимать меня с довольствия. Я ведь поссорился с ними… Решил показать, какой я самостоятельный. Рванул на первую же подвернувшуюся вакансию. Ну и попал сюда. Но я был уверен, что, если бы узнал, что никогда не увижусь с родителями, такое бы устроил… И вот именно это никак не давало мне покоя…
Парень перевёл дух и почесал Птеро шею, а я всё пытался предугадать, что он узнал тогда, в те последние пять минут. Точнее, что мы все узнали, но чего нам так пока и не открыли…
- Я возвращался к последним воспоминаниям каждый день. И по мере того, как стал терять жизни, я узнавал всё больше и больше. Вспоминал секунду за секундой… Меня принимала девушка-кадровик: она предложила ознакомиться с тем, с чем мне придётся столкнуться. Встала из-за стола и позвала меня пройти с ней. Я тогда, помню, сильно напрягся и спросил, почему она сама не расскажет. А девушка засмеялась и сказала, что и сама мало что знает – и что всё представитель работодателя объяснит. А я вспомнил тогда, как поссорился со своими, гордость взыграла… В общем, я встал и пошёл за ней…
Парень снова замолчал, а по щеке у него катилась слеза – одинокая мужская слеза. Даже если он и был аутистом, то очень выдержанным. В его ситуации многие его социально адаптированные сверстники рыдали бы в три ручья…
- Представитель заказчика сидел в кабинете в конце коридора. Я зашёл. Девушка за мной не пошла. Я оказался в небольшой комнате с большим чёрным столом в центре. За столом сидел человек. «Можно?» – говорю. «Прикрой дверь», – просит он. Ну я дверь прикрыл, а там что-то щёлкнуло – и замок заблокировался. Я испугался, оборачиваюсь, а никакого человека нет, представляешь? Сидит там какая-то бледная тварь, одновременно похожая и на животное, и на растение, и на слизняка… Я даже не знаю, как его описать!..
- Не переживай. У меня тоже есть шанс вспомнить такую… – я грустно усмехнулся.
- Ну да, верно… – Плутон кивнул. – А у меня тогда голова закружилась, и я даже крикнуть не мог. Ноги стали как ватные, а руку поднять сил не было. И глупая какая-то бесшабашность появилась… А эта тварь мне и говорит: «Ты не всё в договоре прочитал. Там тебе три четверти текста были не видны. Но ты ведь подписал. А теперь нужно ещё и твоё устное согласие». А у меня в голове уже такая каша, что я был готов на всё согласиться… А этот «представитель» продолжает – мол, так и так, подписался ты на игру «Жертвы Жадности», где победитель получит много-много денег. И победителей таких будет немного, но точное число, говорит, не скажу. Я ему: а проигравшие? А он и отвечает, что все проигравшие будут стёрты…
- Подожди-подожди… Что значит «стёрты»? – переспросил я.
- А то и значит. Мы, как я понял, не совсем уже мы… Он как-то всё путано объяснял! – развёл руками Платон, как бы извиняясь. – Мы здесь вроде бы живые, и тело у нас настоящее, и мир вокруг – тоже вполне себе материальный. Зато наше первичное тело было уничтожено – прямо там, на Земле. А вот это всё – тела, которые нам подарила система. И всё, что у нас своего есть – это слепок, который формируется на каком-то стыке сознания с содержащейся в нём информацией, энергией и связями… Всё это он не объяснял подробно: просто сказал, что я – это как бы я, несмотря на все игровые условности. И каких-то рассуждений ещё накрутил. Вот я и не понял до конца...
- Значит, игровой мир реален? – кивнул я, получая подтверждение своей догадки.
- Это целая планета с каким-то длинным цифровым кодом. И вся планета отдана под одну-единственную игру, – Плутон кивнул. – Но это всё мелочи… Не стоило бы того, чтобы выяснять, теряя жизни. Меня интересовало то, о чём девушка сказала – что всё-таки будет со мной происходить? И я получил ответ на этот вопрос…
- Так…
- Мы все – с вероятностью девяносто девять и много девяток после запятой – умрём… – ответил Плутон. – А значит, нет смысла барахтаться и цепляться за свою жизнь, Филь.
- Давай-ка подробнее, раз удалось узнать… – попросил я.
- Первые два года даются нам на то, чтобы освоиться, – пояснил Плутон. – Система постепенно раскачивается, заполняет мир живыми существами и приноравливается к новым участникам. А потом игра начинает приближаться к своей второй фазе… Знаешь, что собой представляют острова, на которых мы живём?
- Нет, конечно, – почти спокойно улыбнулся я.
