Глава 16

Игорь и Ники стояли друг напротив друга в центре восьмиугольного октагона. Никто из них не торопился атаковать противника, как будто сигнал для начала боя прозвучал не для них. Стеклянные стены вокруг них поблескивали силовым полем. Даже сквозь толстую преграду я чувствовал их напряжение.

В один момент почему-то зал затих. Даже те, кто ещё минуту назад скандировал имена своих фаворитов, сейчас замерли, глядя на бойцов, которые не сводили друг с друга глаз.

Я стоял у самого барьера. Рядом со мной были все, Виктор, Настя, Лиза, Анжелика. Если честно, мне кажется, что этого боя каждый из нас ждал даже больше, чем своего. Настолько важное было событие для Игоря. Были ли у него шансы? Да, конечно. Но шансами ещё нужно суметь воспользоваться.

Старшекурсник выглядел расслабленным. Даже слишком расслабленным. Он стоял с лёгкой улыбкой на губах. Руки были опущены, плечи расправлены. Будто он вышел не на бой, а на прогулку по парку. Только темным очков не хватало.

Его форма была идеальной. Ни единой складки, ни единого пятнышка. Светлые волосы аккуратно зачёсаны назад, ни один волосок не выбивается.

Он даже не разминался — просто стоял и смотрел на Игоря с высоты своего опыта, титула и уверенности.

Игорь Безухов чуть заметно переминается с ноги на ногу, сжимает и разжимает кулаки, а его плечи напряжены.

— Слушайте, друзья, — сказал я, не отрывая глаз от октагона. — Я Игоря никогда таким не видел.

— Каким? — спросила Лиза.

— Собранным. Обычно он треплет языком как помело, а тут молчит. Все внимание на оппоненте. — ответил я ей.

— Потому что понимает, с кем сейчас имеет дело, — ответил Виктор. — Ники — это не вам Трегубовских прихвостней в вагоне-ресторане раскидывать одной правой. Очень серьёзный противник.

— Игорь тоже серьёзный! И он ни раз всем нам это доказывал. — заметила Анжелика.

— Да, — кивнул Виктор. — Но Ники все-таки чемпион. Не стоит об этом забывать.

— Ну что, первокурсник. Как тебя там, Безнюхов? — голос Ники разнёсся по октагону. — Наслаждаешься этим моментом? Такое бывает только раз в жизни, да и то не у всех. Первый бой на большом турнире, и сразу же против действующего чемпиона. Зрители смотрят, девушки волнуются. Красиво, правда?

— Хороший дебют, — ответил Игорь,

— Запомни его, малой, — усмехнулся Ники, чуть наклонив голову. — Потому что дальше будет больно. Очень большое. И не только тебе, а всем, кто на тебя смотрит. Я не люблю проигрывать, а с новичками я не церемонюсь.

Ники не стал атаковать первым. Он стоял на месте и смотрел на Игоря с лёгкой, снисходительной улыбкой, скрестив руки на груди. Он ждал. Он давал Игорю шанс. Думаете он был великодушен? Пффф! Нет! Все это только потому, что хотел показать:

«Я настолько сильнее, что могу позволить тебе атаковать первым».

Игорь сделал шаг вперёд, потом второй. Его кулак, усиленный воздухом, пошёл в корпус Ники. Удар был быстрым, резким, почти без замаха. Именно так, как учил на своих занятиях Борис Ли.

Ники ушёл от удара. Легко, плавно, будто танцевал в октагоне. Он даже не напрягся. Совсем. Просто сместился в сторону на полшага, и удар Игоря прошёл мимо, разрезав воздух с соответствующим звуком.

— Скучно… — сказал Ники, демонстративно изображая зевок. — Я пришел сюда на хорошую драку боевых магов, а пока это просто детский сад

Игорь стиснул зубы. Я видел, как дёрнулась его челюсть. Безухов разозлился. Он пошёл в серию ударов. Правый прямой в голову. Левый хук в корпус. Коленом куда-то в бедро. Каждый удар был усилен воздухом, был быстрым и точным. Он работал корпусом, вкладывал в удары весь свой вес.

Но и Ники оборонялся по всем правилам. Он двигался так, будто знал, куда придёт следующий удар за секунду до того, как Игорь его наносил. Он не блокировал. Ники просто уходил в сторону каждый раз. От этого Игорь злился всё больше. Его дыхание стало чаще, удары хаотичнее. Он уже не думал над каждым своим следующем шагом. Его вела слепая ярость.

