Глава 17

До полуночи оставалось четыре часа.

Белая обитель находилась за северными горами. Даже Воронья дорога не могла привести туда быстрее чем за день.

Однако у Безымянного были свои пути. Внезапно перед королем и королевой появилась дверь. За приоткрытой створкой клубился туман, внутри которого виднелись белые стены монастыря.

— Это ловушка, — сказал Роуэн.

— Разумеется, — ответила Эйра.

— Тогда почему вы собираетесь войти?

— Потому что там дети. Невинные создания, вырванные из своих семей.

— Орден воспитывает убийц.

— Орден корежит их души, но они от этого не перестают быть детьми…

Роуэн посмотрел на Кэйдэна.

— Ваше величество, вы не можете позволить…

— Не продолжайте, — оборвал его король. — Даже я уже понял, насколько бесполезно пытаться что-либо ей запрещать.

— Вы идёте вместе с ней?

— Это тоже бесполезно обсуждать.

До открытия дороги оставалось время. Кэйдэн приказал Роуэну подготовить стражу и запереть тронный зал. Сам он отвёл Эйру в северные покои, где хранились семейные артефакты.

Она вошла следом и закрыла дверь.

— Вы сказали, что любите меня, — произнесла Эйра.

Кэйдэн снял перевязь с мечом.

— Печать не позволила бы солгать.

— Вы могли сказать раньше это и раньше.

— Когда именно? Пока вы собирались меня убить? Когда умирали от яда? Или в тот момент, когда забыли собственное имя?

— Мне кажется, между этими событиями было несколько свободных минут…

— Я не хотел пользоваться вашей растерянностью.

Эйра подошла ближе.

— А сейчас?

Кэйдэн посмотрел на неё. За окнами бушевала метель. Свет камина золотил его лицо, скользил по тёмным волосам и шраму над сердцем.

— А сейчас я боюсь, — признался он.

— Чего?

— Сам не знаю, чего…

Его честность лишила её язвительного ответа. Она положила ладонь ему на грудь, и Кэйдэн коснулся её щеки.

— Эйра, вы…

— Не смей больше говорить мне «вы»…

Она провела пальцами по неровному шраму на его груди сквозь рубашку.

— Я… Я хочу почувствовать, что мы ещё живы, — вздохнула она, целуя его. — Я так боялась, что потеряю тебя…

Он жадно ответил. Его губы скользнули по её виску и спустились к шее, где билась горячая жилка. Эйра запрокинула голову, доверчиво открываясь ему, и по её коже пробежали мурашки от удовольствия.

Кэйдэн расстегнул застёжки на её платье, не отрывая от неё взгляда, и в его глазах плескалось что-то первобытное.

— Не останавливайся, — прошептала она, задыхаясь от страсти.

Кэйдэн прижал её к двери, и мир сузился только до них двоих. Ладони скользили по её обнажённой спине, пока она торопливо расстёгивала его рубашку, чтобы коснуться губами того самого шрама.

Он целовал её плечи, грудь, впадинку у ключицы, внутреннюю сторону запястья, где бился пульс. Эйра выгибалась ему навстречу, запуская пальцы в его волосы, и её стон, сорвавшийся с губ, был полон его имени. И не было между ними ни стыда, ни притворства — только жадное «здесь и сейчас». От каждого его толчка она то падала в пропасть, то взлетала к небу, и эти два чувства сплелись в одно, оставляя после себя только пульсирующее наслаждение.

И он, видя, как ее лицо преображается экстазом, уже не мог сдерживаться. Вспышка, когда наслаждение настигло их, стала откровением. Их магия взорвалась, сплетаясь, чтобы тут же рассыпаться мелкими искрами.

Позже, когда чары угасли, оставив на их коже тускло мерцающие разводы, Эйра положила голову ему на плечо, и его пальцы лениво перебирали её растрёпанные волосы. Тишина была тёплой и густой, как мёд.

— Ты помнишь моё имя? — спросила она, не открывая глаз.

— Эйра, — ответил он, и в его голосе звучала такая нежность, что у неё защипало глаза.

— Скажи ещё раз, любовь моя.

— Эйра. Эйра. Эйра.

