Глава 27. Песец на горизонте...
Ночевать решили в Птичьей Скале. Отправляться вечером в Борисовск не было никакого смысла. Моя голова была забита миллионом ненужных мыслей, и я долго не мог уснуть – и всё думал, и думал, и думал…
И даже когда система сообщила о победе Мыса в Железной Долине, я думал вовсе не о нашей мелкой войне, а о глобальной катастрофе, в которую нас очень скоро начнут окунать, как кутят – причём, всеми мега-островами игры.
Все планы, достижения, стремления и надежды – всё казалось теперь настолько несущественным и неважным, что оставалось лишь удивляться, как мы могли придавать им так много значения? Так всегда бывает, если в твой маленький уютный мирок влезает отвратительное мурло глобальной реальности…
Например, сидишь ты на работе, месяц за месяцем исправляешь чужие косяки, мечтаешь о повышении, переживаешь из-за отношений с коллегами из соседнего отдела – а потом сверху как прилетит решение о банкротстве!.. И вот, честное слово, примерно так же себя и чувствуешь в какой-то момент… Сразу все эти коллеги и все очень важные дела становятся совершенно ненужными и несущественными. А вот размещение своего резюме для поиска работы везде, где только можно – сразу и выходит на первый план, занимая всё твоё внимание на первых порах. Сам я в такие ситуации не попадал, но со стороны наблюдать приходилось…
Потом-то всё равно возвращаешься в привычный ритм, когда глобальная угроза уходит в тень, оставаясь где-то на периферии внимания… Но поначалу кушать не можешь – только о ней и думаешь.
День двести семьдесят девятый!
Вы продержались 278 дней!
А утром, открыв глаза, я понял, что один всё равно ничего не придумаю. Когда в одиночку пытаешься изменить весь мир – банально не хватает знаний. Однако и рассказывать всё, что поведал мне Плутон, всем и сразу – никакого смысла нет.
Кстати, он и не рвался всем ничего рассказывать, вопросительно поглядывая на меня. Подозреваю, что от того, что я ему скажу – будет зависеть, что он решит и о своей дальнейшей судьбе. Но я продолжал молчать всё утро, пока мы не покинули посёлок и не отправились в сторону Борисовска…
- Если рассказать всё и всем сейчас, то локальный звездец начнётся немедленно, – заметил я, пока мы шагали по лесу. – Начнётся паника, и в результате сделать ничего будет нельзя…
- Я тоже так думаю, – серьёзно кивнул Плутон.
- …Но если отмахнуться от того, что ты сказал – то мы все умрём, – продолжил размышления вслух я.
- А что же делать?
- Я вчера весь вечер об этом думал, но знаешь… – я усмехнулся. – Понял только, что даже если бы сходу удалось что-нибудь изобрести – это был бы плохой вариант! Каждый раз, когда я придумываю что-нибудь один – потом в моей схеме обнаруживается много недостатков. Как только мы вернёмся в Мыс, ты расскажешь всё ещё раз. В этот раз всем нашим руководителям и доверенным людям. И сообща мы что-нибудь постараемся решить…
- Хорошо, – согласился Плутон.
Я вызвал Зверя и сначала долго уговаривал его показаться, а потом ещё дольше упрашивал охранять Плутона, пока мы не вернёмся в Мыс. Зверь все мои просьбы понял сразу, но поначалу ни в какую не соглашался. Вредничал, гад такой!.. В итоге пришли к компромиссу: он охраняет и Плутона, и меня, но, в первую очередь, до возвращения в Мыс – Плутона.
Я боялся, что у моего питомца может случиться конфликт с Птеро. Однако, как выяснилось, эти двое были давным-давно знакомы. Летающий ящер не раз уже сообщал Плутону про путешествующую со мной тварь.
Ночевали мы в лесу, под охраной Птеро и Зверя – поэтому внезапного нападения я не слишком боялся. Тем более что прошли сутки с момента потери молота, и я снова смог вызвать его. А вот с этим оружием мне сам главный чёрт с его свитком… да даже демон этот крылатый – не страшны.