— Давай, Игорь! — заорал я, вцепившись в барьер так, что он заскрипел. — Успокойся и работай как работал! Нужен один точный удар.

— Если так дальше пойдет, то у Игоря закончатся силы. Он не попадает по Ники, — сказал Виктор рядом. Я чувствовал, как он был напряжён. Его пальцы сжимали край барьера.

— Ники просто играется с ним… — ответила Настя. — Он не включился на полную. Он даже не атакует.

— А Игорь этого уже не видит. Он стал слеп из-за злости. — добавила Лиза. — Я вижу, как он тяжело дышит.

— Если так пойдёт дальше, — сказал я, — он выдохнется через минуту.

Игорь дышал тяжелее, его удары стали чуть медленнее, чуть предсказуемее. А Ники всё так же легко уходил, не нанося ни одного удара в ответ. Он просто скользил по октагону и улыбался.

— Что ты делаешь? — крикнул Игорь, остановившись на секунду. Он стоял, согнувшись, уперев руки в колени, и тяжело дышал. — Дерись! Что ты за чемпион, если только бегаешь от меня по углам, как трусливая девка!

— Зачем? — усмехнулся Ники, поправляя рукав формы. — Ты отлично справляешься сам. Ещё немного, и ты выдохнешься, а я пока отдохну. Мне же завтра ещё драться, а ты для меня так, разминка.

— Трус! — Игорь бросился вперёд.

Это было его главной ошибкой. Я увидел это за секунду до того, как Ники двинулся вперед. Игорь потерял концентрацию, забыл о защите и думал только о том, чтобы достать противника. Он раскрылся.

Ники перестал уклоняться. Его кулак, усиленный воздухом, влетел в корпус Игоря с такой силой, что Безухов согнулся пополам. Звук удара был глухим, тяжёлым. Все услышали его даже сквозь стекло.

— Один! — сказал Ники.

Игорь попытался выпрямиться, но Ники не дал. Второй удар в плечо. Игорь зашипел от боли, отшатнулся, но Ники уже шёл вперёд. Третий удар полетел в голову, в висок.

Игорь отлетел к краю октагона, упал на колено, но встал. Я видел, как дрожат его ноги, как он зажимает рукой бок, как кровь течёт из разбитой губы, но он встал.

— Вставай, — сказал Ники, глядя на него сверху вниз. — Я ещё не закончил.

— Я и не собираюсь лежать, — ответил Игорь, вытирая кровь.

Он снова пошёл вперёд. Он был слабее, медленнее, он уже проиграл, но не сдавался.

— Зачем? — спросил Ники, уклоняясь от очередного удара. — Ты же понимаешь, что не можешь меня победить.

— Могу! Пока стою на ногах внутри октагона, — ответил Игорь и ударил.

Попал в плечо. Ники дёрнулся, удивлённо посмотрел на свою руку, потом на Игоря.

— А знаешь, что… — сказал он. — То, что ты внутри октагона, легко можно исправить!

Он начал просто избивать Игоря. Удар в корпус, удар в плечо, удар в ногу. Каждый удар был точным, выверенным, без лишних движений. Игорь пытался защищаться, но Ники был быстрее. Он был сильнее и опытнее.

— Остановите его! — крикнула Анжелика, закрывая лицо руками.

— Не остановят… — ответил Виктор. — По правилам, пока боец на ногах, бой продолжается.

Игорь вставал. Каждый раз он поднимался. Кровь текла из разбитой губы, из рассечённой брови, из носа, но он вставал. И Ники, глядя на это, злился.

— Ляг и не вставай! Сдайся! Ты никогда не сможешь меня победить! — прорычал он.

— А ты бы сдался, Ники? — ответил Игорь, вытирая кровь рукавом. — Если бы был на моём месте? Если бы все твои друзья смотрели на тебя? Ты бы сдался? Что-то я сомневаюсь…

Ники посмотрел на него секунду. Его лицо стало серьёзным.

— Нет, — сказал он. — Не сдался бы. Но если ты думаешь, что за твое упорство я буду к тебе относиться с уважением, ты сильно ошибаешься. Раз ты не хочешь сдаться, тогда это будет уроком для всех.