- Это потухшие вулканы! Даже те две горы, что мы видели – это тоже вулканы. И система умеет сделать так, чтобы они начали извергаться. Уже в конце первого года наши острова начнёт потряхивать… А потом начнёт дымить вулкан, рядом с которым стоит Шикари. Здесь не на всех островах есть горы и полезные ископаемые, так что нам ещё повезло… Есть небольшие острова, где игроки изначально обречены. Ближе к концу второго года половина вулканов начнёт извергаться. И там, где это произойдёт, острова начнут гибнуть – растения, животные – ничего не останется. Игрокам хватит времени, чтобы подготовить эвакуацию…
- И нам придётся плыть на остров, который уже кем-то занят… – кивнул я. – А там нас никто не ждёт.
- Да, и система будет провоцировать конфликт между нами, – кивнул Плутон.
А я вспомнил, как система устроила на нашем мега-острове войну… Невинная стычка, мелкая разборка, если вдуматься – а переросла в кровавые замесы в Железной долине. И в нашу злосчастную войну стремительно втягивалось всё население. Если с Аришей была негласная договорённость, которую она мне фактически подтвердила, то новые участники не стеснялись в выборе средств. Если бы извержения начались, то при отправке на соседние острова я мог столкнуться с извергающимся монстром (вспоминая размер гор), и вся моя игра превратилась бы в череду перерождений в раскалённой магме, приводящих к новому перерождению…
- Однако там будут и внешние условия, чтобы всех стравить… – грустно сообщил мне Плутон. – Вулканическая зима. Пепел начнёт блокировать всё больше и больше солнечного света. Климат начнёт меняться. Станет холоднее. Вымрут теплолюбивые растения, и система заменит их морозостойкими. Появятся новые твари, новые угрозы. Еды со временем будет не хватать… В прошлый раз на некоторых островах всё это даже привело к каннибализму. На пятый год извергнется половина вулканов, которые ещё не изверглись до этого…
- Ну зашибись!.. – я почесал нос, но пока ещё не мог осознать всё то, что говорит Плутон.
- Ага… А на седьмой год последует мощное землетрясение в океане. Цунами от него пройдётся по островам, сметая всё, что игроки построили – ведь все мы будем строиться на берегу, где меньше тварей и достаточно еды. Наши предшественники на данном этапе сбивались в небольшие группы по двадцать-тридцать человек, стараясь выжить… Этот «заказчик» советовал сразу привыкать кушать себе подобных, не стесняясь.
- Ять…
- На девятый год острова начнут умирать, превращая в каменные пустыни. К тому времени всем игрокам выдадут квест – надо будет по ряду признаков определить остров, который останется в финале. Именно там можно будет переждать девятый год… На нём снова придётся убивать друг друга – и опять будет жестоко не хватать ресурсов. Но там ты хотя бы имеешь шанс выжить… На других островах – с гарантией умрёшь.
- Так, хорошо… Вернее, нехорошо – похоже, всё плохо. А потом?..
- А потом начнётся десятый год. На остров последовательно будут выпускать таких тварей, с которыми практически невозможно справиться. Если до конца года хоть кто-нибудь доживёт, то он и станет победителем в игре. Я тогда спросил, удалось ли это кому-нибудь. А тот инопланетянин ответил, что за все пять сезонов – пока не вышло ни у кого. Пятьдесят лет, представляешь, Филь!.. Пятьдесят лет они показывают кровавую игру с участием таких же, как мы… Мы в шестом сезоне… Вот сижу и думаю, а не потратить ли сейчас последнюю жизнь – чтобы избежать всего этого?
Вот почему Плутон был прав… Вот почему обращала моё внимание на него система… Мы все были обречены, но ещё даже не знали об этом. А узнать можно было, только тратя свои драгоценные триста жизней!.. И уже потом, на последней жизни, выбирать: играть нам в такие игры или нет. Ведь игра, как арена гладиаторов в Риме, в первую очередь, дарила наслаждение зрителям, а не участникам. Мы должны были страдать, умирать, а ещё совершать подлости и кроваво расправляться друг с другом...
Тем не менее… Из любой ситуации есть, как минимум, два выхода. Один из них сейчас как раз обдумывал Плутон. Шаг в пропасть, короткий полёт – и ты уже никогда не увидишь всего творимого вокруг зла. Не пойдёшь больше на подлости и не поешь человечинки, утоляя грызущий тебя голод… Но ведь есть и другой вариант – сломать правила! Пойти поперёк потока, найти дыру в стройной системе игры… Попробовать избежать воздействия системы… Конечно, она умеет влиять на мозги, но обычно старается косвенно действовать – через внешние условия.