День двести восьмидесятый!
Вы продержались 279 дней!
Следующий день тоже прошёл без происшествий – и к вечеру мы, наконец, достигли Борисовска, где расположилось войско Мыса. На берегу болтались два знакомых плота островитян. Казяк, видимо, успел прибыть. Меня проводили к дому, где с ним общался Борборыч, Бамбина и Барэл, и к тому моменту, как я вошёл внутрь, они были единственными, кто не знал о моём возвращении.
- Филя! – обрадовался рейд-лидер. – А нам здесь рассказывают, как тебя отправили в далёкие края помимо твоей воли…
- Филя!.. – ошарашенно проговорил Казяк и хмуро посмотрел на не менее ошарашенного островитянина, который сидел рядом с ним.
- Всем добрый вечер! – жизнерадостно поприветствовал я присутствующих. – Ну, формально, так и было – отправили. Но уплыл я недалеко…
- Тогда что-то ты поздновато припёрся! – возмутился Барэл. – Мы уже строили планы, как всех жестоко убить за тебя!..
- Увы, каюсь… Психанул и решил сначала кое-что у кое-кого выяснить!.. – не стал скрывать я. – А потому первым делом вернулся в Железную долину. И только потом – пошёл сюда.
- Что, опять Ариша зарезала? – сочувственно произнесла Бамбина. – Поговорить-то хоть успели?!
- И поговорить, и повоевать, – серьёзно кивнул я.
- Значит, всё-таки Латник меня не подвёл… – Казяк кивнул на сидящего рядом островитянина. – Вас, Филя, действительно посадили на плот и отправили в путешествие?
- Посадили! И отправили! – кивнул я. – И у меня к вам, Казяк, есть очень большой вопрос. Кто такой, ять, этот грёбаный Барон?
- Глава фракции войны, – ответил за Казяка Латник. – И я бы даже уточнил, что ещё он глава коалиции нескольких фракций. Вы можете что-то рассказать о плене: кто именно вас схватил, кого видели?
- Видел я, в основном, обителевцев, – вздохнул я. – Игоря, бывшего охранника Ариши, и его людей. Из ваших я видел только Барона, какого-то врача – Андрея, и ещё парочку товарищей, которые ставили парус на моём плоту.
- Саныч и Петруха, бывшие яхтсмены, – кивнул Казяк. – А вот Андрюша – это новость плохая… Когда он успел с Бароном спеться?
- Он всегда был от него достаточно зависим, – пожал плечами Латник. – Филя, а было ещё что-то, что при вас говорили?
- Не припомню, – покачал я головой. – Барон ничего особо не говорил – болтал, в основном, Игорь. Хотя нет, стойте… Барон сказал, что Игорь своё получит. И ещё планировал со временем устроить провокацию с Эльдорадо на востоке.
- Чёрт, плохо… – нахмурился Латник, погружаясь в размышления.
- Мы искали вас на Острове… – заметил Казяк, пока его помощник молчал. – Но так и не нашли. Даже выбили санкцию на обыск дома Барона. А потом я узнал, что ему в пользование передали домик на Новом Острове – небольшом островке чуть южнее. Латник отправил туда людей, и те выяснили, что в дом накануне принесли большой ящик, а потом этот же ящик перенесли на два плота, на которых барон ночью отплыл от берега. Вернулся только один плот, а ящик больше никто не видел.
- Да, зато я ящик в жизни не забуду!.. – усмехнулся я. – Хотя большую часть проведенного в нём времени я просто спал…
- Андрюша постарался? – хмуро уточнил Казяк.
- Он самый, – кивнул я.
- Надо уводить наших! – наконец, подал голос Латник. – Конечно, надо проверить всё ещё раз, но пока мой предварительный вердикт: Казяк, нам лучше уходить.
- О чём речь? – поинтересовался я.