Она уткнулась носом ему в грудь.

— Если я начну забывать, кто я… скажи мне.

— Моя королева, — прошептал он, целуя её в макушку.

— Это всего лишь титул.

Он мягко повернул её лицо к себе, заглядывая в глаза.

— Женщина, которая боится грозы и ворует засахаренные яблоки с королевской кухни. Та, что бросается под отравленные клинки, даже не думая о себе. Последняя из рода Алвейн. Моя маленькая буря.

У Эйры дрогнули губы, и он снова поцеловал ее.

В этот миг браслеты на их запястьях вспыхнули ровным, спокойным светом, и это было тише, чем любые слова. Свет, который не горел, а грел. Как их любовь.

Внезапно в серебряном свете появилась чёрная тень.

Эйра резко выпрямилась, прикрывая обнаженную грудь.

Тень открыла глаза.

— Теперь я знаю, как ты произносишь её имя, — прошептал Безымянный шелестящим голосом.

Король развернулся, прикрывая жену собой, и ударил ледяной петлей по черному силуэту. Иней охватил тень, но та растеклась по полу и исчезла под дверью.

Из коридора раздался крик.

Кэйдэн схватил меч, Эйра лихорадочно натянула платье, и они выскочили в коридор.

За дверью лежал стражник. На его лице не осталось ни глаз, ни рта.

На стене над ним тьма вывела слова:

«Любовь — тоже дверь».

Когда стражника унесли, а король с королевой привели себя в порядок и вооружились, они спустились к магической двери.

Роуэн ждал их там.

— Дорога открыта, ваши величества.

Эйра всмотрелась в чёрный туман. Белая обитель казалась тихой. В окнах горел тёплый свет. На заснеженном дворе стояли дети в белых одеждах.

— Если мы не вернёмся до рассвета, уничтожьте дверь, — приказал Кэйдэн.

— А если вы будете ещё по ту сторону?

— Особенно тогда.

Она вложила свою ладонь в руку Кэйдэна, глубоко вздохнула, и они шагнули в туман.

Холод сменился теплом. Эйра оказалась в знакомом коридоре. Белые стены, серебряные светильники, запах воска и целебных трав.

Семь лет назад она впервые пришла сюда, покрытая копотью и чужой кровью. Магистр взял её за руку и пообещал, что больше никто не причинит ей боли.

Первая ложь, которую она приняла за спасение.

— Ты дрожишь, — сказал Кэйдэн, обнимая ее за плечи. — Постарайся успокоиться, я с тобой.

Из-за угла вышла девочка лет десяти. Худенькая, с коротко остриженными волосами. На её предплечье чернел знак Ордена. Она смотрела на Эйру огромными серыми глазами.

— Вы дочь пламени?

— Меня зовут Эйра.

Девочка нахмурилась.

— Магистр сказал, у вас больше нет имени.

— Магистр часто лжёт.

— Он сказал, что из-за вас мы все умрем.

Эйра опустилась перед ней на колени.

— Я здесь, чтобы не допустить этого.

За спиной девочки появились другие дети. Десятки мальчиков и девочек в белых одеждах.

На каждом был знак Ордена.

— Как тебя зовут? — спросила Эйра.

Девочка открыла рот. Из него вырвался чёрный дым. Её глаза почернели.

— У нас нет имён, — ответили дети одновременно.

Двери в коридоре одновременно захлопнулись.

С потолка упали цепи из мёртвого серебра. Король рассёк одну мечом, но остальные обвились вокруг его рук.

Эйра призвала огонь. Дети закричали. На их шеях проступили чёрные полосы, словно пламя Эйры обжигало их вместо врага.

Она тут же погасила магию, но серебряные оковы уже пали.

Внезапно в конце коридора открылась дверь, и их мгновенно притянуло туда. Дверь привела их к храмовому залу.

У алтаря стоял магистр, и в его руках сиял стеклянный сосуд. Внутри билось золотое пламя, складываясь в четыре буквы.

Эйра.

— Добро пожаловать домой, моя девочка, — произнёс он. — Вы пришли за печатью милосердия.

Магистр поднял сосуд.

— А я сохранил то, что мир у вас отнял.