Глава 42

В голове кто-то играл на барабанах, причем крайне бездарно и громко.

Я открыла глаза, но тут же зажмурилась — даже тусклый свет, пробивавшийся сквозь плотные шторы, резал как ножом.

Где я? А, да… наша спальня. Моя и Алекса. Странно, почему так темно? Неужели еще ночь?

Скосив глаза, я нашарила на прикроватной тумбочке часы. Одиннадцать утра?! Не может быть! Я ощущала себя так, словно только что рухнула в кровать после долгой и бурной вечеринки. А так, собственно, и было…

Алекс… конечно же, это его забота. Сделал так, чтобы ни один луч света не смог потревожить мой сон. Спасибо ему за это.

Вот только ощущение было такое, будто я и не спала вовсе. Голова кружилась, во рту пересохло, а все тело ныло. Как будто меня пару часов колотили мешком с картошкой.

На тумбочке заботливо приготовленные таблетки от головной боли и стакан воды. Я кое-как проглотила две таблетки, запила их водой. В горле противно заскребло.

Черт, ну и состояние! Интересно, что вчера такое было? В памяти всплывали обрывки вечеринки, смех, какие-то лица… слишком много шампанского? Наверное.

Я провела рукой по волосам. Влажные. С чего бы это? И почему на мне не вечернее платье? Вместо него — широкая футболка Алекса, мягкая и уютная, и, к моему удивлению, чистое белье. Он, что, меня переодевал? А судя по мокрым волосам, еще и помыл…

Вот уж не думала, что он на такое способен. Хотя, в его стиле.

Собрав остатки воли в кулак, я попыталась сесть. Голова закружилась еще сильнее. Осторожно, держась за край кровати, я спустила ноги на пол. Боже, как же мне плохо! Похоже, вчера я переплюнула саму себя.

Внизу слышались голоса: Алекс и Сашуля. О чем они там так весело болтают?

Собравшись с духом, я направилась к двери. Каждый шаг отдавался болью в голове. Словно кто-то бил молотком по наковальне прямо внутри черепа. Медленно, словно старая развалина, я начала спускаться по лестнице.

— О, наша мама проснулась! — обрадовалась Сашуля и бросилась ко мне обнимать. — А где твои штанишки, почему ты без штанишек?

— У меня к себе еще больше вопросов, поверь… — хрипло проговорила я.

Я кое-как добралась до стула, села… Нет, осела на него и уставилась на Алекса с вопросом в глазах. Он лишь загадочно улыбнулся и продолжил готовить вместе с Сашулей, показывая ей, как резать помидор.

Раньше я бы ни за что не разрешила ей взять нож, но он дал ей небольшой и, кажется, подробно объяснил, как им пользоваться, чтобы не пораниться. И теперь я не могла устанавливать только свои правила, как это было раньше. Теперь нас двое и нужно научиться жить по правилам двух родителей.

Алекс подошел, обнял меня и нежно поцеловал в губы.

— С добрым утром, веснушка, — ласково шепнул он и улыбнулся когда я поджала губы.

Перегарище от меня наверное стоял зеленым облаком.

— Ох… — я вздохнула и закрыла лицо руками. — Ты так улыбаешься…

— Как?

— Как будто я всю ночь тебе спать не давала и…

— А ты и не давала. Не помнишь, как домогалась меня пол ночи?

Вообще нет. Ноль.

— Безуспешно?

— Я не настолько извращенец, милая, — сказал он по-французски, чтобы дочка не поняла. А потом пошел к дочке, но при этом как-то ехидно поглядывал на меня.

Саша так увлеченно нарезала помидоры, что высунула язык набок. Давно её не видела такой сосредоточенной. Милота, да и только!

Я зевнула, прикрывая рот рукой и потом коснулась своих волос.

— Почему у меня волосы мокрые, ты что меня помыл?

— А-га…

Он помогал Сашуле, рассказывал как скинуть помидоры с доски в тарелку и все время загадочно поглядывал на меня.

— А почему ты меня мыл?

— А ты не помнишь?

Я покачала головой. Зря. Голова раскалывалась. Взгляд упал на место, где должен был лежать пушистый ковер, но его не было. Ой-ей…

— А… где ковер?

— В химчистке.

О, я кажется, догадалась, что произошло…

— О, нет… нет! Меня что, на него тошнило?

Алекс кивнул.

Я снова закрыла лицо, но теперь от стыда.

— Мамочка, у нас тут тети приходили утром убирать, меня конфеткой угостили, можно ее съесть?

Тети. Убирать. Господи, боже!

Алекс подошел ко мне и нежно обнял.

— Стыдно, просто пи… слов нет как!