- Казяк прибыл сюда обсудить присоединение своей фракции к Мысу, – ответил Борборыч. – У них там совсем всё в разнос пошло: вот народ и собирается бежать, пока репрессии не начались…
- Так и есть, – кивнул Казяк. – Печально, но факт. Когда мы основали Остров, то договорились о равном партнёрстве между фракциями каждого из тех, кто научился общаться на расстоянии. Но чем дальше, тем больше я вижу признаков того, что основной принцип забыт. Боюсь, что скоро на людей из моей фракции может начаться охота… Как, впрочем, и на наших союзников. Будете ли вы против того, чтобы мы переселились сюда, в Борисовск?
- Глобально – нет! – признался я. – Вопрос только с вашей точкой возрождения. Здесь, в Борисовске, она сейчас не работает.
- Я могу попробовать договориться с Афанасием из Птичьей Скалы…
- Нет, плохой вариант… – покачал я головой. – После вашего нападения веры там вам нет. Да и я не смогу быть полностью уверен, что это не очередной хитрый план…
- Как же тогда? – спросил Казяк.
- Система? В случае перехода под управление Мыса в Борисовске можно восстановить работу точки возрождения?
Это возможно. Но за подобный демарш в войне будет наложен штраф!
- Вот и ответ, – сказал я Казяку.
Символический штраф.
- Спасибо, – серьёзно кивнул островитянин. Причём, похоже, обращался он в тот момент именно к Системе. – Тогда мы завтра отплываем на Остров и попытаемся всё выяснить и решить вопрос. И если что – поплывём сюда. Здесь будет находиться какой-нибудь ваш представитель?
- Будет небольшой гарнизон, – кивнул Борборыч.
- Тогда как прибудем, сразу попросимся под вашу юрисдикцию, и точка возрождения снова заработает, – кивнул Казяк. – Латник? Вопросы, уточнения – есть?
- Нет. Рад был с вами пообщаться, господа, – очень официально кивнул тот всем присутствующим.
- Отплываете немедленно? – удивился Барэл.
- Да, – кивнул Казяк. – Маршрут нам известен, так что можем плыть и ночью. А чем быстрее мы вернёмся и выясним, что происходит на Острове, тем быстрее примем решение. Всего хорошего!
Провожать послов мы не стали: просто помаячили на пороге и вернулись на свои места в том же доме.
- Ну рассказывай! – кивнул мне Борборыч.
И вот теперь я начал подробный рассказ о своём плене. О том, как меня обижали нехорошие люди (и черти!), и о том, как я сумел сбежать… Ну и, конечно же, рассказал про свой разговор с Аришей и про битву в Железной долине. А напоследок упомянул, что Плутон рассказал мне кое-что важное – но вот этот вопрос уже лучше обсудить в Мысе…
- Мы не можем в Мыс! – заметил Борборыч. – Надо здесь прикрывать фланг.
- Нет, Борборыч, мы не только можем в Мыс… Мы срочно должны отправиться туда! – возразил я. – Во всяком случае, все, кто в этом доме сидит, а ещё Дойч и Плутон. А лучше – вообще все ударники. И всё это из-за сведений Плутона.
- Ну что ж… Тогда будем готовиться к отбытию! – кивнул рейд-лидер, не став со мной спорить.
Борисовск мы покинули через пару дней, выдав инструкции ополченцам, назначив командиров, определив очерёдность смен и способ сообщения со столицей. Ещё шесть дней нам предстояло добираться до Мыса. С собой мы взяли небольшой запас еды и нагрузились добычей, которую собирались доставить домой. Даже если впереди нас ждал апокалипсис местного разлива, то, если честно, его приятнее встречать с определённым комфортом и материальной базой. Так что чем больше запасов сделаем – тем легче нам будет.