Например, устроить войну Мыса с Обителью, чтобы третьей стороне – Острову – захотелось поучаствовать. И тогда, включившись в бойню, отдельные лидеры Острова легко проявят свои самые сильные качества. Интриганство и подлость, например… Или привести на остров без ресурсов – где все бегают с деревянными палками и травяными юбочками – беженцев, вооружённых сталью. И вот эти самые беженцы быстро вырежут всё местное население в условиях сокращения кормовой базы. Не потому, что они слишком жестоки. Просто у них появится надежда пережить тяжёлые времена, а ещё будет возможность добыть себе еды и устранить конкурентов. Прикрываясь благими целями сохранить жизни своих друзей и близких, они пойдут на ужасающие поступки – на радость толпе зрителей, глядящей, как умирают участники игры, теряя последнюю жизнь… И уже потом мы – в надежде спасти себя и близких – будем резать друзей и знакомых. А потом…
Потом каждый из нас, если выживет, окажется перед страшным выбором. Чья жизнь для меня важнее? Своя или, к примеру, любимой женщины? У меня, конечно, пока нет любимой женщины, но вот появится – и что? Смогу ли я сам себя ей скормить, чтобы спасти от голода? Впрочем, и этот выбор окажется пустым – потому что вскоре тот человек, которого ты спас, столкнётся с теми, кто пожертвовал остальными ради себя самого. И только такие и дойдут до финала… Я не знаток человеческих душ, но в свете открытого Плутоном понимаю, что на последнем острове будут только самые подлые, самые коварные, самые беспринципные и жестокие. Попав в руки врага, они будут лить слёзы и просить отпустить их, невинных овечек – а потом, когда ситуация перевернётся, с наслаждением будут мстить. Жертвы Жадности… Жертвы эгоизма и себялюбия! Те, кто переживёт всех остальных…
Есть ли у меня шансы? Положа руку на сердце – нет. Но это ещё не повод самоубиваться!
- Это не повод самоубиваться! – заметил я.
- Может быть! – Плутон печально улыбнулся в ответ. – Я даже верю, что у тебя, Филь, получится что-то изменить. Но я в любом случае умру…
- Не умрёшь!
- Умру… – Плутон погладил Птеро, который жалобно потёрся о его плечо. – Не потому что сдался. Я ведь и домой теперь не очень хочу. Я больше не аутист, и меня не надо гиперопекать. Моё решение играть не было ошибкой – боюсь, это было лучшее, что я сделал в жизни. И, потом, ведь это моя последняя жизнь. Сколько я с ней протяну? Даже безвылазно сидя в Мысе – сколько? Ну год, ну два… Я не дотяну до конца игры… Но ты прав: лучше ещё пожить, чем сразу с обрыва…
- Вот и отлично! И жить ты будешь в Мысе. Даже больше того – у нас, в форте. Выделим тебе твоё личное жилище! – кивнул я.
- Вот только не уподобляйся моим родителям! – попросил Плутон и даже засмеялся. – Пусть в моей жизни останется хоть немного риска.
- Хватит ещё на твою долю риска… – кивнул я. – И всё равно, как-никак это последняя жизнь… Кстати, а чем закончилось твоё общение с тем инопланетным хмырём?
- Я дал устное согласие, а потом он чем-то меня уколол… И ещё выставил таймер. Подождал, пока наберётся 299 секунд, которые мне предстояло забыть… И всё – дальше темнота.
- А почему ты дал согласие? – спросил я.
- Знаешь, у меня такое чувство, будто мне как-то воздействовали на мозги, – признался Плутон. – Очень странное состояние было, понимаешь…
- Ясно… Значит, и мы дали согласие, – кивнул я, пока ещё не находя, к чему придраться, кроме возможного факта воздействия на мозги. – …А почему наши ломанулись в Борисовск?
- Ой, блин! Забыл тебе сказать!.. – Плутон хлопнул себя по лбу. – Туда Казяк обещал приплыть. Говорил, что тебя одна их местная «шишка» захватила и попытается «убрать с доски». Ты ведь так и не появился к тому времени, вот и решили все идти туда – узнавать, что случилось.
- Тогда мне надо идти, – кивнул я. – А то отправят Казяка в плавание, а он, по сути, наш потенциальный союзник.
- Я с тобой! – вскочил на ноги Плутон. – Не возражай. С тобой безопаснее пока! А как вернёмся в Мыс, так и поберегусь.
Система, скотина ты такая! Почему ты ставишь нас перед подобным выбором? Почему парень, только сумевший начать жить самостоятельно, избавившийся от своей замкнутости и отстранённости, должен рисковать своей единственной жизнью? И почему я этой его жизнью должен рисковать?..
Не я поставила вас в такие условия.
Ведь ты же сама их организуешь! Ты всё это подстраиваешь!
Задай себе вопрос, а хочу ли я этого? И, возможно, ответ тебя сильно удивит, Филя!