Он шагнул вперёд, и его следующий удар был страшнее всех предыдущих. Я услышал, как хрустнули рёбра друга. Он отлетел к краю октагона, упал, попытался встать, и не смог. Его тело просто отказалось слушаться.

— Не вставай! Игорь ты всем и так уже все доказал! — заорал я, колотя по стеклу.

Он пытался. Я видел, как он тяжело опирается на руки, как дрожат его мышцы, как он поднимается на одно колено и снова падает на арену.

Ники подошёл к нему. Наклонился, взял о за руку и поднял на ноги. Мы выдохнули. Наверное это все и теперь он может поможет ему встать и покинуть октагон тем самым проиграв в турнире? Может, он проявит уважение к его стойкости и даст завершить бой на ногах?

Как же сильно мы, сука, ошибались….

Ники поднял Игоря над головой. Замер на секунду, глядя на нас, и улыбнулся.

— НЕТ! — заорал я, бросаясь к стеклу. — Отпусти его, гребаный урод!

— Остановите бой! Остановите! — кричали Лиза и Анжелика.

Ники посмотрел мне в глаза, улыбнулся.

— СТОП! БОЙ ОСТАНОВЛЕН! — закричал Борис Ли и двинулся в из сторону.

Чемпион посмотрел на него и бросил Ники перед собой. Безухов упал на пол, ударился головой. Тело его было неподвижным, руки раскинуты в разные стороны, лицо в крови. Медики бежали к нему. Мы тоже не стояли на месте.

— Игорь! Игорь, ты слышишь меня? — закричала Елизавета. — С тобой все хорошо⁈ Игорь⁈

Он не отвечал. Глаза закрыты, дыхание слабое, почти незаметное. На лбу рассечение, из которого текла кровь, заливая глаза, щёки, форму.

— Отойдите! — крикнул медик, отталкивая меня. — Дайте нам пространство! Не мешайте работать.

Я отошёл на шаг и увидел Ники. Он стоял в центре октагона, продолжая смотреть на меня, и улыбался.

Я рванул к нему.

«Ярослав! — голос Алисы в голове был резким, как удар хлыста. — Остановись! Не давай волю эмоциям!»

«Ты видела, что он сделал? — заорал я мысленно. — Он чуть не убил его! Он специально выбросил его за пределы, когда Игорь уже не мог защищаться!»

«Я знаю, что он сделал, — в голосе Алисы чувствовалась тревога. — Но если ты ударишь его сейчас, тебя дисквалифицируют. Думаю, он именно этого и хочет, Ярик. Я чувствую его ауру — он боится тебя. Боится встретиться с тобой в честном бою. Поэтому он провоцирует. Он хочет, чтобы ты напал, чтобы тебя отстранили. Подумай об этом».

«Мне плевать!» — сказал я, сжимая кулаки.

«Хорошо, а если тебя отстранят, кто победит Ники? Кто отомстит за Игоря? Ты хочешь, чтобы он выиграл турнир, потому что ты не смог сдержаться? А если он попадет на кого-то ещё из наших? На Виктора и ли на Настю? Что тогда?» — девочка-призрак не оставляла попыток меня остановить.

Я стоял на арене и замер. Руки тряслись. В груди кипело пламя, готовое вырваться наружу.

Я посмотрел на Ники. Он стоял, скрестив руки на груди, и ждал. Улыбался. Он знал, что я ударю. Ждал этого момента.

— Когда мы встретимся здесь, — сказал я, и мой голос прозвучал громко в тишине зала, — Я тебя уничтожу, мразь! Не просто ударю. Я сломаю тебя так, что ты запомнишь этот день на всю жизнь. Теперь моя цель не победить в турнире, а уничтожить тебя.

Я развернулся и пошёл к выходу.

Игоря увезли в медпункт. Мы остались стоять у стеклянной стены, глядя на опустевший октагон. Медики унесли его на носилках. Лицо было бледным, глаза закрыты, форма разорвана в нескольких местах. Зал гудел, обсуждая случившееся. Кто-то возмущался, кто-то, наоборот, кричал, что Ники действовал по правилам, что Игорь сам не сдался, когда мог.

— Он специально это сделал… — сказал Виктор, не отрывая взгляда от уже пустого октагона. — Он мог закончить бой раньше. Мог просто вырубить его. Но он специально сделал это на публику.

— Я знаю… — ответил я.