В пути нас настигло уведомление от Казяка, сообщавшего, что они благополучно вернулись на Остров и начали изучать изменения в раскладе сил. А уже на подходе к Мысу мы встретились с Котовым, который исследовал речной путь сообщения с Шикари – и остался им весьма доволен. Вместе с Котовым по реке прибыл и обещанный Кириллу котёнок. Мордатый, наглый и очень похожий на своего папашу…
Так что первым делом по прибытии в Мыс, Котов и я отправились глумиться над Лидией, внося в её тяжёлую секретарскую жизнь ещё немного хаоса и непредсказуемости. Потому что вот нельзя быть такой строгой и серьёзной – причём, ведь на полном серьёзе, а не в шутку…
А на следующий день состоялось первое заседание Большого Совета, тогда казавшегося очень важным и очень нужным (ну лично мне!). И да, забегая вперёд, это была лишь очередная и никому не нужная попытка упорядочить хаос мира, в котором нам довелось жить. Потому что хаос – он на то и хаос, что его нельзя упорядочить, если ты простой смертный со скромным запасом всего из трёх сотен жизней. И если обстоятельства сложатся так, что Большому Совету придётся, например, стать командой цирковых клоунов – то именно ими и придётся побыть.
На первом заседании мы успели понять, кого привлекать к вопросу, помимо тех, кто уже присутствовал – а это были я, Кирилл, Саша, Ручки, Котов, Ваня, Бел, Поляк, Бамбина, Барэл (ему всё равно всё расскажет Бамбина!), Дойч, Борборыч, Дядя Фёдор и Кривой. Ну и, конечно же, с нами был Плутон, который заново рассказал, что такое наши триста жизней и что они у нас отняли. На этом, к сожалению, истекли два часа «Я в домике» – и нам пришлось прерваться.
Находясь в Мысе, я откровенно ленился. Ходил в кафе к Повару, часами пялился то на город, то на море. И думал, думал – без конца думал, как найти выход из нашего положения. А Мыс за время моего отсутствия изменился – и изменился в лучшую сторону. Весь город был застроен кирпичными домиками в два этажа, а ещё появились улицы, по краям которых положили деревянные настилы. Деревянные крыши и черепица из коры постепенно вытеснялись керамическими поделками. В верхнем городе росли склады, большие и маленькие дома, административные здания. Начиналась закладка крепостной стены из кирпича.
Теперь Мыс уже не был деревней в нескольких тысяч голозадых бомжей. Это был настоящий городок, который быстро развивался и рос. Ещё месяц – может быть, два – и мы превратимся в силу, которая станет не по зубам большинству объединений нашего мега-острова. А ведь всё началось с двух придурков, одетых в травяные юбки и едва сбежавших из посёлка Лосева, с которым мы не поделили заготовки волокон под первую верёвку. Теперь один придурок водил в бой армии, а другой – мучил бюрократией мысовских народных хозяйственников.
Второе и третье заседание Большого Совета прошли под девизом «мозговой штурм». Мы упорно пытались придумать, как избежать того, что приготовила нам система. Или, точнее, как наименее болезненно пройти через все испытания… Вариантов у нас было немного, и у каждого были свои недостатки…
Первый вариант, который в шутку обозвали «Крепость-амбар», заключался в том, что на основе Мыса предлагалось создать убежище – которому не страшны будут ни извержения, ни цунами, ни глобальное похолодание. И чисто теоретически мы могли это сделать. Просторные пещеры под городом, запас воды, высокая скала – всё это могло защитить нас от грядущих катаклизмов. Вот только чтобы сделать такое убежище, одного года было откровенно мало. Нужно было ещё пять-шесть лет, которые система нам может и не подарить.
Второй вариант ожидаемо получил название «Ковчег», потому что предусматривал всё то же самое – вот только не на острове, а на воде. Построить огромный корабль, а может, даже и не один, погрузить в него всё необходимое для выживания, набить едой под завязку, и отправить в плавание прочь – туда, где не будет извержений и прочих прелестей. Однако такой вариант был плох тем, что не учитывал предстоящую вулканическую зиму, которая обещала напрочь выморозить почти все острова. К тому же, мы не знали, что находится вокруг нас – и что там, за горизонтом? Какие твари водятся в океанах, и не будет ли им под силу потопить наши суда? Да и вопрос с материалами для исполинской постройки всё-таки стоял весьма остро. А если через полтора года проснётся наш вулкан, то успеем ли мы всё подготовить?