— Тебе нужно рассчитывать свои силы, веснушка. Ты маленькая и худая, тебя уносит с трех бокалов…

— Во мне совершенно точно было не три.

— Это я увидел, — усмехнулся Алекс, снова чмокнул меня в макушку и пошел к дочке помогать дальше натереть тофу на терке.

— Я ужасная! — простонала я. — Как ты меня вообще любишь после такого?

Алекс налил большой стакан воды и протянул мне.

— У меня, вроде как, уже нет выбора, после того как ты предложила мне жениться на тебе…

И тут я заметила на его среднем пальце кольцо из проволоки из под шампанского.

Я прыснула водой.

И вмиг все вспомнила.

— Мамочка! — заворчала на меня Сашуля. Вопиющее поведение! Согласна, доченька.

— Прости… — я уставилась на Алекса с беспомощным видом, стыд накрыл меня с головой. А он улыбался, довольный, словно котяра. — И ты… согласился?

Алекс повертел «кольцо» на пальце и поднес его ближе ко мне.

— Еще бы! После такого эпичного предложения. Я бы так не смог.

— Боже!

После завтрака Алекс увел Сашулю гулять в парк.

— Маме нужно отдохнуть, побыть одной, — прозвучало в его голосе с такой заботой, что меня чуть не пробило на слезы.

И, конечно, обещание мороженого — безотказный аргумент для любой малышки.

Когда за ними закрылась дверь, я, словно выползшая из берлоги медведица, поплелась к дивану.

Огромный, мягкий, он манил своим пушистым пледом. Я укуталась в него, как в кокон, и взяла в руки пульт. Щелкала каналы, бездумно перебирая картинки, звуки, лица.

Застряла на новости о том, что вчера наша умница и красавица Малиновская все-таки вышла замуж!

— Да ладно?! — воскликнула я, делая громче. — В смысле?

Ее показали на экране — в шикарном платье, счастливую. Рядом с ней был симпатичный мужчина. И это был, естественно, не Алекс. Я где-то видела его раньше, но не могла вспомнить, где именно.

Она сама развеяла слухи о том, что жених разбил ей сердце. По ее словам, это все выдумки, а ее аккаунт взломали. Она осталась самой счастливой женщиной на планете и во всей вселенной.

Да как так?! Что, блин, происходит?!

Было два возможных объяснения: либо она все это подстроила, чтобы не портить репутацию. Ведь она так долго говорила о своем счастье, что отмена свадьбы стала бы ударом по ее репутации и самолюбию. Возможно, она нашла кого-то, кто согласился сыграть ее жениха, или же действительно вышла замуж фиктивно.

Либо другой вариант: она давно изменяла Алексу, и теперь его место занял любовник.

Оба варианта настолько крышесносные, что я непременно захотела написать девочкам и обсудить. Но никто не отвечал в чате. Кажется, не одной мне плохо…

И вдруг меня осенило.

Тишина.

Во всем доме — абсолютная тишина. Ни топота маленьких ножек, ни звонкого смеха, ни бесконечных «Мам, а что это?», «Мам, а почему?».

Впервые за долгое время я осталась одна дома в выходной.

Раньше, когда Сашулю забирала моя мама, чтобы погулять или увезти на дачу, меня всегда мучило чувство вины. Я чувствовала себя эгоисткой, перекладывающей свою материнскую ношу на чужие плечи.

Но теперь… Теперь был Алекс.

Он не просто брал на себя часть забот о Сашуле, он кайфовал от этого. Он действительно хотел стать частью ее жизни, не просто формально присутствовать, а активно участвовать.

Он сам предложил эту прогулку, зная, как мне тяжело после вчерашнего. Его тактичность, его понимание — это то, что я ценила в нем больше всего.

Он не стал читать нотации, а просто взял ситуацию в свои руки. Он позаботился о нас обеих, подарив мне этот драгоценный момент тишины и покоя.

И за этот поступок, за эту чуткость и заботу, я любила его еще больше. Любила за то, что он не просто мой мужчина, а настоящий партнер, любящий отец и самый лучший друг.

Я что, действительно смогу по-настоящему отдохнуть? Одна?

Написала сообщение Алексу:

Веснушка: Спасибо тебе, любимый! Я не могу поверить, что я отдыхаю! Ты определенно станешь образцовым мужем!

Алекс прислал фото Сашули, которая скатывалась с горки, счастливая, глаза сияли. Он написал ответ:

Винчестер: Наслаждайся, милая. На завтра договорился с бабулей, чтобы она посидела с Александрой. Тоже хочу получить от тебя свое «да».

Да, да, тысячу раз да!