— Ярослав, ты молодец, что не напал на него прямо там на арене, — сказала Настя. — Это было тяжело. Я видела твои глаза. Ты был готов его убить.

— Был… — признал я. — Я и сейчас готов, только вот пока случая такого не было. Но ничего. Скоро будет.

— Теперь я жалею, что не стала участвовать в турнире. Я бы сама ему глаза вырвала бы. — сказала миролюбивая Лиза.

— Не переживай. Я сделаю это за тебя! — ответил я.

Петр Сергеевич что-то долго обсуждал с Борисом Ли. Ректор поднялся на возвышение. Его лицо было серьёзным, голос звучал ровно.

— Уважаемые студенты, преподаватели и сотрудники академии! — сказал он. — Это был бы отличный день открытия турнира, если бы его не омрачила последняя схватка. Вернее выходка одного из её участников. Посоветовавшись мы вынуждены принять следующее решение. За неспортивное поведение и атаку соперника после остановки боя Ники Верховский отстраняется от занятий в академии и от дежурств искателем сроком на месяц. Отсчет пойдет с завтрашнего дня. Он продолжит участие в турнире, но с предупреждением. Еще одно малейшее нарушение или неподобающие поведение студента академии и он будет дисквалифицирован. И я сейчас обращаюсь не только к нему, но и ко всем вам. Помните, что в первую очередь вы будущее Империи! Аристократы! А уже потом думайте про какую-то личную славу. Что же касается будущего этого турнира. Победители первого раунда, тридцать два лучших бойца академии, проходят во второй. С каждым новым этапом их будут оставаться все меньше и меньше. Сейчас состоится жеребьёвка.

— Я хочу Ники! Дайте мне этого ублюдка! — сказал я.

— Он не попадётся тебе в первом же бою второго раунда, — ответил Виктор. — Я понимаю, что жизнь — лучший драматург, но так не бывает.

— Мне всё равно, — ответил я. — Раньше или позже, но в любом случае я его достану.

Ректор начал называть пары. Я слышал только те, в которых есть знакомые имена

— Настя Бозина против Елены Волковой.

Вторую я не знал.

— Виктор Иванов против Дмитрия Орлова.

Судя по реакции Ники, он понятия не имел, кто же его противник.

— Ники Верховский против…. — я очень хотел услышать свою фамилию. — Иванна Соболева.

Я выдохнул. Не Ники. Снова.

— Ярослав Шереметьев против Владимира Козлова, — закончил ректор

Далее ректор озвучил все остальные пары и объявил, что турнир продолжится завтра, а пока все свободны.

— У тебя ещё будет шанс наказать его! — сказала Анжелика, касаясь моей руки.

— Я знаю, — ответил я. — Но сначала надо пройти своего будущего соперника.

— Ты пройдёшь, — сказал Виктор. — Козлов крепкий боец, но ты сильнее его. У него магия воды, и он хорош в атаке, но он не умеет её использовать в защите. Я анализировал его бой и видел его в тренировочном зале пару раз.

— Посмотрим, — сказал я. — Никогда не стоит недооценивать противника.

Жеребьёвка закончилась, и я решил, что самым правильным решением будет как можно быстрее отправиться к Игорю.

Медпункт находился на первом этаже главного корпуса. Уточнил у медсестры на входе, где находится мой друг, и она, пропустив меня, показала. В небольшой палате, за белой ширмой, лежал Игорь.

На нём была серая больничная рубашка, на шее был фиксирующий воротник. Та штука, которую надевают при подозрении на перелом шейных позвонков, чтобы человек не мог двигать головой. Лиза уже сидела рядом, держа его за руку, её глаза были красными, но она не плакала.

— Как он? — спросил я, подходя ближе.

— Жив… — ответила Лиза, не отрывая взгляда от Игоря. — Врачи говорят, что сильное сотрясение, несколько трещин в рёбрах, но ничего смертельного. Полежит пару дней — и снова будет в строю.

— Он не приходил в себя? — спросил я.

— Пока я тут, нет… — ответила инди, и в этот момент наш друг открыл глаза.

— Игорь, — я подошёл к кровати. — Ну как ты, чемпион? Ты нас всех напугал.

Он открыл глаза насколько смог. Один глаз заплыл, губа разбита, на скуле — огромный синяк, переходящий в фиолетово-жёлтое пятно. Но он улыбнулся. Криво, больно, с трудом, но улыбнулся.