Были и различные вариации, предполагавшие и тот, и другой вариант – или отдельные их элементы. Но я понимал, что всё это не то… Система и создатели игры наверняка учли все возможности. И обязательно сделают так, чтобы заблокировать подобный демарш игроков. И все планы, как карточный домик, разлетятся от одного-единственного удара игрового хаоса. Да наши мастера только первую нормальную сталь успели получить, пока все эти обсуждения шли… Первую на всём мега-острове, но, как оказалось, не первую в мире. Смешно! Голопопые голодранцы, которые решили спастись от сил природы и системы, которая всеми нами умела крутить так, как ей вздумается…
А ещё Ваня поймал в Мысе первого преступника за пару дней до моего приезда. И, не найдя ничего лучше, его отправили к дубровикам в качестве наказания. То есть даже чтобы избавиться от нежелательного элемента – нашим пришлось прибегнуть к помощи системы! И вот с ней мы собирались бороться?..
На двести девяностый день система подняла нам интеллект, и я стал всерьёз рассматривать вариант быстро подняться до пятидесятого уровня, чтобы сменить схему прокачки. Нет, я верил в свои силы – и в то, что я рано или поздно начну гонять чертей, а не вариться в котле – но ведь сколько для этого придётся пережить, а?..
Шли дни, а мы так и не могли ни на что решиться. И всё больше во мне крепло убеждение, что пора готовить резервный, очень эгоистичный, план. План, по которому спасение получат далеко не все… Пусть потом я и стыдился этих мыслей, но отрицать их – было бы всё равно, что обманывать самого себя, а ведь это – худший обман из всех…
На двести девяносто пятый день пришло сообщение от Казяка, которое очень удивило меня и Борборыча, потому что было странным – во всяком случае, во второй своей части.
«Покидаем Остров… Три фракции… Уходим в Борисовск… Нас предали… Как разместимся – выедем к вам... У Обители и Эльдорадо какие-то проблемы… Нет информации… На севере видели корабль под парусом – что-то вроде ладьи… Будьте осторожны!..».
Что именно он хотел сказать? Мы всем Большим Советом так и не додумались. Мы продолжали думать над тем, как спасти людей, а ещё привлекли к обсуждению некоторых мастеров, строителей, Финика и его воспитанников, но воз всё оставался на месте. Нам требовалось больше информации, больше знаний про этот гребаный игровой мир – а время стремительно уходило.
День трёхсотый!
Вы продержались 299 дней!
Когда закончилось очередное заседание, я сидел и пил. Один. И смотрел на море со стены форта. Рядом со мной ещё сидели Плутон и Птеро, но вот они как раз не пили. Далеко-далеко в море болталась чёрная точка, которую я заметил практически сразу. И эта точка всё росла и росла, постепенно приобретая очертания плота. Странного плота, похожего просто на кучу слипшегося в большой комок дерева. Однако вся конструкция каким-то чудом не развалилась, и пять человеческих фигурок на плоту спокойно гребли, не боясь провалиться в воду. К нам плыли гости, и мы даже ждали гостей – а именно, Казяка с его людьми. Однако на необычном плоту явно были не островитяне…
А пока я ещё наслаждался тёплым тропическим утром и думал, что все глобальные проблемы начнутся только через год – не раньше. А нас уже догонял северный полярный лис, который песец. Глупый, наивный и прекраснодушный Филипп Львович… Пора мне начинать учиться на собственных ошибках! Нет в здешнем мире добрых неожиданностей! Наколку себе сделаю с такой надписью – и буду смотреть каждый раз, когда кажется, что жизнь налаживается!..