— Бывало и лучше, — сказал он, и голос его был хриплым.

— Не сомневаюсь, — ответил я. — Ты мог просто не вставать. Никто бы тебя не осудил. Я уж точно.

— Не мог, — сказал он. — Ты бы на моём месте лёг? Помнишь, мы же это обсуждали.

— Нет… Не лег бы… — признал я.

— Вот и я не лёг. Поэтому не задавай дурацких вопросов, — слегка недовольно буркнул Безухов.

— Слушай, Ярик, — он попытался приподняться, но Лиза осторожно положила руку ему на плечо, останавливая. — Он… он сильный. Очень сильный. Я думал, что смогу его достать хотя бы пару раз, но он просто играл со мной.

— Я знаю, — сказал я. — Видел…

— Не разговаривай много, — сказала Лиза. — Тебе нужен покой. Врачи сказали, что ты должен лежать и не двигаться.

— Я успею отдохнуть, — ответил он. — Ярослав, ты должен его победить. Если он второй год подряд станет чемпионов и войдет в историю академи… Такие убдюдки этого недостойны!

— Обещаю! Все так и будет.

— Не просто победи. Раздави его. Сделай так, чтобы он пожалел, что вышел на этот турнир, — прошипел Игорь

— Хорошо. — сказал я. — Я сделаю все, чтобы он никогда в жизни не забыл этот турнир.

Мы помолчали. Где-то в коридоре слышались шаги, голоса, шум — жизнь в академии продолжалась.

— Поправляйся, — сказал я.

— Поправлюсь, — ответил Игорь. — Только грустно, что не увижу завтрашних боёв. Хотел посмотреть, как ты надерёшь кому-нибудь задницу.

— Мы постараемся победить ради тебя, — сказал я. — Чтобы ты потом посмотрел, как мы набьём морду этому Ники.

— Я буду ждать этого момента. — улыбнулся Игорь.

— Всем выйти! — крикнула медсестра из коридора. — Больному нужен покой! У него сотрясение, ему нельзя напрягаться! На сегодня посещения окончены.

Лиза поцеловала Игоря в лоб. Я кивнул ему и вышел.

Коридоры академии были пусты. Только светильники горели вполнакала, отбрасывая длинные тени на стены. Где-то далеко хлопнула дверь. Я шёл к своей комнате, когда услышал голос:

— Ярослав, это вы? Постойте….

Я обернулся. Ректор Павел Сергеевич стоял в дверях около пустой аудитории. Он был в своём обычном костюме, без пиджака, рукава рубашки закатаны. Вид у него был усталым.

— Зайдите пожалуйста, есть разговор! — пригласил он меня в аудиторию.

Я зашёл. В помещении было темно, только свет из коридора падал на парты, доску, на портреты профессоров на стенах.

— Закройте, пожалуйста, дверь. — попросил Павел Сергеевич.

Я закрыл.

— Перейду сразу к делу, — сказал ректор. — Вы приняли решение насчёт отряда Икс? Все в силе?

— Павел Сергеевич, — я посмотрел ему в глаза. — У меня друг сейчас в медпункте. Он лежит с разбитой головой и сломанными рёбрами. Мне точно сейчас не до вашего отряда.

— Я сам очень огорчен тому, что произошло в последнем поединке. Это действительно больно было видеть. — кивнул он. — И направлю лучших лекарей, что только есть в моем распоряжении, к Безухову. Уверяю вас, с ним все будет нормально и рассчитываю, что совсем скоро вы вместе будете в отряде икс.

— А если я откажусь? Что тогда? — спросил я.

— Тогда… — сказал он, его голос был спокойным. — Тогда ты лишишь такой возможности не только себя, но и своих друзей. Без тебя ни какого отряда икс просто не может существовать. Ты лучший из множества вариантов, что я видел за все эти годы в академии. Именно поэтому я к тебе и обращаюсь в первую очередь.

— Я подумаю, Павел Сергеевич, — сказал я. — После турнира дам вам свой ответ.

— Хорошо, — сказал ректор. Он вышел, и я остался стоять в пустой аудитории. В голове крутились мысли, но тело требовало отдыха.

Я наконец-то вернулся в свою комнату. Виктор уже спал, и я последовал его примеру. Упал на кровать и провалился в глубокий сон.